Ночной экспресс

Прямых рейсов из Тель- Авива в Тверь не было. Пришлось взять два билета: один на самолет до Питера, другой на поезд «Ночной экспресс» до родного города. Полет занял семь часов и был первым в жизни ее сына. Полчаса после взлета он завороженно смотрел в иллюминатор, потом заскучал и заснул. А Кристине так не повезло. Она думала об отце, который перенес инсульт, о муже, с которым давно хотела развестись, о Антоне, с которым… с которым ее больше ничего не связывало. Она убрала со лба Ярика вьющуюся черную прядь, и продолжила обманывать себя.

***

День ото дня Полина все больше доверяла Антону, все больше рассказывала о матери и хотела, чтобы Антон поделился своими воспоминаниями о нй. Но ему нечего было сказать девочке. Самый дорогой для дочери человек так остался для Мартынова пьяным приключением. Лица девушки он как не старался, как не вглядывался в фотографию на памятнике, не мог вспомнить. За годы учебы он переспал почти со всеми симпатичными студентками и преподавательницами, наутро забывая имена. Но так было раньше. Сейчас, когда Антону почти сорок, у него есть невеста и дочь. С подросткового возраста и до недавнего времени он прожигал жизнь в тусовках. Марина была покоем. Учительница по профессии, невспыльчивая, как бывшая, она умела сгладить редкую ссору. У него был свой бар, общий язык с Полиной удалось найти и в августе хотел жениться. «Наверное, это и есть счастье. Тихое, зрелое счастье». — думал Антон, убирая вещи под полку и наблюдая за радостными лицами, своих девчонок, которые заваривали доширак. Когда отец шантажом отправил его в общягу и заблокировал все карты, пришлось попробовать этот быстрорастворимый выкидыш китайской кухни. Марина так просила взять в поезд до Москвы дошик и варенные яйца, что ради атмосферы и наглядной экскурсии для дочери «как путешествовали по железной дороге олды в 1990–2000 гг» Антон согласился терпеть запах из пластиковой коробки. Стараясь отвлечь Полину от мысли о том, что родной матери уже год нет, они с Мариной ходили по музейным залам, плавали по Неве и заходили в магазины с мангой. Дочь смеялась над отцом — динозавром, который путал мангу и манго. Он готов был выглядеть полным идиотом, лишь бы она веселилась. Вспомнив, что нужно закрыть дверь, иначе купе скоро наполниться запахами не только дошика, Антон встал в проходе видел ее всего несколько секунд. Она быстро прошла мимо, оставив воздушным шлейфом горький запах орхидеи. Забыв о семье, мужчина понял, что это точно не «белочка» потому, что давно завязал. Мартынов широко раскрыл глаза и пытался сообразить, откуда в тамбуре «Ночного экспресса» взялась Кристина, которая уже несколько лет жила в Израиле, Кристина, которая была его девушкой и женой, Кристина, которой для него больше не существовало. — Милый, что-то случилось? — спросила Марина, заметив перемену в лице жениха. — Мне нужно позвонить Майклу. — быстро промямлил Антон, чуть ли не бегом выйдя из купе, чуть не столкнувшись с какой-то парой с двумя детьми. Мартынов набрал номер Майкла. Не дождавшись ответа, выругался, записал короткое голосовое: — Старый, я видел Соколовскую… Эта… Она вернулась и сейчас со мной в одном поезде… Что мне делать?