Тепло твоих прикосновений

Рук стоит, опираясь руками на спинку дивана. Чувствует, сейчас сил нет даже на то, чтобы обойти его и упасть. Он не понимает, как сумел провести собрание, выслушать новости и не рухнуть прямо перед командой. Видимо, держался на остатках силы воли и зельях Эммрика. Надо будет его поблагодарить, а еще поговорить стоит, ведь они так и не решили ничего после той дурацкой ссоры. Кто же знал, что у них попросту не будет шанса поговорить, ведь Рука забросит черт знает куда. Воспоминания о Тени вновь проходят холодком вдоль позвоночника. Липкий страх, что он не выберется, больше никогда не увидит команду, Эммрика, не сможет радоваться успехам Манфреда, снова накатывает удушающей волной. И как он ненавидел себя за последние, сказанные Эммрику слова: «поговорим, когда вернемся». И потом лишь смазанное, едва ощутимое прикосновение к пальцам. Он не хотел разговора впопыхах, но пытался показать — ничего не изменилось. Знал бы он, что в тот день не вернется, то нашел бы время посреди боя сказать, что все понимает, принимает страхи Эммрика и готов идти с ним до конца. Он готов бороться с его страхами ради их будущего. А сейчас он даже не знает реально ли происходящее, действительно он вернулся или вытащившая рука Эммрика лишь привиделась. — Душа моя? Руки Эммрика опускаются на плечи Рука. Удивительно, но Рук даже не заметил, как Эммрик зашел. Не услышал, так сильно погрузившись в мысли. И голос Эммрика надломленный, тихий, неуверенный. Если для Рука в Тени по ощущениям прошли часы, то в реальном мире все растянулось на недели. Рук разворачивается, цепляется за плечи Эммрика и целует. В этом поцелуе нет нежности, лишь горечь и отчаяние, желание почувствовать — происходящее реально. Сейчас от падения удерживают только крепкие объятия Эммрика. — Рук, душа моя, я такой глупец. Я не должен был… — Нет, — перебивает Рук, запускает пальцы в волосы, прижимается лбом к лбу. — Я должен был сказать, что не отпущу вас. Что ни годы, ни боги, ничто не сможет нас разлучить. Я знаю, что вам страшно, Эммрик, ведь мне тоже. В Тени я понял одно, что не боюсь умереть, я боюсь потерять вас. Но за возможность быть с вами долгие годы — я готов заплатить любую цену. Я люблю вас, Эммрик. Рук не дает ответить, целует снова. Эммрик необходим ему, ведь только так Рук может поверить, что вернулся. Только рядом с Эммриком ощущение, что он жив, становится таким острым и ярким. Только рядом с Эммриком Рук чувствует счастье. Он все еще умеет радоваться. — Любовь моя, — шепчет Эммрик, — я рад, что тень вернула самое дорогое, что у меня есть. Все мое оставшееся время принадлежит вам. Я люблю вас, свет мой. И я не боюсь это признать. Но сейчас вам просто необходим сон. После того, что вы пережили, даже не думайте спорить. — Только если вы останетесь со мной. — Рук понимает, сейчас отпустить Эммрика попросту не сможет, даже если с десяток архидемонов разом обрушатся на Маяк. Выпустить Эммрика из объятий выше его сил. — Я больше никогда и никуда не уйду, — улыбается Эммрик, — вы еще умолять будете, чтобы я дал вам побыть в одиночестве. — Я ловлю вас на слове, Эммрик, победим богов, а после вы переедете в мою комнату, — заявляет Рук. — Но в Некрополе мы будем останавливаться у меня, — парирует Эммрик. — Главное, чтобы без вас не заскучала Йоханна, — улыбается Рук. — От ее общества я только рад избавиться. — Эммрик толкает Рука на диван, устраивается рядом и притягивает Рука в объятия. — А пока отдыхайте, душа моя, впереди еще один тяжелый бой. Последний. — Главное, вы будете рядом. Рук не понимает, насколько сильно устал, пока не оказывается в объятиях Эммрика. Сон накрывает практически сразу, но в нем нет места кошмарам. Все они остались в Тени, а здесь и сейчас лишь теплые объятия Эммрика и обещание, может, не слишком долгого, но будущего.