В чёрном-чёрном городе

К началу ноября в столице резко похолодало. Казалось, что до этого момента в Сеуле хозяйничало загостившееся лето — оно приветливо приглашало горожан на улицы, позволяя вдоволь насладиться ласковым теплом, и с обманчивой уверенностью их убеждало, что ещё не пришло время вязаных свитеров и объёмных шерстяных шарфов. А потом в одну ночь лето собрало чемоданы и укатило далеко-далеко, напоследок захватив с собой зелень деревьев, свежий аромат цветов и белоснежные, похожие на сахарную вату облака. Мир сразу стал сырым, бесцветным и промозглым, а то, что ещё вчера было живым и полным сил, уже на утро начало медленно увядать. Осень, слишком долго ждавшая своего часа, с жадностью дикого зверя вгрызлась остро заточенными зубами в посеревшие улицы. Ей нужно было отыграться за всё до наступления зимы, и оттого погода сменялась хаотично, с бешеной скоростью. То сутками хлестал ледяной ливень, то утренние заморозки покрывали лужи островками льда, то разыгравшийся ветер швырял в лица прохожих охапки листьев и забирался ледяными пальцами под одежду. Единственного, чего в этом многообразии не было, так это тепла. Феликс был из тех, кто сопротивлялся осени до последнего. Он ненавидел её всем своим существом. Надеть тёплую куртку и обмотать вокруг шеи шарф значило проиграть ей. Признать, что осень победила, сожрала всю его решимость, переварила и выплюнула. Делом доказала, что все, даже самые упрямые, должны были играть по её правилам. Да как бы не так. Ярко-жёлтый бомбер, накинутый поверх футболки, совсем не согревал, поэтому Феликс, засунув ладони поглубже в карманы, едва ли не бежал по всё ещё тёмной улице. Утренний холод издевательски щипал за кончик раскрасневшегося носа, поэтому изредка парень прятал его в вороте, вот только это едва ли помогало. Если бы только он не поленился и встал по первому сигналу будильника, то успел сварить кофе и наполнить им доверху термокружку — увесистую, чёрно-серебряную, подаренную Джисоном на недавний день рождения. Он бы тянул из неё напиток по дороге на работу, наслаждаясь горьковатым терпким вкусом, и раздражённая осень, сердито лязгая челюстями, бесполезно крутилась под его ногами, не в силах причинить вред. Обычно расстояние от дома до круглосуточного магазина, в котором он работал, Феликс преодолевал минут за пятнадцать, но сегодня он шёл намного быстрее, явно намереваясь поставить рекорд. Проверив время на телефоне — до начала смены оставалось почти полчаса — он перебежал пустынную дорогу и зябко передёрнул плечами. В половине седьмого утра на улицах почти не было прохожих и проезжало совсем мало машин. В окнах многоквартирных домов лениво загорался свет. Где-то хлопали балконные двери, где-то лаяли собаки, вынуждая своих хозяев выбираться из тёплых постелей. Феликсу не нравились дневные смены, но он любил чувство внутреннего умиротворения, которое испытывал, вышагивая на работу на рассвете. Парню оставалось пройти чуть больше двух кварталов, когда он услышал вдалеке истошный вой полицейской сирены. Изумлённо обернувшись, он вслушался в нарастающий шум и нахмурился — вряд ли машина ехала сюда, ведь чего страшного могло случиться в самом обычном спальном районе Сеула, где самыми серьёзными проблемами были незаконные парковки и переполненные мусорные баки. Здесь жили исключительно молодые семьи с детьми, приветливые старушки с кошками да студенты, снимающие компаниями крохотные студии, чтобы меньше платить за аренду. Преступления обычно происходили где-то там — в шумном, никогда не засыпающем центре столицы, или в неблагополучных районах на окраинах. Покачав головой, парень продолжил шагать по тротуару и беспокойно покусывать и без того покрытые корочками губы. Задумавшись, он подпрыгнул от неожиданности, когда мимо него пронёсся автомобиль с красно-синими маячками — всё же тот приехал именно сюда. Проводив скрывшуюся между домами машину взволнованным взглядом, Феликс испуганно затих и перевёл взгляд на светлеющее на горизонте небо — магия тихого утра исчезла бесследно, сменившись тягостным ощущением тревоги. Магазин встретил парня духотой и тяжёлым запахом несвежего рамёна — длинный узкий стол вдоль окна, за которым могли перекусить покупатели, был ожидаемо не убран, а микроволновка, в которую Феликс недовольно заглянул, изгажена до неузнаваемости. Цокнув языком, он подошёл к кассе и облокотился на прилавок. Брюнет, сидевший в кресле и надвинувший на глаза бейсболку с символикой магазина, явно спал, притом демонстративно, прямо под камерой. Его не разбудил ни звон колокольчиков над дверью, ни осторожные шаги. Если бы Феликс был воришкой, то мог спокойно вынести половину магазина, а разиня Бомгю даже бы не заметил этого. — Эй! — потеряв терпение, он звонко ударил ладонью по прилавку, и сменщик, нелепо подскочив, уставился на него сонными глазами. — Ты чего орёшь?! — с трудом узнав Феликса, хрипло возмутился Бомгю. Пошарив руками по столу, парень отыскал под ворохом смятых накладных телефон и проверил время. После чего, широко зевнув, откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе, явно намереваясь ещё подремать, вот только взвинченный напарник не собирался так легко от него отставать. — Иди и убери со стола! Развёл какой-то свинарник! — направившись в подсобку, рявкнул Феликс. — Не я его развёл, а люди, которые не могут выкинуть за собой мусор! — уязвлённо крикнул ему в спину Бомгю. — И вообще, в нормальных магазинах для такого уборщиков нанимают. — А в нашем тебе за это доплачивают! Не став закрывать дверь до конца, чтобы следить за лентяем-сменщиком, парень стянул бомбер и повесил его на крючок, предварительно сдёрнув с него же форменную красную куртку. Отыскав в заднем кармане джинсов резинку, Феликс встал перед круглым, вечно заляпанным зеркалом, собрал длинные светлые волосы в небрежный пучок, после чего надел бейсболку и поправил козырёк. Когда парень вернулся в зал, Бомгю всё ещё натягивал резиновые перчатки и брезгливо кривился при виде груды мусора, которую ему предстояло убрать. Наверняка пытался в очередной раз вызвать у Феликса жалость, вот только это давно уже не работало — он и без того слишком много раз ему помогал. — Давай быстрее, — заняв место за пустующей кассой, поторопил он напарника. — Твоя смена заканчивается через десять минут. Если не успеешь, значит будешь доделывать всё за бесплатно. Бомгю что-то проворчал себе под нос, бросил на Феликса испепеляющий взгляд, но всё же принялся скидывать остатки еды в мусорное ведро. — И микроволновку протри! — наводя порядок на рабочем месте, напомнил блондин. — Да ты достал! — швырнув переполненное мусорное ведро на пол, взорвался напарник. — Я без тебя знаю, что мне делать! Чего командуешь?! — Не ори на меня! — злобно прищурившись, ответно повысил голос Феликс. — У тебя совсем совести нет. Мы получаем одинаковую зарплату, но при этом я всегда доделываю за тебя твои дела! Так мало того, ты ещё и прямо под камерой спать умудряешься! — Не завидуй! И вообще, мне насрать на эту работу, понял?! — сделав шаг вперёд, агрессивно рявкнул Бомгю. — Если Мёнсу что-то не устраивает, то он может прямо сейчас уволить меня. Хотя, подожди, у него ведь и так никто работать не хочет? Какая жалость! Язвительно рассмеявшись, парень вновь поднял несчастное ведро, скинул в него остатки мусора, кое-как протёр влажной салфеткой стол и микроволновку, и с независимым видом направился в подсобку. Выйдя из неё ровно в семь утра, он прошагал мимо недовольного Феликса и, не попрощавшись, покинул магазин. Было велико желание побежать вдогонку за Бомгю, схватить его за отросшие чёрные волосы и как следует оттаскать, но парень продолжал стоять на месте, цепляясь за прилавок, как за спасительный якорь. Он ведь знал, что это ничем не могло помочь. Бомгю действительно было плевать на эту работу, он не собирался на ней задерживаться и уж тем более строить карьеру. И Пак Мёнсу — хозяин магазина — тоже прекрасно это понимал. И он даже не мог оштрафовать нерадивого продавца, потому что тот бы сразу уволился, а найти нового было едва ли возможно. Впрочем, Феликс не мог сказать, что работа в магазине была слишком сложной, а может он просто успел к ней привыкнуть. Да, сотрудникам приходилось и работать на кассе, и раскладывать товары, и выполнять функции уборщика, и Мёнсу всегда честно за это доплачивал, только трудиться здесь всё равно никто не хотел. Люди куда охотнее шли работать в огромный гипермаркет, что находился неподалёку — там и зарплаты были выше, и график удобнее. Феликс и сам вначале хотел пойти туда, но спокойствие маленького магазина и миролюбивый нрав Мёнсу подкупили его. Он с самого начала честно предупредил мужчину, что не собирался здесь надолго задерживаться, что ему просто нужно было накопить денег на учёбу, а Пак ответил, что даже нескольких месяцев работы было достаточно. Феликс задержался в этом месте куда дольше, чем изначально предполагал. Он продолжал выручать Мёнсу и брать дополнительные смены, когда очередной работник бесследно исчезал. Доделывал чужую работу, тайно получал за это надбавку к зарплате и даже мог бесплатно обедать и брать корм для Луло — если бы коллеги однажды узнали о подобных привилегиях, то возненавидели его в сто раз сильнее. Вот и сегодняшнее утро началось для блондина с того, что он вместо Бомгю вымыл полы в магазине, а собранный в чёрные мешки мусор вынес на задний двор. Не успел он заглянуть в туалет и сполоснуть руки, как услышал звон колокольчиков и метнулся обратно в зал — знакомая старушка в бежевом пальто и пушистом берете как раз наклонилась за корзинкой. — Доброе утро! — с улыбкой поздоровался парень. — Доброе утро, Феликс! — приветливо отозвалась тут же оживившаяся покупательница. — Как же я люблю приходить сюда в твою смену! Кокетливым движением руки поправив выбившиеся из-под берета седые пряди, женщина начала со знанием дела прогуливаться по рядам, складывая в корзину заведомо известный Феликсу набор товаров — молоко, шоколадное печенье, упаковку куриных яиц и несколько пачек влажного корма для кошек. Иногда к ним добавлялись другие продукты, но конкретно эти покупались всегда. Сон Джерим — а именно так звали старушку — любила поговорить с Феликсом. Она могла стоять у прилавка минут по двадцать, делая вид, что ожидала привоз свежего хлеба, но на самом деле она пряталась в магазине от одиночества. Дети и внуки совсем её не навещали, давно переехав в Пусан, поближе к морю, а кошки не научились разговаривать, только слушать. Вот она и болтала без умолку с миловидным блондином, который в глубине души страдал от того же самого. Сегодняшнее утро не стало исключением. Старушка, на порядок быстрее обычного обойдя нужные ей стеллажи, тут же направилась к кассе, явно спеша поделиться чем-то важным. — Ох, Феликс, а ты уже слышал о тех ужасных новостях? — выкладывая на прилавок продукты, с таинственным видом прошептала Джерим. — Каких именно? — начав пробивать товары, с удовольствием подыграл ей блондин. Сон демонстративно осмотрелась, будто в магазине, кроме них двоих, мог находиться кто-то ещё, и наклонилась ближе к Феликсу, обдав его тяжёлым ароматом цветочных духов. — В соседнем дворе труп нашли! — Чего?! — не сдержавшись и тут же прикрыв ладонью рот, воскликнул шокированный парень. За утренней суматохой он совершенно позабыл о двух полицейских машинах, что пронеслись мимо него с разницей в минуту. Он даже постоял недолго на том повороте, где они свернули, но так и не решился завернуть за дома и подойти ближе, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания. — У меня как раз окна на ту сторону выходят! Я рано проснулась, как раз кошек кормила, а тут слышу сирены воют, голоса раздаются. Выглянула с балкона, а там за гаражами уже всё лентой огородили, полицейские ходят, фотографируют что-то. Потом скорая приехала и в неё тело в чёрном мешке погрузили! — женщина схватилась за сердце, но делиться сплетнями не прекратила. — В общем, я решила сходить туда и узнать, что случилось. Мусор заодно захватила, чтобы выкинуть. Так мне даже до баков не дали дойти, там и развернули! Феликс взволнованно переступил с ноги на ногу и тряхнул загудевшей головой. Так удивительно было это осознавать — не то, что люди умирали ежедневно, а то, что порой умирали едва ли не в шаге от него. А что, если это был кто-то из знакомых? Тот, кто не раз заходил в магазин, чтобы купить шоколад или банку пива. Может, ужинал рамёном, сидя за столом у окна и параллельно листая смешные видео на телефоне. Здоровался при встрече и прощался под лёгкий звон колокольчиков над дверью. Дико было представлять, что вот этого самого человека, пусть пока ещё безымянного и не имеющего лица, могло больше не быть. — Ты давай осторожнее будь. Смотри, какие ужасы в округе творятся! — складывая продукты в шуршащий пакет, нахмурилась Джерим. Блондин уже хотел успокоить её, как в зал со стороны чёрного входа заглянул грузчик. Ким Сынмин, вечно угрюмый и немногословный, был единственным сотрудником магазина, который работал в нём дольше Феликса. Он приходил дважды в день — ранним утром и поздним вечером — чтобы разгружать приезжающие с товарами машины. А когда паллеты перекочёвывали из грузовиков в магазин, уходил, едва ли перебросившись с кем-то парой слов. — Ой, Сынмин, доброе утро! — тут же узнала его дружелюбная старушка, которая могла найти общий язык с кем угодно. — Здрасьте, — не особо приветливо кивнул ей Ким, после чего покосился на Феликса. — Хлеб. Блондин искренне поражался парню и его умению общаться с людьми. Кому-то недостаточно было и десятка фраз, чтобы доступным языком изложить свои мысли. Сынмин же умудрялся всего лишь одним словом объяснять всю суть происходящего. Ну или это Феликс со временем научился его понимать. Прикупив несколько свежих хрустящих булочек, Джерим ушла, а вслед за ней, один за другим, начали приходить новые покупатели. В большинстве своём это были люди, спешащие на работу. Они покупали что-то перекусить на обед; бестолково крутились возле кофемашины, которую никак не могли починить; разогревали в микроволновке кимбапы, чтобы быстро сжевать их по дороге на остановку. Феликс знал, что эта волна должна была скоро схлынуть, но всё равно с трудом сдерживал раздражение. Как же он любил ночные смены, когда можно было сидеть за ноутбуком, писать программы для студентов-первокурсников или просто смотреть фильмы. Кто-то заходил раз в час, а то и того реже, красота. Не то, что днём. Ещё и Сынмин, словно издеваясь, продолжал заставлять узкий коридор товарами. Он-то должен был скоро уйти, а Феликсу это добро до вечера предстояло по полкам раскладывать. Устало улыбаясь очередному сонному покупателю, блондин невольно вслушивался в отголоски чужих бесед — кто-то жаловался, что опаздывал, и просил пропустить его без очереди; кто-то общался по телефону, обсуждая рабочие вопросы; а кто-то вполголоса рассказывал про полицейских, что перекрыли проезд. — Феликс! — позвал его Сынмин, тряхнув зажатыми в руке накладными. — Я пошёл. — Ага, пока! — рассеянно попрощался с коллегой парень, тут же повернувшись к покупателю. — Оплата по карте или наличными? В магазине было не протолкнуться, и блондин искренне не понимал, почему всех покупателей тянуло именно сюда. Им всего-то и нужно было, что пройти немного вперёд и свернуть налево — и вот, гигантский гипермаркет, до отказа забитый товарами, был к их услугам. Но нет, все упрямо тащились в их крохотный круглосуточный магазинчик. Раздражались из-за длинной очереди, ругались на Феликса, который и без того работал на пределе своих возможностей, и нервно поглядывали на часы. — Когда уже аппарат почините? — поправив очки в толстой оправе, поинтересовался неприятный на вид тип с гладко прилизанными волосами. Он приходил в магазин по утрам перед работой и вечерами после неё же, и ему вечно всё не нравилось. Как-то раз он даже умудрился оставить жалобу на Феликса, а всё из-за того, что тот забыл предложить ему пакет. И ведь не поленился, нашёл на стенде номер Мёнсу, позвонил и минут тридцать крутился возле магазина, ожидая его приезда. А когда всклокоченный Пак примчался, начал отчитывать в его присутствии Феликса — и за несчастный пакет, и за неподобающий внешний вид. Конечно, Мёнсу пообещал сделать парню строгий выговор и даже оштрафовать, но на деле ограничился просьбой убирать длинные волосы в хвост, раз распущенные так сильно раздражали некоторых покупателей. Впрочем, Ян Чонин, как он представился в тот раз Паку, не успокоился и продолжил всякий раз провоцировать блондина на конфликт. — Мастер должен приехать сегодня, — ровным тоном ответил Феликс на заданный ему вопрос. — Вчера мне говорили то же самое! — угрожающе сверкнув стёклами очков, напомнил Ян. — Я всего лишь передаю вам слова хозяина магазина, — изо всех сил игнорируя нарастающую ярость, пожал плечами Феликс. — С вас девять тысяч вон. Сунув подмышку потрёпанный кожаный портфель и игнорируя недовольный ропот толпы, Чонин высыпал на прилавок горсть измятых купюр и мелочи, принявшись отсчитывать нужную сумму. Феликс терпеливо молчал и ждал, когда это всё закончится. Ближе к девяти утра магазин почти полностью опустел. Переведя дыхание и размяв затёкшую шею, блондин с неприязнью покосился на ожидающие своего часа товары и едва не взвыл, когда колокольчики зазвенели в очередной раз, тут же сменившись нетерпеливыми детскими голосами. — Пап, мы быстро! — А можно мы несколько пачек возьмём? — Берите, только давайте шустрее! — постучав по циферблату наручных часов, поторопил их отец. Он был ещё одним постоянным покупателем и редко появлялся в магазине без детей — сына и дочки. Его жену Феликс видел всего лишь пару раз — она была ухоженной и красивой женщиной, абсолютно равнодушной к собственному супругу. Если бы дети не называли её мамой, то блондин и не предположил бы, что эти двое являлись мужем и женой. — Пап! — капризно раздалось из-за стеллажа. — Тут нет клубничных, только лимонные! — Значит, берите лимонные и поехали! — сунув ладони в карманы светлого пальто, нервно отозвался отец. — Но мы хотим клубничные!!! — в один голос возмутились дети. — Да за что мне всё это? — возведя глаза к потолку, обречённо прошептал мужчина. — Извините, у вас нет клубничных мармеладных червяков? — Всё, что есть, лежит на витрине, — виновато развёл руками Феликс. Беззвучно выругавшись, мужчина направился успокаивать детей, и после минуты тщетных уговоров все трое пришли на кассу с пакетом несчастных лимонных червяков. И если сын держался вполне достойно, ограничившись нахмуренными бровями, то дочь жалобно всхлипывала и растирала по щекам слёзы. Право, вот бы в жизни Феликса тоже случались лишь такие трагедии. До новых товаров, всё это время мозоливших глаза, парень добрался лишь в половине десятого. Пожалуй, это было самой нелюбимой частью его работы — нудной, однообразной и чертовски выматывающей. Начать он решил с напитков, стоявших к залу ближе всего. Подхватив ящик со звякнувшими бутылками колы, он перенёс его ближе к нужному стеллажу и разрезал канцелярским ножом защитную плёнку. Но не успел блондин добраться до самой газировки, как лежащий в заднем кармане джинсов мобильник завибрировал. Вытащив его и прочитав на экране имя хозяина магазина, парень вздохнул и принял вызов. — Привет! — тут же поздоровался Мёнсу, чем-то громыхая на заднем фоне. — Не отвлекаю? Просто хотел узнать, как у тебя дела с Бомгю? — А что, он уже уволился? — зажав трубку между щекой и плечом, вернулся к напиткам парень. — А должен? — слегка настороженно уточнил Пак. Решив ничего не скрывать, тем более, что у хозяина был доступ к камерам, Феликс чистосердечно рассказал про многочисленные косяки напарника и обмолвился о том, что вновь убирался за него. Мёнсу, в свою очередь, привычно пожаловался на то, что не мог разбрасываться работниками и Феликсу стоило немного потерпеть, если он не хотел вновь работать без выходных. Ну, а в качестве поощрения пообещал выплатить в конце месяца щедрую премию. — А с кофемашиной что? — выбросив в коридор пустой ящик, поинтересовался блондин. — Этот придурок Ян меня уже достал, каждый день спрашивает! — Сегодня точно должны прийти и починить! — с жаром заверил его Мёнсу. — Честное слово, я уже обо всём договорился! — Ладно, — в очередной раз услышав ненавистный звон колокольчиков, вздохнул Феликс. — Мне пора, покупатель пришёл. Сбросив звонок, парень нырнул за прилавок и с любопытством устремил взгляд на высокого широкоплечего мужчину, застывшего у входа. Он знал почти всех покупателей в лицо, но конкретно этого определённо видел впервые. — Здравствуйте! — привлекая к себе чужое внимание, вежливо произнёс Феликс. — Добрый день! — прекратив сканировать помещение цепким взглядом, ответно поздоровался с ним хмурый незнакомец. Его лицо было по-мужски красивым — смуглым и скуластым, с красивой линией челюсти. Раскосые чёрные глаза были обрамлены длинными ресницами, а покрасневшие от ветра губы сурово поджаты. Такой человек выделялся бы в любой толпе, а уж в крохотном продуктовом магазине — тем более. Спрятав ладони в карманах длинного чёрного пальто, незнакомец неторопливо подошёл к стойке, что разделяла их с блондином, и вздёрнул гладко выбритый подбородок. Воздух тут же наполнился нотками пряного мускатного парфюма и горечью выкуренных натощак сигарет. От этого насыщенного облака невольно закружилась голова, и Феликс привычно ухватился за край прилавка — этот якорь всегда его выручал. — Меня зовут Хван Хёнджин, — отточенным движением головы отбросив лезущую в глаза тёмную чёлку, представился мужчина. — Я следователь по особо важным делам. В доказательство своих слов, он вытащил из внутреннего кармана пальто удостоверение и раскрыл его перед носом шокированного Феликса — тот только и успел, что мельком взглянуть на фотографию, да прочитать, что тот работал в центральном полицейском отделении Сеула. — Вы уже в курсе, что в квартале от вашего магазина обнаружен труп? — спрятав удостоверение обратно в карман, прищурился следователь. — Да, — неуверенно кивнул Феликс. — Откуда? — Ну, видел полицейские машины, когда шёл на работу. Да и покупатели только об этом и говорят, — неловко пожал плечами блондин. Он никогда прежде не общался с полицейскими и понятия не имел, что стоило говорить в таких ситуациях. Может, ему вообще следовало выпроводить этого типа из магазина, напоследок бросив, как это обычно делали в фильмах, что будет с ним общаться только в присутствии адвоката? — Да вы так не волнуйтесь, — с невероятной лёгкостью считав его эмоции, неожиданно улыбнулся мужчина. — Я просто хочу задать вам несколько вопросов. Вы же не против на них ответить? — Нет! — выпалил Феликс ответ, противоположный тому, что хотел произнести. Право, он же ни в чём не был виноват, так чего ему бояться? Уж лучше было ответить на все вопросы сейчас, чем потом ещё раз встречаться со следователем, но уже в отделе полиции, да ещё и потратив большую часть сбережений на услуги пресловутого адвоката. Хван, тем временем, достал уже из другого кармана небольшой кожаный блокнот и ручку. Запустив пальцы в короткие тёмные волосы и небрежно разворошив их, он что-то быстро написал на листе и поднял вопросительный взгляд на парня. — Ваше имя? — Ли Феликс! — вытянулся по струнке блондин. — Давно тут работаете? — С прошлого лета, — попытавшись вспомнить точную дату, нахмурил лоб парень. — Ясно, — фиксируя его ответы на бумаге, кивнул Хёнджин. — Где вы были прошлой ночью? — Дома, — неуверенно протянул блондин. — У меня смена началась в семь утра. Он с опозданием понял, что подобный ответ, мягко говоря, звучал подозрительно. Что мешало этому проницательному типу с глазами-рентгенами вписать его имя в список предполагаемых убийц? Чем эти следователи в принципе руководствовались, когда устанавливали круг подозреваемых? — А свидетели есть? Ну, кто сможет подтвердить, что вы действительно находились дома? — будто издеваясь над и без того покрытой паутиной трещин психикой, уточнил следователь. — Кот! — сдавленно попытался отшутиться Феликс, буквально ощущая, как его лицо теряло краски. Хван кивнул, не став развивать эту тему, и вновь черкнул пару слов в блокноте — блондин искренне сожалел о том, что не мог заглянуть в написанное. — А ночью, получается, работал ваш напарник? — задумчиво потёр подбородок мужчина. — Да, Бомгю! — тут же встрепенулся Ли. — Дадите мне его контакты? Я бы хотел с ним также поговорить. — Без проблем! — Феликс тут же принялся в спешке искать номер напарника в телефоне, желая как можно скорее закончить неприятный разговор, но следователь явно не собирался отставать от него. — Он ничего вам не говорил? Быть может, обсуждал с вами минувшую ночь? Что-то слышал, видел? — О, нет, — вспомнив в красках неприятную встречу со сменщиком, отрицательно покачал головой блондин. — Ничего такого не было. Продиктовав номер Бомгю, Феликс с надеждой уставился на следователя, но тот всё ещё возвышался у прилавка и сверлил его трудночитаемым взглядом — то ли подозревал в причастности к преступлению, то ли пытался уличить во лжи. Ли нервничал, терялся и в отчаянии кусал губы. — Я сейчас покажу вам две фотографии, — прервав неприлично затянувшуюся паузу, мужчина раскрыл блокнот на нужной странице. — Возможно, вам будут знакомы те, кто на них изображён? Он выложил перед Феликсом цветные снимки, на которых были запечатлены симпатичные молодые парни. Им явно было не больше двадцати пяти лет, ровесники самого Ли. И если первого из них он совершенно точно видел впервые, то лицо второго показалось смутно знакомым. Феликс даже осмелился взять в руки фотографию и поднести ближе к глазам, всматриваясь в тонкие черты лица. — Его зовут Чхве Джиун, — захлопнув блокнот и оперевшись ладонями на стойку, сухо произнёс Хёнджин. — Довольно известный блогер, увлекался косплеем и мукбангами, записывал танцевальные челленджи. Именно его труп нашли сегодня ранним утром во дворе неподалёку. Рука Феликса ощутимо дрогнула, словно обожглась о бумагу, и парень аккуратно вернул снимок обратно на прилавок. Теперь он вспомнил этого парня — Джисон был на него подписан. Сколько раз они лежали рядом, глядя каждый в свои телефоны, и Хан, просмотрев очередное новое видео со своим любимчиком, пихал экран под нос блондина и что-то восторженно мычал. А теперь труп этого несчастного парня вскрывали в морге, пытаясь установить причины смерти. — Эти молодые люди умерли при схожих обстоятельствах. И мы предполагаем, что эти убийства могут быть связаны, — задумчиво резюмировал Хван. — Так они вам знакомы? — Простите, но нет! — солгал Феликс, тут же переведя тему. — Выходит, что в городе маньяк завёлся? — Пока рано делать какие-либо выводы, но постарайтесь быть осторожнее и без особой нужды не выходите из дома в тёмное время суток, — глядя собеседнику в глаза, посоветовал следователь. — И ещё, вы тут давно работаете, многих жителей знаете в лицо. Если вдруг заметите или услышите что-нибудь подозрительное, то позвоните мне. Хорошо? Перед Феликсом опустилась белоснежная визитка, и он, коротко кивнув, тут же схватил её и спрятал в заднем кармане джинсов. Какое-то время они оба смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Блондину хотелось обхватить себя руками за плечи и малодушно спрятаться в подсобке. Ну, или попросить этого Хвана не смотреть на себя столь прямо и нагло. Так, словно подозревал его в чём-то. Будто без суда и следствия уже вменял вину за преступления, которых Ли не совершал. Когда колокольчики неожиданно звякнули, Феликс резко повернул голову на звук — на пороге магазина возвышался ещё один незнакомый ему брюнет в распахнутой на груди кожаной коричневой куртке. Он махнул рукой, привлекая внимание следователя, и неуверенно ему улыбнулся. — Хёнджин, я закончил с опросом. А ты? — Я тоже, Нишимура. Подожди меня в машине, — устало отозвался мужчина. — А вы, Феликс, дайте мне, пожалуйста, пачку сигарет. Парень, согласно кивнув, без лишних слов вышел на улицу — Ли видел, как он сел на пассажирское сиденье чёрного автомобиля, припаркованного неподалёку. С готовностью пробив нужные полицейскому сигареты, Ли дождался, когда пройдёт оплата по карте, и протянул мужчине чек. Машинально скомкав его и сунув в карман, Хёнджин направился к выходу, но напротив кофемашины притормозил и с разочарованным видом осмотрел выключенную панель. — Не работает? — на всякий случай уточнил он у наблюдающего за ним Феликса. — Нет, но сегодня обещали починить! — выпалил парень, тут же мысленно отругав себя. Право, какое следователю было дело до этой кофемашины в абстрактном будущем? Он зашёл в магазин в первый и последний раз в своей жизни, и его интересовало её текущее состояние, а не то, что с ней будет вечером, завтра или через год. — Ясно. До свидания, Феликс, — бросив на собеседника очередной нечитаемый взгляд, вежливо попрощался Хван. — До свидания! Стоило за следователем закрыться двери, как блондин шумно выдохнул и едва ли не сполз на пол. Ноги дрожали от напряжения, а сердце, что всё это время билось через раз, теперь стучало с бешеной силой. Безусловно, этот Хван Хёнджин был чертовски красивым мужчиной, на которого Феликс при иных обстоятельствах вполне мог запасть, но сейчас он с необычайной ясностью понимал, что готов был отдать всё на свете, лишь бы больше никогда его не видеть и не отвечать на пугающие вопросы. Коротко выдохнув, Ли уже хотел вернуться к работе, как его внимание привлекла чёрная ручка, оставшаяся одиноко лежать на стойке. Широко распахнув ресницы — вдруг, почудилось — он взял её в руку и изумлённо покрутил. Ручка явно была дорогой и сделанной на заказ, а на её корпусе красивыми золотистыми буквами были выгравированы инициалы следователя. И эту вещь определённо стоило ему вернуть. Резко сорвавшись с места и больно стукнувшись коленом об угол прилавка, Феликс выскочил из магазина и разочарованно простонал — чёрный автомобиль как раз скрылся за поворотом. — Да чтоб тебя! — в сердцах выругался Ли и упёрся руками в бока. Не спеша возвращаться в душный магазин, парень осмотрелся — улица была совершенно пуста, если не считать знакомой пожилой пары, бредущей под зонтиком по противоположной стороне дороги. Приветливо помахав им, когда те его заметили и радостно улыбнулись, Феликс поднял лицо к затянутому тучами небу и поморщился. Мелкий дождь больно ужалил усыпанные веснушками бледные щёки, и Феликс, мысленно показав осени средний палец, поплотнее закутался в форменную куртку и побрёл обратно к двери. Уже в зале парень перегнулся через прилавок и положил чужую ручку в стакан с карандашами и маркерами — они лежали на кассе на всякий случай, хотя Феликс и не помнил толком, когда в последний раз кто-то из продавцов ими пользовался. Как ни крути, но следователь совершенно точно должен был заметить пропажу вещицы. И если уж он умел находить опасных преступников, то вспомнить, где именно держал её в руке в последний раз, для него не составило бы труда. И задачей Феликса было сохранить ручку до возвращения Хвана в магазин. И именно по этой же причине он вернулся к кассе спустя мгновение и переложил чужую вещь к себе в карман — Бомгю, который должен был сменить его вечером, вполне мог или ненароком сломать попавшуюся на глаза ручку или вовсе потерять её. А так, под боком у блондина, ей точно ничего не угрожало.