Ночная феерия

Любая часть тела Джисона — сплошной эрегированный комок, а Минхо вечный пубертатник, который не может держать руки при себе. Он постоянно трогает младшего во всех непристойных и чувствительных местах, от чего ноги в миг начинали подкашиваться, а тело деревенеть. Ли из раза в раз вызывал в нём нечеловеческий всплеск эмоций, от которых он не знал куда деваться, ведь ходить в неудобном положении из-за неожидано образовавшегося возбуждения в штанах не казалось чем-то приятным. В этот день Джисон позвал его к себе на студию, чтобы послушать, что он успел записать. Младший часто советовался с ним. Что можно добавить, а что стоит убрать, и как вообще по его мнению звучит очередной шедевр Хана. Минхо всегда был рад в очередной раз посидеть рядом, за пультом. Он даже позволял ему изредка пользоваться им, но только в своём присутствии, а то техника всё таки не дешевая, а ломать он тот ещё мастер. Пока Джисон записывал очередной отрывок, Минхо сидел на диванчике, листая смешные видео, тихо посмеиваясь. Зная его особенность засыпать в любом месте, младший специально купил в студию удобный диван, чтобы на крайний случай, если вдруг задремлет, было удобно. Сегодня Хан целиком и полностью погружён в работу, от чего старший большую часть времени сидел один, поглядывая то на парня, то в экран смартфона. Становилось настолько скучно, что он скатился вниз, распластавшись по дивану, уложив голову на подлокотник. Одну руку он положил под голову, пока вторая продолжала листать видео. Его глаза потихоньку закрывались, с каждым разом всё реже моргая, и Ли начал зевать. Минхо резко проснулся посреди ночи, когда его тело вздрогнуло во сне. Он открыл глаза, глядя в потолок, пытаясь осмыслить, где сейчас находится. Под боком сладко сопел Джисон, что даже и не думал просыпаться. Тогда то Ли понял, что они оба уснули в студии. Джисон накрыл обоих пледом, а сейчас крепко прижимался к сильному телу, перекинув ногу через тело старшего. Он мило причмокивал губами, иногда кручясь и бормоча что-то под нос. Ли повернул голову, дабы смотреть на парня стало удобнее и сладко улыбнулся столь милому зрелищу. Он приобнял его со спины, когда Джисон в очередной раз начал крутиться в его руках, поворачиваясь к нему задом. Невзначай, рука проехалась по плечу, ложась на лопатку, поглаживая. Фаланги нежно касались кожи, от чего Хан начал ворочаться. Старший не хотел будить его, но хотел утихомирить своё желание. Каждый раз, когда он видит младшего, ему хочется целовать его до потери пульса, но чаще всего он сдерживается, от чего сам потом страдает. Вот и сейчас, всё, что он может — лишь гладить кожу, пока тот спокойно спит рядом. Рука скользнула в волосы, впутывая в них пальцы, перебирая пряди. Минхо медленно моргал, рассматривая в темноте точённое лицо милого парня. Ладонь коснулась щёки, оглаживая её, а после большой палец перешёл на губы, проходясь по ним. Сквозь сон Хан издал еле слышимый стон, бубня что-то невнятное под нос. Вид спящего Джисона нравился Минхо наравне с обнажённым. Такой же открытый и беззащитный, которого так и хочется поцеловать, а желательно ещё усесться между его ног, чтобы.. — Минхо.. — тихий голос разрезал тишину комнаты, заставляя старшего отвлечься, оглядываясь на него. — Что такое, сладкий? Но ответа не последовало. Приглядевшись, он увидел, что глаза парня закрыты, и видимо, он просто говорит во сне. Видать, просто сниться сон с участием Минхо, вот и упоминает его имя. Но мгновение спустя Джисон вновь заговорил, издавая стон вместе с именем старшего. Тот приподнялся на локтях, оглядывая Хана непонимающим взглядом. Он запрокинул голову, тяжело дыша и бормоча что-то, слезно подзывая Минхо. — Что же тебе такое снится, что ты так течёшь, Хан Джисон? — старший наклонился к чужому уху, на выдохе проговаривая, обжигая раковину. Тело младшего затрясло, и он слезно захныкал сквозь сон, пытаясь найти руками Минхо. Парень тихо усмехнулся, глядя на смущённо-возбужденного парня. Он понимал, что сам отчасти виноват в том, что по итогу получил, ведь сам это начал, но он нисколечко не жалел о содеянном. Не было бы этих касаний невзначай, не было бы и возбуждённого парня, но в любом случае бы остался гиперчувствительный младший, который слишком зависим от своего парня. Сквозь сон Джисон вряд ли понимал, что он, в принципе, делает, именно поэтому его скрытый штанами член прокатился по чужому бедру, создавая для себя приятное трение. Глаза Минхо на мгновение расширились, а парень под ним издал первый слышимый стон. Его движения не прекращались, и пах с каждым разом все активнее и точнее проезжался по ноге, помогая достичь хотя бы капли удовольствия. Всё дело в том, что Джисон находился где-то на грани между сном и реальностью, потому не до конца оценивал свои действия, следуя по простому наитию мозга. Минхо находил это забавным, и дабы не отставать в этой слегка странной затее, уложил руку на грудь, проведя ею вниз, останавливаясь на чужих мягких и округлых ягодицах. Ладонь по-свойски уместилась на одной из половинок, сжимая её, выбивая из младшего первый, уже, громкий стон. Возможно, когда он целиком и полностью придёт в сознание, не сразу поймёт, что это такое делает, но сейчас, всё что он желает, это лишь чтобы Минхо помог ему, хоть и возможно, неосознанно. — Сладкий, ты ведь понимаешь, что я не остановлюсь, — говорит шёпотом, находясь перед чужим лицом, всё так же оглаживая мягкую половинку, переходя на другую. Джисон заскулил словно крошечный пёсик, а его маленькие ручки ухватились за плечи старшего, совершая фрикции снизу. — Ты выглядишь ещё более нуждающимся во сне, нежели когда ты в сознании. Всё таки таким ты мне нравишься чуть больше. Без лишних промедлений, губы коснулись живота, оставляя на нём мокрый след. Минхо прошёлся языком, оставляя после себя дорожку, ведущую к самому паху. Поддевая резинку, он аккуратно стягивает с него всё, что сейчас мешает, чтобы вдоволь насладиться чудесным младшим. Джисон издал тихий стон, когда язык Минхо прошелся от косточки до чувствительного бедра. Хан явно был не против того, что Ли сделает всё за него и просто поможет справится с ночным мокрым сном. Минхо с каждым разом спускался всё ниже, целовал напористей, а мягкая кожа бёдер покрывалась красными отметинами от старшинский зубов. Он буквально пожирал младшего со всей своей любовью, когда тот по сучьи стонал, извиваясь на небольшом диване. Мгновение спустя Хан коснулся чужой руки, беря её в свою и уложив к себе на пах, заставил сжать. Старшему оставалось лишь повиноваться, от чего младший вскрикнул, разнося по комнате крик своим звонким голоском. Кошачья улыбка расплылась на лице, и ладонь крепче охватила плоть, удерживая её в руках. Джисон затих, хоть и дыхание выдавало его с потрохами. Выжидая момент, Минхо медленно и аккуратно начал двигаться вверх-вниз, оттягивая кожицу и оглаживая венки. Младший прогибался в пояснице, ведь Ли не тот, кто останавливается на одном. Дрочка превратилась в целый секс-тренинг, в котором Минхо, красивый секс-инструктор, демонстрирует на одном из участников, что же им придётся выполнять. Пока рука скользила по гладкому, приятному и невероятно скользкому члену, губы посасывали любимую кожу бёдер, от которых Ли просто таял. Если в его поле зрения попадает хоть часть этих прекрасных ляжек, он не думая больше ни о чем накинется на них, и будет целовать до потери пульса. Но сейчас, его Джисон требовал внимания. Хотел, чтобы старший позаботился о нём и его члене, что так горячо отдавался в ладони. Минхо спустя время сменил руку на рот, окольцовывая ствол губами, опускаясь на него. Звуки Хана для него были знаком, что он движется в правильном направлении и тому действительно хорошо сейчас. Когда ещё выпадет возможность отсосать парню, который находится во сне? Да никогда в жизни. С уст Джисона слетало имя старшего и частые тихие, но иногда и громкие стоны, с просьбами быть быстрее. В один момент Минхо даже подумал, что на деле тот не спит, а лишь притворяется, чтобы получить от любимого крышесносный минет. Неожиданно для двоих, рука младшего ложится на затылок парня, насаживая того глубже, от чего он чуть ли не давиться, но всё таки послушно принимает, аккуратно двигая головой. Когда пальцы касаются мошонки, Хан резко вскрикивает, изливаясь густым семенем в чужой рот. Ли всегда знал что яички младшего, словно кроличьи — очень чувствительные. Помогая парню выдоить из себя остатки, он послушно глотает всё. Поднимаясь с размякшего члена, он вытирает края губ ладонью, одевая парня обратно. Минхо мило улыбается крошечному младшему, что сейчас, как ни в чем не бывало, продолжает сладко посапывать, двигая носиком во сне. Ли укладывается рядом, целуя его в щёку. Рука обхватывает талию, прижимая маленькое тело поближе к себе, и он с улыбкой на лице сладко засыпает. На утро, когда солнце уже светило в окно, ослепляя их, Минхо еле открыл глаза, потирая их ладонью. Повернув голову и не заметив там младшего, он моргнул ещё раз, думая, что ему показалось. Но этот зайчик действительно ускакал куда-то, пока Ли еле как глаза может открыть. И между прочим, это не ему сегодня сосали во сне, а он! Поэтому и без сил! Мгновение спустя дверь открывается, и в комнату вваливается счастливый и бодрый Джисон, с двумя стаканчиками кофе, один из которых он протягивает Минхо. Тот приподнимается на локтях, забирая его, целует младшего в знак приветствия. — Доброе утро, любимый! — Доброе утро, сладкий. Как тебе спалось? Выспался? — Ты не представляешь какой сон мне приснился. Там мы так же уснули в студии, даже одеты были в то же, представляешь?! Ну и короче, я возбудился, а ты сделал мне минет. Ещё ощущалось всё так ярко, как будто я в реальности. Наверное, самый мой реалистичный сон. Кофе Минхо, которое он хотел выпить, чуть не вышло наружу, но он вовремя закрыл рот рукой, глядя на младшего удивлённо. — Серьёзно? Тебе настолько не хватает секса со мной, что теперь он тебе сниться? Все таки, ты неисправим, Хан Джисон. — И это мне говорит парень, который до сих пор не перерос свой пубертат. Ты хоть член в штанах дольше пяти минут держать можешь? — А что, не верится? Хочешь проверить, маленький засранец? Джисон сорвался от него с громким вскриком, а Минхо успел только поставить стакан на тумбу, когда тот уже скрылся где-то далеко в коридоре, с громким смехом бегая по кругу. Старший цыкнул, усмехнувшись под нос. — Только попадись мне на глаза, Джисон, я тебе быстро покажу, кто тут из нас пубертатник.