Часть 7
24 августа 2025 г., 20:04
На следующее утро Дин медленно проснулся, голова раскалывалась после морфия. Он с трудом открыл глаза и осмотрел голые белые стены, неудобную кровать.
Да, он был в больнице.
Прошлой ночью Дин плохо спал, ему снились кошмары о демонах. В них одержимый Хендриксон приковал его наручниками к решетке камеры. Затем, пока Дин беспомощно наблюдал, агент ФБР свернул Сэму шею.
Из-за кошмара, Дин беспокойно метался во сне и снова разбередил поврежденное плечо о металлические поручни кровати. От его приглушенных стонов Мак проснулся и добавил дозу морфия.
Старший Винчестер медленно оглядел пластиковые стулья, стоявшие рядом с его кроватью, ненавидя вялость послед наркотиков. На губах мелькнула легкая улыбка, когда он увидел членов своей семьи, которые крепко спали в неудобных позах. Калеб спал, закинув одну ногу на кровать Дина, а Сэм и Мак сидели неудобно изогнув шеи.
Дин тихо засмеялся.
Его смех разбудил Ривза, который неловко потянулся, морщась от хруста в спине.
— Привет, чувак. Тебе лучше?
— Мне лучше на 99%, — сказал Дин. — Когда мы едем в Северную Каролину?
— Сегодня. Мак и Элизабет думают, что тебя можно выписать уже сегодня… Но тебе придется смириться с гипсом и перевязью.
Дин нахмурился.
— Я не хочу носить слинг.
Калеб ответил ему хмурым взглядом.
— У тебя переломы проксимального отдела плечевой кости и ключицы. Ты будешь носить эту чертову перевязь. Это ускорит выздоровление.
— Но я ее ненавижу.
Калеб слегка ухмыльнулся.
— А мне все равно.
Их негромкий разговор разбудил Сэма и Мака.
— Ой, — простонал младший Винчестер, потягиваясь. — У меня болит шея.
Ученый слабо улыбнулся.
— Горячий душ излечит все твои недуги. А если это не сработает, всегда есть массаж.
— У меня нет времени на массаж, — проворчал Сэм, потирая ноющую шею.
— Ах, прекрати ныть, Сэмми, — сказал Дин
— Заткнись, — весело ответил Сэм. — Доктор Маккрой должна прийти с минуты на минуту. Как сказал Калеб, она собирается выписать тебя…
— Да! — воскликнул Дин.
Младший брат хмуро посмотрел на него.
— Но как и сказал Калеб, это произойдет, если ты будешь носить перевязь. Также, если ты будешь принимать обезболивающие и антибиотики, на которые она даст рецепт. И если ты не будешь делать того, что могло бы усугубить травмы.
Дин открыл рот, чтобы возразить, но Калеб перебил его:
— Я позабочусь о том, чтобы он принял лекарства. Даже если мне придется прижать его к земле и засунуть их ему в глотку.
Наступило короткое молчание, а затем Дин рассмеялся.
— О, Дэмиен, мне нравится, когда ты становишься таким напористым. У меня прямо мурашки бегут по телу.
— Заткнись, Двойка.
Их подшучивание было прервано приходом Элизабет Маккрой. В руках она держала планшет и внимательно его изучала.
— Что ж, Дин, вопреки здравому смыслу, доктор Эймс убедил тебя выписать тебя сегодня. Он настаивает, что на этот раз ты действительно будешь следовать моим инструкциям по уходу после операции. Это так?
Дин поежился под ее взглядом, который очень напоминал строгий взгляд его отца.
Сэм переводил взгляд с брата на доктора Маккрой.
— А что случилось в прошлый раз?
— Он…
— Ничего, что ему нужно знать, — перебил ее Дин.
Доктор Маккрой проигнорировала его и посмотрела на Сэма.
— Он получил удар ножом в бок. Довольно глубокая рана, и к тому времени, когда он добрался до больницы, порез был заражен, — сказала она, выразительно посмотрев на Калеба.
— Эй, — Ривз поднял руки. — Не смотрите на меня так. Идиот был на охоте один. Просто чудо, что я случайно появился рядом.
Сэм знал, что это было не чудо, а вероятно видение, которое привело Калеба к Дину.
— Но в любом случае, после того, как мы вычистили порез, сделали дренаж, чтобы вывести гной. Потом зашили рану и я отправила его домой.
Сэм недоуменно нахмурился. Домой? Она, должно быть, имела в виду ферму пастора Джима. Потому что у Винчестеров домом была только Импала.
— С рецептом на лекарства, — сказала доктор Маккрой, махнув рукой, в которой держала рецепты на антибиотики. — Но твой брат пропустил прием антибиотика и вообще не принимал обезболивающие. А боль замедляет процесс заживления.
Сэм перевел сердитый взгляд с Калеба на Дина.
— Не волнуйтесь, — сказал он Элизабет. — Мы позаботимся о том, чтобы Дин их принял. Не так ли, Калеб?
— Да, генерал Винчестер.
Доктор Маккрой улыбнулась.
— Что ж, Дин, нам стоит пересадить тебя в инвалидное кресло, и тогда мы спустимся вниз и наложим гипс на твое плечо. А потом ты можешь идти, — она посмотрела на троих мужчин. — Вы можете усадить его в инвалидное кресло?
Калеб и Сэм встали со стульев и с опаской посмотрели на Дина.
— Как мы собираемся это сделать, не причинив ему вреда?
Без колебаний доктор Маккрой протянула руку и нажала кнопку на насосе с морфием.
— Эй!
— Мне будет легче накладывать гипс, если ты будешь в отключке, Дин, — ответила она, раздраженно закатив глаза.
Не потребовалось много времени, чтобы морфий подействовал.
— Ладно, парни, — сказал Дин, его голова плыла в морфиновом тумане, он говорил медленно, растягивая слова. — Подними меня наверх.
Опасаясь, что они причинят ему еще больше боли, Сэм мягко, но уверенно сжал плечо брата, в то время как Калеб осторожно обхватил рукой его за талию. Вдвоем они осторожно приподняли Дина. И хотя они старались делать это как можно мягче, движение все равно вызвало у него приступ боли в плече.
— Двойка, у тебя все в порядке?
— Да, — ответил Дин, слегка задыхаясь, — просто усади меня в это чертово кресло.
Калеб ухмыльнулся, хотя и довольно натянуто. Его позабавило отношение друга, но ему было неприятно слышать боль в его голосе.
Они были на полпути к инвалидному креслу, когда Дин издал приглушенный стон боли. Звук был таким тихим, что его было едва слышно, но Калеб услышал его. Он оглянулся на друга. Дин был бледным как простыня. Пот прозрачными каплями выступил у него на лбу и намочил светлые волосы.
Дин поймал его взгляд и, затаив дыхание, пробормотал:
— Я в порядке, Дэмиен. Не волнуйся.
— Ладно.
Они добрались до инвалидного кресла и с предельной осторожностью усадили в него Дина.
— Боже, какой отстой. — пробормотал тот, дрожащей рукой вытирая пот со лба.
Сэм и Калеб встревоженно топтались поблизости.
— Ты в порядке, чувак? — спросил Сэм.
Дин выдавил улыбку.
— Да, я в порядке, Сэмми.
Элизабет наблюдала за их разговором со смесью теплоты и веселья.
— Хорошо, Дин. Давай отправляться в путь. Чем скорее мы с этим покончим, тем скорее ты сможешь вернуться домой. Вероятно, тебе там будет лучше, — она сделала паузу, затем окинула его критическим взглядом. — И да, я действительно имею в виду отдых. Не просто полежать часок, а потом улететь на Импале.
Сэм заметно вздрогнул. Как она…
Элизабет заметила его реакцию и улыбнулась.
— Возможно, ты не помнишь Сэм, но я лечила Дина и Калебе с тех пор, как твоему брату исполнилось десять лет. Так что я все знаю, не волнуйся, — ее улыбка стала чуть шире. — Однажды даже ты был у меня в больнице.
Сэм кивнул.
— Да, я помню. Когда Дин и Калеб разбили грузовик пастора Джима.
— Нет. Я имела в виду, что ты был здесь пациентом.
Младший Винчестер озадаченно нахмурился.
— Зачем ты поднимаешь эту тему? — спросил Дин раздраженно. — Он был слишком мал и не вспомнит.
Громко сглотнув, Сэм тихо сказал.
— Гриффин.
Дин закрыл глаза и вздохнул.
— Да, Сэмми. Но…
— Это ты чуть не умер, — сказал Сэм, сведя брови на переносице. — А у меня было просто переохлаждение. Теперь я вспомнил. У тебя был тяжелый случай пневмонии и серьезное переохлаждение. Калеб тоже пострадал.
Дин отмахнулся.
— Я выжил, чувак. Элизабет только что сказала, что знает нас давно, и следовательно знает что мы делаем. Пастор Джим рассказал ей, поскольку она уже лечила нас дома, не сообщая о нас властям. Лиз — член Братства. — Он слабо улыбнулся доктору Маккрой. — Она, конечно, не охотится, просто лечит раненых охотников, но у нее есть кольцо.
Сэм в шоке взглянул на правую руку доктора Маккрой, на пальце которой блестело серебряное кольцо.
Она поймала его взгляд и улыбнулась.
— Ну, хватит болтать. Давайте подберем Дину прекрасный гипс, чтобы он мог убраться отсюда.
Осторожно жестикулируя здоровой рукой Дин сказал:
— Вперед.
***
Час спустя Дин лежал на спине на удивительно удобном смотровом столе и смотрел на свою левую руку. Вокруг сломанной плечевой кости был наложен гипс от локтя до плеча. Обычно, по словам Элизабет, из-за перелома ключицы у него была бы полная гипсовая повязка на верхнюю часть тела. Но из-за огнестрельного ранения это было невозможно. Поэтому вместо этого она в последний раз промыла рану, перевязала ее, а затем надежно замотала такой пленкой, какой Дин никогда раньше не видел. Она была жесткой и прочной, поэтому надежно фиксировала перелом ключицы, почти как гипс, но ее можно было снимать, чтобы делать перевязки. — Ну как? Дин посмотрел в улыбающееся лицо Элизабет и выдавил из себя улыбку. Даже с морфием, который она дала ему перед процедурой, лечение было настоящей пыткой. — Выглядит великолепно, — удалось выдавить ему сквозь плотно стиснутые зубы. Если так и дальше пойдет, от его зубов ничего не останется. Но Элизабет Маккрой не была глупой. Ей дали должность администратора больницы не за красивые глаза. А потому что она была чрезвычайно проницательным врачом и имела очень высокий процент успеха. И она знала Дина Винчестера очень давно. Поэтому несмотря на то, что он прекрасно мог скрывать свои эмоции, она знала, когда ему было больно. — Как ты себя чувствуешь, Дин? — спросила она, доставая из кармана белого халата шприц с морфием. — Прекрасно. По тому что он отвечал короткими фразами она поняла, что ему было очень больно. — Конечно, — ответила Элизабет и быстро, прежде чем он успел возразить, впрыснула морфий в здоровую руку Дина. — Эй! Зачем это было?! — возмутился он. Она вопросительно подняла бровь. — У тебя избирательный слух? — Что? Нет. — Тогда ты, должно быть, периодически глохнешь, потому что в палате я объяснила тебе, что боль замедляет процесс заживления. И ты можешь сколько угодно морочить мне голову, но я не идиотка. Я могу сказать, когда пациенту больно. Доза морфия была большой, и веки Дина начали опускаться. — Ну… ты могла бы по крайней мере предупредить меня. — И дала бы тебе время ныть и жаловаться. Не дождешься, — она жестом подозвала двух санитаров, которые стояли у двери, ожидая ее указаний. — Джейсон, Алексис, не могли бы вы помочь Дину вернуться в инвалидное кресло? Старший Винчестер нахмурился. — Ты же знаешь, у меня не сломаны ноги. Элизабет безмятежно улыбнулась. — Попробуй встать. — Она встала рядом и молча показала Джейсону Куинну подождать. Это должно быть интересно… С усилием Дин попытался подняться на ноги. Но недооценил свои силы и наркотики, бегущие по его венам. И когда он попытался пошевелиться, боль прострелила раненую руку. Побежденный, он откинулся на смотровой стол. — Прекрасно, — выдохнул он. — Ты победила. Доктор Маккрой мило улыбнулась. — Как всегда.***
— Ну, джентльмены, вот и он. Я закончу заполнять документы о выписке, — Элизабет сунула руку в карман и достала горсть рецептов. — Вот рецепты на лекарства. Сэм или Калеб могут сбегать в аптеку и все купить, прежде чем ты уйдешь, — улыбнулась она. — Разве это не удобно? Таким образом, ты сможешь отправиться прямо домой. — Я куплю, — сказал Калеб, беря листок и читая названия серьезных лекарств. Очевидно, доктор Маккрой не хотела рисковать. Это было хорошо. В рецепте был Викодин, сто двадцать таблеток. Это было комбинированное лекарство, которое использовалось для облегчения боли. Гидрокодон был наркотическим обезболивающим средством, которое воздействует на определенные центры в мозге, чтобы облегчить боль. Парацетамол был ненаркотическим обезболивающим средством. Оксиконтин сто двадцать таблеток, более сильное наркотическое обезболивающее, похожее на морфин. Калеб проверил дозировку и тихонько присвистнул. 80 миллиграммов. Он знал, что Оксиконтин — довольно сильнодействующее средство, поэтому Элизабет, должно быть, поняла, что Дину будет очень больно. — Я пойду с тобой. Я могу закончить с картой Дина, пока мы гуляем, — сказала Элизабет, направляясь к двери. Пожав плечами, Калеб последовал за ней. Доктор Маккрой задала быстрый темп, и ему пришлось бежать, чтобы догнать ее, когда она входила в лифт. — Наша аптека находится на втором этаже, — объяснила она. На мгновение воцарилась тишина, затем Элизабет тихо спросила: — С Дином происходит что-то плохое, не так ли? — Ну… — Калеб замолчал, зная что своим поведением выдал весь ответ. — Что это? Тяжело сглотнув, Ривз тихо спросил: — Что пастор Джим рассказал тебе о Братстве? — Ну конечно все. Он знал, что я должна знать на случай, если кому-то из раненых охотников потребуется лечение. Когда святая вода и тому подобное не поможет, — она сделала паузу. — А что? — Он рассказывал тебе о демонах? Элизабет слегка вздрогнула. — Да. Запинаясь, Калеб рассказал ей краткую версию о том, что произошло в Кол-Оаке, хотя опустил ту часть, где Сэм был одним из особенных детей Азазеля. — Сэм был похищен демоном по имени Азазель вместе с парой других детей примерно его возраста, Энди Галлахером, Лили Истлейк, Эвой Уилсон и, — Калеб стиснул зубы, — Джейком Тэлли. Несмотря на то, что Джейк был мертв, все равно было трудно произносить его имя без желания раскопать его и убить снова. Элизабет наблюдала за ним широко раскрытыми глазами. Она нажала кнопку остановки в лифте, чтобы никто не мог помешать их разговору. — Демон забрал их всех в местечко Колд-Оак, Южная Дакота. Это заброшенный город-призрак. Он хотел, чтобы все они сражались до смерти, и чтобы остался один выживший… Они были ему зачем-то нужны. Калеб сглотнул. — Они погибали по очереди… Лили, затем Энди. Именно тогда Сэм понял, что Ава вызывала демона Ашери, которого Азазель поместил туда, и убивала конкурентов, чтобы выжить самой. Она пыталась убить Сэма, но Джейк убил Аву первым. С беспокойством глядя на него, Элизабет спросила: — Ну, если Джейк спас Сэма, что тогда произошло? Калеб закрыл глаза. — Джейк передумал. Он решил, что только один из них все-таки сможет выбраться и ударил Сэма ножом в спину. Перерезал ему спинной мозг. Элизабет в шоке распахнула рот. — Но… но… Он кивнул. — Да. Сэм умер у Дина на руках, — Калеб провел рукой по лицу. - После этого… Ну, Дин вроде как слетел с катушек. Ты знаешь насколько они с Сэмом близки. И после смерти отца Дин почувствовал себя совершенно одиноким. Поэтому он поехал на перекресток, вызвал демона… и продал свою душу за жизнь Сэма, — Калеб опустил голову, глаза защипало от сдерживаемых слез. — У него осталось чуть меньше года до того, как адские псы убьют его и утащат его душу в ад. Элизабет выглядела потрясенной. — Нет, — прошептала она тихо, затем воскликнула: — Нет! Калеб, не совсем уверенный, что делать, поскольку большую часть своей жизни рос без матери, не знал как ее утешить. Поэтому ограничился тем, что обнял ее и как-то неловко похлопал по спине, — Значит, Дин умрет? — спросила Элизабет сдавленным голосом.
