By the sea

      Как вы представляете себе своё будущее?       Дончжу хотел бы выйти замуж и вырастить ребёнка от своего альфы. Он так и видит своё будущее. Или... видел. Хотелось бы верить, что именно так всё и будет, но вериться с трудом. В чём же проблема? Альфа, который готов жениться на нём, есть, так в чём же трудность? Смерть Минсоля переворачивает жизнь с ног на голову. Дончжу больше не считает, что имеет право на счастье. Если представлять жизнь в качестве математического уравнения, то будущее – это неизвестная переменная. Хотелось бы подставить значения и просчитать эту переменную, но вряд ли это вообще возможно. Вводные данные одни, а на выходе получается миллион вариантов ответа. Судьба слишком жестока по отношению к определённым людям. Однажды Сон ходил к гадалке. Он не верит в подобные вещи, на самом деле, верит в науку. Но как-то захотелось повеселиться и сходить туда с Хвануном и Гонхи. И колдун озвучил много странностей, из-за которых троим парням было абсолютно не до смеха. Дончжу в прошлой жизни был ужасным человеком, который творил много отвратительных вещей. Из-за него пострадало большое количество людей. И в этой жизни ему приходится отрабатывать свою карму. Большое количество несправедливостей, с которыми он сталкивается в этой жизни связанно именно с этим. Звучит как бред, но... но ведь Дончжу и правда несчастен. С ним происходит столько всего... Подобного и врагу не пожелаешь. Неохотно начинаешь верить в слова того колдуна. Конечно, хотелось бы прийти к нему и сказать «вы не правы». Но вместо этого всё, что он говорил, действительно происходит. Говорят, мы сами вольны строить свою судьбу и подставлять переменные в уравнение жизни. А когда нам говорят, что произойдёт в будущем, подсознательно подставляем не те переменные. И, конечно, не исключено, что с Дончжу именно это и произошло. Он просто не хочет думать, что мог случайно вызвать подобные события в своей жизни. Связался не с тем человеком, выбрал неверное решение, поплатился. И так снова и снова. Верным было лишь несколько решений: оставить рядом с собой Хвануна и Гонхи. Они единственные, кто всегда были и будут рядом в особо трудные времена.       Что бы вы сделали, если бы могли отправиться в прошлое? Дончжу хотел бы вернуться на пять лет назад обратно на пляж в Сокчхо и крепко схватить за руку того альфу, который поделился с ним курткой.       

***

      Дончжу прячется в туалете после встречи с Сохо. Ранее ему казалось, что если Сохо придёт к нему, чтобы поговорить о происходящем, Сон не сдержится и вернётся к нему. Однако в реальности происходит совершенно иное. Ли не просил вернуться к нему. Он просто спросил, почему это происходит. Хотя всё равно успел сказать несколько душераздирающих вещей. Оказывается, Сохо неплохо знает Дончжу. Ли практически насквозь видит Сона. Именно это трогает до глубины души. Никто другой никогда не говорил таких вещей. Становиться максимально тошно от самого себя за то, что Дончжу вот так просто разбивает этому шикарному альфе сердце. Но так ведь будет лучше, лучше для него уж точно. Встречаться с Дончжу сложно. Сон Дончжу не настолько красив, чтобы иметь завышенные запросы. Да и в тот момент... Сохо ведь и не обязан был быть дома, чтобы в нужный момент прийти и помочь. Никто не знал, что могло произойти что-то страшное. Сохо в принципе не обязан приходить на помощь. От Дончжу только очень много проблем, поэтому таким прекрасным людям, как Ли Сохо, лучше держаться от него подальше.       Сидя в туалете, Дончжу понимает, что снова находится на грани истерики. Две слезы бегут по щекам, но Сон сразу же их вытирает, не давая подступающей истерике начаться. Он глотает ком в горле, а после отпирает дверь туалетной кабинки, выходит и идёт к раковинам. Включает холодную воду. Даже не пытается её настраивать. И умывается практически ледяной водой, чтобы привести себя в чувства. Салфетками вытирает лицо досуха. О том, что Дончжу умывался, напоминают только промокшие несколько прядей чёлки. Но ничего страшного. Сон просто зачёсывает их пальцами назад и прячет в остальных волосах. Снова выглядит строго и аккуратно, как будто не он пару секунд назад был готов разрыдаться. На телефон приходит сообщение от Гонхи о том, что Ли Сохо покинул юрфирму, поэтому Дончжу покидает туалет, направляясь в сторону своего рабочего места. Рядом с ним очень некстати стоит Ли Гиук. Пора включить свою внутреннюю стерву, чтобы прогнать его.       – Приходил к тебе Ли Сохо? – спрашивает Гиук, когда Дончжу садится за свой стол.       – Ты отправил его ко мне? – догадывается Сон, на что Гиук в ответ кивает головой, а после чего машет парой бумажек перед Чжу.       – Он приходит с младшим братом и очень хотел, чтобы вёл это дело именно ты, – говорит Гиук, но Дончжу просто приподнимает одну бровь вверх. – У него брат в положении разводиться.       – Его брат беременный? – удивляется Сон, после чего резко вырывает листы из рук Гиука. В этих бумагах кое-что прописано о том, чего хочет брат Сохо от этого развода. К слову, здесь его имя указано. Ли Минхо.       – Насколько я понял, его брат хочет прервать беременность, – подмечает Гиук. – Возьмёшься за дело?       – Я не могу, – отвечает Дончжу, тяжело вздохнув. Он возвращает листы адвокату Ли. Желание, конечно, есть, но... Сон кидает взгляд на все те иски на своего бывшего, которые готов подавать хоть сегодня. Сейчас у него другое дело.       – Я могу записать тебя, как помощника адвоката в этом деле, – проговаривает Гиук. – Если появиться свободное время, то можешь поучаствовать.       – Не стоит. Я объявил войну очень влиятельному человеку, так что времени у меня точно не будет, – отвечает Сон.       – Как знаешь, – проговаривает Гиук, после чего быстро уходит.       Гонхи сообщает о хороших новостях по делу, которое у них было. Это значит, что можно приступать к мести своему бывшему. Истец – Сон Дончжу, адвокат – Ли Гонхи, помощник адвоката – Ли Гиук. Изначально, Дончжу не хотел записывать в эти документы имя Гиука, ведь по факту он не собирается работать над этим делом. Однако Гонхи уговорил сделать это. Просто на всякий случай, если понадобиться заменить Гонхи. Хотя это в принципе довольно странно. Ли Гонхи до чёртиков правильный человек. Обстоятельства, при которых его могут отстранить от дела, просто не существует. Но он говорит «а вдруг». В принципе, Гиук согласился, если что, помочь. Да и присутствовать на каком-то суде ему тоже будет полезно, чтобы поднабраться опыта.       Гонхи в пол-одиннадцатого возвращается в юрфирму со встречи. Сразу после этого Дончжу вместе с ним собирается подать иск. Обсуждая насущные темы, они стоят у лифта, чтобы вместе спуститься. Внизу их ждёт такси, которое должно отвезти в здание суда. Кроме своего собственного иска, у них есть ещё два от лиц компаний-клиентов. Это точно должно нанести некий удар по бизнесу Пак Инсоба. Правда, Дончжу вчера очень сильно уговаривал эти компании согласиться на эти иски. Пересказывал свою слезливую историю, не забывая упомянуть, что обязательно уничтожить этого человека в прах. Лифт едет вниз как-то очень медленно. Останавливается чуть ли не на каждом этаже. И это даже начинает раздражать Дончжу, ведь он как можно скорее хочет покинуть юрфирму и подать эти иски. Бог знает, когда Инсоб сделает свой ход. Главное, чтобы не сделал уже. Когда дверь лифта открывается на первом этаже, Дончжу вместе с Гонхи довольно быстро направляется в сторону турникетов. Такси ведь тоже не хочется заставлять ждать. Однако Дончжу неожиданно замечает за стеклянными дверьми до боли знакомую фигуру. Пак Инсоб стоит и улыбается, смотря ровно на Сона, который в моменте тут же застывает на месте сразу после того, как проходит через турникет.       – Вы Сон Дончжу? – и к нему неожиданно подходит несколько мужчин. Двое из них в полицейской форме, а говорящий в обычной гражданской одежде.       – Да, – говорит Дончжу, оглядывая полицейских в лёгком недоумении.       – Вы задержаны по подозрению в убийстве десятимесячного ребёнка, – произносит мужчина, а следом показывает бумажку, на которой Дончжу замечает слово «ордер». Это... это ордер на арест Сон Дончжу! И сам он просто поверить в это не может. Как такое вообще возможно?!       – А какие основания? – вмешивается Гонхи. И ведь хорошо, что он рядом.       – Весомые, – отвечает мужчина, явно не собираясь вдаваться в подробности. Полицейский рядом с ним раскрывает наручники. Дончжу, замечая это, интуитивно протягивает свои руки.       – Я его адвокат, – а Гонхи встаёт перед Соном, не давая заковать его в наручники.       – Да ладно, – произносит Дончжу, прикоснувшись к плечу своего друга. – Это оспорить за пять минут можно, – проговаривает он, после чего выходит из-за чужой спины и протягивает полицейскому руки.       Дончжу встречается взглядом с Пак Инсобом, когда выходит на улицу в окружении полицейских и прокурора. Его гаденькую улыбочку хочется стереть с лица. Как же глупо оказаться под следствием из-за обвинений в убийстве собственного ребёнка. Всё это кажется просто глупой шуткой. Однако фигура Пак Инсоба, что наблюдает за этим всем, доказывает обратное. Даже так Дончжу не может поверить в это. Просто ну как можно подумать о том, что омега способен на убийство своего собственного дитя? Это кажется чем-то невозможным, даже если Сон знает о нескольких таких прецедентах. Никто в здравом уме не станет убивать своего ребёнка. От того и подобные обвинения кажутся смехотворными. От того Дончжу кажется, что с этим можно легко справиться, просто щёлкнув пальцами. Хорошо, что Гонхи оказался рядом в этот момент. Прокурор вполне мог начать допрос без адвоката, чего действительно лучше не стоит делать. Пак Инсоб сделал свой ход, так что его стратегия стала прозрачна как окно.       – Ты ведь слышал ту запись полностью? – спрашивает Дончжу, решив удостовериться, что Гонхи действительно на его стороне.       – Да, – отвечает Ли, ходя из стороны в сторону за спиной Сона. – Ты уже не доверяешь мне? – он резко останавливается, что слышно по шагам.       – Просто хотел убедиться, что ты доверяешь мне, – отвечает спокойно Дончжу. Кажется, кто-то другой точно не был бы так расслаблен, как сейчас Сон Дончжу. Он ведь на все сто процентов уверен в том, что невиновен, а значит это вполне реально доказать.       – Дончжу, – Гонхи быстро отодвигает стул рядом со своим лучшим другом, а следом садиться на него. Привлекает внимание Дончжу на себя, положив ему на плечо руку. – Я всегда буду на твоей стороне и всегда буду доверять тебе, даже если ты действительно совершишь какое-то преступление. Но при этом знаю, что ты не сделаешь этого.       – Я сейчас в таком состоянии, что вполне способен убить того, кто за этим стоит, – выдаёт Дончжу, безразличным взглядом смотря на Ли. И именно в этот момент в комнату допроса заходит прокурор, который, очевидно, слышит эту фразу.       – Полегче, Сон Дончжу, – говорит мужчина, присаживаясь за стол, – Вас ещё не осудили за одно преступление, а вы уже хотите совершить новое.       – Вы на полном серьёзе собираетесь обвинять меня в убийстве собственного ребёнка? – спрашивает Дончжу, смотря на прокурора, который до сих пор так и не представился.       – Конечно, – а в ответ Сон смеётся из-за того, что считает это всё абсурдом и просто фарсом. Только никто больше не смеётся. Только Дончжу. Именно в этот момент он понимает, насколько же эта ситуация серьёзная. И смех над чем-то, что казалось ранее забавным, превращается в смех от отчаяния. Таким образом выходят эмоции, которые Чжу пытался сдержать. Любой другой бы разрыдался, но Сон Дончжу предпочёл просто от души отсмеяться со всего этого. Есть ощущение, как будто у него уже просто кукушка едет куда-то на Мальдивы. У него умер ребёнок. Его обвиняют в его смерти. А он сидит и смеётся. И это продолжается настолько долго, что прокурор от нетерпения постукивает по столу. Дончжу опускает голову на стол, сразу же затихая. По лицу потекли слёзы, которые было бы хорошо скрыть.       – Дончжу, – Гонхи рядом кладёт свою руку ему на спину, и Сон сразу же руками быстро вытирает лишнюю влагу со своего лица и откидывается на спинку стула, как ни в чём не бывало. Смотрит на прокурора с довольно серьёзным лицом, давая понять, что он готов к допросу. И мужчина включает камеру, что стоит за его спиной.       – Я прокурор Ким Сунчжон, – представляется мужчина, а следом раскрывает папку, с которой пришёл. – Главным основанием вас подозревать в смерти Сон Минсоля было отсутствие тела. В больнице Вам представили справку для свидетельства о смерти и отдали тело. Далее, что происходило с этим, не известно.       – Так это всё в центре судмедэкспертизы, – произносит Гонхи, удивляясь с глупости прокуратуры.       – Это не все основания, – подмечает прокурор Ким, после чего достаёт из папки несколько фотографий и показывает. Просто подушка. На первый взгляд ничего особенного, однако если присмотреться видно, как будто бы следы от лица ребёнка. – Прибежав в больницу, Вы заявили, что Вашему ребёнку что-то вкололи, однако в крови не были обнаружены какие-то инородные вещества. Однако ребёнок, очевидно, задыхался. На этих фотографиях доказательство того, что Вы задушили ребёнка.       – Да мы же играли с этой подушкой в тот день! – восклицает Дончжу, очевидно возмутившись, а следом бьёт себя по лбу. – Минсоль стянул её с кровати, а потом лицом в неё уткнулся, – серьёзный взгляд прокурора заставлять понять, что в данной ситуации абсолютно всё против обвиняемого. – Зачем мне убивать собственного ребёнка? – в полном недоумении спрашивает Дончжу.       – Это я должен спросить. Зачем Вы убили своего ребёнка? – произносит прокурор, сложив руки в замок. Взгляд Ким Сунчжона говорит о том, что он действительно верит в эту ложь. Такую глупую и наивную ложь. Факты сложились так, что полностью подтверждают вину Сон Дончжу. И это просто так удача сыграла на стороне Пак Инсоба.       – Это не я убил его, – совершенно спокойно отвечает Дончжу, стараясь держать лицо.       – Вы не хотите хотя бы выслушать нашу версию произошедшего? – произносит Гонхи, вмешиваясь в этот диалог, который даже не походит на допрос.       – Хорошо, – кивает мужчина, выслушав адвоката, а следом вновь смотрит на обвиняемого. – Вы считаете, это было убийство? – спрашивает он.       – Да, – отвечает Дончжу.       – Если его убили не Вы, то кто?       – Пак Инсоб, – говорит Сон, после чего прокурор слабо смеётся прямо в лицо.       – Зачем ему убивать младенца? – задаёт мужчина, очевидно насмехаясь над подобным заявлением.       – Это был его сын. Он изменял со мной своему мужу, поэтому убил своего сына, чтобы скрыть факт измены, – проговаривает Дончжу, после чего прокурор начинает смеяться лишь сильнее. Сон откидывается на спинку стула, прекрасно понимая, что ему не верят. Единственный в этой комнате, кто знает правду, это Ли Гонхи. И как хорошо, что он на стороне Чжу.       – А теперь давай я расскажу, как было на самом деле, – проговаривает прокурор, отсмеявшись. – Ребёнок кричал. Очень сильно кричал. Ты не мог его успокоить, начинал психовать. Под рукой оказалась подушка, и ты стал ею душить ребёнка. Но в какой-то момент понял, что сделал что-то не то, поэтому быстро отправился в больницу. Там Сон Минсоль и умер.       – Это ложь, – говорит Дончжу, настаивая на своей позиции.       – Он умер от удушения.       – Что-то вкололи.       – Вы задушили ребёнка.       – Это было преднамеренное убийство заведомо малолетнего лица, совершённое группой лиц! – Дончжу уже просто перестаёт выдерживать, поэтому повышает тон голоса. Заметив, что Сон нервничает, Гонхи накрывает его ладонь своей. Чжу это немного успокаивает.       – Мой подзащитный уже дал свои показания. Больше ему Вам сказать нечего, – произносит адвокат Ли, давая понять, что Дончжу больше не скажет ни слова.       – Я хочу предложить вам выгодную сделку, – теперь прокурор ведёт диалог с адвокатом, не обращая внимания на Дончжу. Его нервная система, очевидно, уже даёт сбой.       – От любых сделок, в которых Сон Дончжу признаёт свою вину, мы отказываемся, – говорит Гонхи, даже не давая Ким Сунчжону пересказать суть сделки. – Я точно знаю, что нужно моему клиенту, – прокурор громко цокает, а следом выключает запись камеры. Он кидает достаточно презрительный взгляд на Дончжу, что лишь доказывает, что мужчина верит в эти байки. А следом прокурор Ким выходит из комнаты допроса. – Дончжу, я обещаю, что вытащу тебя отсюда, – произносит Гонхи.       – Я на тебя полагаюсь, хён, – говорит Сон, очень устало улыбнувшись.       – Я приду к тебе завтра, – проговаривает Ли, после чего встаёт и тоже направляется на выход. Дончжу лишь остаётся просто ждать и сидеть взаперти.       Стоит Гонхи только выйти из комнаты допроса, как он сталкивается с прокурором, что ведёт это дело. Ким Сунчжон смотрит на адвоката Ли таким убийственным взглядом, что от этого даже спрятаться хочется. Но Ли Гонхи не из робкого десятка. Сейчас тот, кто всегда защищал Гонхи и Хвануна, нуждается в такой же защите, поэтому ничто не должно сломать Ли. Особенно самый обычный взгляд, наполненный презрением и отвращением.       – Я засужу этого маньяка любой ценой, – произносит прокурор Ким.       – Это смешно, – выдаёт Гонхи, слегка хихикнув.       – Чего смешного? – в полном недоумении спрашивает мужчина.       – Ваши обвинения смешны, – отвечает сразу же Ли. – У нас есть неопровержимые доказательства, что Сон Дончжу этого не делал, – заключает Гонхи, после чего просто уходит отсюда. Прокурор Ким Сунчжон особенно противный.       Честно, Гонхи всегда не особо любил прокуроров. Есть такое ощущение, как будто они готовы сажать всех, даже тех, кто абсолютно не виновен. И такой пример, как Ким Сунчжон, это только доказывает. Конечно, у адвокатов тоже есть гнилая сторона. Гонхи уже успел повстречать пару тройку адвокатов, которые освобождают убийц. На любой из сторон найдётся какая-нибудь гниль, поэтому Гонхи даже не знает, кем быть лучше. Пока что он набирается опыта в адвокатуре. Может быть, лет через пять или десять попробует себя и в прокуратуре. Почему нет?       Гонхи решает отправиться сразу в центр судмедэкспертизы. Ему нужно пособирать все нужные документы, чтобы предоставить их судье в качестве доказательства невиновности. Гонхи хочет добиться отмены ордера, так что подготовиться к этому следует тщательно. По пути он набирает номер Донмёна, чтобы предупредить о своём скором приезде. А из-за занятости Сон говорит только «хорошо» и сбрасывает вызов. Не особо, конечно, хочется тревожить судмедэкспертов, у которых, наверняка, работы невероятно много. Кроме уже начатых дел, которые у них были, к этому всему добавляется ещё и смерть Сон Минсоля. Только, когда Гонхи приезжает и заходит в лабораторию, обнаруживает, что Донмён работает один с лаборантом. Хвануна нет. У Мёна взъерошены волосы так, будто он с пробуждения не причёсывался. Он очень увлечённо что-то печатает в компьютере, параллельно делая несколько глотков кофе. Лаборант находится в лабораторной части и что-то делает.       – Донмён, – Гонхи даёт о себе знать, присаживаясь на стул рядом со столом Сона. В самом кабинете, как и на столе Донмёна, твориться хаос. Как здесь вообще можно что-то найти?       – Привет, хён, – проговаривает Сон, не отвлекаясь от своего дела. Продолжая быстро что-то печатать, Донмён пытается убрать с лица лишние волосы, что так и норовят попасть в глаза. А Гонхи помнит, что у Хвануна на работе всегда есть запасная расчёска, поэтому он направляется к его столу. К слову, он тоже чем-то завален. Но, благо, открыв выдвижной ящик, Ли находит то, что ему надо. Донмён немного дёргается, когда Гонхи начинает аккуратно расчёсывать его волосы, и замирает на месте. В столе у Хвануна Ли также нашёл обруч, который теперь одевает Донмёну на голову, убирая непослушные волосы. После этого Мён смотрит на парня глазами, наполненными печалью и усталостью. Есть такое ощущение, как будто он сейчас заплачет из-за того, что всё это упало на его плечи.       – А где Хванун? Почему ты один? – спрашивает Гонхи, возвращаясь на стул рядом с этим столом.       – Он не сказал вам? – удивляется Донмён, немного расслабившись. Он откидывается на спинку стула, беря в обе руки кружку с кофе. – У него вчера началась течка.       – Течка? – переспрашивает Ли, а в ответ получает краткий кивок. – Это плохо...       – У него же она не больше трёх дней длиться, так что вполне завтра вечером может заявиться, – подмечает сразу же Сон, но ситуация намного сложнее.       – У Дончжу обычно течка начинается через пару дней после него, – обозначает Гонхи, чем удивляет Донмёна. Ну он действительно давно не общался с братом, так что вполне мог забыть.       – Но он меньше года родил ребёнка, – говорит Сон. – У него же течек либо нет, либо они проходят в лёгкой форме, – подмечает Донмён, немного напрягшись.       – Но он потерял этого ребёнка, – тут же обозначает Гонхи. Ситуация не хочет складываться в пользу Дончжу.       – Если два месяца назад она у него была, то в этот раз может быть очень плохо, – проговаривает Сон, как будто пересказывая самому себе информацию, которую он учил в университете.       – Была, – тут же говорит Гонхи. – Лёгкая, но была...       – А где он? – спрашивает Донмён. А ведь Ли изначально сюда и пришёл, чтобы рассказать о том, где сейчас Дончжу и что ему нужна помощь судмедэкспертов.       – Его арестовали, – отвечает Гонхи.       – Что?! – а эмоциональный Донмён сразу же подпрыгивает со своего места.       – Его собираются судить за убийство Минсоля, – продолжает Ли, после чего Сон резко падает обратно на своё место. Он выглядит так, как будто уже устал от всего этого. Но, очевидно, это только начало. Впереди целая война с человеком, который на самом деле убил ребёнка. И победить в этой войне не так уж и легко. – Я сделаю всё, чтобы судебный процесс даже не начался, но мне нужны некоторые документы.       – Я... я дам всё, что может помочь, – проговаривает Донмён, начиная дрожащими руками копаться в бумагах, что так хаотично разбросаны по его столу. Но Гонхи быстро его останавливает. Сон явно не в порядке. Он переживает и боится за брата. Всё это действительно так навалилось на них всех, что очень сложно держать себя в руках и оставаться совершенно спокойным. Труднее всех, конечно, Дончжу. Но и ведь... у Донмёна тоже умер родственник. Минсоль хоть и не был ему родным сыном, но был племянником. А Мён, будучи долгое время в ссоре с Чжу, толком даже познакомиться с этим малышом не успел. Очевидно, он винит себя за это.       – Тебе нужно отдохнуть, – говорит Гонхи, аккуратно взяв руку Сона в свою. – Я дам тебе перечень документов, которые мне нужны от тебя, – проговаривает Ли, медленно поглаживая тыльную сторону ладони Донмёна. – Конечно, будет хорошо, если ты подготовишь их к завтрашнему дню, но если нет, то ничего страшного не произойдёт. Сегодня вечером я буду ждать тебя у себя, – заканчивает парень, мягко улыбнувшись, а в ответ получает краткий кивок. Гонхи отпускает чужую руку, поэтому Сон сразу же открывает ящик в столе и достаёт оттуда несколько бумаг.       – Вот, заполни эту форму, чтобы я выдал тебе в течение дня все необходимые документы, – говорит Донмён, протягивая бумажки Ли. А тот кивает своей головой, принимая их, и направляется в сторону стола Хвануна. Там, на самом деле, будет почище, чем на столе Сона. Ещё и ручку вполне можно найти. Донмён продолжает заниматься своими делами, пока Гонхи заполняет бумаги. В помещении стоит тишина, исключая жужжание компьютеров и какого-то аппарата в лабораторной части. И нарушается она лёгким скрипом двери. В помещение кто-то заходит, заставляя Донмёна снова отвлечься от своих дел.       – Извините, а где Ё Хванун? – спрашивает мужчина. Он закрывает за собой дверь, не давая ветру ходить по помещению. И оглядывает комнату. В ней, к сожалению, нет того, кто ему надо.       – Отсутствует по состоянию здоровья, – отвечает Донмён, взглянув на этого мужчину разок, а следом вернув свой взгляд на компьютер.       – А зачем он вам? – спрашивает лаборант, отвлекаясь от своих дел.       – Он от меня что-то хотел, – тут же отвечает мужчина, а следом тяжело вздыхает. – Вы не знаете что? – пытается он выяснить, что именно хотел от него Хванун. А Гонхи прекрасно помнит, что у Хванун обычно откладывает какие-то документы в ящик под стол, когда не может сразу связаться с адвокатами и прокурорами.       – А как Вас зовут? – спрашивает Гонхи, отодвинувшись от стола. Он тянет за край тот самый ящик. Документов здесь не особо много, так что найти нужные будет проще простого.       – Бан Чан, – говорит мужчина, направившись в сторону Гонхи. – Прокурор Бан Чан, – дополняет он. Ли начинает быстро перебирать документы в этом ящике. И довольно быстро обнаруживает папку, на которую приклеен стикер с надписью «прокурор Бан Чан для дела Дундуни». И становиться ясно. Пару дней назад Дончжу попросил Хвануна найти прокурора, который будет максимально честен перед законом. И вот он – прокурор Бан, с которым ранее Гонхи никогда не сталкивался.       – Вот, – и Гонхи протягивает мужчине эту папку. Бан Чан сразу же её открывает.       – Он издевается, – выдаёт слегка раздражённо прокурор, после чего Гонхи встаёт со стула и заглядывает в эту папку. Там внутри один листочек с номерами Ли Гонхи и Сон Дончжу. – Скажите, вы знаете этих людей? – спрашивает Бан Чан, посмотрев на Ли с долькой надеждой в глазах.       – Адвокат Ли Гонхи – это я, – проговаривает Гонхи, после чего протягивает прокурору свою руку для рукопожатия.       – Тогда удача всё же на моей стороне, – проговаривает Бан, после чего принимает рукопожатие. – Приятно с Вами познакомиться, адвокат Ли. Я о Вас наслышан, – по правде говоря, Бан Чан не создаёт впечатление прокурора. Он выглядит, как человек, который работает в какой-нибудь пекарне. А ещё довольно низок. Но к этому Гонхи уже привык, ведь это просто Ли довольно высокий. В его окружении почти нет людей, которые могли бы сравниться с ним по росту. Так что в том, что он смотрит на прокурора Бана сверху вниз, нет ничего необычного.       – Хванун говорил? – спрашивает Гонхи, слегка улыбнувшись.       – Да, и не только. Прокуроры, работающие с юрлицами, очень Вас не любят, – отвечает Бан, довольно мягко улыбнувшись. – Если Вам нужна моя помощь, то хочу Вас огорчить, я работаю только с уголовными делами.       – У нас есть материалы для дела, связанное с коррупцией и убийствами, – тут же подмечает Гонхи.       – Вот как? И на кого же?       – На Пак Инсоба.       – Я на него лет пять копаю, ничего найти не могу. Как это у вас вышло?       – Он очень падок на милых омег, – тут же обозначает Гонхи, немного пошире улыбнувшись.       – Подождите, – и вдруг Донмён прерывает этот диалог, обращая на себя внимание. – То есть Минсоль был сыном Пак Инсоба?       – А ты ещё не понял этого? – удивляется Гонхи.       – Да как-то не доводилось об этом думать, – отвечает Донмён, откинувшись на спинку стула.       – Что за Минсоль? – спрашивает Бан Чан, после чего Гонхи с Донмёном быстро переглядываются. Теперь нужно ввести прокурора Бана в курс дела. Остальное может подождать.