Total Eclipse of The Heart/ Полное затмение сердца

О, как же Микки заебись себя чувствовал! В его крови ебашил адреналин, дофамин и куча других гормонов, которые поднимали его настроение выше стратосферы. Мало того, что Йен не обманул и действительно пришёл во вторник, так Мик ещё и славно оторвался на нем, проехавшись танком по его комплексам. Микки ясно видел, как Йена ощутимо цепляют его высказывания по поводу возраста, но в то же время сам садился на крючок харизмы этого мужчины. Не смотря ни на что, Йен продолжал подкатывать и флиртовать, давая понять, насколько он заинтересован в Микки. А когда он предложил проводить Микки домой, то блондин немного испугался такого напора. Нет, он не думал, что Йен маньяк или что-то в этом роде, но слишком уж напористо пёр этот красавчик. Микки больше боялся, что сам даст слабину, потому что жопой чувствовал, что стоит им остаться вдвоём, а не на виду у толпы людей в кофейне, то вся его спесь сойдёт на нет, а барьеры рухнут как тонкий лед весной. Такого с ним ещё ни разу не случалось. Все его знакомства до Йена — это пара фраз для начала диалога, а дальше сразу тёмный переулок с быстрой дрочкой. Никаких проводить до дома, никаких свиданий и томных ожиданий. Все просто и безванильно. А тут сердце колотится только от мысли, что скоро он его увидит, поговорит с ним, поймает взгляд зелёных глаз на себе. Это просто ахрененно будоражит и заводит. Мик очень хотел, чтобы Йен дождался его после смены, но не хотел показывать это так явно. Ему хотелось, что бы Йен сам понял, что он, Микки, не против, но заявлять о своем желании прямо через рот не желал. Последние полчаса смены Микки потряхивало от неизвестности: Йен дождётся его после смены или же свалит и вернётся только в субботу? Бариста поглядывал на улицу сквозь витрины кафе, но никаких признаков рыжика там не находил. Ровно в восемь Микки вышел из кафе и, встав посередине улицы, закурил. В этом году выдался небывало холодный июнь и Мик поёжился от прохладного ветра, забирающегося под кожаную куртку. Он не крутил головой по сторонам и не пытался найти мужчину с рыжими волосами, а то ещё не дай бог подумает, что Мик его ждёт. Он делал вид, что просто курит возле входа в "Берлогу", чтобы после отправиться в сторону метро. Мик медленно добил сигарету и выбросил бычок в урну. Видимо, Йен решил не ждать его и уехал по своим блядским делам, забыв о Микки тут же, как только покинул помещение кафе. Блондин развернулся в сторону метро и пошёл вдоль тротуара, застегивая куртку и поднимая воротник. Через минуту возле него притормозил большой чёрный джип и стекло пассажирской двери медленно опустилось. Мик еле сдержал вздох облегчения и радости, продолжая идти дальше, пока машина катилась с его скоростью рядом. Он натянул на лицо равнодушное выражение и повернулся таки к открытому окну тачки. Милкович приподнял брови, увидев Йена за рулём. Тот молча махнул ему головой, мол запрыгивай. Микки смастерил на лице выражение "хосспади, как ты меня достал", но шагнул в сторону машины. Йен тут же остановился, давая блондину возможность шустро заскочить на пассажирское сиденье, а затем заблокировал двери и поднял тонированное стекло. Микки поёжился, ощутив контраст прохладной улицы и тепла салона. А ещё в салоне пахло Йеном, его парфюмом, и Микки вдохнул глубже. — Холодно сегодня, — начал нейтрально Йен. — Нормально. Вам, наверно, холодно из-за возраста. Все старики носят шерстяные носки и тёплые кофты летом. Мерзнут, — парировал Микки. — Это называется вегетососудистая дистония, — старался не реагировать на подколы Йен. — Не знаю, Вам виднее, как это называется. Положено знать о своих болячках, — их диалоги были похожи на игру в пинг-понг. Один бросал фразу, а второй её отбивал. Йен улыбался колючим высказываниям парня и делал вид, что его это нисколечко не волнует. — Ты голоден? — Я всегда голоден. У меня молодой растущий организм. Ну, в отличие... — Микки смотрел в окно справа, даже не пытаясь взглянуть на Йена. Он понимал, что стоит ему только зацепиться взглядом с ним, то он к херам утонет в этих зелёных глазах. Как в волшебном лесном озере, где обитают феи, гномы и единороги. — Поедем поужинаем? — спросил Йен. Микки молчал. Они остановились на светофоре и Йен развернулся к Микки всем корпусом. — Микки. Посмотри на меня. Микки неспешно повернулся в сторону водителя и нахмурился для вида. — Если ты не хочешь, если тебе не приятно находиться рядом со мной, то я просто довезу тебя куда скажешь и больше не буду тебя беспокоить. Просто скажи мне, я же не тупой и прекрасно понимаю человеческую речь. Одно твоё слово и я исчезну с радаров и никогда больше не появлюсь в твоём кафе. О, это был прям запрещённый приём. Прям удар по яйцам со всего размаху. Прям вопрос, на который можно было ответить только однозначно. А Микки вот точно не хотел отвечать однозначно, ему нравился тот стиль общения, который был у них с самого начала знакомства. — Ну, я так не играю! Ты знаешь, что так нечестно ставить вопрос? — Мик впервые обратился к Йену на ты. Он прищурился и наблюдал за красивым лицом напротив. — Я должен знать. Я не хочу навязываться. — Ты не навязываешься. — Я прихожу к тебе в кафе. — Многие приходят в кафе, чувак. Некоторые это делают ежедневно. — Ты же понимаешь, что я к тебе прихожу? — Оййй, просто я варю ахуительный кофе, признай это, — улыбнулся Микки, все же увернувшись от прямого ответа. — Какой ты, такой и кофе. Светофор загорелся зелёным и Йен повернулся обратно. Он не видел, как Микки залился румянцем от такого комплимента. Ему никто никогда не говорил, что он ахуительный. — Рыба или мясо? — спросил рыжий, выдержав сдержанную паузу. — Курица-индейка, — ответил блондин. — Что? — А что? Я думал, мы играем в игру "Назови продукт, содержащий белок". Йен растянулся в улыбке и его глаза весело заблестели. — Ты просто заноза в заднице, — хмыкнул он. — Нет, мы не играем в твою игру про белки. Я спросил, что ты предпочитаешь, рыбу или мясо. — Однозначно мясо, чувак. — Окей, — Йен прибавил газа и поехал более уверено, зная уже нужное направление. — Так значит я не раздражаю тебя настолько, насколько ты это показываешь? — Конечно нет. Ты раздражаешь намного сильнее, просто мне это трудно выразить, — Мик повернул голову к Йену и весело улыбнулся. Йен отзеркалил его ухмылку и промолчал. Этот парень никогда не скажет ему, что он действительно чувствует. По крайней мере пока. — С тобой не просто, да? — Зато со мной весело. — Тебе особенно весело, как я посмотрю. — А что не так с твоим весельем? Наверно ты к вечеру достаточно сильно устаёшь? Ну, не мудрено. В твоём-то возрасте... — Микки! Мне 32 всего лишь! — Нихуя себе! Четвёртый десяток! Ещё бы! — Вот же язва! — Не, ну представь себе, ты был уже в средней школе, когда я ещё у бати в яйцах плавал! — Да, да, я понял. Тебя так и подмывает напоминать мне об этом каждый раз. — Смирись, чувак. Это жизнь. Зато у меня теперь есть знакомый, который может мне рассказать, как там, в старости. Посоветовать мазь от радикулита и затянуть долгий нудный рассказ про стародавние времена. — Мы приехали. Вылезай, засранец. Йен припарковал машину в кармане рядом с небольшим ресторанчиком и заглушил мотор. Микки выпрыгнул из тачки, а Йен пиликнул сигнализацией и обошёл джип, подойдя к блондину. Он по-хозяйски цапнул парня за руку, сжав его ладошку в своей горячей. Йен безумно хотел дотронуться до парня, почувствовать прикосновение кожи к коже. То, что он почувствовал, ему понравилось. Микки попытался высвободить свою руку из его лапы, так, вяло, лишь для вида, но Йен лишь крепче сжал его ладошку. Он подтолкнул Микки ко входу в ресторан и только оказавшись возле двери нехотя отпустил руку. Йен открыл дверь, пропуская парня и слегка дотронулся до его спины, ненавязчиво подталкивая вперёд. Даже через куртку Микки ощутил лёгкое покалывание в районе позвоночника. Девушка-администратор проводила их к небольшому столику на двоих и предложила меню. Микки снял куртку вслед за Йеном и рыжий повесил их одежду на вешалку, стоящую рядом. Они сели друг напротив друга, а стол был настолько небольшим, что их колени тут же соприкоснулись. Микки попытался отодвинуть стул, чтобы дать место длинным ногам мужчины напротив, но не тут-то было. Тот зажал своими коленями ногу парня и смотрел на него не отрываясь. Мик опустил глаза и сдался. Пусть делает, что хочет, даже интересно, чем это закончится. Йен понял, что парень не сопротивляется и придвинулся ещё ближе, ещё глубже захватывая своими ногами ногу Микки. — Ещё немного и я окажусь у тебя на коленях, — сказал блондин, глядя в папку с меню. — Это было бы потрясающе, — тут же парировал Йен, зажигая румянец на хорошеньком личике блондина. — Что ты будешь пить? — Виски. — Микки. Тебе нет 21. Тебе по закону нельзя пить крепкие напитки. — Бу-бу-бу... Подай на меня в суд, сэр Йен. Мог бы заказать себе, а потом поменялись бы напитками. Всему тебя учить надо, мистер пенсия. — Я закажу на свой вкус, ты не против? — Не против. Ты наверное лучше тут все знаешь. — Ага. Что, кроме стейка? — Картошку фри. И колу. — И нагетсы. И морковные палочки. Или сразу "Хеппи мил"? — подхватил Йен. — Ха. Ха. Ха, — скорчил морду Микки. Подошла официантка и приготовилась принять заказ. — Два рибая, зерновых, картошку фри и колу. Бокал красного сухого вина, — Микки поморщился, — и двойной виски со льдом, — Йен перевёл взгляд на парня и тот дёрнул уголками губ. Девушка записала заказ, повторила его и забрала меню со стола. — Тебе нельзя виски. Ты за рулём. — Конечно нельзя, тем более когда в машине дети, —подмигнул Йен и Мик закатил глаза. — Я не ребёнок! — А я не пенсионер. — Это очень спорное заявление. — Так же, как и то, что ты взрослый. Ты капризный вредный малыш! Мик фыркнул на "малыша" и повернул голову в сторону, чтобы скрыть назревающую улыбку. Он никогда не понимал этих дурацких прозвищ, но то, как сказал это Йен, было по-особенному. Микки представил, как бы звучало это шёпотом и прям в ухо. "Мой малыш" и кровь прилила к его щекам и шее. И не только. Микки сглотнул, стараясь выгнать из головы эти мысли, и снова повернул голову к мужчине напротив. Тот с интересом наблюдал за ним. — О чем ты думаешь? Господи. Он что, телепат? Упаси боже ему узнать, о чем Микки думает. А в слух сказал. — Да вот думаю, есть ли секс после тридцати? — Не поверишь. Даже лучше, чем в восемнадцать. — Хм... — Хочешь попробовать? — снова этот сексуальный, низкий, вкрадчивый голос. О, да! С ним бы Микки попробовал. Все попробовал! Микки нереально притягивал этот человек. Его вид, запах, голос, взгляд. Все это комбо било прям в сердце, как укол адреналина. — Ну нет. Не хочу быть причастным к остановке сердца у пожилого мужчины во время оргазма. Уволь, — вопреки своим ощущениям парировал парень. — У меня и без секса от тебя тахикардия, аритмия и вообще проблемы с кардиологией, — Йена несло, а Мик подкидывал дровишек. — Кинь нитроглицерин под язык. Не хватало ещё откачивать тебя посреди ресторана, — ага, техника "рот в рот" была бы самое то. Наконец-то пришла официантка с заказом и выгрузила все на стол. Бокал вина был поставлен рядом с Микки, а виски ближе к Йену. Микки многозначительно посмотрел на напитки и на Йена, тот хитро улыбался. — Отдай мне мой напиток, — настаивал Микки. — А себе забери эту виноградную кислятину. — А что мне за это будет? М? — Ладно, так и быть. Я поделюсь с тобой своей картошкой. Но особо не налегай. Холестериновые бляшки и все такое, знаешь... — Я не хочу картошку. Я хочу поцелуй. — Пха! — громко крякнул Микки от наглости рыжего. — Поцелуй за стакан шотландской самогонки?! Фи. Ну, если только в лоб. — Договорились. Забирай. — Да? Так просто? Отлично, — Микки поменял местами их напитки и взял свой стакан с янтарной жидкостью. Йен забрал бокал вина и протянул к Микки и блондин щелкнул своим стаканом по бокалу с вином. — За твоё здоровье, сэр Йен, — он сделал глоток и даже на поморщился, будто пил вискарь с детского сада. Потом прищурился и добавил, — или за него пора пить не чокаясь? — Ешь, остынет. Пиздобол. Микки довольно гыгыкнул, поставил стакан на стол и загреб горсть картошки. Потом взял вилку и нож, чтобы отрезать кусочек одуряюще пахнущего мяса. Дальше ели молча. Микки жевал и жмурился от удовольствия. Йену очень нравилось наблюдать за довольным блондином. Интересно, а если его поцеловать в шею, он также будет жмуриться? К концу ужина голубые глаза напротив блестели от сытости и выпитого алкоголя. Официантка подошла забрать посуду и поинтересовалась нужно ли обновить напитки. — Ещё? — кивнул Йен на пустой стакан из под виски. Его бокал с вином был наполовину полон. — Ага, — довольно ответил парень. Девушка забрала посуду и через минуту принесла новую порцию виски. Микки сделал большой глоток и уставился на Йена. — Что? — спросил рыжий. — У тебя кто-то есть? — расслабленный алкоголем мозг выдавал интересующие вопросы, а язык смело их озвучивал. — В смысле? — Ну, парень, муж, партнёр. — То есть ты считаешь, что я вот так вот, имея кого-то близкого, стреляю телефончики у бариста, жду окончания смен разных блондинов, вожу других парней по ресторанам и провожаю их до дома? — Ну, я ж не знаю. Может у вас свободные отношения. Мож у вас так принято и в порядке вещей. — Что если так? Тебе не все равно? — Ты на мой вопрос задал два своих. Это странный диалог, не находишь? — Пытаюсь понять природу твоего интереса. — Хочу точно знать, что ты не ищешь вам в пару мальчика для тройничка. Йен не мог сдержаться и громко расхохотался, у него даже слезы выступили на глаза. — Мне нравится, как на тебя действует алкоголь. Ты такой забавный! — Это нихуя не смешно. А ты так и не ответил. Йен с интересом смотрел на Микки, чуть склонив голову на бок и раскачивая остатки вина в бокале. Он одним глотком допил напиток, поставил бокал на стол, медленно и глубоко вздохнул и начал свой монолог. — Микки, у меня никого нет и я придерживаюсь консервативных принципов в отношениях. Давай, начинай стебаться по этому поводу. Скажи, что я старый пуританин с дедовскими понятиями, но как бы тебе не было весело и забавно, меня не привлекает полигамия, груповушки и открытые отношения. В полиаморию я не верю, нельзя любить сразу двух человек. По-моему. Нет, я не осуждаю никогда и никого, просто есть вещи, которых в своей жизни я не приемлю. До других мне нет дела, каждый дрочит, как он хочет. Так что у меня нет парня, партнёра, мужа и прочих личных отношений. Я не вру себе, не вру другим, ценю в людях открытость и честность, как в быту, так и в постели. — О, да ты святоша с завышенной планкой! Наверно, поэтому ты один. — Я далеко не святой, но считаю, что лучше так, чем с кем попало. — Ага. Так и вижу, как ты трахаешься только в темноте, под одеялом в миссионерской позе. — Ты видишь? — Йен приподнял брови. — То есть ты это прям себе представляешь? — Йену удалось смутить парня, чему он был несказанно рад. Мик фыркнул и отвернулся, делая вид, что очень увлечённо разглядывает соседний стул. — Отвали, — буркнул он. — Ну, эт вряд ли, — Йен продолжил дразнить блондина. — Ты говоришь одно, но думаешь совсем иначе. Я это чувствую. — Да ну? Возомнил себя экстрасенсом? — Тип того. И мне кажется, нам пора, — Йен махнул рукой официантке и та принесла счёт, а Микки вытащил из заднего кармана наличные — Микки. Убери сейчас же. — Я вполне могу заплатить за себя сам. — Даже не сомневаюсь, но я тебя пригласил и я плачу за ужин. — Я не люблю быть должным. — Ты мне ничего не должен. Это просто ужин и я хотел этого больше, чем ты, — Йен вложил в папку со счётом свою кредитку и передал официантке. — Убери, пожалуйста, деньги, — Микки молча засунул наличку обратно в задний карман джинс и они дождались, когда девушка принесла пластик Йена обратно. Статный мужчина и молодой дерзкий парень оделись и вышли на улицу. Микки закурил, пока они шли к машине. Йен снял джип с сигнализации и остановился возле Микки у пассажирской двери. Он протянул руку и взял из пальцев парня сигарету. Мик заворожено смотрел, как Йен затягивается, обхватывает своими губами фильтр, которого секундой раньше касался он сам. Это сексуальнее, чем минет в подворотне. Горячее, чем самая ахуенная дрочка, которая была в жизни блондина. Йен отдаёт сигарету обратно и их пальцы соприкасаются. Микки прошибает током от кончиков пальцев до позвоночника. Так не бывает. По крайней мере с ним никогда такого не случалось. Он делает последнюю глубокую затяжку, выкидывает окурок и садится в машину. Йен обходит тачку и садится за руль, заводя двигатель. — Куда тебя отвезти, Мик? — Езжай вперед, я покажу, — Микки хочется прикоснуться к пальцам Йена снова, чтобы проверить, это было случайно или близость Йена действительно на него так влияет. Он неотрывно смотрит на руку водителя, лежащую на ручке коробки передач, будто пытается понять, не прикасаясь, сработает или нет. Йен будто и правда умеет читать мысли: он переворачивает кисть ладонью вверх, приглашая Микки положить в неё свою руку. Мик какое-то время колеблется, но потом касается своими пальцами середины ладони Йена и ведёт ими к кончикам его пальцев. И нет, не показалось, снова этот ток и слышный вдох через нос мужчины рядом. Мик проводит обратно подушечками от кончиков длинных пальцев Йена к середине его ладони. Он смотрит на Йена: тот упёрся взглядом в дорогу, его грудь мерно вздымается и опускается, а губы чуть приоткрыты. — Ты тоже это чувствуешь? Ток, — хрипло и не веря самому себе спрашивает Микки. Йен ловит его пальцы в кулак и тянет к своим губам. Он трётся носом о костяшки пальцев и оставляет там же несколько лёгких поцелуев. — Черт, да, — тихо отвечает Йен. Микки выдергивает свою руку, зажимает её между ног и отворачивается к окну. Ему тяжело справиться с таким сильным потоком разных чувств и эмоций. Он тихо говорит где свернуть и куда ехать дальше. Микки просит остановить машину, Йен сворачивает и паркуется у обочины. — Ты здесь живёшь? — Нет. — Тогда почему мы остановились? — Ты сказал, что отвезёшь меня туда, куда я попрошу. — Не хочешь, чтобы я знал, где ты живёшь? — Спасибо за ужин, сэр. Вам пора пить Ваши таблетки для разжижения крови и отдыхать, — Микки отстегивает ремень безопасности, открывает дверь и выскакивает на улицу. — А мой поцелуй? — кричит Йен вслед. Мик подходит к водительской двери и просит открыть окно. Мужчина опускает стекло и получает свой "чмок" в лоб. — Ты дашь мне свой номер? — Не-а. — Почему? — Вы, мистер, начнёте мне присылать видеооткрытки "с добрым утром", "добрым днем" и "спокойной ночи", тупенькие картинки с котятами и поздравления со всеми католическими праздниками, статьями о достижениях в ортопедии и рекламу новых моделей кардиостимуляторов. А у меня и так память телефона забита. — Я не буду, обещаю, — рыжий понимает, что он и сегодня обломается с номером, но играет в миккину игру до конца. — Вы сегодня пообещаете, а завтра и не вспомните. Это нормально в вашем возрасте — слабая память. — Тебе говорили, что ты маленький говнюк?! — Микки удаляется спиной вперёд и Йену приходится кричать из машины. — Сколько себя помню! — кричит он. — Спокойной ночи, сэр! — и машет рукой, разворачиваясь и убегая прочь. — Глупый мальчишка... — говорит Йен, счастливо лыбясь, и отъезжает от бордюра, направляясь в сторону дома.