Отвергнутый

Логан одним резким движением полоснул когтями по горлу пробегающего мимо Читаури, даже не замедлив шага. Он чувствовал, как горячая кровь инопланетянина брызнула на его костюм, но даже не обратил на это внимания. Весь его вид говорил о раздражении и скрытом недовольстве этим чёртовым планом. Однако, несмотря на свою ворчливость, он начал оценивать ситуацию — если уж в это впутался, то сделает всё по максимуму. В конце концов, он всегда был бойцом, а не зрителем. Люк, наоборот, не рвался в самую гущу сражения. Как только его ноги коснулись земли после телепортации, он тут же отскочил в сторону, предпочитая занять позицию подальше от главного хаоса. Хоть он и не признавался вслух, но телепортация сразу четырёх человек отняла у него немало сил. Он не мог позволить себе использовать энергию впустую, поэтому решил затаиться, наблюдая за ситуацией и дожидаясь нужного момента. Его руки всё ещё едва заметно светились фиолетовым, остатки силы переливались на кончиках пальцев, но он не активировал их полностью. Тем временем Питер, который Паркер, уже стремительно передвигался по разрушенному полю боя, цепляясь паутиной за обломки и металлические конструкции. Он скользил между остатками зданий и упавшими кораблями Читаури, стараясь изучить окружение и понять, какие точки можно использовать в бою. Его взгляд выхватывал мельчайшие детали — прочность поверхности, угол обзора, наличие врагов поблизости. Он не мог позволить себе ошибок. Как только он нашёл удобное место для атаки, включил связь в костюме и быстро отдал команду в наушник: — Росомаха, нападаешь по прямой, будешь первым отвлекающим моментом. Мы с Питером Квиллом... Но он не успел закончить фразу — в наушнике раздался голос самого Квилла: — Раз уж на то пошло, то я Звёздный Лорд. Питер моргнул, сначала не понимая, к чему это замечание. Но через пару секунд до него дошло: Квилл намекал, что если он называет Логана по псевдониму, то и его стоит называть так же. Паркер тяжело вздохнул, закатив глаза, но всё же исправился: — Мы со Звёздным Лордом будем атаковать с неба. К такому решению он пришел так как увидел на Квилле реактивные ботинки. Паркер быстро перевёл взгляд на Люка, который уже стоял настороже, готовый в любой момент задействовать свою силу. — Люк, когда дам знак, телепортируешь Мантис прямо над Таносом. Если я правильно понял её силы, то так ей будет легче и быстрее взять под контроль его сознание. Люк на секунду задумался, явно обдумывая слова Питера, но затем нехотя кивнул. Он выглядел так, словно хотел сказать что-то колкое или саркастичное, но сдержался. Время споров прошло. Всё должно было сработать идеально, иначе этот отчаянный план мог превратиться в катастрофу. Питер сжал кулаки. Всё было готово. Оставалось лишь надеяться, что они успеют. Тони продолжал отбиваться от атак Таноса, его броня искрила после мощного удара Перчатки Бесконечности, но он не останавливался. Разряды энергии отскакивали от его репульсоров, оставляя светящиеся следы в воздухе, а сам он едва успевал уклоняться от гигантского кулака титана. В этот момент в наушнике раздались голоса, и, уловив суть разговора, Тони едва не выругался. Он резко взмыл вверх, уходя от очередного удара, и рявкнул в канал связи: — Я прошу прощения, но что вы обсуждаете? У вас есть план?! Он совершил резкий манёвр в воздухе, уходя от светящегося потока энергии, который Танос направил в него, и активировал резервные щиты. В этот момент в наушниках раздался бодрый, почти беззаботный голос Питера, который явно не особо волновался из-за происходящего хаоса: — Да. Наш план: надрать задницу одному титану. На мгновение эфир заполнила тишина, нарушаемая только шумом сражения — взрывы, крики и гул ударов. Тони переварил услышанное, а затем с силой закатил глаза, даже если никто этого не мог видеть. — Ты серьёзно? — он сделал резкий рывок вперёд, отправляя в Таноса заряд из унилуча, но тот лишь отразил его Перчаткой, даже не сбавляя шага. Питер, тем временем, ловко цеплялся паутиной за обломки разрушенного поля боя, перемещаясь с удивительной лёгкостью. Он сканировал ситуацию, оценивая каждую деталь, а затем совершенно спокойно ответил: — Абсолютно. Тони выругался себе под нос,маневрируя в воздухе, затем резко ушёл в сторону, когда Танос швырнул в него огромную металлическую балку. — Ну конечно. Отличный план, просто гениальный. Не знаю, почему мы не додумались до него раньше. Тем временем, Стив, который также был на связи, тяжело дышал, сжимая в руках полуразрушенный щит. Он едва успевал парировать удары Таноса, его мышцы напряглись, а лицо покрывал пот и грязь. Всё же, он нашёл в себе силы, чтобы добавить к разговору: — Питер, это не план. Паркер, приземлившись на очередной обломок и анализируя ситуацию, небрежно бросил: — Ну, мистер Старк, капитан Роджерс, раз уж у вас есть лучший вариант — милости просим, озвучьте. Тони, совершая ещё один резкий манёвр, едва успел уйти от вспышки энергии, которая буквально испарила часть земли внизу. Он стиснул зубы, но не ответил сразу. Стив тоже молчал, сосредоточенно отбивая очередной сокрушительный удар Таноса. И в этом их молчании был один очень очевидный вывод — лучшего плана у них пока не было. Логан рванулся вперёд, с каждым шагом ускоряя темп. Его мышцы напряглись, и когти с металлическим лязгом выскользнули из костяшек. Он двигался, как разъярённый зверь, целенаправленно и без колебаний. Первый удар пришёлся по массивному запястью Таноса, но едва когти рассекли фиолетовую кожу титана, как Перчатка Бесконечности вспыхнула. В следующее мгновение мощный импульс энергии, исходящий от Камня Силы, ударил мутанта с такой силой, что его откинуло, словно пушинку. Логан, пролетев несколько метров, с глухим стуком врезался в груду металлических обломков, которые осыпались вокруг него грохочущей лавиной. Пока Танос отвлёкся на Росомаху, Квилл и Тони перешли в наступление. Железный Человек поднялся в воздух, его броня засветилась, выпуская залп репульсорных лучей, которые со свистом устремились в цель. Одновременно Паркер метнулся вперёд, петляя среди руин, ловко уклоняясь от возможных атак. Он выстрелил паутиной, ловко перепрыгивая с одной рухнувшей конструкции на другую, выискивая более выгодную позицию. Видя, что атаки Тони не приносят ожидаемого эффекта, Питер быстро оценил ситуацию. Его взгляд метался по полю боя, пока он не заметил вверху пролетающий космолёт Читаури. Решение пришло мгновенно. Секунда — и он выпускает паутину вверх, цепляясь за обшивку корабля. Рывок, и его подбрасывает выше, воздух свистит в ушах. Теперь, находясь над местом сражения, он ищет что-то тяжёлое, что могло бы нанести ощутимый урон титану. Взор падает на массивный обломок здания — огромную бетонную плиту, проросшую арматурой. — Вот оно… — выдыхает он, сжимая зубы. Ещё один рывок — и вторая рука выпускает паутину, обвивая её вокруг глыбы. Вес конструкции тут же натягивает его тело вниз, создавая чудовищное напряжение в мышцах. Грудь пронзает острая боль — сломанные рёбра дают о себе знать, но Питер сжимает пальцы в кулаки, игнорируя пульсирующий огонь под кожей. — Прочь! — выкрикивает он, предупреждая товарищей. Тони мгновенно взмывает вверх, а Тор с силой отталкивается от земли, отскакивая на безопасное расстояние. В тот же миг Питер делает последний рывок и с мощным размахом направляет гигантский обломок вниз. Гравитация завершает начатое — бетонная махина с жутким грохотом врезается в землю, накрывая собой Таноса. Гулкий удар раскатывается по полю битвы, вздымая клубы пыли и осколков. Питер, отпустив паутину, тяжело приземляется на землю. Его ноги подгибаются, но он быстро приходит в себя и поднимает взгляд. Тор стоит рядом, сжимая в руке секиру, его плащ развевается на порывах ветра. Грудь Питера вздымается в быстром рваном дыхании, боль в боку становится резче, но он не сводит глаз с клубящейся пыли. — Пожалуйста, скажите мне, что, пусть это и было легко, но это сработало… — пробормотал он, с надеждой всматриваясь в разрушенное место удара. Но в следующую секунду мир вокруг изменился. Обломок, ещё мгновение назад стремительно влетевший в свою цель, вдруг превратился в вихрь тысяч ярких лепестков. Они закружились в воздухе, рассыпаясь по полю битвы, мягко касаясь земли и создавая странный, почти мирный контраст на фоне разрушений. Питер моргнул, не сразу осознавая, что произошло. Затем его взгляд метнулся к Перчатке Бесконечности. Камень Реальности светился алым светом. — Чёрт... — пробормотал он. Лепестки закружились в новом, более агрессивном вихре и, словно подчиняясь невидимой силе, устремились к Квиллу и Тони. Они пытались удержаться в воздухе, но поток оказался слишком мощным. — Эй-эй-эй! — выкрикнул Квилл, когда его отбросило в сторону. Он замахал руками, пытаясь включить свои реактивные ботинки, но не успел. Тони пытался стабилизировать броню, но поток лепестков оказался неожиданно сильным — словно это была не просто иллюзия, а материальная сила. В следующий момент оба с глухими ударами рухнули на землю. Но Тор не собирался останавливаться. Его глаза засветились ярко-голубым светом, руки искрили молниями, а тело буквально вибрировало от накопленной силы. Он сжал секиру и с яростным криком запустил её прямо в Таноса. Оружие пронзило воздух, оставляя за собой сверкающий след, но титан даже не шелохнулся. Логан не стал ждать. Его инстинкты сработали быстрее, чем разум — он бросился в атаку, расправляя когти. Мышцы напряглись, а взгляд пылал первобытной яростью. Питер знал, что нужно что-то делать, иначе всё пойдёт не так. Он выстрелил паутиной, целясь прямо в ноги Таноса. Клейкие нити с силой обвили его ступни, стягиваясь, но это не произвело ровным счётом никакого эффекта. Танос просто сделал шаг вперёд, разорвав паутину так же легко, как человек разрывает прилипшую к руке нитку. Питер сглотнул. Логан уже был рядом, его когти вспыхнули в свете солнца, когда он прыгнул прямо на титана. Но в тот же момент Танос сжал кулак, и Перчатка вновь засветилась. Пространство вокруг Росомахи исказилось, и прежде чем тот успел ударить, его отбросило назад с ужасающей силой. Он рухнул на землю, оставляя после себя борозду в земле. Тор оказался совсем близко, но Танос даже не повернулся к нему лицом. Он просто активировал Камень Пространства — и бог грома исчез. Через мгновение Тор с глухим ударом рухнул на землю в другом конце поля битвы, его тело ударилось о валяющийся обломок, и он на секунду замер, пытаясь понять, что только что произошло. Питер заскрежетал зубами. Танос даже не напрягался. Парень даже не осознавал, что набрасывается на Таноса — его тело двигалось на чистом адреналине, без единой доли раздумий. Гнев и отчаяние кипели в его груди, топили усталость, стирали боль. Он знал, что противник в разы сильнее, но не мог просто стоять в стороне. Он ударил. Прямо в лицо. Треск костяшек отдался эхом в его сознании, когда его кулак столкнулся с твёрдой, как камень, кожей титана. Голова Таноса чуть дёрнулась назад, но, чёрт возьми, он даже не пошатнулся. Питер нанёс ещё один удар — в висок. Потом ещё один — в челюсть. Ещё. Ещё. Он выкладывался на полную, вкладывая всю силу, всю ненависть, всю боль. — Ну давай же, падла... — прорычал он сквозь стиснутые зубы, снова замахиваясь. Но в следующую секунду Танос с лёгкостью перехватил его за шею. Питер даже не успел отпрянуть, стальная хватка сомкнулась, и весь мир сжался до мучительного давления на его горло даже сквозь железный костюм. Воздух мгновенно перекрылся. Он дёрнулся, схватился за запястье титана, ногами попытался нащупать опору, но ничего не помогало. Танос поднял его над землёй, удерживая, как жалкую тряпичную куклу. — Вредитель, — низкий, как раскат грома, голос титана заполнил пространство. А потом он швырнул его вниз. Сила удара была сокрушительной. Грудная клетка Питера врезалась в твёрдую землю, и мир вокруг взорвался вспышкой боли. Почва под ним разлетелась, оставляя воронку, а треск ломающегося камня смешался с глухим хрустом внутри его тела. Что-то треснуло. Рёбра. Опять. В ушах пронзительно звенело, заглушая все другие звуки. Грудь сжалась, лёгкие отказались слушаться. Он попробовал вдохнуть, но вместо воздуха в горле вспыхнуло раскалённой проволокой. Чёрные пятна заплясали перед глазами. Он едва осознавал, как спина заныла от новой волны боли. Питер судорожно закашлялся, но это только ухудшило ситуацию. Грудь сотряслась, мышцы напряглись, и боль раскололась по телу, как осколки стекла. Он не мог пошевелиться. Всё тело онемело, гудело от ударной волны. Где-то на грани сознания он почувствовал, как его костюм среагировал на повреждения — в тело вошли тонкие иглы, впрыскивая обезболивающее и стимуляторы. Холодная волна вновь прокатилась по венам, заставляя сердце забиться быстрее. Но даже с этим он едва ли мог двигаться. Всё, что он мог, — лежать в этой проклятой воронке, задыхаясь, с каждым новым вдохом ощущая, как агония прожигает его изнутри. В голове крутилась единственная мысль: Я не справлюсь. Секунда. Две. Три. Где-то вдалеке до него начали доходить голоса. Кто-то звал его. Но ему было так чертовски трудно даже просто открыть глаза. Он был сломан. Измотан. Хотелось просто свернуться калачиком на этом самом месте и разрыдаться подобно маленькому ребёнку. Из-за переломанных костей, из-за того что ничего не может сделать против этого сумасшедшего титана! Но он всё равно не мог позволить себе сдаться. Не сейчас. Сознание возвращалось к нему рывками, будто пробиваясь сквозь густую, вязкую темноту. Первое, что он ощутил, — лёгкое покачивание. Кто-то волочил его по земле, грубая, изрытая воронками поверхность царапала костюм, а ссадины на коже болезненно отзывались на каждое движение. Затем появилось другое чувство — что-то проникало в его разум, тёплое, мягкое, но чуждое, словно тонкие нити пробирались сквозь его мысли, аккуратно, но настойчиво. И голос. Тихий, словно доносящийся издалека: — Проснись... Питер резко вдохнул и распахнул глаза. Первое, что он увидел — Мантис. Она склонилась над ним, её большие чёрные глаза сияли слабым светом, а длинные тонкие пальцы касались его висков. В её выражении читалось напряжение, но едва Питер пришёл в себя, она тут же убрала руки, будто облегчённо выдохнув. Он моргнул, пытаясь осознать, что происходит. Боль больше не разрывала тело так, как несколько мгновений назад. Она не исчезла полностью, но стала далёкой, приглушённой, будто спряталась за плотной завесой. Мантис... Она сделала что-то с его разумом? Притупила боль, чтобы он мог двигаться? Питер глубоко вдохнул, пытаясь прийти в себя. Земля под ним была потрескавшейся, покрытой пылью и осколками камня. Он больше не лежал в той воронке, в которую Танос вбил его с силой камня. Он медленно перекатился на бок, затем на живот, упираясь ладонями в твёрдую поверхность. Пальцы дрожали, мышцы ныли от перенапряжения, но он стиснул зубы и попытался подняться. Где-то рядом послышался голос и Питер медленно поднял голову. Люк стоял неподалёку, напряжённый, сосредоточенный. Его руки слегка светились фиолетовым, словно он готовился в любой момент либо снова телепортировать их, либо атаковать. Кажется, это он и вытащил его из-под удара. Питер моргнул, оглядываясь. В нескольких десятках метров от них продолжался бой. Он видел Тони, поливающего Таноса залпами энергии из репульсоров. Логан, с рычанием, вновь бросался в атаку. Тор и Стив пытались прорваться ближе, но Танос, обладая невероятной силой, одним взмахом отбрасывал всех назад. Питер сжал зубы. Чёрт. Ему нужно было двигаться. Нельзя просто сидеть здесь. Он потом полежит. Успеет отлежаться, когда они победят.