Однажды учитель

***

      Нами со всей стойкостью, на которую была способна, выжидала подходящего момента. Они каким-то чудом пережили кризис, когда Дракуль Михоук узнал, что его сын злостный алкоголик, и в момент затишья, подавляя внутреннее волнение, рыжая воровка рискнула приблизиться к величайшему мечнику.       — Господин Дракуль, раз уж Вы нас осчастливили своим вниманием, надеюсь, Вы позвольте обратиться с вопросом, — прикусив губу, она поклонилась.       Прогибаться в спине было неудобно, но так по ее представлению полагалось поступать благородным дамам. Формальности были соблюдены, и она деловито запустила руку прямо под свою рубашку и ловко достала из лифа сложенный вчетверо лист.       Двумя пальцами Михоук принял подношение, что не могло быть плохим знаком. Нами, не моргая следила, как шичибукай разворачивает исписанный убористым почерком документ.       — Хм, — было первым, что он сказал после прочтения, — Что же, — Михоук внимательно посмотрел на рыжую девушку, — Вполне справедливо. Я могу выписать чек, или юная леди предпочитает наличную оплату?       — Что Вы! — не веря своему счастью, Нами всплеснула руками, — Чек вполне подойдет! Мы еще не настолько известны, чтобы бояться идти в банк, — она звонко засмеялась. Накама уставились на нее с подозрением, но вмешиваться пока не спешили. Только Зоро отложил палочки и свёл брови на переносице. Нами намотала огненный локон на палец и осторожно уточнила, — Возможно, у Вас есть драгоценные минералы? Золото и бриллианты мне, ой, то есть нам, конечно же, нам, были бы очень кстати, — воровка улыбнулась еще шире, и на ее покрасневших щеках проступили ямочки. Послышался глухой удар - Санджи упал в обморок, истекая кровью и беспрестанно бормоча что-то про богинь и ангелов, спустившихся с небес.       Чоппер бросился проверять пульс, случайно опрокинув тарелку сидевшего рядом Усоппа. Нами, привыкшая к безумию, даже не посмотрела в их сторону.       А зря. Зоро с неожиданно взявшейся гибкостью перегнулся через стол и требовательно потянулся к листку.       — Дай и я посмотрю, — Михоук не стал препятствовать, и молодой мечник быстро зачитал, с каждым словом его голос становился всё ниже, — Проживание - пять тысяч белли в месяц; питание (без завтрака) - две тысячи белли; покупка набора для чистки катан - тысяча белли; мать твою, — не выдержал он, чем заслужил хмурый взгляд отца, — Нет, подожди, — Зоро, сжал хрустящую бумагу, которая пока не воспламенилась лишь по счастливой случайности, — Урон, нанесенный во время тренировок и драк с коком - пятьдесят тысяч белли… Ведьма, ты составила на меня счет?!! Рехнулась?!       — Следи за языком ты разговариваешь с женщиной! — гаркнул мигом пришедший в себя Санджи. Кок размазал по лицу кровь, так что она стала напоминать боевой раскрас.       — Она ведьма! — бросил справедливое оправдание Зоро, — И почему счет только за меня?! — он обиженно обвел притихших накама.             Выпятив нижнюю губу, Луффи недоуменно покачал головой. Зоро вздохнул - хоть какая-то поддержка.       Нами, словно ей было мало (а ей всегда было мало), громко фыркнула. Богатство уплывало прямо из рук.       — Я старалась на благо команды! Ты что, не хочешь принести пользу общему делу?       — Это когда я стал самым бесполезным? — опасно прищурился Зоро.       Санджи хохотнул.       — Заметь, ты сам это сказал!       — Да какого черта!       Нами отрепетированно замахнулась, чтобы отвесить разбившемуся грубияну поучительный подзатыльник, но быстро стушевалась под внимательным взглядом Михоука. Величайший мечник с интересом ожидал, как она посмеет коснуться его сына.       Воровка натянуто засмеялась.       — Ха-ха-ха, вот так мы обычно и шутим! После такого вкусного обеда хочется сделать разминку, — девушка потянулась в нелепой попытке спрятать ставшие вялыми конечности и высоко уточнила, — Санджи-кун, а когда десерты?       — Сей непременно, Нами-сан! — подскочил кок.       Зоро всё ещё хмурился.       — Если я тебе должен, Ведьма, то отдам до последнего белли, но не лезь к моему отцу. Это его деньги, а не мои!       Нами только поджала губы. Заработать на сыночке богатея не вышло. Оставалось надеяться, что в один прекрасный день выяснится, что кто-то из других накам принц в бегах. Возможно, Чоппер? Она внимательнее пригляделась к олененку, которого Робин уже угощала сладкой ватой. Чоппер смеялся и, попеременно заглатывая кусок розового облака, пытался вставить в свой синий нос коктейльные палочки, чтобы “показать папе Зоро”. Нами обреченно вздохнула: ясно, будем искать дальше.       — На самом деле весьма неразумно не пользоваться моими ресурсами, — прокомментировал Михоук, на удивление внимательно смотря представление, которое ему показывал рогатый тануки.       — Мне не нужен твой остров, — буркнул Зоро, все еще оскорбленный в лучших чувствах и побуждениях.       Корсар терпеливо поправил:       — Острова.       Закусив губу, Нами беззвучно зарыдала в надёжное плечо Робин.       — А вот и десерты, — пропел Санджи, уворачиваясь от мгновенно выстреливших конечностей капитана и разряжая обстановку примерно на полторы секунды.       — Зоро, ты что творишь?! — Михоук в один миг схватил Зоро за запястье.       — А? — не понял молодой мечник. С ложки, которую он все еще держал в руке, упал кусок шоколадного суфле, украшенный кокосовой стружкой.       Михоук ощутил, как от избытка воздуха раздуваются легкие. И люди, и в вещи вокруг сделались вдвое тяжелее.       — Тебе нельзя сладкое, — медленно напомнил шичибукай.       — Ааа, — протянул Зоро, чуть сморщив нос. И видят морские боги, Михоук знал это выражение. Именно так на него смотрел сын, когда совершал что-то непростительно глупое. Зоро ухмыльнулся и пожал плечами, — Я решил тренироваться. Нельзя стать величайшим мечником, если от одного куска шоколада начинаешь задыхаться.       За этот день мугивары столько раз выпучивали глаза, что уже перестали их впучивать обратно. Предатели синхронно и осуждающе замычали на своего фехтовальщика.       — Зоро, у тебя аллергия на шоколад? — голос Чоппера дрогнул, — Почему я об этом не знал?       — Нет, почему Я ОБ ЭТОМ НЕ ЗНАЛ?!— отозвался Санджи, как самое рассерженное в мире эхо.       — А я знал, — глупо хохотнул Луффи.       Робин рядом прикрыла лицо рукой, чтобы скрыть смех.       — Ты несколько раз чуть не умер на моих руках, — как только Михоку казалось, что сын его уже не удивит, то Зоро находил новый способ перевернуть шаткий мир с ног на голову.       — Да нет у меня аллергии! — запротестовал Зоро. Он замялся, — Ну почти, да, в детстве несколько раз чуть не сдох из-за шоколада, но с годами привык, — с видом победителя молодой мечник скрестил на груди руки, — Сознание больше не теряю и желудок не выкашливаю.       — Что ты только что-то сказал, циклоп мохоголовый? — впервые за все время Санджи по-настоящему захотел убить этого идиота, — Я готовлю, чтобы приносить людям удовольствие, а не травить. Сначала ты отказываешься от завтрака. Я принимаю. Но теперь ЭТО?! Я не позволю переводить еду на моем корабле!       — Так я всё и съедал! — Зоро уклонился от летящего в его лицо начищенного до блеска ботинка (примечательно, что в этот раз Михоук и не думал приходить сыну на выручку). Зоро перехватил кока за ногу и дернул на себя, — Просто на вкус это ужасно, но я больше не задыхаюсь. В чем проблема?       — Ты моя проблема! — прорычал бровастый, вырываясь, — Моя еда всегда на высоте!       — Зоро, у меня же есть официальный документ, подтверждающий, что ты не сумасшедший, — вздохнул Михоук, смиренно привыкший принимать выходки сына.       Санджи ошалело посмотрел сначала на величайшего мечника, а затем на зеленоволосое недоразумение. Тыча пальцем в пыхтящего Зоро, Санджи злорадно закричал:       — Даже твой отец сомневался! Я всегда знал, что отказ от завтраков - это диагноз. Только сумасшедший может пройти мимо моих яичных маффинов!

***

      Голова была полна цветного тумана. Он не очень хорошо помнил, как они пришли к этому моменту, но, кажется, все началось с глупой выходки Зоро, который, как выяснилось, понемногу травил себя, чтобы побороть детский недуг - да, в этом был весь его сын.       На сытый желудок находится на камбузе стало невыносимо, хотелось пространства и воздуха. Мугивары, а вместе с ними и Михоук, выбрались на палубу и рассредоточились небольшими группами. Луффи с тануки-Чоппером, блондином-коком и носатым молчуном играли в карты, две девушки переговаривались, любуясь подкрашенным красным небом, А Зоро, привалившись к перилам, не без удовольствия потягивал жидкость из дутой зелёной бутылки. По довольному и разомлевшему лицу сына Михоук понял: в бутылк определенно был не ромашковый чай.       Михоук опустился рядом с сыном и покачал головой.       — До сих пор не могу поверить, что ты пьешь.       На замечание отца Зоро неуважительно цыкнул языком.       — Я уже давно взрослый, просто смирись, — он сделал новый глоток и примирительно протянул отцу свой напиток.       Если бы любой другой человек предложил подобное, величайший мечник бы скривился, но тут внутренний голос малодушно подсказывал, что чем больше выпьет сам Михоук, тем меньше достанется Зоро. Здоровье сына стояло на первом месте. Михоук принял подношение, за один раз осушая бутыль наполовину.       Зоро не расстроился, он достал из харамаки такую же раздутую и зелёную бутылку, наполненную обжигающим язык саке.       — Спорим, выпью больше тебя, — бахвалисто пообещал наглец.       На это утверждение, как осы на мед, быстро стали подтягиваться остальные пираты.       — Так сильно стремишься напиться до беспамятства? — Михоук видел сына насквозь. Шичибукай хмыкнул собравшейся в круг разношерстной публике, — Победитель же очевиден.       Вопреки ожиданиям никто из мугивар активно не закивал. Михоук бросил на них выжидающий пронзительный взгляд, но дети были слишком увлечены собственными размышлениями.       — Безумно сложно, словно решать, кто победит морской король и тираннозавр, — прошептал Усопп. Сейчас даже он не смог остаться в стороне.       — Я за тиранозавра, — неожиданно отозвалась Робин.       — Объявляю ставки! — оживилась Нами. Появился шанс на небольшое, но всё же обогащение. День ещё можно было спасти.       — Я в деле! — поднял обе руки Луффи, у которого, как все знали, деньги отродясь не водилось.       — Я-я-я! — Чоппер запрыгал на месте, дергая Наими за рубашку, — Я тоже участвую! Победит дружба!       Зоро ухмыльнулся на одну сторону, сверкая зубами.       — В деле, — отделяться от коллектива, пускай и хреновенького, было не в природе молодого мечника, иначе бы он никогда не стал старпом Луффи. А тут ставки были слишком высоки: ему обещали налить даже больше обычного.       Михоук осклабился.       — О, сынок, не в этой жизни и не на этой планете.       Первое домино упало, и процесс уже было не остановить. На корабле мугивар на удивление хранилось приличное количество саке, к которому Михоук великодушно добавил и свои запасы (после он планировал встретиться с Шанксом, поэтому вез Рыжему несколько бочек. С пирата не убудет, дети всё равно не выпьют слишком много).       Каждый из мугивар почитал должным не только проголосовать за победителя, но и самолично поучаствовать в соревновании.       После пятой бутылки у Санджи уже кружилась голова. Этот день был наполнен сильными впечатлениями. Кок поднял кружку к потемневшим облакам, пусть те будут свидетелями его слов.       — Господин Дракуль, навещайте нас почаще, — Санджи улыбнулся от всего сердца. Он потряс головой в глупой попытке поправить сбившуюся светлую челку - перед глазами заплясали разноцветные пятна. Клок соломенных волос отказывался вставать на место, но пирата это уже не волновало, он положил руку на сердце и запальчиво поделился, — Вы даже не представляете, как приятно поговорить с достойным человеком. После общества этих обормотов, я и забыл, что такое светская беседа.       Обормоты учились пить на брудершафт, больше обливая друг друга, чем донося напиток до ртов товарищей. Луффи, умытый саке с ног до головы, счастливо гоготал, придерживая шляпу рукой.       — Рад получить настолько высокую оценку моей скромной персоны, — Михоук утопил улыбку в своем бокале, но прилипчивый блондин не останавливался.       — А Ваш сын, — Санджи широкой развел руками, словно хотел изобразить Зоро во весь рост, — Я бы в жизни не подумал, что он … эмм, ну знаете, имеет к Вам какое-то отношение. Вы, конечно же, понимаете, о чем я, — пират пьяно захихикал в кулак.       Черты на лице Михоука заострились.       — Не уверен, что понимаю, — ответил он холодно.       Допив свой ром и окончательно осмелев, Санджи заговорщически подмигнул величайшему мечнику.       — Вы никогда не думали, что Вам его подбросили? — выросшая рядом рука настойчиво потянула кока за рукав, но он предпочел проигнорировать предупреждение. Робин прикусила губу и переглянулась с Зоро. Фехтовальщик коротко кивнул.       Михоук тем временем прекратил пить, но Санджи этого не заметил. Кок буквально захлебывался своей речь.       — Вы же ни капли не похожи! — крикнул он до безобразия гордый своим открытием. Зоро показал ему средний палец, и Санджи вдохновенно ответил на жест сразу двумя руками, — Волосы, глаза, манеры. Сразу понятно, что у такого изысканного господина не могла родиться такая образина, как наш Маримо! — смеясь, Санджи ударил себя по колену, радуясь пьяной шутке. На затылке шевельнулись волосы, а под кожей пробежал легкий, едва ощутимый зуд. К чему бы это?       Все еще глупо улыбаясь, Санджи моргнул. Ребята смотрели на него с пустыми и странно протрезвевшими лицами. Маримо покрутил у виска и указал куда-то в сторону.       Словно в романе ужасов, кок медленно повернул голову: совсем рядом два мрачных золотых глаза, обещали забрать его душу в пучину Ада.       — Знаете, ваши родительские навыки впечатляют. Сразу понятно, у кого Зоро унаследовал такой чудесный характер, — скороговоркой пролепетал Санджи, вытянувшись в струну.       — Беги, кретин, — одними губами прошептал Зоро, и разом навалился на Михоука, пальцы которого уже удерживали рукоять Йору, — Пап, не убивай этого придурка, он нравится моему капитану! — прохрипел Зоро, когда отец начал медленно вставать — Черт, свали уже, повар! — зарычал молодой мечник на остолбеневшего Санджи, видимый глаз которого сейчас был больше, чем у Чоппера в свете фар.       Дракуль Михоук не остановился, он уже выбрал в своем кабинете идеальное место, где голова наглого блондина смотрелась бы особенно удачно. У Зоро было достаточно друзей: одним больше, одним меньше.       — Надеюсь, молодой человек, Вы уже написали завещание! — крикнул величайший мечник вслед исчезающей фигуре.       — Это глупое недоразумение! Даже слепой поймёт, что вы родственники!       Зоро и Михоук одновременно посмотрели на снайпера. Усопп зажмурился, проклиная судьбу. На этот день он разумно выбрал тактику “кто меньше говорит, тот дольше живет” и активно ее придерживался, но отчаянные времена требовали, не понятно, чего они там требовали… Но Усопп же не просто так был величайшим и храбрейшим воином моря, только он мог спасти товарища, к тому же Зоро уже плохо справлялся с удерживанием отца.       — Ахах-ха-ха, Санджи такой идиот! — Усопп загоготал и схватился за живот, — Вы же одно лицо! Просто копия!       — Перебарщиваешь, — отозвался Зоро, не размыкая рук. На фоне отца он выглядел, как воробей, пытающийся сдерживать коршуна.       Усопп подпер бока и наигранно покачал головой:       — Ой, что делать? Я не знаю, кто это говорит: Зоро или господин Дракуль? Вы же слишком похожи. Даже голоса одинаковые. Не отличить. Правда, ребят?       Он активно замахал накамам.       — Да-да! Разумеется! — по команде отозвался хор мугивар.       Снайпер и по совместительству дирижёр утер слезы и серьезно посмотрел на корсара.       — Но в одном Санджи не ошибся. Ваши родительские навыки действительно поражают! Можно ли желать лучшего отца, чем Вы?! Мне можете поверить, у меня их было две сотни. И ни один не сравнится с Вами!       И занавес. В голове Усоппа невидимая публика аплодировала стоя, выкрикивая авиации. Снайпер тяжело дышал, по виску стекала тоненькая струйка пота, а грудь быстро поднималась и опускалась.       Зоро отпустил отца. Михоук неторопливо оправил костюм. Взгляд величайшего мечника остановился на дрожащем носатом пирате.       — Ты мне сразу понравился.       Для Усоппа это почему-то прозвучало “тебя я убью последним”. Чудесно, он всё равно даже в самых смелых мечтах не планировал дожить до конца этого дня.

***

      Вот теперь они пили по-настоящему. Началось то общее, пьяное и беспорядочное веселье, в котором не принимают участия ни ум, ни сердце и от которого на другой день болит голова и ощущаются позывы на тошноту.       От пережитого стресса Усопп напился первым. Это заметили, когда он вдруг затянул какую-то заунывную песню о трагической гибели одного славного капитана, победившего десять тысяч дозорных и двадцать тысяч корсаров. Санджи, которого после первой выпитой бочки помиловали и даже пригласили к общему столу, оттащил снайпера в каюту. Оттуда недолго еще доносилось пение, но потом все стихло. Следующей подошла очередь увлекшегося Чоппера.       — Что-то я уже напился, — пробормотал рогатый доктор, изрядно осоловев. Разумеется, никто не дал малышу и капли спиртного, но поддавшись общему настроению, северный олень хорошо так набрался клюквенным сиропом. Зоро хрюкнул в кружку (в восемнадцатую, если он не сбился со счета).       Вместе с Чоппером в каюту ушла Робин, и больше они не возвращались.       Вскоре от компании откололся Луффи. Какое-то время он что-то ожесточенно втолковывал притаившейся в углу швабре, потом и вообще исчез. Зоро даже пришлось взять перерыв, чтобы отыскать капитана (кто знает, Луффи вполне мог решиться на ночной заплыв под открытым небом). К счастью, через пять минут из кладовки донесся могучий храп и молодой мечник со спокойным сердцем вернулся на алкогольный ринг. Следовало поднажать, за это время отец прилично вырвался вперёд.       Санджи держался, как мог, видимо, в отчаянной надежде он вознамерился споить Нами с какими-то темными целями. В отличие от своей леди, он совершенно не интересовался промежуточными результатами соревнования и всё подливал и себе, и ей. Рыжая же хлестала дорогущий ром и лишь румянилась, в то время как бровастый идиот с оловянными глазами уже раскачивался по кругу.       Зоро за воротник поставил кретина на шатающиеся ноги и нацелил на мужскую каюту. Не поняв, кто оказал ему руку помощи, Санджи благодарно кивнул и с трудом, но попал в обозначенном направлении. Шатало его похлеще, чем во время шторма. Через пару минут донесся его сладкий голос:       — Нами-сан, дорогая…       — Убери руки, извращенец! — завизжал кто-то похожий на Усоппа. Зоро засмеялся, пряча горящее лицо в отцовском плече.       Огненный закат уже догорал так, словно угасало сознание дня, и пространство тонуло в сиреневом полусвете, будто погружалось в зыбкое и невесомое безумие. Свежесть моря мягкими наплывами теснила духоту прогретого дерева палубы. Нами хлопнула в ладоши, разрушая пьянящий ночной морок.       — Ладненько, мне тоже, пожалуй, пора. А вы тут посидите по-семейному, потом обязательно расскажите, кто победил, — она похлопала себя по груди, в которой таились записанные ставки, и, прихватив с собой бутылку из винных запасов Михоука, поплыла в свою каюту, активно раскачивая бедрами.       Михоук и Зоро переглянулись и, отсалютовав друг другу, осушили свои кружки.

***

      Ночь раскинулась на палубе, бархатисто-черная, усеянная крошечными звездами. Еще недавно корабль был полон смеха и криков, которые разносились по открытому морю. В неожиданно наступившей тишине обнажились старые раны.       Хмельная тоска сосала душу. Михоук пил и одним глазом следил за сыном. “Как же ты вырос. Но ты мой сын. И похож только на меня” - думал шичибукай, продолжая бороться за новый титул (лишним не будет).       — Не заливай. Я буквально его копия, и это не изменить, — как обычно, кристально честно проговорил Зоро.       Михоук скривился, либо он проговорил последнее вслух, либо сын научился читать мысли.       — Точно не второе.       — Твоё и твоё глупое упрямство, — щелкнул языком корсар.       — Не такой уж я и упрямый, — упрямо возразил Зоро.       Михоуку было, что этому противопоставить.       — Ты до сих пор не завтракаешь до тренировки.       Зоро задрал голову, задумчиво отыскивая причудливые созвездия.       У него была сестра. Когда-то давно она стала для него всем миром. Благодаря ей он обрёл мечту - пальцы сжали знакомые ножны белой катаны. Правда в том, что братьев и сестёр было намного больше. Зоро вырос и узнал, что совсем не обязательно быть хорошим, чтобы получить свою порцию риса, а вот они этого так и не узнали. Тогда, как и сейчас, он ничего не мог для них сделать, лишь эту малость. Ежедневную память о тех, чье время он сейчас проживал.       — Зоро, ты не обязан, — они никогда не говорили об этом, но отец, конечно же, всё прекрасно понимал. Зоро закрыл здоровый глаз покачал головой.       Михоук смотрел на твердый профиль сына. По лицу Зоро бегали отсветы фонаря, они искажали повзрослевшие черты, подсвечивали старые и новые белесые шрамы. Все та же решимость, та же непоколебимая стойкость в в каждом движении.       — Спасибо, — мягко проговорил шичибукай.       Зоро видимо напрягся.       — Это за что?       — За то, что ты мой сын, — тихо так, чтобы не нарушать музыку волн, проговорил Михоук.       — Ооо, — губы Зоро вытянулись и остановились на этом немного смешливом звуке, — Кажется, я победил, — он потряс в воздухе бутылкой, на дне еще плескалось немного саке.       Внутри защекотало и сердце, как будто оттаяло.       — Мальчишка, — нарочито возмущенно пожурил Михоук, — Я вовсе не пьян.       Зоро допил остаток и по-кошачьи потянулся.       — Лучше отступи. Из нас двоих я единственный ген… генно… черт, из нас двоих я единственный генно-модифицированный, — Зоро запрокинул голову - так алкоголь быстрее шёл по венам, — В этом тебе не победить.       Они сидели в уютной тишине, наслаждаясь спокойным обществом друг друга. Сознание вращалось все медленнее, и каждое движение приносило наплыв пьянеющей тошноты. Михоук ощутил особенно острую волну пьяных откровений. Он сжал озадаченное лицо Зоро между ладоней.       — Я понимаю, что кажусь всем чрезмерно опекающим, но поверь, у меня есть причины, — величайший мечник прочистил высохшее горло и хрипловато произнес, — Годы назад мне сказали, что ты не проживёшь долго. К счастью, тот учёный был либо глупцом, либо лжецом. Но я не мог не убедиться, что с тобой все в порядке. Это мой долг.       — Да, нет, — перебил Зоро. Не предпринимая ни единой попытки, чтобы выбраться из рук отца, он сделал затяжной глоток. Впервые молодой мечник поморщился, — Он сказал правду.       Михоук оторвал руки, словно их обдало огнем.       — Кто? — глупо переспросил корсар. Сейчас он не мыслил трезво, возможно, Зоро его не понял.       — Тот врач не соврал, — Зоро провел языком по губам, собирая поблескивающие капли саке. Он тихо рассмеялся и покачал головой, — Если подумать, я уже давно превысил свой лимит.       Михоук смотрел на сына с нервным замешательством.       — Ты знал?       — Знал, — просто ответил Зоро, и запустил руку в немного отросшие волосы, — Ой, да ладно. Каждую ночь приходил, чтобы проверить, я дышу или уже нет, в ночи казавшиеся почти чёрными, — Михоук молчал, но, похоже, на этот раз волна откровений коснулась и Зоро, — Никто из нас не жил слишком долго, — произнес он непривычно холодно, — Как я сейчас понимаю, тем людям это было ни к чему. Промежуточный этап перед созданием идеального репликанта. А мы так, пустышка. Образцы. Я видел, как старшие уходили во сне, — он потёр лоб, точно старался отогнать воспоминания.       — Зоро, — позвал Михоук.       Но Зоро покачал головой.       — Нет, дай мне сказать. Я никогда больше не вернусь к этому разговору. Не думаю, что пережил бы этот год, если бы остался рядом с тобой. Без цели и движения просто бы заснул и не проснулся.       Михоук смотрел так, словно ожидал самого худшего.       — Но почему тогда…? — Михоук не закончил, просто не смог подобрать слов, они вылетели из головы оставив пустоту.       Зоро же выглядел, как человек, освободившийся от груза. Он расправил плечи и сел прямее.       — Я не умру, пока сам не решу. Вот и весь секрет.       Михоуку чудилось, что последние десять лет были сном. Он снова объяснял очевидные вещи своему сыну, который как никто умел находить удивительное чудеса в простом и скучном мире.       — Зоро, это совершенно не так работает. Если бы все зависело от одного желания и силы воли, то тогда бы никто не умирал.       — Поспорим? — Зоро расплылся в широкой мальчишечьей улыбке и извлек новую бутыль из-за пояса, который видимо был порталом в черную дыру, иначе невозможно было объяснить, как там помещалось такое количество алкоголя.       Михоук спрятал лицо в руках и от души засмеялся.

***

      — ТРЕВОГА! НА НАС НАПАЛИ!!!! — истерично орал Усопп.       Зоро, тряся головой и слепо озираясь, пытался подняться. На негнущихся ногах это было не просто.       Рядом от головной боли застонал Михоук.       — Сколько у нас времени? — спросил Санджи, добравшись до центра палубы. Кока заваливало на один бок.       Впереди виднелся довольно большой корабль — может быть, немного больше «Мерри», но не намного — с узнаваемыми чертами морских пехотинцев он несся прямо на них, не собираясь замедляться. По обе стороны от него шли корабли поменьше. Итого три вражеских судна на одну еще не пришедшую в себя команду.       Нами посмотрела в телескоп, поджав губы в задумчивости, пока она подсчитывала.       — Максимум пять минут, — Нами поморщилась на раздражающий на небе яркий желтый диск, — Робин, помоги мне найти что-нибудь легковоспламеняющееся.       — Ура! Драка! — Луффи уже готовился запульнуть себя в сторону врага.       — Идиот, мы не готовы! — шикнула Нами, у которой не было сил на споры, — Зоро держи его!       — Спешу напомнить, что у нас на борту шичибукай, — ночное соревнование практически не сказалось на идеальном внешнем виде археолога. Робин говорила чуть медленнее и была немного бледнее обычного, но в остальном держалась ровно.       — Официально я все еще работаю на правительство и не могу вмешиваться, — предупредил Михоук. Он был почти уверен, что вчера выиграл пьяный спор с сыном, но Зоро не подтверждал, а других свидетелей и доказательств не было.       — Так, а кто вчера выиграл? — для Нами все было неважно, когда на кону стоял её выигрыш.       — Ничья, — низко отозвался Зоро, нависая за спиной.       Нами низко склонила голову и передала деньги Робин.       — Сделай одолжение, отдай, пожалуйста, Чопперу. Я не смогу.       — Зоро, я когда-нибудь учил тебя игре в бейсбол? — вдруг спросил Михоук.

***

      В тот же вечер на первой полосе ежедневной газеты напечатали фотографию Ророноа Зоро, отбивающего пушечные ядра примечательным черным мечом гигантских размеров.       Рыжеволосый Шанкс смеялся до осипшего голоса и колик в животе.