Джозеф: Время истекло

По длинному коридору эхом раздаются шаги. Свет падает из окон на пол, освещая длинный, красный ковëр, который смягчал шаги, когда вошедшие наступали на него. По одну сторону были многочисленные двери, стены между которыми украшали роскошные картины, нарисованными настоящими профессионалами, а с другой — окна упирающиеся в потолок, прикрытые тяжëлыми шторами. Осматриваясь, Рикарда рассматривала картины словно ещë одно чудо света. Раньше она никогда не видела такого произведения искусства, как это. В какой-то деревушке на запертом острове, никто не занимается творчеством, ведь на кону стоит жизнь и не только твоя. Рисуют там только дети на песке и то не все. Большинство предпочитает бегать и играть пока есть время прежде чем их отправят на работы в огород или пасти овец, коров и другой скот. А это… Это был шедевр требующий кучу практики и таланта. Рассматривая картины, Рикарда даже не сразу заметила небольшой несходство. Ненадолго задумавшись, девушка отошла от Джеймса и посмотрела в окно. Яркий диск солнца медленно плыл по небу, освещая всë вокруг: деревья, цветы в саду, дорожки, выложенные из камня. На мгновение девушка замерла в неверии, а после бросила недовольный взгляд на Джеймса, оскорблëнная его обманом. — Уже темно, да? Юноша тут же остановился словно вкопанный, прекрасно понимая что его поймали с поличным и теперь ему нужно выкручиваться словно змее, но ему не привыкать. Посмотрев на неë через плечо, он ненадолго замолчал, рассматривая еë лицо, а после тихо вздохнул и подошëл к ней, тоже посмотрев в окно. — Зеркала… Они всегда выдают правду, какую бы прекрасную иллюзию я не создал. К сожалению, мне не добиться такого высокого уровня, как у него… — Мгновение прошло в тишине. Его зелëные глаза тут же переместились на еë лицо. — Я ведь знаю что ты бы не пошла со мной без хоть какой-то причины. Я вижу это по твоим глазам, я это чувствую… Он нежно взял еë руку, опустив взгляд, и начал нежно массировать кожу на еë руке, продолжая говорить в пол голоса: — Ты считаешь меня ненормальным… Отчасти ты права, но я не сошëл с ума! Ты просто многого не знаешь, а я не могу тебе это рассказать… Это нужно прочувствовать. — Пару мгновений он снова молчал, но вскоре слегка усмехнулся и потянул еë за собой. — Идëм. Я хотел тебе кое-что показать. Застигнутая врасплох его чистосердечным признанием, Рикарда не могла вытянуть из себя ни слова. Эта откровенность невольно тронула еë за что-то глубоко внутри. Следуя за ним, она уже сомневалась в том что он сумасшедший, а в груди зародилось маленькое семечко любопытства к этой личности. Разнообразные, пëстрые цветы были рассыпаны по зелëному ковру, сотканном из сочной травы, в которой то тут, то там шуршали мышки и стрекотали кузнечики. Аксель раньше редко заходил в такие места, чтобы просто полюбоваться окружающим миром. Он всегда считал, что лучше лишних раз прочесть какую-нибудь древнюю книгу из библиотеки или присмотреть за никудышным Джеймсом, но сейчас был особый день Тëмный, холодный, словно лëд, он шëл по этому цветному ковру, который так контрастировал с ним во всех смыслах. В один момент он даже остановился, чтобы сорвать ромашку и начал отрывать лепесток за лепестком, что-то бурча себе под нос, пока белоснежные лепестки падали на землю: — Цветы… Дарить их девушкам очень мило, но слишком просто. Нужно что-то другое… Смотря на сорванную ромашку, разлетевшуюся лепестками по земле, он тут же коснулся своей груди и медленно сжал на ней одежду чуть ли не до побеления костяшек пальцев. Он не мог отделаться от мысли о ней, а в груди сердце металось из стороны в сторону, разрывалось и собиралось вновь, трепетало и кололо, словно больной в своей постели. Что с ним не так? Почему он не может быть таким же спокойным внутри как и снаружи? Раньше ведь это получалось… Нужно больше практиковаться в медитации, а то он слишком расслабился. Вздохнув в энный раз, он огляделся по сторонам. — Цветы банально и она их скорее всего уже видела… А что она ещë могла не видеть на суше?.. Дерево, трава… Яблоки! Его словно озарило. Аксель, не естественно для него возбуждëнный, тут же бросился в сторону ближайшей яблони. Яблоки были сочными, красными, просто идеальные и это было именно то, что было нужно магу. Джеймс отворил тяжëлую дверь, которая с противным скрипом отворилась под его напором. Сделав шаг в сторону, юноша тут же пропустил Рикарду вперëд. — Прошу, госпожа. — Не преувеличивай. Я далеко не госпожа. — Скромно произнесла девушка, аккуратно проходя в комнату. — Может быть для других ты не госпожа, но для меня… Для меня ты даже что-то большее. С этими словами дверь вдруг закрылась за ним и всë вокруг погрузилось во мрак. Не видя абсолютно ничего, Рикарда вытянула руки вперëд, надеясь нащупать хоть что-нибудь, теряясь в пространстве вокруг. Она словно оказалась в пустоте, где она была даже не уверена, что стоит на полу. В груди начало покалывать неприятное чувство тревоги. — Джеймс? Джеймс, ты где? Джеймс! В ответ ей послышалась лишь тишина и через мгновение еë рот зажала чья-то тëплая рука, а у самого уха послышалось тихое, успокаивающее «ч-ш-ш-ш». Дрогнув, Рикарда в панике тут же начала брыкаться, вцепившись в руку и замычав, словно еë кто-то мог услышать и спасти, но в ответ послышался лишь тихий смех. — Тише-тише. В святых местах не шумят, дорогая. Сейчас, подожди минутку, я нашëл свечу. Секунду… Джеймс поднëс к губам свечу и подул на фитиль. Огонëк тут же змейкой взвился к самому потолку, зажигая тем самым и остальные свечи на люстре. Комнату наконец залил свет. На мгновение Рикарда ослепла, зажмурившись, но заставила себя вновь открыть глаза через пару минут осмотревшись. Комната была небольшой, но полностью забитая всякими вещами, словно гнездо сороки. Проходя вперёд, Джеймс приблизился к статуе. Это был каменный мужчина с пронзительными глазами и мрачным выражением лицо. Он величественно восседал на троне, словно смотря свысока на всë окружающее его. Юноша остановился перед ним и его пальцы коснулись холодной, каменной щеки с таким трепетом, словно он мог рассыпаться в любое мгновение, и медленно провёл ими до самого подбородка, после чего посмотрел на Рикарду через плечо с мягкой улыбкой. — Знакомься. Это Хосе. Самый знаменитый, непобедимый, блестящий, лучший, мудрый, неповторимый, великолепный, прекрасный, идеальный, сильнейший… — Я поняла-поняла. Самый-самый. — Тихо хихикнула Рикарда про себя, находя забавным как он казалось был готов перечислить все прилагательные на этом свете и в добавок придумать своих, чтобы описать одного из многочисленных правителей. — Да, прости, перестарался… — Промямлил Джеймс себе под нос, на мгновение опустив взгляд. Его пыл казалось уже поубавился, но вдруг он продолжил так же яро: — Если кратко, то он был самым лучшим королëм за все года пока существовал этот мир. — Дильдар уже рассказал мне о нëм. В ответ юноша лишь усмехнулся, видимо забавляясь еë уверенности. — О, он не знает и половины того, что знаю я. Например… Ты скорее всего не узнала его, но это сам Джозеф, создатель этого мир, здешний не только король, но и бог. — Джозеф? Но ведь… — Девушка не могла поверить своим ушам. Она часто слышала описания Джозефа и он в еë представлении был совсем другой. Джеймс не прекращал веселиться, медленно проходясь пальцами всë ниже и ниже по каменной статуи. Это выглядело так интимно, что девушка даже немного засмущалась, но отвести взгляд не могла, словно что-то заставляло еë продолжать смотреть. Еë щëки становились всë румянее и алее, но Джеймс словно наслаждался этим зрелищем. — Да, ты слышала о совсем другом Джозефе, но весь юмор в том что он всегда принимал разные облики перед своими гостями, а это… Это его настоящий облик. Это настоящий Джозеф только из камня… Но это не меняет того факта, что это он. Ловко, словно он делал это часто, Джеймс вдруг расселся на коленях каменной статуи и с наглой ухмылкой посмотрел на Рикарду, нажав на одну из деталей в узорах на троне. В это же мгновение статуя вдруг дрогнула и начала отодвигаться вместе со стеной в сторону, открывая тайный проход за ней. Замерев на месте, Рикарда с изумлением наблюдала за происходящим. Всë вокруг всë больше походило на дивный сон, в реальность которого не верилось ни на секунду. Прекрасные картины, странное поведение и способности Джеймса, потайные ходы — разве может всë это быть явью? Нет, девушка в это не верила и не собиралась. Не спеша Джеймс поднялся на ноги с коленей статуи, всë ещë не отрывая глаз от недоумевающей девушки, мягко промурчав: — Идëм. Это ещë не всë что я хотел тебе показать. Он приглашающе махнул на открывшийся проход и первый зашëл внутрь, видимо чтобы не пугать девушку лишний раз темнотой и зажечь свечи заранее. Рикарда неуверенно последовала за ним, даже не зная чего ожидать теперь. Зайдя в маленькую, тесную комнатку, девушка заметила Джеймса, который аккуратно ставил свечу в канделябр и из-за маленького объём комнаты вполне хватало и одной свечи, чтобы осветить бóльшую часть комнатки. На удивление комната была не захламлена разными вещами непонятного происхождения, а наоборот была практически полностью пуста и лишь маленький столик одиноко стоял у дальней от входа стены. Неуверенно девушка подошла к нему, уже издалека начав рассматривать прямоугольную шкатулку, стоящую на нëм. Мягкие линии, выполненные золотом, с особой изящностью украшали деревянную поверхность на ней, а на крышке был нарисован распускающийся бледно-жëлтый нарцисс, такой нежный, ранимый, но красивый цветок. Его золотые лепестки словно переливались на свету, а стебель стремился вверх, к небу и солнцу, что давало жизнь. Полная искреннего любопытства, Рикарда даже не сразу заметила как руки Джеймса аккуратно, медленно легли на еë плечи. Он тоже не отрывал взгляда от шкатулки и тихо, с лëгкой хрипотцой произнëс: — Давай. Открой еë. Аккуратно, словно шкатулка была из тонкого стекла, девушка взяла еë в руки и неуверенно приоткрыла крышку, тут же замерев на месте словно вкопанная. Она ещë никогда не видела настоящее человеческое сердце и видеть его было не сильно приятным зрелищем… А что ещë больше пугало, так это вопрос, что тут же возник в еë голове… Чьë это сердце? Рикарда не произносила ни слова и не двигала ни на миллиметр ни единым мускулом, словно время остановилось, превратив всë вокруг в один единственный кадр, не желающий сменяться другим, но это неподвижное молчание вскоре нарушил Джеймс. Тихо усмехнувшись, наблюдая за реакцией девушки, он произнëс ещë тише, нежели раньше, что прибавляло его голосу ещë больше опасных ноток. Псих… — Нравится, дорогая? У тебя даже сердечко перестало биться на мгновение. Как мило… Казалось Рикарду сейчас вывернет наизнанку от этого неприятного голоса и противного зрелища. Со стуком закрыв шкатулку, Рикарда тут же пихнула еë в руки юноши, пытаясь выбросить из головы то, что она только что увидела. — Ты ненормальный! Словно пытаясь сбежать от всего этого безумия, девушка вышла из маленькой комнатки, оставив Джеймса одного. Еë быстрые шаги отражались от стен и вскоре послышался стук закрывшейся двери. Оставшись один, юноша ещë долго слышал еë шаги и слова, что она произнесла ему перед уходом. Что-то внутри него встрепенулось от таких грубых, но честных слов и принц лишь тихо повторил себе под нос, словно до сих пор не веря в произошедшее: — Ненормальный?.. Он буквально хотел отдать ей своë сердце, а она отпихнула его, назвав его ненормальным… Неужели всë выглядело так отвратительно и странно? — Неужели она не вспомнила?.. Его пальцы сжали шкатулку чуть ли не до треска. Как же он возненавидел себя в этот момент… Почему он не послушал Акселя? Почему так поспешил? Он не мог ответить себе на эти вопросы. Никогда его раньше не настигала такая ненависть, пожирающая всë внутри него. В порыве ярости он бросил шкатулку на пол с такой силой, что она чуть ли не сломалась пополам. Крышка тут же открылась от неудачного удара о пол и Джеймс, выхватив из ножен свой клинок, метнул его вниз, попав прямо в сердце и даже значительно повредив дно шкатулки. — Да чтоб тебя! С его губ сорвалось пару слов на греческом языке и это явно не значило что-то порядочное, но возможно прекрасно описывало суть всего происходящего. Развернувшись, Джеймс порывисто покинул комнату, закрыв проход в неë навсегда.