Арена

Портал сработал довольно агрессивно, выкидывая их на пыльный пол в гостиной квартиры Грейнджер. Гермиона поднялась на ноги, осматриваясь. Удостоверившись, что чужих нет, снова рухнула прямо на Драко, который до сих пор сидел на полу. — Какой план? — спросила Паркинсон, пытаясь привести себя в порядок. Её волосы растрепались от столкновения с Гринграсс, а одежда местами была покрыта пятнами крови и грязи. — Душ, сон и пицца, — мечтательно проговорил Драко, облокачиваясь вместе с Гермионой о спинку дивана, что как нельзя кстати оказалась рядом. — С ананасами, — улыбнулась Грейнджер, опираясь спиной на широкую грудь. — Для начала звучит неплохо, — хлопнул в ладоши Забини, орудуя забранной палочкой и избавляя комнату от пыли. — Кстати, Гермиона, ты в курсе, что у тебя тут целый список следящих чар? Гермиона нахмурилась, наблюдая, как Забини проводит древком по периметру её квартиры, уделяя особое внимание входной двери. — Да, да, — сам себе кивнул Блейз. — Видимо, кто-то очень хотел знать, когда ты вернёшься. Гермиона с неохотой поднялась, вызвав недовольное ворчание Драко. Она подошла к неприметному книжному шкафу, который стоял около окна, и двумя пальчиками потянула томик «Преступление и наказание» Достоевского. Послышался лёгкий щелчок, и вся книжная полка ушла вниз, открывая небольшую нишу. — И когда ты успела установить скрытую полку? — больше для вида, чем из интереса, спросил Малфой. Он уже успел подняться на ноги и теперь стоял позади Гермионы. После всего произошедшего ему было жизненно необходимо быть рядом с ней, и Гермиона не могла его осуждать за это. — Через несколько дней после твоего исчезновения, — ответила Гермиона. Она скривилась, вспоминая чувство паники и потери, которое испытала в первые недели. — Так, так, и что там у нас? — Забини присоединился к ним и тихо присвистнул, увидев содержимое ниши. А там было чему удивляться: волшебные палочки, несколько склянок с опасными зельями, коробочка безоаров, три клинка гоблинской работы и, конечно же, бессменная бисерная сумочка с заклятием Незримого расширения. — И почему я не удивлён, — Малфой приобнял Гермиону за талию, укладывая подбородок на её плечо и вдыхая запах земли и древесной пыли, которым они все пропахли после пещеры. — И долго вы там будете рассматривать сокровища Грейнджер? Кто-то говорил о пицце, — Пенси успела перебраться на кухню и гремела там кружками и чайником. — Пенс права. У нас не так много времени, — Гермиона на секунду задержала ладонь над слегка изогнутой палочкой из древесины грецкого ореха. — Ты уверена? — спросил Малфой, внимательно наблюдая за Гермионой. — Она отлично подходит, — Грейнджер кивнула сама себе и уверенно взяла в руку палочку Беллатрисы Лестрейндж. Отойдя на пару шагов от шкафа, Гермиона взмахнула палочкой, левитируя раскрытую книгу, которая лежала на полу рядом с диваном. Удовлетворившись результатом, она уверенной рукой провела диагностику собственной квартиры, выявляя сеть заклинаний, о которых говорил Забини. — На двери установлены сигнальные чары, на квартире антиаппарационный барьер. Как глупо. Поттер, что, думал, что меня остановят такие простые чары? — Как и раньше, они тебя недооценили, — хмыкнул Драко, выбирая для себя близкую по ощущениям палочку из виноградной лозы. — Эта ошибка будет стоить ему дорого, — Гермиона улыбнулась холодной улыбкой и снова обратила всё своё внимание на диагностику чар. — Я не буду их снимать. Уйдём через дверь, пусть знает, что мы вернулись. — Грейнджер в ярости. Великолепное зрелище, — рассмеялась Пенси, выходя из кухни с подносом, на котором расположились четыре разномастные чашки с кофе. Забини тут же подскочил к ней, забирая поднос и подталкивая Паркинсон к книжному шкафу, чтобы та выбрала себе палочку. — Итак, уважаемые мстители, я желаю отведать вашу пиццу с ананасами, хотя уверен, что это преступление против самой моей природы, — Забини поставил поднос на низкий журнальный столик и продолжил: — А потом... — Потом мы пойдём в гости, — закончила за Блейза Гермиона. Её голос был наполнен яростью, глаза метали янтарные молнии. Она почувствовала, как до её макушки дотронулись губы в лёгком поцелуе, и улыбнулась. Драко знал, что ей нужно. — Верно. Как сказала моя львица, а потом мы пойдём в гости к одному небезызвестному оленю, — в комнате разразился многоголосый смех, наполненный обещанием скорой расплаты.

***

Вернувшись с Арены, Гарри Поттер, не теряя ни минуты, направился в небольшую квартиру в магловской части Лондона, купленную Гермионой после войны. Попытка пройти через камин обернулась для Избранного лёгкими, полными золы, и шишкой в районе темечка. Камин оказался заблокирован. Поттер, матерясь и отплёвываясь, не успев даже привести себя в порядок, трансгрессировал прямо к входной двери на небольшой лестничной площадке, абсолютно не заботясь о соседях-маглах, которые могли увидеть его внезапное появление. Стоило ему подойти к двери, он тут же получил довольно ощутимый разряд тока. По всему периметру квартиры стояли оградительные чары высшего качества. «Сука, нужно было её отправить куда-нибудь в Болгарию, пусть бы там изучала славянскую магию и не лезла в мои дела», — потирая обожжённую ладонь, злобно думал Поттер. Но он не был бы главой отдела, если бы не установил поверх защитных чар Грейнджер тонкую, еле заметную вязь сигнального заклинания. Если специально не проверять защиту, то и не догадаешься о небольшом сюрпризе. Теперь он мог узнать в любой момент, кто заходит и выходит из квартиры. Не забыл Поттер и об антиаппарационном барьере, который растянулся на весь дом. И все его ухищрения не остались бесцельными. Сегодня утром он подскочил как ошпаренный с нагретых и мягких простыней от сигнала отслеживающих чар. Его палочка вибрировала, а это означало лишь одно — Грейнджер вернулась. И даже не проверила свой барьер. Поттер злорадно улыбнулся: Гермиона всегда отличалась излишней самоуверенностью. Спешно одевшись, Гарри бесшумно вышел из спальни и прямо из коридора трансгрессировал по знакомому адресу. Первое, что он заметил, бегом поднявшись на последний этаж, — отсутствие всякой защиты. Она сняла барьер. А это значит… Гарри не дал развиться мысли и спешно распахнул с помощью простейшей Алохоморы дверь. Прямо с порога его встретил запах сыра, свежесваренного кофе и тишина. Поттер без особой надежды проверил, есть ли кто в квартире, — ответом ему служила всё та же пронзающая тишина. Внутри вскипела ярость и отчаяние. Если она вернулась, значит, им удалось. «Блядь, блядь, блядь», — пронеслось в голове. Гарри почувствовал, как отголоски паники отдаются в сбитом дыхании и сжатых кулаках. Нет, стоп. Поттер медленно выдохнул и решил размышлять здраво. В проект «Арена» были посвящены всего несколько человек. Что ему мешает объявить Грейнджер предательницей? Она ведь таковой и являлась, верно? Стоит сработать на опережение, и прежде чем она побежит в Визенгамот или в прессу (а Гарри знал, что побежит), Гермиона будет уже скомпрометирована. Поттер был уверен: слово Избранного, Главы Аврората и национального героя, против маглорождённой подстилки Пожирателя Смерти? Гарри злобно улыбнулся: Гермиона думала, что никто не знает о её интрижке с Малфоем? Он, блядь, Глава Аврората, конечно же, он обо всём знал. Паника отошла на второй план, перед глазами вырисовывался идеальный план. Ещё раз сделав глубокий вдох, Гарри расправил плечи, поправил аврорский китель и направился прямо в Министерство. Что ж, Гермиона не захотела по-хорошему — будет так, как решит он и только он.

***

Начищенные ботинки чеканили шаг по блестящему мрамору Атриума. Каждый второй служащий не преминул остановиться, чтобы пожать руку, похлопать по плечу или спросить: «Как дела у Главы Аврората Поттера?» Поттер держал себя в руках, улыбался приветствующим, пожимал руки тем, кому нужно было пожать, благостно принимал похлопывания и отвечал на плоские шутки. Со стороны всё было как обычно. Но Гарри Поттер не мог забыть о снятых заклинаниях с квартиры Грейнджер и запахе пиццы, который въелся так, что тому казалось, что он никогда не выветрится. Путь до собственного Отдела увеличился вдвое из-за постоянных остановок и назойливого внимания. Но благодаря такой задержке к моменту, когда Поттер зашёл в Отдел Правопорядка, у него выстроился вполне годный план действий. Все измышления в квартире Гермионы были лишь набросками, сейчас же Гарри пошагово знал, что делать. Грейнджер и компашку пресмыкающихся в розыск, Арену на время приостановить. За Молотобойню Гарри не беспокоился — всё равно туда ход закрыт, пока они не найдут новый сильный артефакт. Гринграсс, Макмиллан и Флинт так и не вышли на связь — что ж, собакам собачья смерть, никто скучать по ним не будет. Поттер провёл всей пятернёй по волосам, взъерошивая их ещё сильнее. Эх, пока придётся немного поужаться в финансах и отменить отпуск во Франции, который он обещал Джинни. Не страшно, жена поймёт, у неё просто нет выбора. А для личного пользования у него всегда есть доход от контрабандистов Лютного. Всё-таки не зря он был Главой Аврората. Полностью успокоившись, Гарри неспешно прошествовал мимо пустующего стола секретаря, даже не обратив внимания на факт отсутствия всегда шумной и очень аппетитной Мэнди. Сейчас голова начальника была занята стратегией и документами, которые необходимо было подготовить. Латунная ручка повернулась со щелчком, Поттер распахнул дверь собственного кабинета, как делал это каждый день, и замер на месте. В нос ударил слишком знакомый аромат ванили и бергамота. Глаза сразу же нашли обладательницу духов — Гермиона Грейнджер с удобством расположилась на краешке его рабочего стола, закинув ногу на ногу и неспешно прокручивая между тонких пальцев древко палочки, при одном виде на которую у Гарри вставали волосы дыбом. В его рабочем кресле с высокомерным видом восседал ёбаный Драко Малфой. Звякнул хрусталь, и Гарри заметил, как Блейз Забини разворошил его бар и теперь по-хозяйски разливал коллекционный огневиски по гранёным роксам. Позади щелкнул замок двери, и Поттер медленно развернулся, встретившись с холодным взглядом Пенси Паркинсон. — Ну привет, Гарри…