Ночной экспресс

Доктор Быков уже восемь лет работал в Петербурге. Этим летом он вылечил пиелонефрит у одного турагента, за что получил две путёвки в турецкий Бодрум за полцены и с открытой датой. — Белка, мы в Турцию на неделю, а не на ПМЖ едем. Зачем тебе три чемодана? Я лично хочу в отеле видеть тебя только в неглиже… — прибавил Андрей на ухо. Десятилетний сын стоял тут же и играл в телефон — Прекрати. Лучше позвони Глебу. Где они? Скоро в аэропорт, я не могу ребёнка бросить одного в квартире. Глеб вместе с Алисой и дочкой Ариной уже звонили в дверь, когда Быков нажал вызов. — Привет, мама, отчим, Илюхыч. — Глеб пожал братишке руку. — Ариночка час не могла выбрать маечку в дорогу. Ни зеленая, ни розовая не нравились, пришлось остановится на белой… — Безумно интересно, пасынок. — перебил Андрей. — Ну все, Романенко тут, пошли в такси, а то регистрацию пропустим. — торопился он, поднимая два чемодана. Илья бросил тоскливый взгляд на свою комнату, где стоял новенький игровой ПК, подаренный папой на день рождения. Тухнуть у бабушки неделю ему не улыбалось, но его никто не спрашивал. У подъезда семья рассталась. Кисегач расцеловала младшего сына в щеки и села в машину. Глеб понял, что до сих пор иногда по — дески ревнует. Быков запихнул чемоданы в багажник, ворча при этом, что в самолете придется платить за перегруз, потрепал сына по голове и открыл дверцу. Машина тронулась. — Ну что, начинаем путешествие в Москву? Обещаю, Илюхыч, скучно не будет!

***

Варенька плелась вдоль ярких вывесок кафе быстрого питания, которые, как и положено на вокзале, встречались каждые пять метров. Учуяв запах жарившихся говяжьих и куриных котлет для бургеров, она не смогла удержаться и встала в очередь к интерактивному меню в стене, чтобы сделать заказ. Детский голос из зала заставил стоящего перед ней обернуться: — Возьми мне еще и пончик шоколадный! — Хорошо. Илюха, ты точно ничего больше не хочешь? — Не-а. Романенко оплатил выбранное и пошел к столику, не заметив её. На осознание того, что этот человек с бородой женой и двумя детьми, кажется, погодками, и есть мажор Глеб Романенко — первая серьезная любовь Вареньки Черноус, ушло секунд десять. Всю последнюю неделю Варя много плакала и не с кем не говорила. Хотела позвать его, но имя застряло в горле. Зачем? Судя по всему, его жизнь уже сложилась и Вареньке там места нет. Она выбрала еду, не глядя на картинки и села так, чтобы Глеб не видел. С места можно было разглядеть спины родителей и лица детей. Мальчик с большим аппетитом кушал ролл. Он был тонкий с каштановыми, как и у Глеба, волосами, с пронзительно-синими глазами, в которых, казалось Варе, чего - то не доставало. Через минуту осенило - не достаёт насмешки! Если бы они смотрели сверху вниз с иронией, то это один в один глаза Быкова. В гуле голосов других посетителей и выкриков работников трудно было разобрать, о чем говорит жена Глеба, но Варя уловила обрывки фраз про американский фастфуд. - Лучше бы мы поехали в Америку, а не к бабушке. Алиса, почему меня мама с папой не взяли с собой? Ей не хотелось объяснять братишке, что во всем виновата двухспальная кровать в четырехзвездочном отеле. Он был еще слишком мал, хотя считал себя взрослым. К счастью, Глеб вспомнил о начале посадки на поезд. - Если продолжим сидеть и болтать, придется в Москву бежать за поездом. Варя смотрела, как они уходят из кафе. Девочка держала отца за руку. "Если бы я тогда не соврала, что беременна, сейчас бы у нас могла бы быть такая девочка..."