Любовь рождается в музыке

По пути к кабинету Вару кто-то внезапно резко перехватил за локоть. От неожиданности Зеленый слегка вздрогнул, но догадаться, кто с самого утра осмелился нарушить его личные границы, было нетрудно. Из-за спины тут же послышался радостный голос встрепенувшегося Феликса. Вару даже не успел поздороваться, как на него уже посыпалась гора вопросов о том, куда же он пропал и что с ним случилось.  Картина «Возвращение блудного сына» на яву, ей богу!  Но едва потеряшка подобрал слова для своего оправдания перед обеспокоенным другом, как по коридору учебного заведения раздался звонок, заставлявший ускорить шаг всем нежелающим опоздать. Вару бы соврал, если бы сказал, что это оповещение о начале пары не сыграло ему на руку. Если бы он увлекался письмом мемуаров, то беспрекословно накинул в них пару строк о том, что это был именно тот случай-исключение, когда между болтовней и лекцией отдал приоритет второму варианту.  Увлекательный рассказ о внезапном исчезновении, о многочисленных звонках, оставленных без ответа, о причинах его странного поведения в ту самую роковую пятницу - это те самые последствия, которые Вару больше всего не желал испытать еще с момента покидания квартиры этим утром. Возникновение новой партии долгов и возможный выговор от деканата были в разы терпимей, нежели объяснение за собственные действия и чувства. У себя в голове Пятый не отрицал, что возможно вся эта «веселая» длинная история была совершена им под воздействием отнюдь невеселых эмоций. Но оглашать все выше сказанное кому-то вслух, да еще и извиняться за то, что заставил беспокоиться? Ну уж нет, это не в его стиле. Зеленому вполне хватило того своеобразного «исповедания» в ночь у дверей клуба своему самому неприятному знакомому с фиолетовыми патлами, в которые порой так и хотелось вцепиться и оттаскать как следует их владельца.   «Позже поговорим» - кратко сказал Вару и поспешил скорее зайти в аудиторию и занять место. Оставленный в прежнем неведении Феликс недовольно закатил глаза, но решил не отставать от друга и последовать его примеру.  Когда Пятый показался на пороге кабинета и прошел в направлении свободных мест, его преследовали многочисленные озадаченные и косые взгляды одногруппников. Парень не придал этому особого значения и лишь мысленно подметил, как же быстро в этом суровом мире распространяются сплетни. Словно его «пропажа» длилась не несколько дней, а пару месяцев. Складывалось такое чувство, будто, не появись он сейчас, то к вечеру по всему городу уже висели бы листовки с его фотографией и жирной надписью «разыскивается».  Но все же, из всего этого немого внимания к своей персоне, Вару, хоть того и не было видно сквозь очки, уловил лишь один выдающийся взгляд. Он смотрел на него своими желтыми глазами совсем иначе: спокойно, проницательно, без всякого удивления. Так, будто его приход был спланирован им лично. Хотя в очень отдаленном смысле так оно и было.  Усевшись за свободное место, которое удачно позволяло своим расположением любоваться видом из окна, Зеленый незаметно погрузился в свои мысли. Он думал о многом: как теперь совмещать новообретенную работу с обучением; какую историю придумать для всех интересующихся его отсутствием; что делать с Пиком. Последнее на первый взгляд могло показаться самой незначительной проблемой, но при втором взгляде оно напрягало не меньше, чем все перечисленное до этого. Этот парень слишком много знал. Он был в курсе о его местонахождении и его концертах в немалых подробностях. Да чего там, он живет от него в паре считанных шагов, и Вару не отрицал, что теоретически Фиолетовый мог наблюдать даже его утренние перекуры на балконе. Единственное, о чем тот не ведал: мотивы Пятого. Лишь это облегчало задачу. Вару не мог быть уверен, что Пику не придет в голову кому-то разболтать о его новом увлечении. Не для лишних ушей предназначены такие подробности его личной жизни.  Зеленый сменил фокус с мрачного пейзажа из окна на сидящую в нескольких метрах от него рогатую макушку. Субъект его раздумий сидел на соседнем ряду - на одну парту ближе к лектору, чем Вару. Поудобней подперев голову кулаком, он лениво листал что-то в телефоне, который был слишком заметно спрятан за тетрадью. А рядом с ним, как уже прижилось, располагался Зонтик, который, в отличии от своего соседа, увлеченно записывал конспект. Но фокус внимания все же зацепился за густые фиолетовые волосы. Они были длиною чуть ниже плеч и прикрывали половину лица, а несколько прядей, что выбились из растрепанной челки, падали на глаза. Еще в его прическе имелась одна маленькая особенность, которую Пятый в своей голове обозвал «рогами». Почти у самого центра макушки выделялись два локона, которые ну уж очень ему напоминали рожки. Были это два спутанных колтуна, либо намеренная своеобразная укладка Восьмого - Вару не понимал. Одежда на нем была составлена полностью из темных оттенков: прямые черные джинсы, серый лонгслив, поверх которого был надет еще один - такой же, только черный, и спущенная с плеч кожаная черная куртка. На одной из рук поблескивала цепочка стального браслета, на другой - часы, на вид не самые дешевые. Словом, в отличии от разнообразия цветов в гардеробной, стиль в одежде у того явно присутствовал.   Внезапный звонок на перерыв заставил Зеленого резко оторвать взгляд от фигуры Пика. Блуждание в собственных мыслях и оценка внешнего вида Восьмого необычайно сильно скоротали ему полтора часа занудных речей преподавателя. Вару мог бы спокойно порадоваться такому быстрому пролету времени, если бы неутолимый интерес Феликса. Ведь как только парни вышли за предел аудитории, допрос от друга возобновился с новыми силами. —Ну что, - веселым голосом он вновь обратился к Зеленому, - давай, рассказывай! Я жду!  Вару недовольно закатил глаза, устало вздыхая. Не успел он сказать и слова, как тут рядом нарисовались еще две заинтересованные фигуры: Куро и Зонтик, которые почти одновременно повторили вопрос Феликса.  Скрестив руки на груди, Пятый залился смехом. Такое поведение вызвало у озадаченных лиц еще болешее непонимание происходящего. —Вару? - растерянно позвал его Феликс. —Что смешного прозвучало в моем вопросе? - перебил того Куромаку, нахмурив брови еще сильнее прежнего.  Зеленый, припустив голову в попытке успокоиться, иронично откашлялся в кулак и посмотрел в удивленные глаза друзей. —Вы навели здесь столько шума только из-за того, что я всего лишь заболел? - он сдержанно улыбался, незаметно сминая рукав своей кофты, - вы серьезно?  Закончив свою речь, он снова захихикал, прикрывая лицо рукой. Ребята недоуменно переглянулись между собой. —Мы думали, с тобой случилось что-то серьезное, -  сказал Зонтик в озабоченном тоне, а Вару, не подавая виду, мысленно подметил, что до голубоволосого запретную информацию Пик не донес. Или же еще не успел. —Ты не отвечал на звонки и не открывал дверь, - возгласил Желтый, - я тогда чуть было не выломал ее! —Даже если так, то почему никого не предупредил? - поправил очки Куро. —Дай-ка подумать, - Вару с наигранным задумчивым видом почесал затылок. Все шло по плану, - наверное, потому что я не хотел? - ответил он вопросом на вопрос.  Такой диалог ему начал откровенно надоедать. Друзья все еще продолжали высказывать свои возмущения, но Зеленый тех уже давно не слушал и лишь молча стоял с кривой миной.  Когда голос вновь подал Зонтик, Вару, переведя взгляд в его сторону, заприметил еще одну фигуру. Видимо, слушателей у него оказалось больше, чем трое. В коридоре среди потока людей затаился силуэт с рожками, расположившийся в паре метров от них. Он стоял, оперевшись на стену, внимательно наблюдал и старательно вслушивался в каждое оброненное им слово. И даже после того, когда он понял, что Зеленый его заметил, с места не сдвинулся, продолжая сверлить того своим проницательным взглядом.  Это заставило Вару напрячься. Но выдавать свои нервные признаки было нельзя, дабы не вызвать у друзей подозрения в своем саботированном спектакле. Он проверил время на настенных часах, решив наконец оборвать все эти пустые разговоры. —Что ж, приятно было с вами поболтать, но до начала пары осталось всего лишь восемь минут, а мне еще нужно успеть покурить, - непринужденным голосом протороторил он, прежде чем развернуться и удалиться в сторону выхода, махнув рукой «на прощание».  Через две минуты Пятый уже стоял у ворот института с сигаретой в зубах. Никто из ребят не рискнул пойти за ним, но оно и к лучшему. Из-за холодного осеннего климата не особо много учащихся рисковали покидать стены вуза ради одного десятиминутного перекура. Мало кому было в радость замерзнуть и заработать насморк. Поэтому, не считая Вару и еще четырех незнакомых ему студентов, местная «курилка» пустовала.  Если бы не подступивший прилив нервов, Зеленый бы тоже сейчас наслаждался теплом в нагретом батареей помещении, а не стоял и не грел пальцы рук об тлеющую сигарету. Нервные затяжки повторялись одна за другой. Парень уже в который раз прокручивал в голове свои хорошо отыгранные речи для обеспокоенных друзей. Заранее продуманный сценарий о его болезни был одновременно и прост, и идеален. Такая стандартная отговорка подходила под любые жизненные обстоятельства. Но вот поведение Пика у него вызывало некое подозрение. Зонтику, как самому приближенному из всей группы, он не стал ничего рассказывать, при этом стоял и в открытую их подслушивал. «Какой же он все-таки странный» - подумал Вару и в спешке отправился на лекцию, с промахом кидая затушенный бычок в урну.

*** 

 Остальная часть дня пролетела без ярких событий. Ну как сказать: пролетела… проползла, словно раненный солдат на поле боя, - медленно и мучительно. По окончанию четвертой пары в стенах коридора образовались толпы рвущихся домой студентов. Кое как забрав свою куртку из гардеробной, Вару в компании Феликса покинул учебное заведение. Уже по старой негласной традиции парни распрощались у выхода и каждый пошел по своей дороге.  Шагая в сторону остановки, Вару не подразумевал, что за ним образуется «хвост». Сквозь музыку в наушниках уличный шум не проходил, поэтому парень шел словно «от мира оторванный», не слыша топота ног за своей спиной.  Осознание, что Пик весь путь проследовал за ним, пришло Зеленке в голову только когда первый уселся напротив него в автобусе. Снова увидеть вблизи его серьезное лицо было неприятной неожиданностью. Тот аж вздрогнул, когда перед его носом резко появилась фиолетовая макушка, которая давила на него своим хладнокровным взглядом и морально и физически. —Я уже начинаю сомневаться, что ты не преследуешь меня, - съязвил недовольный Вару, предварительно уменьшив громкость звука в наушниках. Но неприветливый тон не вызвал у Пика недовольство. Он лишь со вздохом цокнул, перекидывая ногу на ногу. —Всего лишь еду домой, как и ты, - спокойно ответил он тому.   Снова между ними встала пауза молчания. Оба парня сидели напротив друг друга, тщательно избегая случайного соприкосновения коленями в тесном проеме сидений транспорта. Когда автобус прибыл на следующую станцию, в салон зашла не малая толпа людей. Рядом с Вару уселась пожилая женщина с двумя огромными пакетами, один из которых чуть угодил тому в лицо. Насупившийся Пятый прижался как можно сильнее к окну, не желая снова встретиться нос к носу с чужим мешком. И именно в этот момент Пик решил не скрывать свои эмоции, поэтому на его лице тут же выросла насмешливая ухмылка, на которую ему ответили скорченной рожицей с высунутым языком.  Если бы на месте пиковых сейчас сидели два любых других человека, они однозначно ограничились бы на этих мелких шалостях. Но поскольку на месте пиковых были сами пиковые, таких тихих кривляний им было явно недостаточно.  После того, как Зеленый продемонстрировал свое передразнивание, Пик не придумал ничего лучше, как наступить тому на ногу. На такой жест Вару протянул ему руку с оттопыренным средним пальцем, от которой Фиолетовый попытался отмахнуться, два раза ударив. На третий раз  церемониться ему надоело, так что он перехватил его и сильно сжал запястье. От неожиданной боли Пятый поморщил лицо и, стиснув зубы, еле слышно прошипел пару нецензурных слов. Некоторые прохожие, которым угораздило сесть с ними в один автобус, осуждающе косились и шептали сами себе «Господи Боже».  Со стороны ситуация и в правду выглядела глупо: два взрослых парня ведут себя как два маленьких ребенка в песочнице, которые не поделили машинку. Но наших героев это сейчас заботило далеко не в первую очередь. В приоритете у обоих стояла цель одержать над другим какую-то победу, которую они еще сами не придумали.  Попытки Вару высвободить руку были неудачны, поэтому в ход пошла вторая. Он резко ею вздернул, но вместо того, чтобы помочь себе вытащить запястье из чужой хватки, задел тот самый пакет, с которого все и началось. Рассерженная женщина встрепенулась и начала крыть парней ругательствами о том, что они чуть не уронили ее только что купленные со скидкой на рынке 5 килограммов картошки.  Но долго слушать ворчание старушки парням не пришлось, так как автобус подоспел подъехать к нужной им остановке. Они быстро пробрались к выходу и выскочили из транспорта в едва распахнувшиеся двери. Им в след все еще продолжались литься негативные высказывания, которые те уже давно пустили мимо ушей.  Наконец стоя на своей станции, пиковые молча переглянулись. Вару, глядя на Пика, который, так же как и он, еще не до конца осознал произошедшее, не выдержал и рассмеялся. Второй потупил взгляд, не понимая радости Зеленого, но уже через пару секунд тоже сдерживал смешки, прикрыв рот кулаком. И вот, на опять, а снова случайным прохожим повезло занять первые ряды на безумно странную картину, как каких-то два ненормальных, сломя голову, вылетают из автобуса и смеются посреди дороги. Ну что за абсурд творится по понедельникам!  Когда минутка смешинки прошла, оба неловко откашлялись и тронулись в сторону дома. Наступила минутка тишины, спугнуть которую первым осмелился Вару. —Что это был за пиздец? - озвучил он риторический вопрос. —Без понятия, - растерянно ответил Пик, но тут же продолжил, - зачем ты всем соврал? - последовал вопрос в лоб, который заставил Пятого снова напрячься.   —Не твое дело, - отрезал он, не долго размышляя над ответом. —Как знаешь, - Фиолетовый пожал плечами.