Тепло твоих прикосновений

Рук просыпается среди ночи, чувствует, как его трясет, а крик застревает в горле. Огонь потух, не греет, а Рук ощущает, как его поглощает пучина отчаяния. Во сне с усмешкой над телом Эммрика стоял Эльгарнан, а Рук не мог даже приблизиться, словно, отгороженный невидимой стеной. Рук чувствует, как по щекам катятся слезы, но ему совершенно за них не стыдно. Он не плакал, когда умерла Хардинг, когда осознал, что мертв Варрик. Не оплакивал Нэв, но сейчас даже просто мысль о смерти Эммрика заставляет плакать. Его он потерять не может, просто не вынесет. — Любовь моя. — Эммрик, конечно же, просыпается моментально, кладет ладони на плечи и прижимается грудью к спине Рука. Рук хочет, но ответить не может, слова застревают в горле комом. Он лишь разворачивается и целует Эммрика. Горько, отчаянно. Он цепляется за его плечи, скорее всего, чересчур сильно сжимает их, но просто ничего не может сейчас с собой поделать. Ему нужно почувствовать, что все реально. — Прошу вас, — шепчет Рук, несколько ослабляет хватку, понимая, что делает больно, — берегите себя завтра. Если я потеряю вас, свет мой, то я не справлюсь. Я не могу не сберечь вас. Если погибнете вы, то он победит. Я не смогу жить дальше. — Вы не виноваты в их смерти. — Эммрик мягко касается губами щеки Рука, стирая его слезы. — Знаю, — отвечает Рук, — но боль меньше не становится, а страх… Мне кажется, что он становится больше. Я не могу потерять вас. Не сейчас, не так. — Рук утыкается в шею Эммрика. — Любовь моя, я сделаю все, чтобы не пострадать, но обещайте, что не позволите страху оставить меня в тылу? Я хочу быть с вами, прикрыть вашу спину. — Эммрик мягко перебирает волосы Рука, успокаивая и утешая. — Я тоже не могу потерять вас, душа моя. Эти недели… — Эммрик запинается, словно не может говорить дальше, но все же продолжает, — были самыми страшными в моей жизни. Я так боялся больше никогда вас не увидеть. Проклинал себя, что не уберег, позволил вам вытащить тот проклятый кинжал. Я впервые ненавидел магию, ведь она не могла помочь мне вернуть вас. И я понял, что просто не смогу без. — Я обещаю. Я не заставлю пережить вас это снова. Простите, свет мой, я не должен быть слабым. — Рук слегка поворачивает голову, оставляя ее на плече Эммрика, но при этом, чтобы видеть его лицо. — Но сейчас я так много могу потерять. Я готов спасти мир для вас, но я готов пожертвовать всем, чтобы спасти вас. — Я тоже. И со мной вы можете быть любым. Я хочу, чтобы вы могли быть любым. — отвечает Эммрик, а затем наклоняется, чтобы поцеловать Рука. Рук ложится обратно, утягивая с собой Эммрика. Они не перестают целоваться, а Рук чувствует, как на душе становится спокойнее. — Я не думал, что можно так любить, — признается Рук, когда Эммрик отрывается от него. — Я не верил, что это возможно, — усмехается Эммрик, а затем касается губами шеи Рука. Рук не говорит больше ничего. Сейчас все, что ему нужно — это касаться Эммрика, ласкать его и целовать в ответ. Если даже завтра им обоим суждено умереть, эту ночь отнять у них не получится никому.