By the sea

– Для моего освобождения будет достаточно предоставить информацию о местонахождении тела Минсоля, – говорит Дончжу, разговаривая со своим адвокатом. Прийти к нему сейчас может только Ли Гонхи, который довольно активно занимается сейчас именно его освобождением. – Нельзя раскрывать нашу главную улику, пока мы не столкнёмся с Пак Инсобом лицом к лицу. – Слушай, они вполне могут найти и другие основания, – подмечает Гонхи. – А это неопровержимые доказательства твоей невиновности. – Так-то да, но это наш главный козырь. Его надо держать до самого конца, – выдаёт Дончжу, настаивая на своём. – Это глупо! – Хён, – Дончжу аккуратно прикасается к чужой руке, чтобы успокоить своего лучшего друга. Сейчас все на нервах. Пробыв сутки в одиночной камере, Чжу кое-как удалось привести в порядок свои мысли и прийти к какой-то конкретной стратегии. И сейчас он пересказывает её Гонхи, который абсолютно не согласен с этим. – Я верю в тебя. Не получиться снять с меня обвинения до суда, ну и ладно. – У Хвануна течка, – выдаёт Ли, давая понять, что всё далеко не так уж и радужно. – Она закончиться сегодня или завтра. Тебя нужно освобождать срочно! – Значит попроси у судьи, чтобы меня отправили на медицинское обследование, если обвинения продолжат на мне висеть, – отвечает Дончжу. Его стойкости даже позавидовать можно. Таким спокойным в подобной ситуации будет далеко не каждый. Но ему действительно ничего не остаётся ведь, кроме как просто ждать, пока Гонхи сделает своё дело. Адвокат Ли – один из лучших новичков. Большинство его дел были выиграны с успехом. Только когда дело касается лучшего друга, хочется спасовать и отдать это дело другому. Больше всего Гонхи боится подвести Дончжу. – На каких основаниях? – спрашивает Ли, немного вздохнув. – Вот это, – а Чжу приподнимает рубашку и показывает перевязанный живот, в который его ударили около недели назад. – Тебе здесь делают перевязки? – обеспокоенно проговаривает Гонхи. – Они ведь не спрашивают, есть ли у меня какие-то ранения, – тут же отвечает Сон, тяжело вздохнув. – А когда я попытался сказать об этом, меня грубо заткнули. – Какого хрена они вообще так обращаются с заключёнными!? – Потому что всем плевать на осуждённых. Дончжу дело говорит. Всем действительно максимально всё равно на людей, которые находятся под стражей. Даже если Чжу ещё не осудили, к нему ласково точно никто не будет обращаться. Ещё и ко всему прочему, его переводят сегодня в общую камеру, в которой у него будет два соседа. Такое себе удовольствие. Было бы хорошо, если бы Дончжу оставили в одиночке. В конце концов, он омега, ему очень опасно находится среди альф. К слову, омеги сюда очень редко попадают. Гонхи очень старательно подготавливает все нужные документы перед встречей с судьёй. Среди них даже есть те, которые могут и не понадобиться. Всего лишь на всякий случай. В этот день они встречаются с судьёй в его личном кабинете. И это будет первая встреча Гонхи с этим судьёй. Дончжу его ещё тоже не видел и не знает, кто этим занимается. Сон стоит рядом с Ли в этом кабинете. Он даже специально становиться с той стороны, с которой не стоит прокурор. Ким Сунчжон на этом внимания даже не заостряет. – У вас есть десять минут, адвокат Ли, чтобы оспорить обвинения в сторону Сон Дончжу, – произносит судья, довольно быстро заходя в свой кабинет. Он кладёт на стол какие-то бумаги, а следом смотрит на Гонхи, который сразу же достаёт несколько бумаг из папки. – Тело Сон Минсоля не было намерено спрятано где-то, – произносит Гонхи, после чего протягивает судье документы. – Оно было доставлено через час после установления смерти в центр судебно-медицинской экспертизы. Была ночь, поэтому судмедэксперты просто забыли обозначить это в базе данных, – говорит Ли, пока судья просматривает все те бумаги. – Сон Дончжу является свидетелем преступления, а не убийцей. – Орудием убийства всё ещё остаётся подушка, – говорит прокурор Ким, напоминая об этом судье. И тот, взглянув на прокурора, снова переводит взгляд на Гонхи, чтобы он нанёс ответный удар. – У нас нет настоящего орудия убийства, – говорит Гонхи, после чего достаёт из папки ещё один документ. – Однако в тот же день под ногтями Сон Дончжу была найдена чужая ДНК, что доказывает, он был не один в тот день. – К нему вполне мог кто-то прийти утром. – Это лишь гипотеза, не подтверждённая фактами. – Почему же? – тут же говорит прокурор, после чего сам достаёт из своей папки какие-то документы. – Согласно этим документам на Сон Дончжу работал Ли Сохо няней, – проговаривает он, протягивая бумаги судье. – А живёт он в том же подъезде этажом выше. Камеры видеонаблюдения просто не могли зафиксировать его у входа в подъезд. Но там был фрагмент, где он уходит за два часа до совершения преступления, – и Гонхи тяжело вздыхает, переводя взгляд на Дончжу. Аргументы просто заканчиваются. Парировать особо нечем. – Эта ДНК у меня под ногтями принадлежит настоящему убийце и по совместительству отцу ребёнка, – проговаривает Дончжу. – Судя по документу, это правда, – произносит судья, рассматривая тот самый документ. – Ли Сохо ни в теории, ни на практике не может быть отцом Сон Минсоля, так как мы познакомились уже после рождения этого ребёнка, – обозначает Сон, продолжая защищаться уже самостоятельно. – Судя по некоторым данным, вы обучались в одном университете, – продолжает напирать прокурор. – Сон Дончжу приступил к учёбе после того, как Ли Сохо окончил её, – проговаривает Гонхи. – Однако есть некоторые записи о появлении Сон Дончжу в университете до официального зачисления, – и Сунчжон снова протягивает какие-то документы судье. – Сон Дончжу ударил ножкой от стула одного из волейболистов. Среди волейболистов был и Ли Сохо. А также в том же году они вместе находились в Сокчхо и проживали в соседних номерах. – Быть того не может, – выдаёт Дончжу, совершенно не веря в подобное стечение обстоятельств. – Давайте сделаем тест на отцовство, – предлагает Гонхи, находя решение этой проблемы, однако Сон аккуратно прикасается к его руке, давая понять, что это плохая идея. – У него проблемы с братом, ему некогда, – проговаривает Дончжу, уже и словесно давая понять, что Ли Сохо лучше не трогать. – Тогда ваших аргументов не достаточно, чтобы снять все обвинения, – проговаривает судья, смотря на Гонхи и Дончжу. – У стороны обвинения есть хотя бы орудие убийства, – Ли смотрит на Сона, надеясь, что он всё же даст добро использовать ту аудиозапись, но тот продолжает смотреть на своего адвоката твёрдо и уверенно. Нельзя вмешивать в это Ли Сохо и нельзя раскрывать главный козырь так рано. И именно поэтому они находятся в проигрышной ситуации. – Ваше ходатайство о снятии всех обвинений с Сон Дончжу отклонено. – Тогда прошу Вас рассмотреть другое ходатайство, – произносит Гонхи, доставая из папки ещё один документ. – Медицинский осмотр? – удивляется судья, взглянув на документ. – Думаете, что можете освободить Сон Дончжу по медицинским показаниям? – спрашивает прокурор, довольно сильно удивившись из-за подобных стечений обстоятельств. – Можем, – отвечает спокойно Ли Гонхи, после чего достаёт справку из папки и протягивает судье. – Сон Дончжу подвергся нападению за день до убийства его сына, – проговаривает он. – Снял побои, но заявление в полицию отложил на потом. – Судя по справке, есть рекомендации по обследованию, – произносит судья. – Хорошо, сегодня же пусть его отправят на медицинское обследование, – заключает он, взглянув на прокурора. – Он же вполне может сбежать! – возражает Ким Сунчжон. – Я юрист и прекрасно осознаю последствия, – говорит Дончжу, скрестив руки на груди. – Это решение обжалованию не подлежит, – закрывает этот диалог судья. – Это всё? – проговаривает он, оглядывая всех присутствующих в его кабинете. Несмотря на то, что они добились хоть чего-то, что идёт в их пользу, Гонхи всё равно не удовлетворён результатом. Теперь, чтобы снять с Дончжу все обвинения, нужно искать орудие убийства – шприц, которым Минсолю вкололи неизвестное вещество. Либо надавить во время суда на эмоциональный фон судьи или присяжных. Имеет смысл добиться суда присяжных. А выйдя из кабинета судьи, до Гонхи вдруг доходит, что оппонент, очевидно, знал, чем будет руководствоваться адвокат. Вопрос только откуда? Кто-то слил ему информацию. Донмён уж точно не стал бы этого делать. Но кто тогда ещё был в курсе стратегии? Ли Гиук об этом всём точно ничего не слышал. Надо будет пораскинуть мозгами и выяснить. Гонхи едет с Дончжу на медицинское обследование и параллельно рассказывает ему про Бан Чана. Можно, конечно, попробовать добиться, чтобы Ким Сунчжона отстранили от этого дела, чтобы его взял Бан Чан. Но Сон сказал, что лучше ему уже начинать открывать дело против Пак Инсоба. Нужно рассредоточить силы, чтобы не давать врагу расслабляться. Пока что, он наступает на пятки, но это всё вполне можно повернуть в свою пользу. Во время мед осмотра оказалось, что у Дончжу рана загноилась, так что врач сразу же выдаёт справку о том, что нужно медикаментозное лечение и желательно чистое место проживание. Тюремная камера санитарным нормам не соответствует, так что как минимум из-за этого можно спокойно добиться освобождения под залог. Кроме обычного осмотра, Дончжу делают КТ внутренних органов, но врач говорит, что на снимках всё в порядке, так что можно особо не переживать. И Гонхи настаивает на том, чтобы Сона отвели ещё к гинекологу из-за того, что по прогнозам у него совсем скоро должна начаться течка. Полицейский, который их сопровождает, со вздохом соглашается. Кажется, он доверяет Гонхи, поэтому даже оставляет заключённого вместе с ним одного в коридоре, когда идёт договариваться с врачом. А рядом с ними сидит ещё один омега, который ждёт своей очереди и явно нервничает. Его лицо за версту несёт опасностью, но, видимо, именно это побуждает Дончжу заговорить с ним. – Вы выглядите так, будто собираетесь убить человека, – произносит Сон, обращаясь к тому омеге. – По факту, так и есть, – отвечает парень, взглянув в ответ на Дончжу. – Я залетел случайно, а муж – мудак. – Не хотите растить детей от мудака? – спрашивает Гонхи, тоже подключаясь к этому диалогу. – Да, – кивает омега. – Понимаю, – проговаривает Дончжу, откинув голову назад. Наверняка, он сейчас вспоминает своего ребёнка. – Иногда лучше прервать беременность на ранних сроках, чем потом мучатся из-за бывшего. – Говорите так, будто по личному опыту. – Так и есть, – кивает Дончжу, а следом вновь смотрит на омегу. – Но если ваш муж не чудовище, то ребёнка ещё можно воспитать адекватным. – А вы здесь почему? – спрашивает омега. – У меня просто обследование, чтобы добиться освобождения хотя бы под залог, – говорит Дончжу так, будто это совершенно обычное дело. – Это звучит так, словно Вы убили своего бывшего, если честно, – говорит омега, нервно посмеявшись. По сути, оно действительно так звучит. – Почему Вас задержали? – Да так, пустячок, – отвечает спокойно Дончжу, продолжая как-то глупо улыбаться. – Я его адвокат, – проговаривает Гонхи, а следом достаёт визитку из внутреннего кармана. – Если вдруг понадобиться помощь, всегда можете обратиться. – А я уже клиент этой фирмы, – неожиданно подмечает омега. – Адвокат Ли Гиук ведёт мой развод. – Ты Ли Минхо? – удивлённо спрашивает Дончжу, смотря на собеседника. – Да, – кивает парень в ответ. – А вы? – А твой брат с тобой? – с опаской продолжает расспрос Сон. – Какой? – Старший, Сохо который. – А Вы его знаете? – А я Сон Дончжу, – говорит Чжу, после чего собеседник замолкает. Очень не понятно, знает ли он, кем Дончжу приходился Сохо, или нет. Он смотрит на Сона в лёгком шоке. Скорее всего, действительно знает. – Нет, Сохо-хён не со мной, – проговаривает Минхо. – Почему ты расстался с ним? – спрашивает он, чем подтверждает свою осведомлённость. – По той же причине, по которой меня задержали, – отвечает Дончжу, немного вздохнув, а следом из кабинета гинеколога выходит сопровождающий полицейский. – А на счёт ребёнка, ещё раз подумайте. Я уверен, Сохо-хён будет рад племяннику. – Тяжело с ребёнком одному? – спрашивает Ли, смотря на Дончжу. – Да, – кивает Сон, взглянув на собеседника. Полицейский подходит к ним, однако Чжу его не замечает. – Но от всех трудностей, с которыми приходится сталкиваться, я люблю его лишь сильнее, – заканчивает Сон, после чего отводит свой взгляд и смотрит вниз. Гонхи замечает, как капля с лица Дончжу падает на колено. Но сразу после этого он поднимает свой взгляд и улыбается, как ни в чём не бывало. Сон Дончжу очень любит своего мёртвого сына. – Ли Минхо, – врач выглядывает из своего кабинета, вызывая к себе пациента. А Минхо машет Дончжу рукой в знак прощания и уходит, скрываясь за дверью. Гонхи смотрит на этого полицейского и замечает, как его взгляд на Дончжу поменялся. Ранее он смотрел с небольшим презрением в его сторону. А теперь он увидел, как Сон говорит о своём мёртвом сыне. По его лицу видно, что он больше не считает, что Сон Дончжу виновен. А ведь на самом деле, Дончжу просто жертва обстоятельств, которые сложились не в его пользу, и всё. Гинеколог подтверждает, что максимум через неделю у Сон Дончжу начнётся течка. Так что у них на руках уже имеется целых две причины для того, чтобы выпустить Дончжу хотя бы под залог. Держа в руках эти документы и ходатайство об освобождении под залог, Гонхи идёт к судье. Без Дончжу, которого закрывают снова в камере, без прокурора Кима. Один на один с судьёй. Благо он оказался свободен. – Адвокат Ли, без прокурора Кима я ничего не могу одобрять Вам, – проговаривает судья, давая понять, что, очевидно, даже рассматривать что-либо не собирается. – Именно поэтому Вы одобрили ордер на обыск без моего ведома? – тут же подмечает Гонхи. Доложил Донмён. Он ещё раз ездил в квартиру Дончжу, чтобы сделать снимки помещения. На полу ещё оставался песок от ботинок злоумышленников. Поэтому лишний обыск мог повредить эти улики, но Сон Донмён оказался быстрее. К тому же, он нашёл ещё интересную вещицу под кроватью Дончжу и успешно забрал её, как улику. – Ладно, давайте, что у Вас, – а судья под таким натиском легко сдаётся, поэтому Гонхи протягивает ему все нужные документы, включая заключение из больницы. Мужчина довольно быстро пробегается глазами по этим бумагам. – Два миллиона, – проговаривает судья, после чего поднимает взгляд на Ли, который в ответ просто кивает головой. – Спасибо, – проговаривает Гонхи, сделав небольшой поклон, а следом собирается уже отправиться на выход, однако… – Адвокат Ли, – судья останавливает его. – Вы верите, что Сон Дончжу этого не делал? – спрашивает он так, будто сам не знает, во что ему верить. – Я не верю. Я знаю, – отвечает спокойно Ли, слегка улыбнувшись. Сейчас в глазах судьи он видит сомнения. Конечно, судья должен быть беспристрастным, и не иметь какого-то определённого мнения на счёт обвиняемого. Но, вероятно, он был убеждён, что Сон Дончжу виновен. По информации, которую Гонхи дал прокурор Бан, этот судья часто работает с прокурором Ким Сунчжоном. От того они уже чуть ли не закадычные друзья. Было бы просто странно, если бы судья изначально усомнился в друге. И Гонхи это прекрасно понимает. – Кто он для Вас? – спрашивает мужчина, как будто заметив в Ли его преданность. – Лучший друг и брат моего возлюбленного, – отвечает Гонхи, продолжая улыбаться, а после всё же выходит из кабинета. Теперь надо найти два миллиона вон, чтобы выпустить Дончжу под залог. Вроде бы сумма и не особо большая, но всё равно нужно поскрести по закоулкам, чтобы выплатить эту сумму. Конечно, по завершению суда она вернётся. Но в любом случае её нужно сейчас заплатить. Просить у юрфирмы точно не вариант, поэтому Гонхи отправляется к Донмёну. Крайним сроком будет лучше внести этот залог завтра вечером. Лучше, конечно, утром. Придётся скидываться. Когда-то в прошлом Донмён помог Дончжу купить собственную квартиру. Тогда он выиграл в лотерею, так что это не составило особого труда. Дончжу из-за ссоры с родственниками пришлось быстро собирать вещи и искать новое место жительство. И поэтому Мён просто отдал ему эти деньги, выигранные в лотерее. Естественно, этих денег уже просто нет, поэтому нужно искать. Гонхи работает в достаточно приличной юрфирме, однако получает не так уж и много из-за своего небольшого опыта работы. Он работает не покладая рук, но получается максимум полторы тысячи долларов из-за небольшой ставки. – У тебя есть сбережения? – спрашивает Гонхи, отвлекая Донмёна от его дел. – У меня много денег съедает машина, – отвечает Сон, тяжело вздохнув. – Её снова в ремонт надо. Я на мели, – подмечает парень, а следом подносит кружку с кофе к губам. – Может, я попробую у папы попросить? Он всё время откладывает. – Получается, что мы с тобой получаем среднюю зарплату, – подмечает Гонхи, а после откидывается на спинку стула. Это… плохо… очень плохо. Они сейчас могут отдать просто последние свои деньги. Да, они вернуться. Но на что жить, пока идёт суд? Он ведь может затянуться на месяцы. – Я вернулся! – дверь резко раскрывается и в ней появляется светящийся и жизнерадостный Ё Хванун. Пока его не было Дончжу, успели арестовать и совсем скоро могут выпустить на волю. И, вообще-то, Гонхи и Донмён ему совсем забыли об этом рассказать. Поэтому понятное дело, что ему сейчас особенно хорошо. Тем более после течки, которую он провёл со своим любимым альфой. – Хванун, у тебя есть лишние деньги? – спрашивает Ли, поворачиваясь сразу же на Ё, который направляется к своему личному столу. – А сколько надо? – тут же уточняет Хванун. – Два миллиона вон, – отвечает Гонхи, наблюдая за тем, как Ё достаёт из пакета тортик. – Я угощаю, – проговаривает парень, лучезарно улыбаясь. – А два миллиона можно у Гонхак-хёна попросить. Он же меньше десяти тысяч долларов не получает, – обозначает он, а Донмён даже закашливается, когда слышит такие суммы. – Джинмин, ставь чайник, – обращается он к лаборанту, на которого до этого Гонхи просто не обращал внимания. И тут вдруг становиться ясно, что это единственный человек, который абсолютно не проверен, но, тем не менее, всё равно находился здесь всё то время, когда обсуждались стратегии. – Поставил, – говорит лаборант. – А зачем вам два миллиона? – спрашивает Хванун, взглянув на друзей. – Внести залог за Дончжу, – отвечает Гонхи, однако по лицу Ё видно, что он точно не понимает, на кой чёрт это. – Его обвиняют в убийстве Минсоля. – Что!? – в полном возмущении восклицает Хванун, абсолютно не сдерживая себя. И он так громко кричит, что кажется, будто в других кабинетах его тоже было слышно. – Да как они вообще могли подумать, что наш Дундуни на это способен!? – продолжает возмущаться парень. – Угомонись. Нам нужно внести за него залог, и он будет свободен, – проговаривает сразу же Гонхи. – Мы пытались снять все обвинения с него, но кто-то, походу, слил прокурору нашу стратегию. Они обернули всё так, будто Минсоль – сын Сохо. – Как? – удивлённо спрашивает Донмён. – Но Сохо же впервые увидел Дончжу, когда Минсолю только четыре месяца было, – подмечает Хванун, лишь доказывая абсурдность всей этой ситуации. – Джинмин, – но Гонхи решает, что лучше попробовать сейчас подтвердить свои догадки по поводу крысы. – А? – отзывается лаборант. – Ты случайно не знаешь, как так вышло, что у стороны обвинения на руках были все аргументы, которые перекрыли все мои? – произносит Ли, смотря на лаборанта, который в тот же миг застыл на месте. Его реакция как будто говорит сама за себя. – Почему Вы спрашиваете об этом меня, адвокат Ли? – проговаривает Джинмин, вообще не двигаясь никаким образом. – Ты чего, хён? – и Донмён, очевидно, тоже не понимает причины, по которым Гонхи неожиданно напал на лаборанта. – Кто-то слил Ким Сунчжону часть нашей стратегии, – произносит Ли, не сводя взгляда с Джинмина, единственного подозреваемого. – Полностью её знали только я и Дончжу. С Донмёном мы её обсуждали именно здесь, – подмечает Гонхи, продолжая наблюдать за реакцией лаборанта. Работа адвоката особенно сильно учит следить за какими-то микро действиями людей и опираться на психологию. Так что застывший на месте Джинмин только подтверждает все догадки. И Хванун тоже сейчас внимательно за ним следит. – При Джинмине, – дополняет Гонхи, давая понять, что он уже не просто предполагает, а на все сто уверен. – Я… он заставил меня слить перечень документов, что были запрошены, – произносит Джинмин, не смотря на собеседников. – Я действительно это сделал… – Чем он тебе угрожал? – спрашивает Хванун довольно твёрдо и серьёзно, что ему практически не свойственно. – Моим прошлым, – отвечает спокойно Джинмин, а следом продолжает делать кофе для троих парней. Его руки знатно начинает потряхивать. – Он говорил, что вполне может меня посадить. – Следующий раз говори, что без своего адвоката говорить с ним не будешь, – произносит Гонхи. – И скажи, что твой адвокат – я, – заканчивает Ли, на что лаборант кивает своей головой. – Но я всё равно поговорю о твоём переводе в другую команду, – произносит Хванун. Его, очевидно, сильно разочаровал поступок Джинмина. Оно и понятно. Ё никогда не терпел предательство. Он всегда заступается за своих друзей, по крайней мере, пытается, даже если ему угрожают, и ждёт от них того же. Стоит только разочек предать его доверие, как он сразу же отказывается от этого человека. Дружба Гонхи и Хвануна претерпела очень многое. Они познакомились ещё в средней школе. Хванун перевёлся под конец учебного года, поэтому ему многое надо было наверстать. А Гонхи, как лучшего ученика в классе, попросили ему помочь. Это не сделало их лучшими друзьями, наоборот. Хванун выглядел, как полный бестолочь, а от таких Гонхи держался подальше. Ему всегда казалось, что Ё будет доставлять ему много проблем. По сути, так и было, так и есть по сей день. Ли помогал в средней школе Хвануну по просьбе учителей, а когда ему эта помощь больше не нужна была, они просто перестали общаться. У Хвануна появились свои друзья, а у Гонхи было своё окружение. А потом они поступили в одну старшую школу, попали в один класс. И это казалось простым совпадением. Потом оказалось, что Хванун сделал это специально, ведь ему очень хотелось познакомиться с Гонхи поближе. А в старшей школе, на первом году обучения ещё, Хванун заобщался с альфой, который очень понравился Гонхи. Это побудило Ли начать с ним общаться, чтобы сблизиться с тем парнем. Прознав, что Гонхи просто воспользовался знакомством Хвануна, Ё очень сильно разозлился, поссорился с ним, и между ними повисла активная вражда. Стоило им только пересечься, как разгорался ярый спор. Что же их сблизило? Горе Хвануна. Как оказалось позже, он встречался с тем альфой, однако они расстались. Парень оказался мудаком, поэтому Ё даже расплакался при очередной стычке с Гонхи. А вот Ли никогда точно не хотел доводить его до слёз, поэтому просто легко приобнял Хвануна и прошептал ему на ухо «выпускать эмоции полезно». И после этого Ё иначе стал относиться к Гонхи. Они снова сблизились, а по итогу так вообще стали лучшими друзьями. Ещё сильнее их сблизил Дончжу, вместе с которым все трое опоздали на уроки. Гонхи с теплом на душе вспоминает былые дни. Школьные годы были самым золотым временем. А сейчас слишком много проблем навалилось. Как будто какой-то злой рок, что преследует не только Дончжу, но и всех, кто его окружает.