Утренняя забота

Если бы Юнги полностью проснулся, он бы с большим подозрением отнёсся к тому, что Хосок воркует: «Не вставай, кроха, позволь мне побаловать тебя этим утром», — угощая его уже третьей чашкой кофе ещё до того, как сам Юнги встал с кровати. К счастью для Хосока, Юнги всё ещё был сонным, лёжа в постели, и его не отпускало тепло рук его парня, заботливо прижимающих кружку к его губам. К тому же, это приятно, когда о тебе заботятся. Юнги не стал отказываться от горячего кофе, как и от хорошего вина накануне, которое Хосок предложил к десерту, и отправил Юнги в постель после небольшого бокала, чтобы тот мог поскорее уснуть. — Ты слишком добр ко мне. — Юнги мурлыкал, обхватив руками свою любимую кружку. — Ну, я ведь действительно такой, правда? — пошутил Хосок. Хосок прекрасно выглядел этим утром, сидя в постели в своём привычном, наспех завязанном халате, скрестив ноги, его рука лежала на бедре Юнги, лениво поглаживая его. Юнги лежал под одеялом голышом, он ненавидел спать в одежде, если в этом не было необходимости, а с Хосоком, который обнимал ночами, ему это точно не требовалось. — Кроха… Я думаю, что хочу побаловать тебя ещё немного. Позволишь мне сделать тебе приятно? — спросил парень, придвигаясь ближе, так, что его халат немного распахнулся. Юнги облизнул губы: сонливость как рукой сняло, и головокружительное чувство возбуждения заполнило всё его нутро, под одеялом он был уже наполовину твёрд. Юнги медленно кивнул, дыхание перехватило, когда рука его парня скользнула по его бедру и ловко обхватила член Юнги, что затвердел под хорошо знакомым прикосновением. — Что-то ты сегодня с утра напряжённый. — ухмыльнулся Хосок. Юнги вздрогнул и сглотнул комок, образовавшийся в горле. Что происходит? Он непривычно быстро обмяк, и обычно Хосок терпеливо и долго работал над тем, чтобы вытеснить его из мыслей в реальность. — Что-то… будто бы… по-другому… Просто, позволь мне оседлать тебя. Ты нужен мне внутри, хён, — сказал Юнги, уже двигаясь, чтобы забраться на своего парня. — Помедленнее, кроха, кажется, кто-то слишком много выпил прошлой ночью. — подметил с усмешкой Хосок, когда Юнги начал опускаться на его член, все ещё немного неуклюжий после вчерашнего. В любом случае, Юнги обычно нравилось растягиваться, когда его парень был на работе, поэтому он был подготовлен ещё с вечера. — Может быть… — согласился Юнги, но тут его лицо скривилось от боли. Он едва принял головку, а уже чувствовал себя настолько наполненным. Его стенки сжимались вокруг Хосока, давление, казалось, выталкивало член из него. — Да ещё и кофе на пустой желудок, я удивлён, что он просто не проскочил сквозь тебя… — размышлял Хосок. Ох. Чёрт. Юнги застонал, внезапно осознав, что тяжесть в животе вызвана не только тем, что он возбуждён. Как он сам этого не заметил? Чашка за чашкой вливалась в него, и теперь Юнги буквально разрывало от того, как сильно ему хотелось в туалет. Ему нужно было что-то сказать, предупредить Хосока, пока он не опозорился, пока не устроил беспорядок прямо в постели, но он не мог даже и слова из себя выдавить, настолько был переполнен, не говоря уже о том, чтобы встать и добежать до туалета, пока не обмочился. Юнги хныкал. Он просто должен был попытаться сдержаться, как бы больно это ни было. — Такой небольшой член… — начал Хосок, прервав внутренний монолог Юнги, и его рука отстранилась от эрекции Юнги. — Конечно… твой мочевой пузырь ничуть не больше, — закончил он, внезапно жёстко надавив ладонью на выпуклость внизу живота Юнги. Всё было подстроено. Хосок знал, что Юнги будет в отчаянии, и также он знал то, как Юнги любит, когда его унижают. И всё же, когда руки Хосока заставили Юнги продолжить двигаться на его члене, несмотря на то, что жидкость в животе парня не переставала клокотать, он чувствовал себя как оголённый нерв. Из глаз Юнги начали катиться крупные слезы, стекая по лицу, а несколько капель мочи успели вытечь из его уретры, прежде чем он смог заставить себя удержать их. — Хоби! — закричал он, хватаясь руками за свой член и судорожно ловя ртом воздух. В каком-то смысле это было облегчением — знать, что Хосок всё предусмотрел, что всё в порядке, но это всё равно не было тем облегчением, в котором так нуждалось тело Юнги в данный момент. — Дай мне сходить в туалет, пожалуйста… — прошептал Юнги. Хосок лишь ухмыльнулся, крепче прижав Юнги к себе, ускоряя толчки и удивляясь тому, как бёдра его парня дрожат, словно моля о том, чтобы им наконец дали прижаться друг к другу. — Так я не держу тебя, кроха. Ты не должен сдерживаться, если тебе не хочется. Юнги заплакал ещё сильнее. Конечно, он хотел удержать позывы, но его мочевой пузырь был всего лишь мышцей, и уже в любой момент Юнги не сможет позволить себе «хотеть» придержать мочу, и, чёрт, Хосок это знал. Из него вырвалась струя, потекла по его члену и омыла бедро. В животе пульсировало от настойчивого желания, но Хосок наверняка решил бы, что Юнги слабак, если бы это случилось, если бы он не смог сдержаться, как следует. Он мог быть хорошим, он не собирался мочиться, пока Хосок не скажет ему об этом. Он почти не двигался на члене, просто прижимался к плечам своего хёна, заставляя свои мышцы сжиматься из последних сил. Он был измотан, несмотря на долгий сон, и его тело слабело, но Хосок не мог не восхищаться им, тем, каким стойким Юнги был. Из горла Юнги вырвался икающий всхлип, когда он почувствовал, как по его стволу без его ведома начал течь полный поток мочи. Он бессильно покачивался вверх-вниз, проводя большим пальцем по щели уретры, а ладонью по стволу, чувствуя, как жидкость пытается прорваться наружу. Нет, он не собирался писать. Он собирался заставить Хосока кончить, а моча просто должна была вернуться обратно в почки. — Х-хён, Х-хоби. Пожалуйста, кончи, о боже, п-пожалуйста, кончи, моча уже вытекает, я буквально держу её в своем члене, хён, она уже даже не в мочевом пузыре, и мне больно! — Юнги умолял, доводя парня до оргазма. Тот кончил внутрь, заставив Юнги почувствовать себя невероятно заполненным. — Давай. Хватит сдерживаться. — прошептал ему на ухо Хосок, зная, что Юнги сейчас нуждается в его поддержке. Юнги напряженно нахмурил брови, но не смог расслабить мышцы и лишь сильнее сжал сфинктер. — Я не могу, не выйдет, хён, я сейчас взорвусь… — запаниковал Юнги. — Тссс… — Хосок приподнялся на колени, помогая Юнги соскользнуть с его члена, и уложил его на кровать. Он широко раздвинул ноги Юнги и отвёл руки парня от своего члена. — Теперь вперёд, — Хосок снова взял основание члена Юнги между большим и указательным пальцами и направил его к животу Юнги. Прошла секунда, и наконец мышцы Юнги расслабились — вся его моча начала вытекать. Она беспорядочно вырвалась из него, брызнула на живот и растеклась под ними, впитываясь в ткань, расползаясь по простыни огромным пятном. Юнги наконец перестал плакать, чувствуя, как его мочевой пузырь сдувается, болит, но медленно опорожняется. — Ты так хорошо держался, кроха, ты умница. — похвалил его Хосок, наблюдая за тем, как Юнги мочит простынь. — Ты обманул меня! Ты заставил меня обоссаться! — Юнги надулся, продолжая мочиться. — Тебе неловко, кроха? — спросил Хосок с ухмылкой. Щёки Юнги окрасились румянцем, но он уже снова затвердел в руке Хосока, когда вся моча вышла. — Очень… но всё равно спасибо, — прошептал Юнги. Только Хосок знал его так хорошо и мог заставить его чувствовать себя так хорошо. — Я всегда буду баловать свою кроху. — Хосок провёл пальцами вверх и вниз по члену Юнги, помассировав его совсем немного, прежде чем услышал прерывистое дыхание парня. Он улыбнулся, поймав на ладонь струйку спермы Юнги, а сам Юнги жалобно постанывал. Ещё одна струйка мочи вытекла из него, заставив Хосока захихикать. Он взял полотенце из шкафа, насухо вытер ноги и промежность Юнги. — Иди в душ, я присоединюсь позже, как только закину простынь в стирку, — сказал Хосок. — Хорошо. Люблю тебя, хён. — пролепетал Юнги, быстро поцеловав Хосока. — Я тоже тебя люблю, кроха, я тоже тебя люблю.