Carino

Ранний подъем в шесть утра всегда отзывался тупой болью в пояснице и горящим зудом на заднице. В комнатке, где нету даже окна, по прежнему темно и сыро, отчего по ночам либо очень душно, либо невозможно уснуть из-за мерзкого запаха, исходящего из кухни, которая находилась по соседству. Тэхен приоткрыл глаза, вновь надеясь, что все это окажется обычным сном, и он проснется дома, в своей кровати, а на первом этаже мама приготовит завтрак, и запах будет стоять во всем доме. Но в нос ударяет другой тошнотворный запах, которым омега пропах весь и его невозможно смыть, он под кожей. Он быстренько перебирает ножками к душу и шмыгает сопливым носом, потому что плакать хочется от всего и от всех. Ужасное опустошение на душе и сильная боль в сердце, греющие тепло воспоминания, которые хотелось бы стереть, чтобы не знать о своей лучшей жизни. Тэхен каждый день надеется не проснуться или упасть в лифте, пока едет на высокий этаж. В голову постоянно лезут липкие мысли о том, как дома родители, о чем они думают, переживают ли? Может, они уже давно похоронили своего сына, не надеясь, что когда-нибудь смогут его вернуть. Сегодня вылезти из теплого успокаивающего душа оказалось еще труднее, чем обычно. Он хлюпает носом, пытается остановить льющиеся слезы рекой, пока не начался рабочий день. Сейчас безумно сильно хотелось оказаться за родным семейным столом и послушать папины рассказы с работы. Потом бы он поехал на пары, слушая музыку в метро. Отсидел бы три самые нудные лекции в его жизни и счастливый побежал в супермаркет за вкуснейшими токпокки с сырным соусом. Эти воспоминания казались сейчас эфемерными, будто это все происходило не с ним, будто это просто сон, в котором Тэхен лишь наблюдатель со стороны. Все прошлые чувства — выдумка. Где они сейчас? По столу ползет маленький солнечный зайчик, прыгая от стене к стене, пятнает своим теплом красные щеки с опухшими синяками под глазами от множества горьких слез. Они не проходят со дня, как чемодан Тэхена оказался в этой комнатушке, а мерзкий прокуренный голос сзади предупреждал о том, что по ночам тут бывает крайне неуютно. Он уже давно свыкся, слез стало меньше, но жуткая боль осталась, каждый день напоминая о своем существовании. На языке горечь от скопившихся злобных слов, которые хочется выплюнуть в кого-нибудь, кто этого точно заслужил. И омега знает двух человек на этой планете, кого он ненавидит больше всего. Кому хочет посвятить огромные текса токсичных слов и невысказанных ругательств, на кого он хочет наорать и ударить так сильно, чтобы оставить неизгладимый след в самом глубоком месте души. Тэхен громко выдыхает и потирает лицо руками, чтобы отогнать грузные мысли и сосредоточиться. Каждое утро ему приходится краситься, замазывать синяки и свою боль для получения красивой картинки на выходе. Он смотрит небольшое круглое настольное зеркало и сдерживает себя, чтобы не плюнуть, потому что себя он ненавидит не меньше. В своих бедах сам омега считает себя виноватым больше всех, потому что нужно «было думать головой». И сейчас он старается думать только ей, отказываясь от принципов и собственного достоинства. — Teahyung, ven a mi habitación, cuanto antes mejor, — из динамиков телефона прозвучал самый отвратительный голос во всем мире, — Te estoy esperando. — Bien, Señor. Сердце бешено стучит будто это в первый раз, хотя на деле наверное в сто первый. В горле стоит сухой ком, а желудок скручивает от тошнотворного запаха, что уже ощущается в носу. Тэхен быстренько натягивает свою повседневную форму, надеясь, чтобы его пытка поскорее закончилась, и он смог вернутся обратно в кровать под тоненькую простынку. Приталенный темно зеленый костюмчик, состоящий из строгих брюк и жилета, хорошо смотрелся на нем в сочетании с белоснежной рубашкой. Фирменный цвет отеля был ему к лицу. В зеркале в последний раз виднеется отражение уставшего омеги с натянутой безупречной улыбкой, и он выходит из своей конуры, поправляя бордовую бабочку на шее. В лифте он стоит солдатиком, держа безразличное выражения лица, сверлит взглядом одну точку. Ему боязно даже вздохнуть, потому что безумно мерзко на душе от самого себя. Хочется вывернуть внутренности и избавиться от противного жжения, которое сгрызает его заживо. Очень совестно за свою жизнь и свои решения, но и другого пути он не видит. На предпоследнем этаже Тэхен привычно заходит в двухэтажный люкс по своей личной карте и движется в спальню. Огромное пространство с панорамными в пол окнами окутано жарким утренним солнцем. Номер выполнен в необычном пестром стиле: стены выкрашены в яркий темно-зеленый цвет, мебель из дорогущего дерева с позолоченной фурнитурой и повсюду развешаны вызывающие картины. Интерьер полностью соответствует неординарной натуре ее хозяина, который порой сливается с атмосферой бушующих в декоре красок. Тэхен без чужого дозволения распахивает ажурные двери спальной комнаты и щурится от ярких лучей солнца, ударивших с окна. Все помещение до стен впитало в себя омерзительную концентрацию тяжелого запаха алкоголя, который невозможно вдохнуть на закашлявшись. Он медленно и не без отвращения расстегивает пуговицы своей рубашки, хотя хочется наоборот закрыться, укутаться поглубже от чужих глаз. Снимает бабочку и жилетку, расстегивает брюки, не шевеля ни единым мускулом на лице. Хочется убежать, закричать, заплакать, но омега уже сделал свой выбор, где «легкие» деньги достаются только одним способом. Одежда легким перышком оседает на пушистом ворсе красного ковра, где Тэхен уже стоит абсолютно обнаженный, пожираемый чужим зверским взглядом, от которого тянет блевать. Напротив играет самодовольная улыбка на сухих потрескавшихся губах. По довольному выражению лица хочется заехать чем-нибудь тяжелым, чтобы стереть любой восторг, ведь он этого не заслуживает. Санчо, человек номер один, которого Тэхен ненавидит и призирает всем сердцем, лежит на огромной двуспальной кровати, облокотившись на мягкие подушки, и с упоением наблюдает за прекрасной картиной перед ним. Тэхен открыт полностью перед ним. Обнажен снаружи, но всеми силами закрывает себя изнутри, потому что этого Суарес видеть не должен и не обязан. Альфа ненавидит безразличие на чужом лице, поэтому делает больнее, наслаждается чужой болью и горькими слезами, что видит слишком часто. — Te ves muy bien, — омерзительно. — Y tú eres asqueroso, — омега не скрывает и может говорить это ему вечно. — No empieces, chica, — даже голос Санчо ужасно раздражает, — Quiero pasar un buen rato. Тэхен на это ничего не ответил, лишь саркастично улыбнулся, показывая в своих глазах всю жгучую ненависть к этому человеку. Чем раньше это начнется, тем быстрее закончиться. На лице Санчо поплыла довольная улыбка, когда омега залез на кровать, убрав ненужную простынь, и почти сразу сел верхом, не желая растрачиваться на прелюдии. Никаких эмоций на идеально красивом личике нельзя заметить, как бы альфа не старался. Даже отвращение от их близости Тэхен не хочет показывать и все скрывает в себе. Ему тошно от того, что сейчас трется задницей на члене, выгибая спину, будто он настоящая шлюха. Мерзко, что приходится терпеть шершавые ручонки на своей талии и слушать хлесткие шлепки, которые отзываются жжением на ягодицах. Санчо не умеет ждать и у него нету абсолютно никакого терпения, поэтому он переворачивает омегу на спину и с наслаждением гуляет руками по стройному телу, сжимает загорелую мягкую кожу и закатывает глаза в удовольствии, вдыхая такой нежный и сладкий аромат, исходящий из этой конфетки. Он грубо врывается поцелуем в чужой рот, не ожидая никакого ответа, ведь его не будет. Трехдневная щетина ужасно колит, от чего Тэхен хмурится, сдерживая тошноту. Альфа проходится языком вдоль плоского живота, покусывает каждый из сосков, жадно причмокивает и наслаждается сладостью не шее, вылизывая каждый миллиметр. Но омега даже не двигается, лежит бревном, разжигая чужую ярость только больше. Ему плевать, пусть хоть Санчо его убьет. Правда, вместо этого он грубо входит в сжавшую дырочку до упора, доставляя физический дискомфорт, и шумно выдыхает, находя эмоцию боли на прекрасном лице напротив. Видеть негативные эмоции лучше, чем отсутствие каких-либо эмоций вообще. По комнате быстро разлетались звуки быстрых шлепков тел и хлюпанье, от чего Тэхену хотелось закрыть уши руками и зажмуриться, чтобы не видеть и не слышать своего позора. Ему очень больно от осознания, что его используют как дырку для члена, и больно физически, потому что Санчо не скуп на свое удовольствие. Он всегда вдалбливался в Кима с огромной силой, оставляя на любимой заднице синяки. Карамельная кожа оставалась запятнана по всему телу. На шее не редко красовались следы пальцев. Суарес вызывает сильно отвращение, когда Тэхен снизу и видит его лицо. У него ужасная волосатая грудь, что прижимается во время секса к его щеке, мерзкая щетина, колющая во время тошнотворных поцелуев, сведенные густые брови и прикрытые глаза с морщинками в уголках, делающие его похожим на мерзкого старикашку — любителя маленьких сочных омег. Им он и является, трахая молодых омег, хотя уже должен внуков воспитывать. Отвратительное зрелище, от которого Тэхен хочет проблеваться прямо сейчас. Санчо густо кончает, наполняя задницу своей спермой, и сжимает тонкую шею в накрывающем бурном оргазме, который случается только с этим омегой. И Тэхену тошно, уже хочется смыть с себя липкий слой омерзительного секса, снять с себя кожу к чертям, чтобы избавиться от всех многочисленных прикосновений этого человека. Он плачет, стараясь глотнуть воздуха, но рука сжимается только сильнее, придавливая дыхательные пути. Щеки краснеют, слезы продолжают течь солеными дорожками, и омега скребется ноготками по простыням. Только тогда Санчо отпускает страдающее в агонии тельце и садится на краю кровати. — Eres jodidamente bueno, nena, — альфа поднимается и выходит из комнаты, бросая напоследок, — Quedan trescientos mil doscientos ochenta euros. В номере повисает гробовая тишина, с окна продолжает литься теплый солнечный свет, а Тэхен не может сдвинуться с места, чувствуя себя мерзким мешком мусора. Он сам себя считает отвратительным, потому что стелиться под мерзкого мудака ради денег. Так же как и остальные шлюхи в этом отеле, он ничем от них не отличается. Омега подскочил, морщась от ощущения вытекающей теплой спермы между ног, и сгорбился на краю постели. В карманах брюк он находит телефон и бластер с таблетками, одну сразу достает и глотает на всякий случай, боясь напустить еще больше проблем в свою жизнь. Плечи мелко подрагивают от подступающего к горлу плача, в круглых коньячных глазах блестят мелкие капельки горечи от случившегося. Тэхен опустошен до дна и в то же время наполнен саднящей болью до краев. Он снова начинает плакать, отпуская горячие слезы на пол, и совсем тихо шмыгать носом. В телефоне руки сами находят контакт самого доброго и родного человека в жизни, но страх сковывает все тело. Большой палец так и застыл над экраном мобильного, не решаясь сделать одно действие. Стыдно, мерзко, больно, паршиво. Страшно. Тэхен сползает на пол, крепко сцепляя руки на коленях, прижимается к ним, пряча красное, опухшее лицо. На теле остался тошнотворный привкус чужих рук и густой феромон, резкий и противный. Хочется расплыться лужей по полу и высохнуть на солнце. Свернуться калачиком и уснуть, не открывая никогда глаз.

XD

Глаза начинают неметь от долгого чтения однотипных бумажек, а ворот злосчастной рубашки заставляет чесать шею чаще одного раза в минуту. Чонгук расстегнул пру пуговиц, вдыхая полной грудью, и продолжил проверять отчеты о поставках из Китая. Совсем скоро будет проходить строительство нового жилого комплекса в Валенсии и к тому моменту нужно проверить еще не одну кипу бумажек, встретиться с инвесторами и заключить сделку с крупной итальянской компанией по производству строительной краски. И Чонгук готов лезть на стену от того, как сильно это все тяготит и давит морально. Только неделю назад закончилась сессия, впереди месяц отдыха, но какого-то черта именно сейчас планируется начало строительства, которое встало альфе поперек горла. Отец уже несколько дней в Мадриде, звонит с претензиями, разговорами о «важном» и напоминаниями о скорых встречах. От всей этой бумажной волокиты и постоянных звонков отца Чонгук начинает потихоньку сходить с ума. На столе бумаг и папок меньше не становится, секретарша успевает только приносить кофе текилу и предупреждать о звонках других важных дядь. — Sr. Santino, ya le he dicho varias veces que la venta de edificios de gran altura se resolverá en Última instancia, — на другом конце сразу начинается агрессивный испанский бред, который пробивает все пробки в ушах, — Los cimientos de los edificios de gran altura aún no están inundados, ¿cómo puedo orientarte a través de los edificios residenciales? В ответ еще несколько минут Чонгук слушал чужую ругань и «пустые» претензии, которые не имели никакого смысла. Больше всего на работе альфу раздражали богатые заказчики, что заранее хотят выкупить дом или помещение, которое существует еще только на бумаге в планах строительства. Их не регистрировали в документах, не начинали рассчитывать конечную стоимость, поэтому и сказать наперед ничего нельзя было. И по каким-то загадочным причинам у этих людей не хватало мозгов понять элементарных вещей. Но клиент всегда прав, и послать его нельзя. Вскоре Чонгук возвращается к своим «любимым» бумажкам, опустошая уже третий стакан с терпким напитком, старается сосредоточиться под слабым прохладным ветерком кондиционера. За окном начинает медленно вечереть, солнце плавно перетекает в оранжево-красный закат. По улицам начинают скапливаться машины, спешащих домой людей, образуя пробки, пока Чон быстро щелкает на колпачок от ручки, нервируя себя. Хочется на пляж, в бассейн, чтобы искупаться и снять с себя эту кипу напряжения и раздражения, но закончить с бумагами нужно в ближайшее время, пока не прибудут люди, занимающиеся строительством, которым нужно будет предоставить бумаги с материалами, планами и чертежами. Разумеется, всем этим придется заниматься именно ему. На одной бумажке очень заинтересовал незнакомый адрес, который Чонгук видит впервые в поставках. Число недавнее, принято на имя Мартина. Обычно они никогда не принимают поставки, этим занимается отдел по закупу. Зачем Мартину понадобилось принимать девять тонн каолиновой краски? — Элла, зайди на минуту, — Чон нажал на волшебную кнопочку телефона, чтобы позвать секретаршу. С панорамного окна в пол лился свет солнца, где краснел потрясающий закат, пока альфа понемногу начинал закипать от непонимания и плохого предчувствия в груди. — Господин Чон, текила из Тамаулипаса закончилась, — девушка держала две бутылки и сомнительно посмотрела на пустую в правой руке, — Подойдет из Халиско? — Что, — он не совсем понял вопрос, оторвавшись от загадочного документа, — А, текила, — альфа почесал затылок, — Пойдет. Слушай, у меня вопрос в другом. Я нашел бумагу о принятии поставки девяти тонн каолиновой краски пару недель назад. Тут совершенно не знакомый мне адрес и записано на имя Мартина. Ты ничего об этом не знаешь? — Поставка краски?, — омега оставила бутылки на столе и выхватила бумагу, начиная вчитываться, — Я на днях забирала отчеты из отдела закупа по поставкам за последние два месяца, и ни в одном не было ничего о подобном. — Значит этот козел начал творить какую-то хуйню на стороне, — Чонгук устало откинулся на спинку кресла, прикрыв лицо ладонями, и устало промычал, — Была бы моя воля уволил бы этих подонков к чертям собачьим. — Может вы спросите у самого Мартина?, — Элла нахмурилась, — Я понимаю, что ничем хорошим это не закончиться, но может так вы сможете что-то узнать о его делах, которые он впутывает в ваш бизнес. — Да, лучше позвонить, — альфа сразу набирает номер, прислушивается, — Недоступен. — Возможно, придется встретиться с ним лично, — она выдохнула, налив в стакан текилы, — Так вы сможете добыть информацию. Я проверю еще бумаги, может, найду что-то похожее. — Ладно, — Чонгук быстро допил алкоголь и поднялся с кресла, подцепив ключи от машины, — Буду благодарен, если закончишь с этим пиздецом. — С вас премия, — омега обреченно осмотрела стопки бумаг и разлила новую порцию текилы, но уже для себя. — Заметано. Альфа вышел из здания офиса, открывая по пути машину. В кабинете с кондиционером было безумно хорошо, в то время как на улице он распадается на атомы с первых секунд от непереносимой духоты. Больше всего раздражал костюм и рубашка, которые выглядели чертовски сексуально на нем, но абсолютно неудобно и не практично. Особенно когда на термометре плюс двадцать шесть градусов, влажно, душно, а на тебе два слоя одежды, потому что ты входишь в категорию важных дядь. Чонгук сел за руль, снимая пиджак и закатывая рукава рубашки. Для брутальности он надел солнцезащитные черные очки и вдавил педаль газа, держа курс к хоромам многоуважаемого Мартина. Этот эльдорадо сегодня либо пропишет Чону по кроличьей мордахе, либо с позором признается во всех своих злодеяниях. Первый вариант более правдоподобный, но можно и понадеяться на второй исход. Чонгук поджимает губы, задумавшись обо всей ситуации. Прохлада освежает и отрезвляет голову, пока он виляет вдоль узких улочек старого города. «Замечательные» приближенные его отца, святая испанская троица подозрительно мутит воду на стороне и вмешивает во все это их бизнес. Очень необдуманное решение покрывать свои сторонние расходы делами компании, поставив настоящий адрес и свое имя в документах. Если дело серьезное, почему Мартин так нелепо оступился и раскрыл себя? Дом Мартина Гомес находился в элитном закутке винтажных улочек старой застройки. Забавный факт, что один из ведущих строительной компании по новым застройкам живет в своем родном семейном гнездышке, а не на берегу моря в дорогущей вилле. Чонгук паркуется у высоких металлических ворот, на которых сверху можно разглядеть великолепно выполненную позолоченную вставку «Gómez». Чонгук блокирует авто и звонит в домофон, сложив руки в карманы. Вероятно, что Мартин бухает, трахает омег или играет в каком-нибудь казино, но в этом и плюс — можно припугивать своими козырями, чтобы узнать правду. Вороты открываются после недолгих гудков, и альфа решительно направляется к главному входу к дому. В просторном дворе находится целый сад, цветущий различными ароматными цветами и фруктами, в центре красуется роскошный небольшой фонтанчик, который создавал лучший скульптор Испании. Дверь дома, а если честнее, настоящего древне-испанского дворца открывает миловидный дворецкий, приглашая гостя внутрь. Чонгука встречает светлый просторный холл, кричащий о своей заоблачной стоимости, где в центре на бархатном темно-фиолетовом диване расположился омега немного старше самого Чона. Он был испанцем с идеально гладкой смуглой кожей, темно-каштановыми кудрявыми волосами и модельной фигурой, одетый в непростительно короткий откровенный халат. — Pablo, ¿dónde está Martin?, — альфа подошел ближе, остановившись около края белоснежного ковра. — No sé si está en una reunión importante o descansando en un Bar, — омега поднял бокал с красным вином и сделал несколько глотков, непрерывно смотря на своего гост, — Es bueno verte aquí. Не для кого не секрет, что Пабло частенько отпускал двусмысленные фразочки в адрес Чонгука и порой даже переходил на флирт, когда тот оказывался с ним в одной компании. Из-за этого Мартин еще больше ненавидел мелкого Чона, потому что ему удалось заполучить этого омегу огромными усилиями. Пабло — известная модель в Испании, участвует во всех самых масштабных модных показах, представляет такие дома, как «Gucci», «Prada», «Louis Vuitton». И поймать подобную рыбку в свои сети безумно сложно, дорого и нереально, однако Мартин спустя полтора года смог с помощью шелеста зеленых бумажек, семейного особняка и перспективной работы забрать этого омегу себе. И мысль о том, что Пабло повелся на Чонгука только по внешности, вводила Мартина в жгучую ярость. — Vale, si no está en casa, me voy, — альфа развернулся, намереваясь покинуть особняк. — Y si tengo la información por la que viniste aquí, ¿te quedarás?, — заинтересованный Чонгук все же обернулся, — Obviamente, tienes que aprender algo importante, de lo contrario no habrías venido a su casa. — ¿Y vas a contármelo así?, — хитрые глаза Пабло не предвещали ничего хорошего. — Me siento muy sola en una casa tan grande. Si me ayudaras a lidiar con la soledad, te ayudaría, Jungkoo~i, — омега настойчиво добивался чужого внимания, чуть приспустив пояс халата, и провел языком по нижней губе, сжирая гостя взглядом. — Tu marido me va a matar, Pablo, — в голове пронеслись все самые устрашающие угрозы, которые он только мог слышать от Мартина, — Y no me Follo con hombres casados. — Qué lástima, — он допил бокал с вином и кинул незаинтересованный взгляд, — Ven cuando quieras lamer mi dulce culo. Щеки Чонгука слегка покраснели и он быстренько покинул ауру чужого сексуального напряжения. Как бы потом Мартин не узнал об этом, а то Чону точно не пережить ураган его злости. Солнце быстро закатилось за горизонт, уступая место мраку и темноте, долгожданной прохладе. Чонгук полной грудью вдохнул свежий воздух, поднимая голову к потемневшему небу. В Испании всегда было красиво, в любое время суток. Отсюда никогда не хочется уезжать, эта страна и этот город стали родным домом. Тело немного расслабилось и Чон почувствовал долгожданное спокойствие. Тишину подступающей ночи разрывает звонок телефона. — Элла?, — альфа надеется услышать что-то полезное, — Ты нашла что-нибудь? — Да, господин Чон, я заметила еще несколько отчетов о поставках с тем же адресом принятия и пунктом транспортировки. Но имя на этот раз другое, кого-то из работников отдела закупа, — девушка по голосу звучала очень устало. — Хорошо, оставь их на столе и езжай домой, уже поздно, — Чонгук сел в машину и завел двигатель. — Вы смогли поговорить с Мартином?, — в ответ отрицательное мычание, — Около получаса назад мне звонил господин Гарсия и попросил записать вам встречу с неким Рамиро в девять вечера в отеле. По голосу было понятно, что он пьяный и не один. Извините, что неформально, но могу предположить, что они пьют все вместе. — Просто блядский цирк. Спасибо, Элла.

XD

Солнце только успело выйти из-за горизонта, а Чонгук уже не в теплой кроватке стоит перед зеркалом в ванной и пытается не упасть носом в раковину, пока с сонной осторожностью бреет еле подступившую щетину. Около семи утра в номер влетел взбудораженный Санчо, который заставил предложил своему новоиспеченному партнеру провести экскурсию по отелю и познакомить его с персоналом. Отказаться варианта не было, поэтому альфа с огромными внутренними усилиями поднял себя с роскошной перины и заставил сходить в душ и привести себя в порядок. Уснуть вчера удалось только глубокой ночью. В голове крутились навязчивые мысли о темных проделках Мартина, а потом мозг решил вспомнить запах и глазки русоволосого мальчика, окончательно добив Чонгука своей ночной активностью. Именно поэтому встать с утра оказалось еще более непосильной задачей. Сначала мозг полночи заваливает ненужной навязчивой информацией, а затем утром надоедливый Санчо убеждает в необходимости знакомства с отелем. Спустя сорок минут Чонгуку все же удается покинуть номер, не прекращая зевать ни на минуту. Футболка помята, какие-то пляжные шорты, шлепки и слегка взлохмаченное гнездо на голове. Девять этажей он едет в лифту с выпученными глазищами, сверля одну точку в стене взглядом. С ним вниз ехал взрослый мужчина с чемоданом, который подозрительно на него косился левым глазом. — Finalmente despertaste, — Санчо радостно похлопал парня по плечу, получая в ответ громкий зевок, — Ya he reunido a todos, vamos rápido. Хозяин отеля был одет в ослепительно яркий желтый брючный костюм и лаймовую рубашку. Образ подчеркнули солнцезащитные круглые очки и золотой верхний зуб справа. Чонгук смотрел на него с непередаваемым удивлением и непониманием, как этому человеку удается быть таким активным и заметным в восемь, черт возьми, утра. Просто какая-то магия. В холле перед главным входом в отель собрался абсолютно весь персонал отеля. Человек пятьдесят, не меньше, стояли кучкой с прямыми спинами и голливудскими улыбками, будто все только выпущены с конвейера. Девушки в идеально отглаженных юбках болотного цвета, белоснежных рубашечках и жилетках, мужчины в деловых костюмах того же цвета. В задних рядах столпились даже повара и горничные, на что Чонгук смотрел огромными заспанными шарами в непередаваемом удивлении. Выглядело так, будто Санчо решил представить отель королю страны, а не какому-то там директору лишь малой части строительной компании. Среди всей толпы невозможно прочувствовать конкретный аромат, зато альфа смог разглядеть то самого красавчика, который не выходил из головы полночи. Русоволосый омега стоял солдатиком, сложив руки за спиной, и широко улыбался, сверкал золотистым блеском в глазах. Болотный брючный костюм, состоящий из широких штанов и жилетки, сидел на нем просто идеально, невозможно отвести взгляд от тонкой талии и чуть приоткрытой карамельной шеи. Чон поймал его взгляд сразу, где можно было разглядеть каплю удивления, но только первые пару секунд. — Este es Jung Jungkook, una figura importante en nuestro negocio, — Санчо начал свою пламенную речь, расхваливая не выспавшегося бедолагу, — Es el principal socio que se encargará de la planificación y construcción de un segundo hotel en Valencia. Tómalo como un miembro de la familia, considéralo el segundo jefe. — Hola a todos, — альфа растерянно помахал рукой, а толпа синхронно поклонилась в знак уважения. — No seas humilde, pídeles lo que quieras, — Суарес зачесал лаковые волосы назад и заулыбался, сверкая своим правым зубом, — No seas humilde, pídeles lo que quieras. Tengo muchas cosas importantes y aburridas que hacer, así que te pongo en manos del gerente de nuestro hotel, — он подозвал к ним не сильно высокого альфу с блондинистыми волосами азиатской внешности, — Pak Jimin. Él sabe coreano, por lo que será más fácil para usted comunicarse. — Еще раз здравствуйте, господин Чон, — Пак протянул руку для рукопожатия, — Я проведу вам экскурсию по отелю. Санчо почти сразу удалился, распустив весь персонал возвращаться к работе. Все расходились по своим рабочим местам, постоянно оборачиваясь и перешептываясь, и только один русоволосый омега смог прошмыгнуть и остаться незамеченным. Следующий час Чимин мотал Чонгука по отелю, показывая каждый уголочек. Особое внимание он уделил спа и бассейну, где Чон был готов остаться досыпать свой сладкий сон под приятный массаж и аромамасла. Чимин оказался неплохим парнем — довольно скромный и ответственный, вежливый, чуть старше самого Чонгука. Оказывается он учился в том же университете, но на менеджера гостиничного бизнеса, и остался после окончания в Испании, найдя работу в этом отеле. Они сразу нашли общий язык и с ним было гораздо приятнее общаться, чем с Санчо. Чимин оказался болтливым сплетником, который рассказал практически о каждом сотруднике и отнюдь не с хорошей стороны. Повар у них бывший зэк, администраторша спит с богатыми гостями, а одна из горничных соблазнила прилетевшего шейха и скоро улетает в Эмираты. Кто-то с кем-то поругался, кто-то подрался, переспал, оскорбил, подставил — Пак знал все и даже больше, чем сами герои сплетен. За жалкие сорок минут путешествия по отелю голова разболелась от огромного потока непрерывной информации о незнакомых людях. — А это ресторан, моя любимая часть отеля, — Чимин довольно облизнулся, приглашая гостя за стол, — Предлагаю позавтракать и расходиться. Казино Санчо сказал, что сам покажет. — У вас еще и казино есть? — Чонгук почти подавился собственным языком. Это не отель, а Монте-Карло. — Черт, это должен был быть сюрприз, — он виновато улыбнулся, сразу присасываясь к трубочке с освежающем коктейлем, — Да я думаю, что вы уже заметили больной азарт нашего хозяина. — Заметил и прочувствовал на себе, — альфа усмехнулся, отпивая банановый молочный коктейль. Лучи солнца приятно грели через панорамное окно. Желудок довольно урчал от запаха свежей тортильи, и вот утро уже выглядело чуточку лучше. Чимин умиротворенно жевал свой сэндвич, наблюдая за работой электрика, которого было отлично видно из-за пальмовой стеночки вдоль тропинки. На ум Чонгуку пришла отличная мысль. — Слушай, а расскажи мне про одного из ваших официантов, — Пак оторвался от окна и приподнял бровь, ожидая, — Русоволосый, стройный, невероятно красивый, тоже вроде кореец с нереальными блестящими глазами. — Оо, приглянулся Ким Тэхен?, — Чонгук уверен, что такую прелесть сразу можно узнать по описанию, — Очень хороший парень, работает у нас около четырех месяцев. Двадцать один год, не замужем. Любимый цвет фиолетовый, рост чуть выше меня. Обожает клубничные пончики и не острый гуакамоле. Мечтает завести шпица и троих детей. — Да ты просто золото, Чимин~а, — Чон впитывал всю информацию, поражаясь этому альфе с каждой секундой все больше, — А номер ты его можешь дать? — Конечно. Чимин достал телефон и продиктовал номер омеги. Это оказалось намного легче, чем предполагалось. Следующие пять минут радостный, словно ребенок, Чонгук раздумывал, как лучше завести диалог, и позднее написал в итоге позорное «привет».

XD

Всю смену в ресторане Тэхен молча переживал ураган бушующих эмоций у себя в груди. Началось все с утра, когда хозяин познакомил весь персонал с неким Чон Чонгуком, которого он узнал сразу же. Лаконично неопрятный парень с множеством запоминающихся татуировок на правой руке и растерянностью во взгляде заступился той странной ночью за омегу. Позорно было после случившегося идти в казино и обслуживать разморенных ходячих мешков с деньгами, которые ничем не отличались от тех троих. В их глазах была та же похоть и неконтролируемое животное желание. На удивление сегодня ресторан был весь день битком, хотя обычно в будние дни приходят лишь скучающие постояльцы отеля и богатые зеваки. С утра еще удалось поглядеть из-за барной стойки за Чонгуком, завтракающим в компании Чимина. Тэхен потом обязательно выловит менеджера, по совместительству единственного друга, чтобы обо всем расспросить, потому что жопа горит от любопытства. А после обеда пришло скупое «привет» с неизвестного номера. Первая мысль была заблокировать, потом стало любопытно. Своими контактами омега с клиентами не делиться, друзей у него раз два и обчелся, а больше вариантов не было. На законном перекуре на лавочке под пальмой за отелем Тэхен отправил в ответ вполне логичное «привет, кто это?». Может, какой-нибудь старый дядька не смог смириться со своими влажными фантазиями и теперь будет сталкерить омегу? Или этот ублюдок Санчо кому-то из своих дружков распиздел его номер, чтобы «поразвлечься»? А может это кто-то из давних знакомых в Корее узнали всю правду и теперь будут шантажировать и потешаться над ним? Дурные мысли под пальмой не оставишь, поэтому Тэхену пришлось забрать их с собой обратно в ресторан, полный голодных людей. Наверняка многие из кривозубых дяденек в этом зале будут ожидать его ночью в своем номере, а сейчас криво улыбаются, чавкают, набивают свои толстые животы, чтобы бросаться в бой не на голодный желудок. Омега обреченно вздохнул, ставя на поднос несколько коктейлей. — Тебе еще не писал твой принц?, — внезапный Чимин вылез буквально из неоткуда. — Принц?, — официант не сразу понял, но через пару секунд в голове все встало на места, — Это ты? Ты дал мой номер какому-то извращенцу? Продал за огромную кучу бабок?! , — он почти швырнул поднос гостям, собираясь схватить друга за рубашку в порыве ярости. — Ну-ка, Тэ, тише, — альфа отвел его подальше от любопытных глаз к бару, — Не продавал я твой номер никаким извращенцам. Я дал его с утра господину Чону, он очень сильно настаивал. — Господин Чон?, — он глупо хлопал глазками, смотря на менеджера. — Да, я сразу его узнал, — на лице Пака заиграла хитрая улыбка, не предвещающая ничего хорошего, — Неделю назад он был в том номере, откуда ты экстренно сбежал, когда я просил их быть тише. Это он тот благородный чудак, который пытался спасти тебя от трех членов во рту? — Да, — Тэхен растерянно забегал глазами по полу, — Мне теперь неловко. Зачем ему мой номер? — Очевидно хочет, чтобы ты его «отблагодарил», — друг похлопал омегу по плечу, — И почему тебе вечно везет на богатеньких. Чимин ушел, бурча себе что-то под нос, и оставил потерянного мальчишку одного с гнусными мерзкими мыслями. Остаток смены над Тэхеном парила серая грозовая туча, полностью описывающая его настроение. Порой его голову посещают дурные мысли, которые не исчезают бесследно и не оставляют в покое долгое время. А еще чаще перед глазами складывается образ одного очень плохого парня, что оставил омегу загнивать в этом отеле. Кан Бомги, по совместительству последний подонок, который додумался свалить четыре месяца назад под шумок после бурной и отнюдь неудачной ночи в казино. Каждый раз, когда Тэхен его вспоминает, хочется заехать подлецу по морде или ударить самого себя за то, что когда-то повелся на эту красивую рожу. Он без понятия, где сейчас находится Бомги, но абсолютно точно давно за пределами Испании. Наверняка альфа счастливо живет свои беззаботные деньки, нашел себе хорошенького омегу, работает и снимает неплохую квартирку в Сеуле. Сколько бы раз Тэхен его не проклял, он надеется, что это вернется тому вдвойне. Последние пять минут погруженный в свои мстительные думы официант трет один несчастный столик, и посетители подозрительно на него посматривают. Но омеге бы сейчас биту или грушу, чтобы выпустить всю свою злость, скопившуюся внутри ядом. Ночью он точно кому-нибудь член откусит или придушит одного из старикашек, у которых уже давно половой орган не стоит, а фантазия бушует, как у пубертатного подростка. Еще немного почвы для размышлений, и Тэхен начнет приводить свои планы в жизнь прямо сейчас, без разбору хватая каждого гостя в ресторане. — Да ты скоро дыру протрешь в столе, bonito, — омега резко дергается и хлопает тряпкой по лицу альфы, подкравшегося неожиданно сзади. — О, Боже мой, простите пожалуйста!, — перед глазами стоял утренний «мистер» Чон, но уже в костюме при полном параде и с тряпкой на лице, — Простите, простите, простите! Тэхен забрал несчастную тряпку и опустился в поклоне ниже плинтуса, зажмурив глаза, чтобы не видеть своего позора. — Это ты извини, не стоило так пугать, — Чонгук поднял омегу за плечи, замерев так на пару секунд, смотря в глубокие карие глаза, где дна не видно, — Надеюсь, этот столик будешь обслуживать ты?, — он сел за один из стульев, облокачиваясь на спинку, — Принеси, пожалуйста, бутылку самой дорогой вашей текилы и запиши ее на счет Санчо. — Конечно, — Тэхен еще раз поклонился, — Извините, еще раз. — Хватит извиняться, bonito. Если мои многоуважаемые инвесторы с чемоданами денег не окажутся за этим столом через десять минут, — он недовольно посмотрел на наручные часы, — То можешь присоединяться ко мне. Будем пить текилу, смотреть на закат и ужинать креветками. Лицо официанта за считанные секунды превратилось в сплошной красный блин, поэтому он молниеносно умчался к бару, скрывая не передаваемый стыд подносом. Он простоял за барной стойкой спиной к залу минут десять, заговаривая бармена, чтобы тот дольше искал нужную бутылку. Чонгук не без удовольствия наблюдал за этой картиной, вид сзади ему вполне приглянулся, пока не пришли остальные гости этого вечера. Святая троица — Мартин, Гонсало и Родриго — привели на переговоры важную шишку в стране. Тэхен сразу узнал этого человека и сглотнул огромный раздирающий горло ком. Господин Рамиро — один из ведущих олигархов, он владеет многими крупными офисными зданиями по всей стране, парой отелей в Мадриде и заводом по производству алкоголя. И этот человек около месяца назад пищал на самых высоких тонах, будто пятнадцатилетняя девчонка, когда Тэхен старательно делал ему горловой по просьбе Санчо, сняв с долга еще тысячу евро. Не смеяться в тот момент было очень трудно, а сейчас омега готов заржать в голос при виде этого мерзкого старикашки. Официант собирается с силами, держа себя в руках, и ставит бутылку со стаканами на поднос. — Oh, qué agradable estar de nuevo en las paredes de su hotel natal, — Рамиро довольно оглядывался, сразу замечая знакомую фигуру официанта, — Cuando llego a Barcelona, siempre me quedo con Sancho. El mejor Servicio de toda España. «Конечно, он будет лучшим, тебе так за все семьдесят лет жизни никто не сосал» — ветерком пронеслось в голове у Тэхена, который случайно подслушал чужой разговор, пока ставил алкоголь. Он закусил губу, сдерживая порыв смеха, старался внимательно слушать заказ и параллельно записывать названия блюд. Трудно воспринимать человека без смеха, когда ты видел его голым, и картина отнюдь не из прекрасных. — ¿Quieres algo más?, — официант смотрел на Чонгука, чтобы не отвлекаться на олигарха. Олигарха, который пищит во время минета. — No, gracias. Тэхен опустил взгляд в пол, почти не сдержавшись, и незамедлительно поспешил удалиться. — Sancho también es nuestro socio comercial. Vamos a construir un segundo hotel en Valencia, — Чонгук краем глаза проследил за уходящим омегой и полез в карман за телефоном. — La expansión es maravillosa. Минутой позднее на кухне Тэхен смог дать волю эмоциям и как следует посмеяться, отдышаться, а потом замереть в страшном осознании, что старый извращенец может под градусом рассказать всем о его «подпольной» деятельности в отеле под предлогом «рекомендации». По подсобке прошелся мученский стон и поднялся топот. Омега судорожно ходил от стенки к стенке, пытаясь успокоится. Сначала припадочный смех, теперь он на грани истерики. В Испании люди сходят с ума. Дальше — больше. В кармане завибрировал телефон, и официант выругнулся всеми знакомыми испанскими матами, когда увидел сообщение с того самого неизвестного номера. «Чего ты так ржал с бедолаги? Постыдись, ему почти 68 o_O» Да, Тэхену ли не знать сколько лет человеку, который тыркал ему в лицо своим полу вставшим скрюченным сморчком. Тогда было смешно, сейчас страшно и стыдно. Он точно залезет в петлю, если об этом узнает Чонгук. «Я не смеялся, вам показалось.» Чуть успокоившись, Тэхен пулей вылетел в зал, кривя на себе жизнерадостную улыбку, и принимал столы, находящиеся исключительно рядом с нужной компанией людей, чтобы хорошо слышать чужие разговоры. Подобное не могло уйти и от внимания Чонгука, который с любопытством нарезал взглядом круги по траектории омеги. — Sí, la venta se organizará en la etapa de construcción de muros, — Мартин подливал всем спиртного, чтобы сделка прошла, как можно мягче, — Creo que será un buen momento para buscar clientes bajo espacio de oficina. — Creo que voy a hacer un depósito, — Рамиро мечтательно покрутил в руках вилку с надетой креветкой, — Necesito nuevos edificios para aumentar legalmente el Alquiler de los propietarios. Valencia tiene muchas perspectivas para las organizaciones turísticas que simplemente necesitan ubicar sus oficinas cerca del mar. — Grandes planes para el futuro, Señor Ramiro, — Гонсало засиял, считая в голове чужие миллионы, — Rodrigo, por favor, trae los papeles. — Sugiero que nos mudemos a una habitación de hotel, — Рамиро подозвал нервного официанта, чтобы рассчитаться, — Teuhung, ¿Quieres venir con nosotros? — Lo siento, mi turno termina en media hora. Тэхен на негнущихся ногах со страхом в глазах весь бледный, словно призрак, приполз к столику. На его лице не было эмоций, только потерянность и липкий осадок страха. Альфы засуетились, собираясь выдвигаться наверх в номер. — Termina sin mí, papá ha llamado, tenemos que reunirnos urgentemente, — Чонгук нахмурился, что-то читая в телефоне, а у омеги камень с души свалился, — Y, Martin, Llámame más tarde. Пока довольные вечером альфы отправились закреплять сделку выпивкой, Тэхен довольный вытирал за ними стол, уверенный в том, что теперь его секрет не окажется под угрозой. «Завтра в шесть вечера я жду тебя в своем номере.»

XD

Нудная и бесполезная встреча с отцом по мнению Чонгука закончилась ближе к полуночи. Сидеть два часа в офисе и перебирать однотипные бумажки, параллельно слушая лекции о том, как правильно общаться с людьми на работе, почти заставило закрыть глаза и погрузиться в сон. В легкую дрему точно. Наконец-то альфа приехал домой, где его ждет прохладный бассейн и мягкая постель. После унылого рабочего дня хочется либо поплавать либо повеситься, и Чон выбирает первый вариант, снимая с себя пиджак на ходу. Перед сном обязательно настрочит парочку сообщений одному симпатичному официанту, о котором мысль не уходит весь чертов вечер. Планы свойственно менять или передвигать, а иногда их портят другие люди, например, такие как Мартин, стоящий прямо сейчас напротив бассейна в чужом доме. Он лениво оборачивается и светится в улыбке. — Что за хуйня с левыми отчетами по поставкам?, — Чонгук раздражен присутствием этого ублюдка у себя дома. — Чонгук-и, тебе не стоит лезть в мои дела, — сказал он, выпуская в небо столб дыма, — Ты еще слишком маленький. И еще блещешь чувством справедливости. — Что ты мутишь, Мартин?