Лотос

Утро в Хогвартсе проходило, как обычно: в 9 утра эльфы накрывали на стол и ожидали гостей. Сегодня в меню была каша с сезонными овощами и свежей зеленью, которые выращивались в теплицах при школе. Хагрид принес несколько корзин с молодой клубникой, которую с заботой и каплей магии вырастил у себя дома. В столовой стоял легкий шум голосов и звон посуды. Тедди, весь измазанный в красном соке, выглядел как вампир, довольный жизнью. Он не подозревал, что вокруг идет война; его детское очарование дарило надежду и силы, напоминая членам сопротивления, за что они сражаются. Нимфадора даже не пыталась использовать очищающие заклинания на одежде сына – это было бессмысленным занятием. Гарри, Рон и Гермиона сидели за привычными еще со школьных лет местами. Рядом с ними сидел Кристоф и Пэнси.    Гермиона, не изменяя привычкам, завтракала с книгой в руках. В этот раз это была художественная литература. На корешке золотыми буквами написано название «Гордость и предубеждение». Пэнси, увидев это, язвительно заметила: — Что, маглы написали книгу про Малфоя? Готовишься к встрече? Если да, тебе стоит переодеться.    Грейнджер старалась сохранить серьезный вид, но Гарри и Рон засмеялись.  — Я не понимаю, чем тебе не нравится мой стиль. Я люблю классику, и что с того?  — То, что, моя дорогая Грейнджер, плешивые свитера и школьные рубашки — это не классический стиль, а наплевательский. – Слизеринка давно смирилась с тем, что переодеть подругу ей не удастся, ведь следуя всем гриффиндорским стереотипам, Гермиона была упрямой и упорно не хотела сдаваться под натиском Пэнси.   — И о чем вы будете разговаривать со слизняком, если он вообще придет? – спросил Рон, не особо отвлекаясь от пережевывания овсянки. — Уизли, прежде чем начать разговаривать, приличные люди глотают еду. – Пэнси пила кофе из маленькой фарфоровой чашечки. За помощь на кухне у неё появился бонус в виде красивой посуды, которую раньше могли использовать только преподаватели. Предчувствуя перепалку, Гермиона не оставила Рону времени на колкие реплики: — Я предложу шпионить для Ордена в обмен на выздоровление его матери и гарантию её свободы после окончания войны. Кингси одобрил это, так что я почти не совру ему.   — Что значит «почти»? – подал голос Гарри, принимая на руки своего маленького крестника. Нимфадора молча вручила ребенка и, со вздохом облегчения, отошла на безопасное расстояние. Гермиона обожала смотреть на то, как Гарри проводит время с детьми. Малыш уже успел стянуть с крестного отца очки. — Я не уверена насчет выздоровления. – Она тут же пожалела, что произнесла это вслух.  — Гермиона не уверена, что восстановление будет быстрым и гладким. Но пока у нас нет исходного рецепта, предполагать какой-либо исход ситуации не имеет смысла. — вмешался Кристоф, спасая Гермиону от сжигающего чувства стыда на оставшийся день. Казалось, Гарри не успел обдумать её ответ, так как был занят ребёнком. Однако, приглядевшись к нему, по его напряжённым скулам стало понятно, что он расстроился. Обстановку разрядил Джордж, который вместе с Блейзом Забини вернулся с утреннего облета территории и присоединился к завтраку. Отчитавшись Гарри о полете, они непринужденно болтали о погоде и возможной игре в квиддич на выходных. Блейзу относительно недавно разрешили участвовать в патрулировании Хогвартса, но ещё не допускали до рейдов.   — Джордж, что Полумна говорила о твоих ожогах? Какой квиддич? И вообще, ты должен был сегодня отдыхать, Гарри, почему ты не отстранил его от дежурства? – Рон был зол. После укуса Джинни он стал часто испытывать паранойю на счет своих близких. — Я тут не при чем, — он поднял руки вверх, однако ему пришлось тут же опустить их, пока Тедди не успел слезть с его колен, — Я говорил ему, что сегодня утром он освобожден от своих обязанностей, не могу же я оглушить его?   ***   Ровно в 18:00 Драко Малфой аппарировал в разрушенный магазин женских платьев Мадам Шик. Было грустно видеть, что стало с магическим Лондоном после начала войны. Многие заведения закрылись еще в прошлом году, а появление обращенных привело к тому, что везде, где бы они ни появлялись, использовались взрывные заклинания, и, как следствие, магические поселения стали еще больше походить на развалины. Оглядевшись вокруг, Драко заметил на полу, среди пыльных осколков витрин и вешалок, карманное зеркальце. Оно было чистым и, вероятно, появилось здесь недавно. Дотронувшись до него, Малфоя перенесло трансгрессией в неизвестное ему место. Это была квартира в магловском районе Лондона. Перед ним стояла Гермиона Грейнджер, кончик палочки был направлен на него. Драко, оценив ситуацию, положил на кухонный стол свою палочку и сел на стул. Он был удивлен, что на встречу с ним пришла именно Грейнджер, хотя где-то глубоко внутри надеялся на это.   — Моя мать у вас, так ведь? — он выглядел невозмутимым. В его глазах не было ни тени страха или других эмоций. Уроки легилименции научили его держать себя в руках так, что даже самая умная ведьма поколения не смогла бы понять, о чем он думает в данный момент. — Да. Предлагаю не ходить вокруг да около, у Ордена есть предложение для тебя. — Гермиона старалась подражать Малфою в его неуязвимости. Она опустила палочку, но не стала садиться. Гордо подняв голову, она всматривалась в бывшего однокурсника. Он почти не изменился с выпуска — только выглядел более уставшим, а взгляд стал пустым. — Мне нужна гарантия, что Нарцисса будет в безопасности. Ты нашла противоядие? — её удивило, что Драко спросил про неё. Конечно, он видел её оценки по зельеварению и мог предположить, что она будет участвовать в создании лекарства. — Я… Нет, еще нет. — Она опустила взгляд вниз всего на секунду, а затем собралась с мыслями и решила озвучить то, зачем пришла сегодня сюда. — Как ты наверняка в курсе, Северуса раскрыли и… — Да, я понял, что вам нужен шпион. Я согласен. Что Орден хочет от меня? Обет? — Малфойвыглядел заскучавшим. Это удивило Гермиону: как будто для него это неформальная встреча, и он совершенно не рискует быть раскрытым. — Для начала нам нужно понимать, чем ты сможешь нам помочь, знаешь ли ты… — Она сделала глубокий вдох, чтобы начать перечислять вопросы, которые для неё составил Орден. — Я могу достать рецепт зелья. — Он посмотрел ей в глаза. Гермиона с трудом сдерживала эмоции. Как иронично, что самую приятную новость за последние полгода ей скажет Драко Малфой. Он наслаждался секундным замешательством Гермионы. — До этого нам нужно эвакуировать Северуса. Если Пожиратели увидят вылеченных обращенных, они убьют его за утечку информации, — размышляла Гермиона. — У Пожирателей нет противоядия, тебе нужно будет сначала создать его. Я мог бы попросить Северуса написать тебе небольшую весточку, но его проверяют на каждом собрании. Если он будет знать, кому он пишет, то не сможет соврать на допросе. Возможно, я смогу найти его записи и сделать копии. Это единственный вариант, так как он находится под моим присмотром, и если он сбежит, то весь ваш план по шпионажу накроется. — Хорошо. Что ты знаешь о местоположении и планах Волдеморта? — Грейнджер удалось взять себя в руки. — Он держит это в секрете, даже мой отец не в курсе. Пожиратели в основном занимаются обращением пойманных в плен, я думаю, он собирает армию. Мы с Северусом работаем над улучшением зелья. — Мы? Ты занимаешься зельеварением? — Драко не переставал удивлять её сегодня.  — Да, это было условие, из-за которого я не участвую в битвах. Когда я превзойду Северуса, его казнят за измену.    Он промолчал о том, что не спешит это сделать. Про легилименцию он также решил умолчать. Он не доверял ни Грейнджер, ни Ордену; ему нужно было преимущество. Легилименция была редким даром, и никто в семье Малфоев раньше не проявлял способностей к ней, поэтому его маловероятно заподозрят в её использовании. — Если ты действительно принимал участие только в работе над зельем и предоставишь мне оригинальный состав… Мы с Гарри дадим показания в твою пользу. Возможно, после окончания войны тебе дадут только условный срок. Я прослежу, чтобы Орден не забыл о тебе за оказанное содействие. — Грейнджер, спасибо за заботу, но мне не интересны радужные размышления о том, что будет, если великий Орден победит. Меня интересует только безопасность Нарциссы.    Гермиона с трудом подавила желание закатить глаза и сложила руки на груди. — Сейчас она находится в состоянии, близком ко сну. Её показатели стабильны. Могу я задать тебе вопрос? — Да. Я, вероятно, обязан тебе тем, что Нарциссу не убили при поимке. Спрашивай, что хочешь. — Драко снова посмотрел ей в глаза. Наверное, это был их первый серьезный разговор. Гермиона не стала комментировать тот факт, что Драко считает себя обязанным ей. Вообще-то, она была с ним согласна. Гордая гриффиндорка, знающая себе цену, такова была Грейнджер. Это ему нравилось. — Мне кажется, ты никогда не был по-настоящему предан Волдеморту, — она чуть наклонила голову вправо. — Это не вопрос. В следующий раз, будь добра, спроси что-нибудь менее компрометирующее. Я приду завтра в бутик в то же время.   ***   — Черт, как больно! — кричал Рон, отстреливаясь заклинаниями в противников. В него попало режущее заклинание. Сегодня Орден впервые столкнулся с неизвестными им ранее существами. Смешанные в толпе с живыми Пожирателями, сначала никто не заметил их. Рон облокотился на полуразрушенную стену одного из магазинчиков в Хогсмиде. Враги приближались и превышали в численном количестве отряд сопротивления. Джинни, услышав голос брата, в тумане от взрывов, практически на ощупь, побежала в его сторону. В Магическом Университете Марселя она получила степень колдомедика, это было одно из условий Ордена для её участия в битвах. Никто не распространялся, но из-за отношений с Гарри её не хотели брать в отряды, тем более в отряд её старшего брата Рона. Ее приобретённые знания в медицине пресекли все споры по этому поводу. Джинни с сарказмом говорила, что именно Ронанужно было приберечь, потому что иногда ей казалось, что их дружба с Гарри — это нечто более серьезное, чем их отношения. Тем временем она накладывала повязки, дала Рону обезболивающее и противоядие для нейтрализации темной магии в ранах, которое на днях сварили Гермиона и Кристоф. Она запомнила, за какое количество секунд противоядие начало действовать, потому что её подруга просила по возможности предоставить отчет, и снова оценила физикальныепоказатели Рона. Он был стабилен, но оставаться на поле боя было опасно. Взяв его под руку, она двинулась в сторону порт-ключа. Аппарировать без него было рискованно из-за возможного расщепления, а Луне и так придется штопать Рона до ночи, потому что так раны быстрее затягиваются, а молодой человек не хотел провести ни одной лишней минуты в медпункте. К ним приближался мужчина. Джинни не обратила на это внимания, так как он был без палочки и не походил на Пожирателя. Возможно, это был один из жителей Хогсмида. Она не успела спросить, чем может помочь, как неизвестный вцепился зубами ей в руку. Джинни от неожиданности вскрикнула, Рон оттолкнул нападающего и наслал на него Аваду, но, к их большому удивлению, она не сработала. Они оба здорово испугались; Джинни использовала Остолбеней. Когда они добрались до медпункта, девушка осмотрела свою рану. Вокруг рваных дыр от зубов были черные разводы, как будто уголь смешали со слюной. Она потянулась к столику с перевязочными материалами и потеряла сознание.   Рон проснулся в холодном поту. На часах было 3 утра. Пытаясь собраться, он сел на кровати, чувствуя, как накатывает привычный ему страх. В голове еще звучали отголоски звуков битвы – взрывы, крики, заклинания. Будучи все еще во сне, он медленно побрел к выходу из комнаты.    Когда он достиг двери медпункта, его сердце забилось быстрее. Он толкнул дверь, и она открылась с легким скрипом. Внутри он увидел Луну, которая, к счастью, еще не ушла спать. Она обернулась, и в ее взгляде мелькнуло беспокойство.   — Рон, ты в порядке? — спросила она, поднимаясь, её голос был полон заботы и легкой тревоги.   — Я… вроде да, не знаю, — ответил он, пытаясь вспомнить, зачем он пришел сюда. — Где Джинни? Она… она в порядке?    Луна, осторожно положив руку ему на плечо, тактично ответила: — Она в другой комнате, но она в порядке. Давай я провожу тебя в постель.   Рон страдал от лунатизма уже некоторое время. Завтра, как и обычно, он не вспомнит про свой ночной визит в медпункт.