Френдзона

🎵Земфира - Хочешь (Speed up)

— Дин... — кто-то обнял его сзади. Это была Элен. Не реагируя, Винчестер вытер слёзы рукой. — Дин, всё будет хорошо! Он сильный... Он справится! Он должен справиться! — А если нет... Элен, что, если не справится? — Не говори так! У него есть ради кого жить... Поверь мне, есть ради кого хотеть эту жизнь... — Только пусть живёт... Не важно, ради кого и чего! — дрожащий голос выдавал состояние парня. — Дин... Тебе трудно, я понимаю... — Его жизнь... Моя жизнь, понимаешь?! Он... Всё, что я... — Дин открыл глаза, вытирая слёзы. Говорить с Элен о том, насколько он любит Каса, было лишним. Разговор доктора резко вывел Дина из состояния отчаяния. Подбежав к мужчине, он нетерпеливо спросил: — Доктор, как он? — Пока мы справляемся! Состояние тяжёлое, но уже не критичное. Кастиэль не приходит в себя, но сердце удалось немного укрепить... Дальше всё в руках Господа... Дин слегка выдохнул и присел на ближайший стул. Появилась надежда: если доктор утверждает, что шансы есть, значит, это так. Его руки дрожали, он не мог успокоиться. — Юноша, с вами всё в порядке? — доктор озадаченно посмотрел на Дина, затем указал медсестре проверить его состояние. — Со мной всё хорошо! — Пойдёмте со мной, мистер... — Нет! Нет! Со мной всё в порядке! — Дин развёл руками. — Я дам вам успокоительное... — Спасибо, не стоит! Я выйду ненадолго... Всё хорошо... Дин направился к выходу. Срочно нужно было покурить. Он привык к такому состоянию, зная, что панические атаки для него не в первый раз, и мог бы справиться сам, по крайней мере, пока что. Дым сигарет немного успокоил его. Стало чуть легче, тремор прошёл. Надежда на выздоровление Каса появилась, хотя эта ночь должна была решить многое, как сказал доктор. Это было сейчас главным. Увидев на горизонте идущего Энди, Винчестер резко переменился. Как же тот начал раздражать его одним только своим существованием. Энди подошёл ближе к Дину, вежливо попросив прикурить. Парень, не желая затягивать разговор, достал зажигалку из кармана и протянул её Энди, с ироничной улыбкой добавив: — Ты что тут ошиваешься, Энди? — Дин бросил на него недовольный взгляд. — Что-то я никогда не замечал тебя в компании Каса! — Время меняется, — ответил Энди, его голос стал холодным. — Круг общения тоже. Зато тебя стало так мало в жизни Каса… — Энди, не лезь туда, где тебе не рады, — произнёс Дин, сжимая кулаки, чтобы не выдать своего внезапного гнева. — Хм… Это тебя тоже касается, — с вызовом произнёс Энди, его уверенность словно искрилась в воздухе. — Слышишь, ты, ублюдок, — Дин шагнул ближе, его лицо оказалось в сантиметре от Энди, но тот даже не моргнул. — Тебя слишком много стало, Энди! И это меня раздражает. Найди себе другое развлечение, — произнёс Дин, его голос задрожал от напряжения. — Кто сказал, что Кас для меня развлечение? — Энди, казалось, наслаждался этой игрой, его самоуверенность только росла, и это бесило Дина до глубины души. — Энди… Держи свой хуй подальше от Каса! — Дин не сдержался, его голос стал резким, как лезвие. — А то что? — нагло посмотрев на Дина, Энди сделал затяжку, медленно выдыхая дым прямо в лицо Винчестеру, словно бросая ему вызов и замечая, как тот выходит из себя. — А-а-а-ай… Ты сейчас серьёзно? — Дин почувствовал, как его терпение на исходе, и сдерживаться становилось всё труднее. — Вообще-то, Кас сам решает, с кем общаться… Ну и не только, — произнёс Энди, его тон был пропитан неприкрытой провокацией. — И не только? Так ты пидар? Надеешься на более серьёзные отношения с Касом?! — Дин не мог сдержать ярость, его слова вырывались сами по себе. — Хм… Как и ты, Дин! Ты же тоже надеешься на более серьёзные отношения с Касом?! И получается, ты такой же пидар, как и я. — Слова прозвучали с лёгкой насмешкой, но в них проскальзывала неприкрытая горечь. — Кас — мой друг! Лучший друг с детства! И не тебе судить меня… Не тебе, только что появившемуся «другу» в его жизни, судить мои чувства к нему! — Дин взорвался, его голос задрожал от избытка эмоций. — Лучший друг… Которого хочется жёстко выебать, да?! Или у тебя так на друзей стоит? Может, нам стоит тоже подружиться? Винчестер замер, его сердце забилось быстрее от неприкрытого хамства этого малолетки. В воздухе повисло напряжение, словно натянутая струна, готовая разорваться в любой момент. Овладев собой и пропуская мимо ушей непристойные предложения, Дин быстро вернул разговор в прежнее русло. — Знаешь что… Ты просто пыль в жизни Каса! Ничто, понимаешь?! Ты всего лишь глава, которую он перелистает очень быстро! — Дин произнёс эти слова с презрением, его голос был полон ярости. Взгляд Энди потускнел, уверенность и спокойствие, которые он так старательно поддерживал, улетучились вмиг, оставив лишь смятение. — Дин... Если я всего лишь страница, которую он перелистает быстро, тогда чего ты боишься?! — Энди, собравшись с силами, бросил вызов, его голос дрожал от напряжения. — И опять повторюсь — выбор за Касом! — Не грей душу, Энди! Иди домой! Тебе тут никто не рад! — Дин, не желая больше слушать, выбросил докуренную сигарету и, сжав кулаки, направился обратно в больницу, оставляя за собой атмосферу напряжённости.

***

Приближался вечер. Дин сидел отдельно от всех на жёстком стуле, его фигура казалась потерянной в углу коридора. Габриэль и Элен, сидя вместе, обменивались молчаливыми взглядами, полными тревоги. Энди, находясь рядом, периодически клацал по экрану своего телефона — его участие раздражало Дина до глубины души. Кас всё ещё не приходил в себя, и это было невыносимо. Доктор, завершив дневной обход, подошёл к группе. Его лицо было серьёзным. Он посмотрел на всех присутствующих и произнёс: — Вам не сто́ит сидеть и ждать здесь. Кастиэль будет находиться до утра в реанимации. Езжайте домой, отдохните. При любых изменениях вам сообщат. — Доктор, я буду тут, — произнёс Габриэль, с трудом выдавив улыбку. Доктор кивнул, пожелал всем хорошей ночи и удалился. — Ребята, езжайте домой. Я всё равно останусь, — сказал Габриэль, окидывая взглядом присутствующих. Элен, собравшись, попросила сообщить ей при любых изменениях. Дин никак не отреагировал на слова Габриэля — он всё равно собирался остаться рядом с Касом. Посмотрев на Энди, который демонстративно надел наушники и удобно уселся на стуле, Дин почувствовал, как внутри него закипает злость. «Похуй на тебя! Ещё будет время поговорить „по душам“ и разбить тебе симпатичную мордочку… А сейчас мои мысли только о Касе». Воспоминания нахлынули, как волна, принося с собой грусть и ностальгию. Он вспомнил, как в четырнадцать лет заболел ангиной, и Кас, не раздумывая, попросил родителей переночевать с ним. Кас пил из его бутылки, ел с его тарелки, смеялся и пытался тоже заболеть, чтобы не оставлять Дина одного. «Помнишь, как ты тогда пришёл ко мне с холодной водой, когда у меня поднималась температура? Обтирал меня ею… Ты говорил, что мама всегда так делала и это помогает. И да, Кас, мне действительно помогло. Утром я был как огурчик!» Одинокая слеза скатилась по щеке, оставляя за собой след. Дин закрыл глаза, пытаясь подавить нарастающее чувство безысходности. Ближе к полуночи он заметил, что начинает вырубаться на месте. Вторая ночь без сна давала о себе знать. Габриэль сидел без всяких эмоций, уставившись в потолок, а Энди, с закрытыми глазами, слушал музыку в наушниках. Дин достал телефон и увидел множество пропущенных вызовов от Лизы. Набрав её номер, он вышел на улицу, чтобы покурить. — Дин... привет... — Привет... — С тобой всё хорошо? — Нет. Кас в реанимации... — О боже, что случилось?! — Интоксикация... — Дин не хотел углубляться в подробности. — Ты с ним? — Да... — Я приеду, напиши адрес... — Нет, Лиза, не надо! Лиз... мне надо разобраться в себе... Я больше не могу так... — О чём ты, Дин? — Нам нужно расстаться... — Дин сделал глубокую затяжку. Он был уверен на все сто процентов, что поступает правильно. Произошедшая ситуация повлияла на столь глобальное решение, которое он долгое время откладывал. — Ты меня бросаешь, Дин?! — Зачем же так, Лиз? Не бросаю, а хочу разобраться в себе! — У тебя есть другая? — Ты о чём вообще?! Ты хоть слышишь себя? Мой лучший друг в реанимации! Ты думаешь, что я сейчас в состоянии думать о ком-то ещё?! — Дин закипал, не фильтруя слова. Ему было до такой степени всё равно. — Мне жаль, что с Касом произошла такая ситуация... но ты бросаешь меня из-за этого? — Из-за этого тоже! — Оу... Хорошо, Дин... Но я бы хотела каких-то объяснений... — Объяснений?! Каких, блядь, объяснений, Лиз?! Я хочу разобраться в себе... — Так это правда... — Правда... что? — Ты и Кас... — Голос девушки сильно раздражал Дина. Сейчас не было никого важнее Каса, а копаться в чьих-то догадках и истериках не было ни времени, ни желания. — Да, это правда! Я и Кас — лучшие друзья! — ехидно проронил Дин, делая ещё одну затяжку. — Не только друзья... — Лиз, оставь свои фантазии. Просто хоть раз прими мои слова так, как я их говорю. Вызов был брошен девушкой. Дин, докурив сигарету, подошёл к одиноко стоящему аппарату, налил себе кофе и направился обратно в больницу. Парень не мог продолжать отношения с Лизой — обманывать её со временем становилось невыносимо. Он надеялся, что Кас всё же придёт в себя, и только потом был готов бороться за своё счастье. Дин даже был готов к тому, что его отвергнут навсегда, но молчать о своих чувствах больше не собирался. Эта ситуация научила его ценить время. Если с Касом что-то случится, Дин не сомневался, что и его жизнь прервётся. А каким способом — это уже отдельный разговор. С наступлением рассвета ничего не изменилось — Кас не пришёл в себя. Габриэль, наполовину убитый усталостью, расхаживал по коридору в ожидании доктора, а Энди, вышедший на перекур, не мозолил глаза Дину, что немного взбадривало. Время тянулось невыносимо. Всю ночь, просидев на одном месте, Дин вспомнил почти всю свою жизнь. Все моменты с Касом порой вызывали улыбку, а порой накатывала ностальгия. Он выходил на улицу, чтобы спрятать слёзы от присутствующих. Было удивительно, что родителей Каса до сих пор не было видно в больнице, хотя ещё ночью Габриэль сообщил им о происходящем, утаив лишь главную причину — наркотики. Из разговора было понятно, что мама Каса плакала и просила звонить ей при любых изменениях. Вдалеке Дин увидел Энди, который нёс три стакана кофе, аккуратно сложенных в кофейный поднос. Подойдя, парень протянул одну чашку Дину, уверяя, что это не отрава и он может смело выпить горячий напиток. Габриэль с удовольствием принял утренний «дар» от столь обходительного парня. Распивая кофе, он громко произнёс: — Я больше всех виноват в происходящем. Но смотрю на вас, пацаны. Вы всю ночь сидели тут, значит, вам не всё равно на брата. Так почему никто не заметил, чем он живёт? Кажется, Энди только и ждал предлога, чтобы поговорить с Габриэлем, который не так уж и был знаком с ним. — Габриэль… я не мог предположить подобного от Каса. Он всегда был весёлым и компанейским парнем. А то, что он... наркотики… — Что значит «был»? — Дина прорвало на двусмысленные фразы собеседника. — Он есть весёлый, компанейский парень! Не смей говорить о нём в прошлом! — Дин… это не столь важно. Важно то, что ни один из нас ничего не сделал, чтобы этот придурок не маялся этой чепухой! — Гейб! Его окружает разная компания. В любом кругу Кас мог купить эту дрянь… я не мог всего знать… — Да, Дино… я тебе верю. Но твоё отсутствие в его жизни повлияло на многое. И мне, как брату этого балбеса, жутко интересно, что у него было на душе всё это время… — Энди помрачнел от слов Габриэля. Он уже догадывался, что у парней было что-то серьёзнее дружбы, но слышать намёки от Габриэля было неприятно. — Дин… Вы же побились тем вечером… — Энди внёс свою лепту правды в разговор. Габриэль с недовольством посмотрел на Винчестера, который не горел желанием рассказывать о произошедшем инциденте. Что он мог сказать Гейбу? Что приревновал Каса к соседу по университету, и из-за этого начались разборки? — Рассказывай, Дино… — Гейб, нечего рассказывать! Мы немного поконфликтовали, и всё… — То есть он тебя разукрасил? — Габриэль указал рукой на опухшую губу парня. — Да, он… — Дин опустил глаза и сделал глоток кофе. — Что за семейные мелодрамы у вас, Дин? — Странный взгляд Габриэля холодом прошёлся по жилам Дина. Говорить было нечего, хоть Энди и старался подмазываться к брату Каса, желая выставить Дина в плохом свете. — Гейб! Ещё раз повторю: я не знал про наркоту. Я знал, что Кас иногда может выпить, покурить — и то очень редко… и всё. А то, что мы сцепились, — это была моя вина! У меня была тяжёлая ночь, слово за слово, я сказал ему лишнего… Габриэль присел на стул, положив допитый стакан кофе рядом с собой на пол, быстро переключая своё внимание на Милтона. — Энди… я тебя в первый раз вижу в окружении своего брата. Вы давно дружите? — Нет, не давно, но нет разницы, сколько мы дружим. Есть разница, насколько мы дружим… — Габриэль с удивлением приподнял бровь, его глаза слегка расширились, и стало заметно, как шестерёнки в голове начали крутиться, пытаясь переварить услышанное. — Хм, и насколько вы дружите, Энди? — Дин с ухмылкой посмотрел на своего поднадоевшего соперника. — Он для меня важен, и потому я тут. Как и для тебя, Дин, правда ведь? — Непонятно было, чего он добивался своими двусмысленными фразами. Габриэль странно наблюдал за происходящим, не смея больше вторгаться в разговор. — Да, Энди! Кас — мой лучший друг детства! И было бы глупо, если бы он не был важен для меня! А вот ты, выросший непонятно откуда на его пути, не знаешь, какое влияние мог на него оказать… — Взаимные подколки не заставили себя долго ждать. Дин понимал, что сейчас не время и не место молча сидеть, пока этот непонятно откуда выросший куст несёт чушь при брате Каса. Габриэль то и дело засматривался на парней, прищурив глаза. В его голове творился бардак, а разбросанный пазл никак не складывался. Дин встал, направляясь к выходу, рукой призывая к себе Энди. — Пошли, выйдем покурим! Парень, не задумываясь, последовал за Дином. Выйдя в укромный угол, Дин схватил его за подол рубашки, прижав к стене, и сквозь зубы процедил: — Ты что творишь, упырь?! — Отпусти! — Я спрашиваю, что ты творишь?! Кас в реанимации, без сознания, а ты кидаешь неоднозначные намёки Габриэлю! Тебе кто давал право сеять сомнения касательно ориентации Каса?! — Я говорю то, что есть! Я ничего не сказал про его ориентацию! — Да, сучонок, ты не говорил… ты намёками это делаешь! Пока Кас без сознания, заткни свой рот и не позорь его! Если между вами что-то и было, в чём я сомневаюсь… то дай Касу самому разобраться с собой и со своей семьёй! — Не сомневайся, Дин, в том, что было. Энди играл с огнём, его слова, как бензин, подливались в разгоревшийся пожар внутри Дина. — Что ты сказал?! — Дин ещё сильнее прижал парня к стене, нависая над ним. — Что слышал! Отпусти! — Попытка вырваться не увенчалась успехом. — Ничего у вас быть не могло! Он натурал и не такой, как ты! — Натурал? Хм… Который хочет парня и воплощает свои фантазии в жизнь? С тобой, Дин, он может и натурал, значит, у него есть причины… Терпение лопнуло окончательно. Замахнувшись, Дин сильно ударил кулаком по лицу Энди. Хлынула кровь, парень рукой прикрыл место удара, отшатнувшись в сторону. Дин схватил его за плечо и притащил обратно к стене. — Скажи, что ничего не было! Тварь, а то я тебя урою прямо тут, гадёныш! — Энди не двигался, лишь кровь с разбитой губы капала на футболку. — Не твоё дело, что было между нами! С глаз Дина покатилась слеза горечи и ревности. Придавив рукой шею Энди, он вдавил его в стену, злобно процедив: — Я тебе не верю… понял, тварь? И совет на будущее… отойди в сторону… Из-за Каса я могу убить тебя, не моргнув глазом… Энди… Ты меня плохо знаешь… Задушу, как котёнка… Он мой… а ты — дерьмо, приклеенное к подошве… Дин ослабил хватку и отступил на шаг, давая Энди возможность отдышаться. Тот, почувствовав свободу, резко оттолкнул Дина одной рукой, а другой нанёс удар прямо в лицо. От неожиданности Дин потерял равновесие и упал на асфальт, ощутив его шершавую поверхность. Удар привёл его в чувство. Он быстро поднялся, чувствуя, как адреналин пульсирует в венах. Не раздумывая, Дин с силой толкнул Энди, который стоял, застыв на месте, глядя на результат своих действий. Энди пошатнулся, но устоял на ногах, его глаза расширились от удивления и злости. — А ты, я смотрю, не такой и милый, как кажешься! — Не смей стоять на моём пути! Я долго терпеть тебя не стану! — Сильнее сжав кулаки, Дин толкнул его. Пошагав в сторону больницы, Дин почувствовал что-то тёплое на щеке. Потерев её рукой, он увидел кровь, которая капала на чёрную футболку. Первым делом, направившись в уборную, парень отмыл следы крови с лица. Посмотрев на себя в зеркало, он не обрадовался своему виду: на нижней губе был вчерашний опухший синяк, скула была поцарапана, слегка припухла и кровоточила. Приложив салфетку, Дин постоял так минут пять, чтобы остановить кровь и немного отдышаться. Приведя себя в порядок, он направился в сторону реанимации. Энди не было видно. Габриэль разговаривал с доктором, когда Дин подбежал к ним, запыхавшись и с тревогой в голосе спрашивая о состоянии Каса. — Вы кто больному? — Доктор с прищуром рассматривал новые ссадины на лице Дина. — Я... я друг... — Я уже объяснил мистеру Новаку. Ситуация остаётся критической. Пациент находится без сознания. Я не могу гарантировать, что он выживет. Я надеялся, что Кастиэль придёт в себя до утра... Мне жаль. — Что значит «мне жаль», доктор? Вы нас к чему-то готовите? — Голос Дина дрожал, он всматривался в взволнованное лицо врача. — Мистер... — Винчестер. — Мистер Винчестер, я не могу ничего предполагать. Прошу вас успокоиться. Езжайте домой, отдохните. — Понятно, доктор... — Дин развёл руками, отступая. Сердце сжималось в тисках, слёзы давили на глаза. — Мистер Винчестер, подойдите к медсестре и приведите в порядок ваше лицо, — доктор указал пальцем на побои и направился вдоль коридора. — Доктор, я могу взглянуть на него? — Ответа не последовало. Габриэль, опустившись вдоль стены, громко выдохнул: — Кастиэль, прости меня... Дин, находясь в таком же убитом состоянии, присел на корточки напротив Габриэля. — Гейб, он выкарабкается! Я верю в него, слышишь?! — Нет, Дино, ты сам в это не веришь... — Гейб, пожалуйста... Ты нужен Кастиэлю здесь, мы должны держаться! Как бы тяжело это ни было... — Дино... Как же ты не понимаешь? У нас был шанс до утра, а сейчас уже неизвестность... та самая, жуткая неизвестность... — Не говори так! Кас сильный! И он справится! — Дин привстал. Габриэль был прав, он сам не верил в свои слова. Но всё же оставалась доля надежды, что Кас очнётся и всё будет хорошо. — Дин! У тебя прибавились побои... Что творится?! — Я неаккуратен в словах... — Не было желания что-либо объяснять Габриэлю. — Так впредь будь аккуратнее... Дин бросил отчаянный взгляд на Габриэля и удалился за очередной порцией кофе. Время тянулось медленно. Дин неоднократно предлагал Габриэлю поехать домой, привести себя в порядок, немного поспать, но брат никуда не уходил. Энди после своего появления на улице не было видно, и Винчестер надеялся, что тот, наконец, понял и свалил отсюда. Однако спустя пару часов Энди вернулся в больницу в новой одежде, с аккуратно уложенными волосами. Щека была заклеена большим пластырем, а на шее виднелись тёмно-багровые синяки от пальцев Дина. Послышался гул из реанимации. Две медсестры вбежали, закрывая за собой дверь. Габриэль тревожно подскочил, оглядываясь по сторонам. Спустя минуту в реанимацию направился доктор, игнорируя все расспросы родственников. Время тянулось мучительно долго. Новостей не было, суета в реанимации продолжалась. Дин, опустившись по стене рядом с дверью, спрятал голову в руки. Было ясно одно: врачи боролись за жизнь Каса. «Чёрт! Пожалуйста! Молю тебя! Не оставляй меня! Живи как хочешь... с кем хочешь... только живи... Я не буду тебе портить жизнь... Клянусь, Кас!...» — слёзы омывали лицо парня, и ему было наплевать на то, что он не один. Дрожь по телу усиливалась, минуты длились как часы, невыносимое ожидание давило спазмами. Наконец, дверь открылась, и оттуда показался доктор. Его лицо было уставшим, но глаза выдавали некую надежду. — Как он, доктор?!! — Габриэль подбежал первым, за ним Дин и Энди, который откуда-то появился. — Всё обошлось! Он пришёл в себя! На данный момент угрозы для жизни я не наблюдаю. Кастиэль в сознании, помнит себя и родных, что меня сильно удивило и обрадовало. Его переведут в отдельную палату, но прошу обеспечить ему полный покой! Сегодня я могу впустить к нему только вас, мистер Новак как брата. А вы, молодые люди, отправляетесь домой. Даст Бог, пациент хорошо перенесёт сегодняшний день. — И вот завтра можете уже повидаться с ним. — Доктор! Спасибо... — С глаз Габриэля покатилась слеза радости. Эмоции переполняли его, и он не мог сдержать улыбку, которая осветила его лицо, словно луч солнца, пробивающийся сквозь облака. — Благодарите Бога, мистер Новак! — Доктор похлопал Габриэля по плечу, его глаза искрились добротой. Обращая внимание на стоящих рядом парней, он заметил: — Я смотрю, наличие побоев — это у вас семейное... — На его лице появилась игривая улыбка, которая немного разрядила атмосферу. — Энди, ты что, тоже в синяках? — Голос Габриэля стал более оживлённым, он наконец-то смог обратить внимание на своих друзей. — Мелочи! — Отмахнулся Энди, не придавая этому значения. — Ну-ну... Парни, собирайтесь домой! — Гейб, я приеду вечером и подменю тебя, тебе тоже нужно будет отдохнуть. — Хорошо, Дин! Спасибо. — Гейб... Всё будет хорошо! — Дин улыбнулся Габриэлю, обернувшись, направился к выходу.

***

Кас пришёл в сознание, и всё казалось странным. Он не помнил, как оказался здесь. Очнувшись в белой палате, парень увидел сидящего рядом на стуле Габриэля. Он попытался привстать, но не смог — датчики, прикреплённые к груди и рукам, мешали двигаться. — Кастиэль... братец... Как ты? — Габриэль накрыл его руку своей, его голос был полон заботы. — Гейб... зачем я тут? Голова сильно болит... — Тебе стало плохо... Кас, у тебя интоксикация... наркотическим веществом... — Чёрт... Гейб, это получилось случайно... — Кастиэль старательно начал оправдываться, понимая, что его проступок не останется без последствий. — Не нервничай, Кастиэль... Я не говорил родителям... Но тебе придётся мне всё объяснить, как положено... — Да... конечно... но... — Не сейчас! Доктор сказал, тебе нужно отдохнуть! Как только выпишут из больницы, нас ждёт серьёзный разговор, Кастиэль. — Серьёзное лицо Габриэля немного пугало брата, и, сделав глубокий вдох, Касу захотелось встать. — Нет, нет... Встанешь после того, как прокапают капельницы... Потерпи ещё немного... — Гейб, где мой телефон? — Зачем тебе телефон тут? Кастиэль, тебе нужно больше отдыхать... — Я хочу... кое-кого видеть... позвонить... — Насчёт кое-кого... Тут их было двое... твои друзья... Просидели всю ночь... Как узнали, что ты очнулся и всё нормально, они ушли... — Тут был Дин? И ещё кто? — Был Энди... — Гейб, мне нужно видеть... Энди... срочно... — Просьба Каса сильно удивила брата. Когда он сказал, что хочет повидаться с другом, Габриэль сразу подумал, что речь идёт о Дине, а не об Энди. — Оу... Энди? Он сказал, что придёт вечером... Я ему передам... У тебя что-то срочное? Доктор сказал, никого не пускать к тебе сегодня... ну, кроме меня... — Гейб, пожалуйста... Пусть Энди зайдёт ко мне на пять минут... — Хорошо, братик... — Габриэль тепло улыбнулся, поцеловав младшего брата в лоб. Его сердце наполнилось теплом и надеждой — самое страшное уже миновало, и это не могло не радовать.