Jus ad bellium/Право на войну

      Мак коснулся руки Калеба, и сын немного успокоился. Он сел, все еще кипя от злости, но на мгновение замолчал, переводя взгляд с Дина на свои ноги.       — Позволь мне сказать, — попросил он. Потом повернулся к Дину, его взгляд был серьезным и сосредоточенным. — Ты все еще здесь потому что ты был без сознания с высокой температурой выше 105 градусов. Мне не нужно говорить тебе к чему может привести такая лихорадка.       — Да, но сейчас температура уже не такая высокая, — услужливо указал Дин.       Мак закрыл глаза, пытаясь сохранить самообладание. Он гордился тем, что обладал огромным терпением, которое было доведено до совершенства не только за годы работы Ученым, но и отцом Калеба.       Когда он усыновил мальчика, начало их отношений было непростым. Калеб был уверен, что Мак умрет, как и большинство людей в его жизни, или просто избавится от него, как только узнает, что он «урод». Но, конечно, у Мака были свои экстрасенсорные способности, которые проявились после автокатастрофы. Поэтому несмотря на плохое начало после этого все пошло гладко.       Макленд продолжал свирепо смотреть на Дина, но тот, черт бы его побрал, был невосприимчив к этому взгляду, так как был воспитан Джоном Винчестером. Когда дело доходило до дисциплины и свирепых взглядов, Рыцарь был абсолютным мастером, а Дин — послушным мальчиком для битья.       Наконец, Мак вздохнул и откинулся на спинку стула.       — Черт возьми. Я никогда не смогу заставить тебя сдаться.       Дин пожал плечами.       — Вот что происходит, когда тебя воспитывает такой отец как Джон Винчестер, — он посмотрел на Калеба и Мака. — Верно?       Они оба неловко поежились. Они знали, что Джон обращался с Дином как со своим личным игрушечным солдатиком, сражающимся на войне, в которой он никогда не должен был участвовать. Словно он был пешкой.       Но хотя Мак и Калеб не раз спорили с Джоном, ни один из них не предпринял никаких физических шагов, чтобы помочь и остановить это.       Кто знает, подумал Калеб, опустив плечи, возможно, если бы они действительно что-то сделали, Дин не шел бы сейчас в ад.       Однако старший Винчестер не хотел, чтобы его слова причинили боль, он просто пытался поднять настроение. Мак и Калеб беспокойно ерзали на своих местах, а выражение лица Калеба потемнело.       — В чем дело, Дэмиен?       Дин не только был невосприимчив к знаменитому кислому взгляду Мака, но и был удивительно бдительным к колебаниям и изменениям эмоций окружающих его людей.       Мрачно вздохнув, Калеб спросил:       — Как ты это делаешь? Это я экстрасенс, — он сделал паузу, затем взглянул на своего отца и Сэма и добавил: — Или, скорее, мы экстрасенсы.       Дин просто пожал плечами.       — Не знаю. Но прекрати отвечать на вопрос вопросом, Дэмиен. Я ненавижу, когда ты так делаешь.       Вздохнув, Ривз покачал головой.       — Все в порядке, Двойка. Все просто чертовски замечательно.       Защищаясь, Дин поднял здоровую руку, и губы его скривились в полуулыбке.       — Эй, Дэмиен, не нужно вымещать на мне свою злость. Или мне придется сбегать к твоему грузовику и взять твой диск Эния, чтобы успокоить тебя?       Сэм рассмеялся, и напряжение в комнате спало. Мак выглядел довольным, но слегка озадаченным тем, что его так развеселило.       Калеб указал пальцем на Дина.       — Я же говорил тебе, чувак, это был диска Мака! Сколько раз я должен тебе повторять?       — Ты можешь повторять это столько раз, сколько захочешь, просто я тебе не поверю, — ответил Дин и посмотрел на Ученого. — Это был твой диск?       Мак поднял брови.       — Какой?       — Эния. Она исполняет кельтские песнопения и тому подобное дерьмо.       Мак озадаченно нахмурился, но в его глазах искрились веселые огоньки.       — Я не помню, чтобы у меня когда-либо был компакт-диск этого конкретного исполнителя.       Калеб выглядел возмущенным, и все рассмеялись, когда он попытался защититься от обвинений. Но юмор длился недолго, поскольку мысли всех автоматически вернулись к ситуации с Дином.       Старший Винчестер вздохнул, почувствовав, что эмоции вокруг него снова спадают.       — Ребята, прекратите, — он сделал паузу. — Вы можете наваливаться на меня не всем скопом?       Калеб громко сглотнул.       — Как ты можешь даже просить нас не расстраиваться? Сэм потеряет брата, последнего члена своей семьи.       Дин нахмурился.       — Это удар ниже пояса, Дэмиен.       Но Калеб безжалостно продолжил, надеясь достучаться до своего друга:       — Мак потеряет того, кого он считает любимым племянником, а я… — Калеб снова сделал паузу и поспешно вытер покрасневшие глаза. — Я потеряю младшего брата.       — Может быть, — Дин сделал паузу. — А может, и нет. Вы, два гения, рассказали Маку о своем «блестящем плане»?       Подняв брови, Эймс посмотрел на сына, на лице которого, как ему показалось, проступил едва заметный румянец. Но Сэм покраснел как помидор.       Калеб с трудом сглотнул.       — Эээ… считай это просьбой от будущих Рыцаря и Ученого, — он подарил своему отцу собственную версию «щенячьего взгляда Сэма».       — Чтобы спасти жизнь будущего Стража?       — Эй, — запротестовал Дин. — Я не имел к этому никакого отношения. Это все твоя идея. Я просто сидел и слушал твой бред.       Он приподнялся повыше, чтобы получше рассмотреть сцену, и почувствовал, как в раненом плече вспыхнул огонь. Он крепко стиснув зубы.       Мак, очевидно, заметил боль на его лице и встал.       — С тобой все в порядке, Дин?       Старший Винчестер сдержанно кивнул.       — Да, я просто не подумал и повел плечом. Просто…       Подняв брови, Мак сухо спросил:       — Чертовски больно?       — Да, немного больно.       — Что ж, позволь мне дать небольшую подсказку. Рядом с тобой на кровати стоит насос, эта изящная маленькая штуковина с кнопкой. Ну, видишь ли, тебе просто нужно нажать на эту маленькую кнопку. И ты получишь дозу морфия.       Дин хмуро посмотрел на Мака.       — Ты же знаешь, я ненавижу морфий.       Безмятежно улыбаясь, Эймс ответил:       — Очень жаль.       — Ну я приму его после того, как мы закончим разговор, — ответил Дин.       Мак снова сел, медленно разглядывая своего сына и Сэма.       — Итак, что это за блестящая идея, которую вы вдвоем придумали?       Сэм и Калеб переглянулись и одновременно сказали:       — Ты скажи ему.       Младший Винчестер покачал головой.       — Нет. Это была твоя идея, Калеб. Я просто решил поддержать.       — Эээ… — Калеб не мог заставить себя произнести это. Каждый раз, когда он хотя бы думал об Эсме Мадригал…       Он вспомнил разговор с Дином об Маке и Эсме. Дин готов был поспорить на двадцать баксов, что они сделали это на кухонном столе. Когда Калеба затошнило, он сказал себе, что будет есть на кухонном островке.       Воспоминание об этом разговоре до сих пор заставило желудок Калеба сжаться, и он почувствовал, как его лицо медленно краснеет.       Дин злорадно ухмыльнулся, видя явный дискомфорт друга и зная почему.       — Ну, твоя милая подруга, конечно, — сказал он.       Калеб застонал, наблюдая, как лицо его отца потемнело как грозовая туча.       Двойке, черт бы его побрал, удалось сохранить невозмутимое выражение лица, пока Мак смотрел на него. Но как только он повернулся, чтобы поговорить с Калебом, Дин начал махать руками и изображать поцелуй, из-за чего Калебу пришлось сильно прикусить нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.       Конечно, Макленд заметил и мягко спросил сына:       — Ты ничем не хочешь со мной поделиться, сынок? Что-то, из-за чего на твоем лице появилось это ужасное выражение?       Тяжело сглотнув, Калеб покачал головой.       — Нет, просто идея, которая… эээ… только что пришла в голову.       Мак кивнул.       — Что ж, продолжай.       Ривз резко прикусил язык, а затем, моля Бога, чтобы Он дал ему сил не рассмеяться, сказал:       — Эсме, — просто сказал он.       Приподняв бровь, Мак открыл рот, но его перебил тихий смех Дина. Даже не смех. А детское хихиканье, словно Дину снова семь лет.       — Боже, мне нравится, когда ты жаришься на этой сковороде…. Ты выглядишь просто великолепно. Как стареющая девушка с волосами цвета соли с перцем. Мы должны купить тебе гавайскую рубашку, — Дин кивнул с дурацкой улыбкой       Сэм и Калеб уставились на Дина, разинув рты. Да, история с Магнумом была обычной шуткой между Дином и Маком.       Но Дин, если бы он ценил свою жизнь, никогда бы не назвал Мака стареющим Магнумом.       — Эээ… — выдавил неуверенно Сэм.       — Я думаю, лихорадка повредила его мозг, — прошептал Калеб.       Мак весело фыркнул.       — Нет. Ему весело, потому, что я начал кнопку на насосе с морфием. Он под кайфом.       Ривз начал смеяться, и Сэм сильно прикусил губу, чтобы сдержать расплывшуюся по лицу ухмылку.       — Хорошо. Теперь, когда мы знаем, что у него не поврежден мозг, просто он накачан наркотиками по самые жабры, стоит ли нам продолжать разговор? — многозначительно спросил Сэм.       — Эээ…… да. Хорошо. На чем я остановился?       — Ты просто назвал имя Эсме, — Мак посмотрел на сына. — Итак, какое это имеет отношение к ней?       — Ее колдовство. Я знаю, что ее дар не так уж силен. Но, возможно, кто-то еще из ее ковена сможет нам помочь.       Мак вздохнул.       — Калеб…       — Не надо говорить со мной таким тоном, папа. Мы же говорим о Двойке! Я…       — Дэмиен, — раздался голос с кровати. Может, Дин и был под кайфом, но он все еще мог уловить некоторые детали разговора. — Остынь, чувак. Если Мак не хочет…       — Заткнись, Двойка, и спи. — Калеб повернулся к своему отцу. — Я загляну под каждый камень, и если это означает, что…       — Я спрошу ее, — перебил его Мак. — Ты же знаешь, что она захочет помочь. Она обожает Сэмюеля и Дина с того момента, как познакомилась с ними.       Калеб с облегчением улыбнулся отцу.       — Спасибо.       Все они на мгновение замолчали, глядя на сонного Дина.       — Только не возлагай слишком большие надежды, — предостерег Мак. — Я знаю, что Эсме знакома с несколькими могущественными ведьмами, но это не означает, что…       Калеб кивнул.       — Да, я знаю. Но это лучший шанс, который у нас есть.       Возможно, единственный шанс, который у них есть, подумал он, но не сказал этого вслух.       Вскоре Мак извинился и вышел на улицу позвонить Эсме. Сэм и Калеб остались с Дином, который, несмотря на то, что в его организме было достаточно морфина, чтобы усмирить сибирского тигра, боролся с действием наркотика.       Он сонно моргал, стараясь не заснуть.       Ривз криво усмехнулся, осторожно устраиваясь в изножье кровати, чтобы не встряхнуть ее.       — Брось сопротивляться, Двойка. Просто иди спать.       Лучший друг прищурился.       — Вы… ребята, останетесь? — удалось произнести Дину заплетающимся языком.       — Еще бы. Мы все еще будем здесь, когда ты проснешься, не так ли, Коротышка?       Сэм кивнул и крепко сжал руку брата.       — Конечно, Дин. Дикие лошади не смогли бы нас утащить.       — Хорошо, — сонно ответил тот.       И с этим заверением он немедленно погрузился в сон.       Калеб и Сэм переглянулись и сели на стулья ждать. Им было очень неудобно, но это не имело значения. Они будут ждать, сколько бы времени ни потребовалось, чтобы Дин поправился.       Прошло совсем немного времени, прежде чем Мак тихонько вернулся в комнату. Они оба нетерпеливо подняли глаза. Он устало улыбнулся им.       — Эсме будет ждать Калеба и Дина, как только его выпишут.       Сэм замер. Только Калеб и Дин? А что насчет него?       Мак, должно быть, заметил грозное выражение лица Сэма и поспешно сказал:       — Мне нужно, чтобы ты вернулся со мной к Джиму. Нужно просмотреть книги, бумаги и журналы. На случай, если это не сработает.       Прищурившись, Сэм спросил:       — Ты не можешь попросить кого-нибудь из своей "команды фриков" сделать это? Элисон или Кэролайн?       — Нет, поскольку они не знают о сделке твоего брата, и я предпочитаю, чтобы так и оставалось. Я люблю Кэролайн как дочь, но не забывай, что она встречалась с Йеном Гастингсом, — он встретился взглядом с младшим Винчестером. — Поэтому мне нужен ты, Сэм. Будущий Ученый.       Младший Винчестер бросил взгляд на спящего брата и снова перевел взгляд на Мака. Это казалось таким глупым, но с тех пор, как Дин приехал за ним в Пало-Альто, три года назад, они всегда были рядом друг с другом. За исключением нескольких редких случаев, с тех пор они всегда были вместе.       Но расставание, хотя и болезненное, стоило бы того, если бы он нашел способ спасти Дина.       В противном случае ему грозила бы разлука, которая была бы постоянной.       Сэм с трудом сглотнул. Он снова посмотрел на спящего брата. Забавно, подумал он, что с такого близкого расстояния он мог разглядеть едва заметную россыпь веснушек на носу Дина. Он и забыл, что у Дина вообще были веснушки. Он выглядел таким молодым, и Сэм, вздрогнув, понял, что ему, в конце концов, всего двадцать восемь.       При той жизни, которую они вели, это было легко забыть. Но если они не смогут расторгнуть сделку, Дин не доживет до двадцати девяти лет.       — Хорошо, … Я сделаю это.       Мак улыбнулся и положил руку на плечо Сэма.       — Хорошо. Я не прошу тебя уходить сейчас. Мы подождем, пока Дина выпишут. Доктор Маккрой думает, что это может произойти завтра или послезавтра. Затем мы вернемся к Джиму… Бобби уже там и ищет.       — А я и Двойка? — спросил Калеб, снова усаживаясь на крайне неудобный пластиковый стул.       — Вы двое отправитесь в дом Эсме в Шарлотте, Северная Каролина. Затем она познакомит вас с остальными членами ковена.       Калеб кивнул и скрестил ноги, пытаясь устроиться в кресле как можно удобнее.       — Что ж, тогда я предлагаю всем попытаться вздремнуть, потому что завтра наступит совсем скоро.       — Мы не знаем, будет ли Дин готов выехать завтра, Калеб, — предупредил Мак.       Ривз непочтительно фыркнул.       — Да ладно, пап, мы говорим о Двойке. Конечно, он будет готов. Даже если у врачей будет другое мнение.