Ambulance

Сегодня впервые за неделю небо не было затянуто тучами. Солнце медленно перекатывалось по небу, заглядывая в окошки домов. Никто не любит просыпаться от солнечных лучей, которые слепят прямо в лицо, будь то выходной или рабочий день. Но именно так началось утро Джерарда: с лучика солнца, от которого он так усердно пытался закрыться одеялом, уже теряя сон. «Ну и ладно, я встаю...» На кухне уже вовсю шла готовка. Фрэнк жарил оладьи, но не спешил заваривать чай, он ждал, когда проснётся Джерард. Фро проснулся на удивление бодрым и под пледом, хотя точно помнил, что заснул без него. Улыбнувшись той мысли, что это всё рук Джерарда, Фрэнк перевернул оладьи. — Доброе утро, — потянувшись к шкафчику за кружкой, Джи споткнулся на ровном месте и упал на вовремя выставившего руки Фрэнка. — Ой… Я… совсем под ноги не смотрю. — Доброе утро, — заглядывая в широко раскрытые глаза, Фрэнк пару секунд просто узучал родное лицо, пока не отпустил парня и не помог сесть за стол, — Как спалось? — прокашлявшись, Фрэнк выложил на тарелку оладьи. — Сегодня получше, а ты… как? — оттягивая рукав ночной рубашки, Джерард старался не смотреть на Фрэнка. — Прекрасно, плед волшебным способом укрыл меня, и свет выключился так что… просто замечательно. — Словив робкий взгляд, он подмигнул Джерарду. — Да и правда, какое-то... волшебство. — Подмигнув в ответ, Джи скрыл улыбку за кружкой. «Он играется?» — Кстати! Я составил план, — Вскочив Джерард, насколько было возможно в его положении, побежал в спальню, прервав чаепитие. Облизнув ложку с шоколадной пастой, Фрэнк нахмурился, думая, о каком плане тот вообще говорит, да и как так у него резко меняется ход мысли? Какой к черту план? Через минуту Джерард плюхнулся на стул напротив Фрэнка с блокнотом и карандашом в руках. — Смотри, — развернув блокнот к Фрэнку, Джерард показал разворот с какими-то пунктами, и один из них был зачёркнут. — Тут то, с помощью чего я чисто теоретически смогу вернуть себе память. Тут и рекомендации доктора Смита, и пара советов из статей и, конечно, мои собственные мысли. Первое — это прочитать дневник, но, увы, не особо помогло... но впереди еще куча пунктов и работы, так что отчаиваться рано, — развернув блокнот к себе, он наконец вздохнул. — У тебя есть дневник? — показав ложкой на Джера, Фрэнк отпил чай. — Да, а ты не знаешь? — Ну, вообще предполагал, что он есть, но это ведь личное и я никогда не спрашивал. А что там... Совсем ничего не вспомнил? — его голос дрогнул с ноткой надежды. — Нет, совсем ничего ... Но я обязательно попробую другие способы. — Тогда, просвятишь в свой план? — Угу... — уткнувшись в блокнот, он принялся изучать свои же записи. — Так первое, если не учитывать дневник — это место знакомства. Я читал, что места, которые имеют наибольшую значимость, обязательно нужно посетить, возможно удастся воссоздать сцены из прошлого. И прочитав дневник, я выделил три таких места: книжный, центральный парк и тот заповедник в горах, правда, думаю, его не обязательно посещать, тем более... — ... С твоей ногой, — внимательно слушая, Фрэнк кивал головой, хватая налету каждое слово Джи. — Потом общее времяпрепровождение, это... Ну чем мы вместе занимались в свободное время, какие-то «семейные традиции». Тут ты мне должен помочь, найди фильмы, которые мы смотрели вместе, или может настольные игры, что-то, что мы делаем наидине, как я и сказал, «традиции». — Мы готовим на выходных цветную пасту, наша традиция. — Серьёзно? — собрав брови домиком, Джерард отпил чай. — Ага, ну там розовую, черную, с блестками, всякую разную, — откусив оладушек, Фрэнк улыбнулся. — Значит, цветная паста, — дописав это в блокнот, он прикусил кончик карандаша, — Так, а это я назвал «письмо из прошлого», ты должен написать мне письмо со всеми своми переживаниями, мыслями и прочитать вслух, типо... бред, я понимаю, но в какой-то статье говорят, что это реально помогает и вызывает яркие эмоции, заставляет вспомнить. Фрэнк, но если это будет слишком тяжело для тебя... — Нет... Нет, мы попробуем, обязательно. А что там ещё? — А в остальном, просто хороший сон, покой, свежий воздух и всё такое, — закрыв блокнот, Джерард подпёр голову рукой и задумался. — А о чём задумался так резко? — О том, с чего начать. — С книжного? — подперев голову рукой с другой стороны, Фрэнк отзеркалил Джерарда, и они оба посмеялись.

***

— Так, хоть дневник и не стал быстрой пилюлей, восстановившей память о тебе, но он хороший путеводитель, помогающий с остальными пунктами, вот только про цветную пасту ни слова. — Повернувшись к Фрэнку, Джи поймал смешок. — Ну, возможно, ты не считал это чем-то важным и не писал о моих кулинарных шедеврах? А так это реально прикольно, потом просвещу тебя, а вот и книжный, — заворачивая на парковку, Фрэнк закрыл свободной рукой дневник Джерарда. — Успокойся, больше, чем ты прочитал, уже ничего не найдёшь. — Ну а вдруг я что-то упустил, а это очень важно? Я ведь должен стараться, сделать все, что могу... — Вскинув руки, он начал встревоженно тараторить. — Я не знаю, это все какой-то дурной сон, это бред, да, точно бред, я сейчас будто и не живу вовсе, и не представляю, как жить дальше, что мне делать? — Спокойно, ты и так делаешь все, что можешь, и прошу на выход, мы прибыли к первому, не считая дневника, пункту. — Закрывая дверь за собой, он обошёл машину и помог встать Джи. Запах новых книг, в красивых глянцевых обложках, и просторные стеллажи. Небольшое количество любителей бумажных произведений медленно расшагивающих по узким коридорчикам между стеллажей были полностью погружены в свои мысли. Тишина. Парни старались не шуметь и не привлекать внимание, но не справились с этой задачей, когда Джи уронил книгу в центре холла, одну из тех новинок, которые выставляют всем напоказ, обычно делая композицию на отдельном столике. Растерявшись, Джерард забегал глазами вокруг, не зная, за что зацепиться взглядом, он поднял книгу и скрылся за одним из стелажей, коря себя за то, что отвлек остальных. Он был слишком сосредоточен на том, чтобы всё делать правильно, следовать плану, а что было правильным и каков был его план? Найдя наконец Джи, который просто испарился, почти сразу, как они вошли в книжный, Фрэнк размахивал каким-то комиксом и шёпотом ругался на то, какие они дорогие. А Джерард все больше бледнел. Тяжело дыша, он схватился за бок и закрыл глаза. В голову ударил какой-то очень знакомый аромат, такой, который он давно не чувствовал, но такой тёплый и родной. Джерард заплакал и прижался к Фро. — Все хорошо, я рядом... — гладя по спине подрагивающее тело, Фрэнк, не зная, как помочь и в чём причина его слёз, просто прижимал его крепче к себе, защищая от внешнего мира. — Я-я... Уйдём отсюда, пожалуйста... Сидя в полной тишине в машине, Фрэнк лишь подавал салфетки неуспокаивающемуся парню. Последний раз всхлипнув, Джерард повернулся к Фрэнку, его глаза сильно покраснели, а руки ещё слегка подрагивали. — Фрэнки... Прости меня, я... — закрыв лицо руками, он собирался вновь расплакаться. «Фрэнки...» — Нет, нет, — убирая руки от его лица, Фрэнк несильно сжимал их в своих, поглаживая большим пальцем ладони, — тебе не за что извиняться. Просто расскажи, что случилось, что тебя расстроило? — Знаешь, — высвободив одну руку, он вытер слезы. — Я почувствовал что-то… Какой-то аромат, духи или что-то типо того, такой цитрусовый, слегка хвойный, пахло как Рождество. Я не знаю, почему меня это так расстроило, но я помню его, помню где-то в отголосках памяти, мне кажется, так пах ты тогда… — Джерард… — с долей надежды, которая так и не угасает в душе, Фрэнк рассматривал любимое лицо, радуясь такой мелочи. — Я вспомнил чертов запах и ничего более. Это какое-то наказание или что?! Почему из всех событий и людей я не помню лишь тебя? Почему всё сложилось именно так? — Джер попросту начал истерить, краснея и тараторя. — Прости, что причиняю тебе боль, и… Лучше бы ты меня вообще не встречал, кто же знал, что всё так будет. Я сплошная проблема. — Не говори так, да, это тяжело, да, всё так странно, да, книжный не помог, как и дневник, но это не повод отчаиваться. Самое главное, что ты вообще пытаешься все вернуть, а не просто ушел. Я сотни раз пытался представить себя на твоем месте и я просто поражаюсь тому, как ты живёшь с незнакомцем, ну не совсем, ну ты понял и стараешься для нас... Сколько там ещё пунктов? — потянувшись к блокноту, Фрэнк уже и сам еле сдерживал слёзы,— Мы попробуем ещё что-то, когда тебе станет легче.

***

Уже глубокой ночью Джерард проснулся от кошмара, который мучает его из раза в раз. Было страшно, будто кровать сейчас провалиться под ним или из темноты выйдет какой-то монстр, сердце колотитилось, а тело не слушалось, с каждым новым вздохом надвигалось что то страшное, что-то неизведанное. Он как в детстве спрятался под одеялом, в месте, где все монстры и страхи бессильны, где ты в полной безопасности. Бессоница, ночные кошмары, постоянное самокопание и мысли о том что с ним что-то не так, убивали и без того болеющего Джи. Он все сильнее закрывался в себе, наплевав на обещание данное Майки стараться и не опускать руки. Следующие пару дней парни даже и не начинали разговор о дневнике, о «пунктах» просто пуская все на самотёк. Фрэнк постоянно работал, а Джи перечитывал любимые комиксы сидя в спальне. Они изредка пересекались на кухне и молча ели, со страхом поглядявая друг на друга. Затем еще спустя два дня уехал Майки, чей непредвиденный отпуск сильно затянулся. — Так, если что я всегда на связи, вы это знаете. Звоните когда угодно, в особенности, если дело сдвинется с мертвой точки. Люблю вас. — обняв парней, Майкл скрылся в дверях автобуса.

***

— Что будем делать? — без особого энтузиазма спросил Джер, уткнувшись в окно, по которому стекали ручейки дождевой воды. — Ну... Сегодня выходной, а значит время подводить итоги недели — улыбаясь, Фрэнк внимательно следил за дорогой ведя машину. — М-да, подводить итоги... Если кратко, моя жизнь была разрушена, каким-то мудаком не соблюдающим правила дорожного движения, мой план полная херня, я перечитал дневник раз пять,так и не найдя ничего нового, я практически не сплю, а даже если и сплю, то просыпаюсь от кошмаров, у меня дико ноют ребра и бесит этот шрам на лбу, Майки уехал, а еще я дико голодный и... — Ну насчет голода, это проблему я точно смогу решить, да и насчет подведения итогов, я вообще другое имел в виду. «Его мучают кошмары? А этот шрам, я его даже не замечаю. Это никак не портит твое лицо Джер, ты бы знал.» — И что же? —Скрешивая руки на груди Джер уставился на Фрэнка. — Цветная паста, помнишь?

***

— И что мне делать? — Стоя смирно, пока Фрэнк завязывал на его талии фартук, Джерард разглядывал краски и все ингредиенты, выложенные на стол. — Ну, начну с истории этой традиции, — разбив два яйца в тарелку, он потянулся к муке. — Примерно полгода назад, у меня был выходной в субботу, а тебя вызвали на работу, вроде подменить кого-то, не важно. Я сидел, скучал и решил приготовить что-то необычное, так я нашёл рецепт чёрной пасты. Ты вернулся с работы весь злой и недовольный, и был таким, пока не поел. Ты сказал, что эта паста спасла твою неделю, что она такая же чёрная, как и твое настроение, что съев ее, он весь ушел в живот и тебя больше ничего не тревожит. Потом всё как-то само завертелось, и мы стали придумывать свои рецепты: сладкую пасту розового цвета или зелёную с брокколи. В общем, цвет мы выбирали исходя из твоего настроения. Я слушаю и готовлю, а ты потом ешь «эмоциональную пасту», подведя итоги недели. — Так... Интересно. И значит, я совсем ничего не делаю, просто разговариваю с тобой? — Ну почему, можешь помогать, хотя обычно ты начинаешь бросаться в меня мукой, вот и вся твоя помощь. — Вот так? — подхватив щепотку муки, Джерард бросил её в лицо Фрэнку и начал смеяться как нашкодивший ребёнок. Они бросались друг в друга мукой, совсем не думая о том, что это всё потом придётся убирать. Они были так близки, словно вернулись в прошлое, обсуждая любимую музыку, мерзкую погоду и начинку к пасте. — Ну и какой цвет? — стряхнув с щёк муку, Фрэнк расплылся в улыбке. — Думаю, синий, — задумчиво глядя в окно, сказал Джи. — Хм... И что в это вложено, какой посыл? — Ну, это олицетворение дождя, который льёт почти всю неделю, моих слёз и той глубокой бездны, в которой я оказался. — Пессимистично, но пусть все эти эмоции уйдут в пасту, мы это съедим, и всё обязательно пройдет, как раньше. — Вмешивая краситель в тесто, его руки становились сине-голубого цвета. Следя за руками Фрэнка, тщательно вымешивающими тесто, за тем, как татуировки на руках покрываются сверху синими и голубыми оттенками, словно акварелью, Джерард хотел прикоснуться к ним, испачкать и свои пальцы, переплетая их с пальцами Фрэнка. Он смеялся, а Джерард лишь легонько улыбался, разглядывая ямочки на его щеках, влажные губы и аккуратный нос; в груди что-то кольнуло, и это были явно не рёбра… — Ммм… Реально очень вкусно и так сырно, — качая головой, Джерард закатывал глаза. — Ахах, смотри, не подавись. И как… всё плохое ушло? — Конечно, Фрэнки, — накрывая ладонью руку Фрэнка, Джерард перестал жевать и, посмотрев ему в глаза, а потом и на руки, резко убрал её. — Прости... Я... — встревоженно махая руками, он залился краской. — Может, добавки? — вставая из-за стола, Фрэнк отвернулся от Джи, подойдя к плите. Между ними пробежала искра, и оба это поняли, но что делать Фрэнку? Поддаться желанию, поцеловав его, а может ли он сделать это? Помогла ли паста растопить лед или была просто вкусным ужином? Сотни вопросов вертелись в его голове, пока он накладывал новую порцию в тарелку. — Я-я наелся и пойду спать. Доброй ночи. — прошептав, он аккуратно встал из-за стола, положив вилку на тарелку. «Блять, блять, блять, этот пункт тоже провальный, да, Джерард?..» — Доброй...

***

Зачеркнув пункт «Цветная паста», Джерард раздосадованно вздохнул. Он впервые за неделю чувствовал себя хорошо, болтая о пустяках с незнакомо - знакомым человеком и уплетая действительно вкусный ужин. Но Джер так и не понял, что он почувствовал тогда глядя на его руки, но ведь он точно что-то почувствовал... «Письмо и ещё две недели...» Зачеркнув заодно пункт с хобби и хорошим сном, которого он так желал, но не мог получить даже выпивая таблетки, прописанные врачом, Джерард откинул блокнот к изножью кровати, сам устраиваясь под одеялом. У него не было желания ничего писать о сегодняшнем дне, ни о своей печали от того, что Майки уехал, ни о руках Фрэнка, перепачканных в краске, тех, которые заставили его вздрогнуть, пуская дрожь по телу. Он просто хотел поскорее заснуть. Просто спать. Поглаживая отросшие волосы, вьющиесь на концах, Джерард плавно двигался по шее вниз, едва касаясь кожи и щекоча себя подушечками пальцев. Интуитивно обходя все синяки на теле, рука неожиданно начала спускаться всё ниже, остановившись у пупка. Обведя его кругом, она продолжила двигаться по дорожке из редких волосков к резинке боксеров, пока не оказалась под ними. Закрыв глаза, Джерард впервые за долгое время перестал думать; перед глазами просто метались огоньки, то соединяясь в большое яркое пятно, то разлетаясь на сотни маленьких. Жмурясь и закусывая губу, Джи тихо вздыхал, иногда всё же срываясь на полустон-полувсхлип. Тело бросило в жар, а на лбу выступила испарина. Капельки пота стекали на и так мокрые после душа волосы, которые раскинулись по подушке. Плавно двигая рукой и задавая медленный чувственный темп, Джер чувствовал всё напряжение, копившееся долгое время, напряжение, которое вот вот выльется наружу. Подрагивая, он продолжал невесомые движения на чувствительной плоти, прикрывая рот рукой от сильных эмоций и неспособности их сдерживать. — Да... А-ах... Прогнувшись в спине от приятных ощущений, окрыляющих и дающих новый глоток воздуха, Джи совсем забылся в этой пелене и потревожил рёбра. Всхлипнув уже от боли, он откинул одеяло, пытаясь найти чем вытереться. Стало душно и невыносимо хотелось пить. Зачесав пальцами волосы назад, Джер аккуратно открыл дверь, боясь разбудить Фрэнка. Закрыв дверь уже с обратной стороны, он обернулся и увидел в полумраке читающего книгу и однозначно не спящего парня. Вздрогнув и покраснев настолько сильно, что даже в темноте его щёки светились красным, Джер поплёлся на кухню, пока внимательный взгляд Фрэнка провожал его фигуру. Наблюдая за тем, как тот набирает воду в стакан и жадно выпивает всё до последней капли, а после прикрывает лицо спадающими прядями волос, пока возвращается в спальню, Фрэнк лишь ухмылялся. «Блять… Он слышал?» Присаживаясь на край кровати, Джи не мог найти себе места, словно он окунулся в подростковые годы, когда самоудовлетворение, было чем-то неправильным, чем-то, о чем ты потом жалел и не мог вдоволь насладиться из-за стыда. Фрэнк лишь встряхнул головой откидывая все воспоминания и желания прочь, продолжая читать книгу, которую он откладывает уже месяц.