этой ночью телом и душой стали связаны с тобой.

      Кто они друг для друга? Этим вопросом Лэйн задаётся с самых первых минут знакомства с таинственным ангелом, с того самого взгляда сверху вниз в поместье Романова. И почему-то в ее голове появляется лишь больше вопросов, ответы на которые она от Каина не получит даже на пороге своей смерти. И оттого дышать ей становится тяжело, сердце отдает необъяснимой болью по ребрам. Каин – ангел, сошедший с небес, книга, которую ей никогда не разгадать. По сравнению с ним «Книга апокалипсиса» - детская загадка. В этом мужчине столько противоречий, что с каждым их взаимодействием начинаешь думать, что ты настоящий псих. Отчего же по телу юного криптографа бегут мурашки от каждого пронизывающего взгляда рубиновых глаз? Почему так хочется взять его за руку и прижать ее к своему трепещущему, от боли и недосказанности, сердцу? Ответа Лэйн не знала, а может быть, просто не хотела понять одну простую истину. Место в ее душе и сердце стал занимать блондинистый ангел, что так отчаянно обещает защищать ее и что вечно исчезает в самые страшные моменты ее новой жизни.       Мог ли сам Каин объяснить свою тягу к обычному человеку, который по сравнению с его жизнью длиною в вечность был всего лишь коротким промежутком его болезненных воспоминаний? Почему он не расскажет ей правду и не заставит девушку возненавидеть себя всей душой? Ангелу нравилось проводить время с криптографом, ведь она для него была глотком свежего воздуха в этой никчёмной жизни, хоть и сама того не понимала. Кажется, спустя столетия существования он впервые заинтересовался живым существом. Подделка небожителей. Или все же подделки – они сами? Так ужасно он преподнес ей свои мысли тогда на крыше, самому до сих пор противно от этого, но времени вспять не повернуть, а жаль. Весь путь их знакомства – от Роткова и до Оксфорда – мужчина старался быть рядом с ней, помогал вытаскивать её из снега, перебрал тонну книг в библиотеке, обрабатывал её раны и оставался с ней в комнате, когда она болела. Сам уже запутался, делал ли он это, только потому что так нужно, или из собственной прихоти и привязанности к Лэйн.       Ангел присматривал за Лэйн в Роткове и продолжает это делать даже в Оксфорде, где, казалось бы, множество охраны и военных. Отчего же он не забросит свою привычку? Быть может, он присматривал за ней и все три года? Ответа никто и никогда не узнает. Черт. Как же он переживал, что не успеет спасти ее от демона, что так безжалостно хотел проучить девушку за враньё, как же его сердце тогда неистово стучало. Он собственными руками готов был выпустить из Пилеона всю его демоническую кровь. Остальной отряд подоспел как нельзя вовремя. А она, дуреха, ещё и прикрывала его, не хотела снова портить отношения с отрядом! Каин ещё долго восстанавливал дыхание в душе, куда сразу же сбежал, дабы успокоить свое тело. Что же ты, Лэйн, творила с ним? Почему? Почему ему так сильно хочется схватить ее за бедра и прижать к ближайшей стене, сказать ей все недосказанности между ними и наконец припасть к ее губам, к таким, черт возьми, манящим пухлым губам? И вот она пришла к нему сама. Пара перекинутых фраз и он уже вжимает ее в церковный крест и так сильно жаждет получить всю её и сразу, утонуть в ее движениях, запахе, прикосновениях. Их первый поцелуй был причиной нового разлома, не иначе. Как же Каину хотелось в тот момент наплевать на все в этой жизни и просто взять криптографа в той маленькой, до ужаса неуютной душевой и просто показать своими действиями, как сильно он зависим от нее. Великое божественное создание стало зависимо от обычного человека. Но даже здесь их прервали и пришлось оторваться от девичьих уст, дабы отпустить ее к пастору. Снова ему помешали исполнить задуманное. Оставшись один на один в пустой холодной комнате, Каин пару раз ударил о стену и тихо выругался. Снова он один. Уже позже, стоя в тени у статуи и заметив Лэйн в компании генерала, он понял, что попросту теряет время, потому решил явиться к девушке среди ночи и наконец сказать то, о чем он так долго молчал, сказать о том, как глубоко она приросла в его сердце и явно не собирается выбираться оттуда. Стоя у двери, ангел все не решался постучать, а только успокаивал сердце, что так активно билось, мечтая быстрее покинуть клетку из костей. Минута. Десять. Негромкий, но достаточно настойчивый стук в двери криптографа. - Каин? Что ты делаешь здесь так поздно? - потирая сонные глаза, спросила девушка. В ее голосе было слышно все ещё спящие нотки. Сонная и настоящая, без доли притворств и тайн, отчего она становилась ещё более сексуальной, такой, которую хочется взять прямо здесь, на пороге. - Молчи.       Не выдерживая собственного желания, Каин толкает девушку обратно в комнату и с шумом захлопывает дверь. Пусть все слышат и знают, что сегодня, нет, теперь навсегда Лэйн только его. Ошарашенная брюнетка не успевает ничего сказать, как мягкие губы Каина накрывают ее собственные с таким рвением и желанием, что она попросту забывает, как дышать. Вкус ее губ перемешивается с прохладой от дождя, капли от которого стекали по его волосам и лицу. Отстраняясь от неё лишь на секунду, он быстро снимает свое пальто и откидывает в сторону, вновь припадая к таким сладким, до боли манящим, губам. Руки мужчины аккуратно ложатся на ее макушку и оттягивают волосы, он делает это с нежностью, стараясь не отпугнуть. Больше всего на свете он боится, что Лэйн сейчас выгонит его обратно, боится, что их взаимное чувство тяги к друг другу всего лишь плод его больной фантазии. Но Лэйн рушит все его переживания ровно в тот момент, когда начинает прижиматься к его телу своим, поднимая руки, чтобы обнять его за шею и вновь окунуть ладонь в такие мягкие белоснежные волосы. Поцелуй был жарким и нежным одновременно, будто именно сейчас они наконец открывают свои сердца и души друг другу, будто именно в этот момент весь мир перестает существовать и сжимается лишь до одной комнаты.       Наконец оторвавшись друг от друга, Лэйн заглядывает в глаза ангела, надеясь вновь увидеть оттенок рубина, но на удивление видит перед собой голубые, словно небо в самые жаркие летние дни, глаза. Они оба понимают все без слов. Все мысли, что мучили криптографа покидают ее голову ровно в тот момент, как Каин прижимает ее к небольшой софе, что стояла в комнате, и придавливает всем телом, дабы решительнее показать свои намерения на девушку. Показать, как сильно он желает ее не только телом, но и всей своей душой. Сминая ее под собой, ангел вновь льнет к опухшим от поцелуя губам и продолжает пробовать ее на вкус, проталкиваясь своим горячим языком в ее рот и проводя им по ровному ряду зубов. Все тело Лэйн мякнет и готово рассыпаться на атомы от такого напора, но вместо возмущений она лишь крепче обнимает его за плечи одной рукой, пока вторая пытается пробраться под его белую рубашку и наконец почувствовать тепло такого желанного тела. Пока их языки сплетаются в странном танце, сердца начинают биться в унисон. Разрывая поцелуй, они замечают, как за их губами тянется тонкая полоса слюны, что доказывает взаимность их связи. Теперь их несчастные, истерзанные болью и временем души связаны. Каин не мог оторваться от девичьих губ, будто думал, что как только он прекратит их целовать, то его жизнь вновь станет пустой и бессмысленной. Боялся, что как только откроет глаза и уберет руки от брюнетки, она растворится в воздухе, оставив после себя лишь одно болезненное воспоминание. Пара влюбленных людей не знала, сколько времени они пролежали в таком неудобном положении, отдавая себя поцелуям: жарким, требовательным, мокрым.       Лэйн первая отстранилась от желаемого до боли внизу живота тела. Губы приятно покалывало, а легкие горели от каждого жадного глотка воздуха. Глаза, которые уже покрылись пеленой предвкушения, медленно нашли объект своего обожания, от чего внизу живота лишь сильнее распалялось желание, неистовое, сумасшедшее. Лэйн хотелось его прямо здесь и сейчас, накинуться, раздеть и подарить всю себя. Но она лишь продолжала томно вздыхать и корить себя за, что прервала их, не дала их желаниям воплотиться в реальность. - Прости, я не знаю, что на меня нашло… Хотел по-другому, а получилось как всегда, - ангел начал говорить шепотом, в котором всё ещё была слышна хрипотца от возбуждения, попутно поднимаясь с девушки и давая ей больше пространства. Если она его прогонит, то он без слов поймет и молча уйдет, проклиная себя даже за мысль, что вновь мог причинить вред той, кто заполнила его всего. – Мне, наверное, стоит уйти, - Каин не знал, куда себя деть в этот момент, оттого резко вскочил с софы и повернулся в сторону двери. - Не уходи, - криптограф резко подорвалась вслед за ним и неосознанно схватила его ладонь. Постояв так пару секунд, она вдруг поняла, что слишком сильно сжимает свои пальцы на его коже, отчего там, скорее всего, появятся следы от ее ногтей. Чуть помедлив, она все же отпустила ладонь мужчины и подняла на него свои черные, будто сама ночь, глаза.       Ей совершенно не хотелось оставаться одной после всего, что с ними сейчас произошло. Хотела ли она большего? Определено хотела, а потому решила действовать первая. Нервно сглотнув, брюнетка подошла к парню, тем самым заставляя того полностью повернуться к ней, и резко впилась в его всё ещё влажные от поцелуев губы. Теперь уже брюнетка брала инициативу в свои руки, зарываясь холодными трясущимися пальцами в его белоснежные волосы и подталкивая ангела обратно к софе. Он же, не ожидая такого от такой, казалось бы, миниатюрной девушки, попросту потерял контроль над собственным телом и с тихим грохотом сел на софу, успев удобно расправить свои белоснежные, все еще влажные после дождя, крылья. - Ты уверена в эт… - прервался он на полуслове, когда Лэйн села на него. Уверенно, настойчиво, будто делала это уже не один раз и знала каждый сантиметр тела Каина. - Теперь молчи ты.       И ангел послушался. Тело и разум словно по щелчку отключилось, уступая место чувствам и желанию, что так предательски начинало скапливаться внизу живота, заставляя штаны в области паха натянуться. Движения Лэйн были неуклюжи и неуверенны, но до жути настойчивы, оттого первые вздохи сорвались с уст мужчины совершенно неожиданно. Она знала, с чего стоит начать, и потому завела руки ему за спину, проводя ладонью по мягким перьям. Там, у основания, они были другими – мягкими, будто дотронулся до облака. Они отличались от тех, что были на концах: там были жёсткие, большие, прям как сам Каин снаружи. Дыхание его участилось, а на лбу выступила испарина, скатываясь по очерченной скуле. Облизав губы, ангел уверенно положил свои ладони на бедра криптографа, придвигая её к себе ещё ближе, стараясь сократить расстояние между ними до миллиметров, ведь хотел чувствовать ее тело полностью, вдыхать ее запах. Сжимая упругие ягодицы, еле прикрытые короткой ночной сорочкой, он придвинулся ближе и провел своим носом от ее оголенной шеи к уху и легонько прикусил мочку, будто начиная ставить свои отметины на ней, показывая всем, что теперь она лишь его. Девичье тело сразу же вздрогнуло и откликнулось тихим стоном на действия Каина. - Ты стала для меня иконой, перед которой я готов стоять на коленях всю свою оставшуюся жизнь, - послышался хриплый голос блондина. – Ты – статуя, сделанная самим Шепфой, - продолжал он, пока его руки уверенно играли с ее податливым телом: вырисовывали узоры на бедрах, сжимали ягодицы и поднимались вдоль позвоночника, очерчивая тонкую талию теперь уже обладательницы его сердца. - К-Каин… - тихо, почти умоляюще, прошептала Лэйн в губы ангела, когда рука его опустилась на грудь девушки, сжимая ее через шёлковую ткань сорочки.       Лэйн так желала оказаться сегодня ведущей в их бешеном танце страсти, но проиграла, проиграла в тот момент, когда прохладные пальцы ангела прошлись по ее плечу и опустили лямки сорочки с плеч, оставляя верхнюю часть тела обнаженной. Ночной ветер прошёлся по уже затвердевшим соскам, и она моментально потянула руки к груди. Хотела ли сохранить тепло или вот так резко стала стесняться взгляда Каина, что впервые за это время вновь окрасился в рубиновый? Но он резко перехватил её руку, возвращая ее себе на плечо. Ему хотелось любоваться её телом, ведь идеальнее он еще не встречал: аккуратная грудь, прекрасные ореолы, что так и манили к себе, бледная кожа, что при свете расколотой луны отдавала синевой и казалась фарфоровой. Аккуратно, будто боясь спугнуть Лэйн своими действиями, ангел стал осыпать её тело поцелуями. Сначала он прильнул к губам в совершенно новом поцелуе, - таком нежном и чувственном - после стал опускаться влажной дорожкой по острому подбородку к шее. Каин целовал, кусал, оставлял алые отметины, а после вновь целовал, будто извинялся за причиненную боль. Опускался к ключицам, таким острым, что, казалось, о них можно пораниться; целовал каждый миллиметр и получал самое лучшее вознаграждение – стоны, что срывались со рта криптографа. Наконец он достиг цели и его влажные и мягкие, как и его перья, губы коснулись затвердевшего соска. Сначала нежно и медленно, но после он стал его кусать и посасывать, издавая причмокивающие звуки, вторая же рука придерживала хрупкое тело девушки, не давая ей упасть. Наконец наигравшись с грудями, что теперь тоже были, как и шея девушки, все в красных метках от укусов и поцелуев, он вернулся к ее губам. Теперь, казалось, ангел никогда не насытится прикосновениями к ним и оттого будет искать любой миг, чтобы прильнуть к ним. - Лэйн, ты даже не представляешь, как я хочу тебя. Я хочу не только твое тело, но и твою душу, сердце – все, - хриплый полустон-полувздох вырывается из его лёгких, когда дрожащие руки девушки добираются до пуговиц его рубашки и судорожно начинают их расстёгивать. - Не медли с этим, - кроткий поцелуй в шею. – Докажи это не только словами, - бросает ему вызов брюнетка, а после тянется руками к его ремню на брюках, что так сейчас мешает ей.       И вот она наконец избавляется от такой ненужной детали, а дальше в ее глазах пелена безумного желания. Слух криптографа ласкает облегченный вздох ангела, отчего на ее лице появляется улыбка, а после сразу же исчезает, как только она припадает к его белоснежной, будто снег, коже. Ее язык выводит странные замысловатые узоры по его шее, уделяя особое внимание выпирающему и вечно дергающемуся кадыку. Опускаясь все ниже, Лэйн не выдерживает и опускается перед ним на колени, заставляя Каина распахнуть глаза, а после тихо простонать, когда ее ногти начинают впиваться в его рельефный пресс. Этой ночью ей хочется подарить ему самое лучшее воспоминание за всю его жизнь, потому она решается на такое неумелое дело, ведь ранее ей не приходилось доставлять удовольствие мужчинам. Нет, сексуальный опыт у нее был, но слишком уж давно.       Лэйн томно вздыхает, когда перед ее глазами предстаёт возбуждённая плоть мужчины. Даже здесь он был идеальным, как и весь Каин в целом. Усаживаясь удобнее, немедля она притрагивается пальцами к головке члена, медленно опускаясь к основанию и чуть сжимая его в кольце своих пальцев, отчего глаза Каина закатываются от удовольствия. Он боялся представить, что будет испытывать дальше, ведь он и мечтать не мог, что когда-то это может произойти. Каин обещал стоять на коленях перед ней, а сейчас сам созерцает самую прекрасную картину в мире. Не зная, куда деть свои руки, он нежно наматывает распущенные пряди девушки в кулак и чуть подталкивает к себе, будто старается показать, как лучше, и она действует. Приоткрывая опухшие губы, Лэйн плавно погружает в себя на половину твердый, пульсирующий член ангела и начинает посасывать. Мужчина старался не переходить границ и лишь слегка надавливал на её макушку, когда она углубляла свою ласку. По стволу и ее губам стекала слюна, отчего скользить было куда приятнее. Помогая себе рукой, она ускоряла движения в те моменты, когда сама играла с его головкой, то целуя ее, то облизывая. Тишину комнаты нарушали слегка хлюпающие звуки и стоны ангела, что просто уже не мог сдерживаться. - Лэйн… Оохх… - стон, громкий, будто утробный рык, срывается с губ ангела, и он останавливает ее, заставляя подняться на ноги, а после встаёт сам и впивается в нее очередным поцелуем. Жёстким и мокрым. Их языки начинают танцевать собственный танец, пока он ведёт направляет ее к кровати, попутно снимая с себя и с нее одежду, оставляя брюнетку лишь в одном нижнем белье.       Аккуратно уложив криптографа на прохладные простыни, он нависает над ней и сразу же припадает к груди: целует, кусает, оттягивает кожу вокруг ореола сосков, а после припадает к каждой по очереди вновь. Пока одна рука переплетает пальцы с пальцами Лэйн, вторая уже по-хозяйски опускается ко внутренней части бедра, очерчивая его и поглаживая. Томные вздохи ласкали слух обоих, ведь сейчас они даже дышали в унисон. Каин отрывается от ее тела и следом накрывает губы девушки своими, уводя их в очередной поцелуй, ведь так ему хотелось сорвать её стон в тот момент, когда пальцы ангела касаются чувствительной точки внизу живота. Улыбаясь кончиками губ от того, какая Лэйн мокрая, он начинает медленно водить средним и указательным пальцами меж складок. Томительно, до жути, до боли где-то в солнечном сплетении, так, что хочется свести колени вместе и хоть на миг прекратить эту пытку. Каин смотрит ей в глаза, хочет уловить ту эмоцию, которая окончательно сотрёт все рамки дозволенного, пока он погружает свои пальцы в ее влагалище, горячее и такое отзывчивое на его действия. - Ах-х… х… - громко, почти плача, стонет криптограф. Слишком долго он тянул с этим, слишком медленно доставляет ей удовольствие. Потому она будто сама пытается насаживаться на его пальцы, показывая, как сильно она его хочет и как сложно ждать, когда он плюнет на все эти прелюдии и просто возьмёт ее.       Но ангел не собирался так просто сдаваться и, сжав ее бедро, остановил попытки девушки контролировать процесс. Ему хотелось доставить ей удовольствие, насладиться процессом и самому, поэтому к пальцам внутри он подключает большой, который ложится на клитор и медленно начинает очерчивать его, то поглаживая, то надавливая. Извивающаяся от его ласк Лэйн начинает стонать громче, руки ее ложатся на его плечи и сжимают до белых пятен, впиваясь ногтями. Ее разрядка уже близка, и мужчина это понимает и оттого быстрее начинает двигаться в ней, чувствуя, как стенки ее влагалища начинают сжиматься, а сама криптограф поджимает пальцы на ногах и выгибается в спине. Первый за долгое время оргазм, впервые за долгое время ей так хорошо. - Надеюсь, тебе было сейчас хорошо, потому что это только начало, - тихо шепчет ангел, наклонившись к ее лицу. - Хочу, - тяжело говорить с пересохшим горлом. – Хочу почувствовать тебя внутри, пожалуйста…       Каину не нужно повторять дважды. Развернув под собой податливое тело девушки, он заставляет её прогнуться в спине и чуть расставить колени. Руки его сначала гладят, а после сильно сжимают ее ягодицы. Ангел упивается открывшейся картиной перед ним: то, как Лэйн, прогибаясь в спине, прижимается бедрами к его члену, трётся и безмолвно просит его не оттягивать столь желанное; то, как красиво и сексуально она стонет. Отпустив одно полушарие ягодицы, он проводит по спине девушки ладонью и наматывает копну волос на кулак ровно в тот момент, как начинает в нее погружаться. Медленно, но всей длиной сразу, и с его губ срывается стон. О, как долго он грезил этим, и вот сейчас Каин чувствует, как брюнетка принимает его всего, сжимая стенки вокруг его плоти. Первые движения были плавными, будто дающие привыкнуть к нему, но чем быстрее становился темп, тем жестче и резче становились его проникновения. С каждым толчком, с каждым ударом его бедер о половые губы Лэйн по комнате расходились звуки, которые, казалось бы, слышал весь «Адам». - Каин… Ах-х… Каин!       Имя ангела перемешивалось со стонами и ласкали его слух, а потому он только быстрее начинал двигаться. Чувствуя скорую разрядку, он старался сбавлять темп, вновь переходя на плавные движения. Ему хотелось как можно дольше доставлять удовольствие такой желанной девушке под ним, которая сейчас выкрикивала его имя, растворяясь полностью. В эти моменты она сама просила вернуть прежний темп, насаживаясь на его член, безмолвно молила продолжать и не останавливаться. Наклонившись, мужчина стал целовать каждый позвонок на ее изящной спине, подбираясь все ближе к шее и запустив одну руку, обхватил ее и чуть сжал, заставляя Лэйн приподняться и повернуть к нему голову. Девушка первая потянулась к его губам, пусть это и казалось лишь пародией на поцелуй, но этого хватило, чтобы её влагалище вновь начало сжиматься вокруг члена, предзнаменуя скорую разрядку. Член входил полностью во влагалище, отчего шлепки их тел становились ещё более громкими. Последний стон срывался почти что в крик, и оргазм накрывает их обоих. В этот момент крылья ангела раскрылись и окутали их куполом, будто защищая от всего живого, давая запомнить этот момент.       Не успевая перевести дыхание, Каин аккуратно укладывает Лэйн на кровать, накрывая одеялом, и ложится рядом. Она же, все ещё тяжело дыша, зарывается в его объятия и смотрит в глаза, пытаясь увидеть там все тот же красный, адский цвет. Голубые. Она ассоциирует его цвет глаз с небом, с тихим океаном, что медленно перекатывает свои волны на ветру. Таким нежным и родным. Они ещё долго целовали друг друга, обнимали, боясь закрывать глаза, ведь никто не знает, что наступит с рассветом.