Фотографии / Photographs

Прошла неделя. Неделя! Драко ни разу её не видел. Даже не слышал. Он знал, что она всё ещё в Хогвартсе, всё ещё ведёт уроки… Он не хотел смущать ее еще больше, поэтому решил не искать встречи с ней в её кабинете, где всегда была вероятность наткнуться на учеников. Наступила пятница, и Драко был в полном недоумении. — ТЕОДОР! Малфой практически кубарем скатился в поместье Ноттов. — Салазар, Драко, что во имя семи кругов Ада произошло? Ты что, нарочно пытаешься сломать себе шею? — Тео сидел на своём обычном месте с огневиски в одной руке и сигаретой в другой, а перед ним в воздухе парила книга «Ромео и Джульетта». — Я знаю, что ты не в состоянии сам себя заавадить, дорогой мой, но если ты настаиваешь, я мог бы попробовать вместо тебя! Конечно, это было бы гораздо менее грязно. Эльфы тоже убили бы меня, если бы им пришлось убирать твое массивное тело, — продолжил тираду Нотт. Драко только застонал. — Тео, я знаю, что пожалею об этом, но мне нужна твоя помощь. «Ромео и Джульетта» с глухим стуком закрылась и подплыла к столу, а Драко сел напротив Тео. Пододвинув к себе бутылку, он выпрямился и обыденно улыбнулся Драко. Блондин не собирался сожалеть об этом, он уже это делал. — Это была Гермиона. — Что, прости? — В душе. Тео осенило. — ГРЕЙНДЖЕР?! — Да, приятель, — Драко потер лицо руками. — Ты не хотел, чтобы это была Грейнджер? — Ее зовут Гермиона, Тео. — Слишком длинное имя, — Нотт взмахнул рукой. — Теодор, — практически обречённо вздохнул Драко. — Ладно. То есть ты не хочешь, чтобы это была Гермиона? — Не говори об этом в такой форме. — Приятель, плохи твои дела. — Отвали, Нотт. — О, значит, я могу быть Ноттом, но она не может быть Грейнджер? — Тео приподнял бровь и показал Драко, чтобы он уходил. — Я сдаюсь. — Да, похоже на то, — Тео отхлебнул из своего бокала, глядя на друга поверх стеклянного края. — Что, черт возьми, это должно означать? — с негодованием спросил Драко. — Да ладно тебе, Дрей, ты всегда недолюбливал эту ведьму. О, Грейнджер это… Грейнджер то… Ты видел, как Грейнджер занимается бла-бла-бла? А потом появляется эта чертова ведьма, спасает твою чертову жизнь, ты прячешься с её родителями, читаешь все её дурацкие книжки, наверное, влюбился в неё прямо там и тогда, потому что смог отбросить всю эту чистокровную чушь, и вот… и вот ты слышишь, как она зовет тебя по имени, находясь в душе, ублажает себя, а ты даже не пытаешься за ней ухаживать. Драко ошарашенно уставился на него. Тео усмехнулся. — Это всё совершенно очевидно, дорогуша Дрейси. Малфой лишь вздохнул и поднес бутылку ко рту. — Почему ты не приударишь за ней? Почему не пустишь в ход свои малфоевские чары? — Потому что, когда всё стало известно, она сбежала, и я не видел её всю неделю! — О, чёрт, она тоже знает?! — Да! — выплюнул блондин. — Это пиздец, приятель. Драко повторился и в этот раз с нажимом произнес букву «а». — Итак, что ты собираешься делать? — Ну и чёрт бы меня побрал, Тео, если бы я знал, что делать, меня бы здесь не было, не так ли? — Не ссыте, профессор Малфой. Сосредоточьтесь на трусиках профессора Грейнджер. Тео ухмыльнулся. Драко покачал головой. — Ты видишь моё лицо? — спросил блондин своего лучшего друга, указывая на себя. — На этом лице написано сожаление, о котором я говорил тебе ранее. От тебя никакого толку. Тео только усмехнулся. — Тебе следует просто постучать в её дверь. Именно это я и говорил все это время. Драко просто посмотрел на него и сделал ещё глоток. Может быть, хорошая идея придёт ему в голову, если он будет, мягко говоря, не в состоянии соображать.

***

Гермиона почти не выходила из своей комнаты всю неделю. Она была подавлена до глубины души. Она вела уроки, совершала обход и сразу же возвращалась в свою маленькую безопасную зону. Наступила пятница, и после последнего урока на этой неделе она взяла сумку с вещами и отправилась через камин на площадь Гриммо. — Миона! Не ожидал тебя здесь увидеть, — Гарри вошел в комнату, когда она стряхивала с одежды остатки летучего пороха. — Гарри, привет! Мне срочно нужен девичник. — Ни слова больше, считай, меня здесь нет, — он ухмыльнулся и медленно вышел, подняв руки вверх, как будто она была диким животным. — Прекрати ёрничать, Поттер, — Джинни шлепнула его по затылку, едва появилась в комнате. Гарри только громко рассмеялся и бросился прочь. — Я буду у Рона! — Можешь не возвращаться! — крикнула в ответ Джинни. Гермиона только покачала головой, наблюдая за ними. Честно говоря, об отношениях, которые были у её лучших друзей, оставалось только мечтать. Они были не только партнерами, но и друзьями. И они любили подшучивать друг над другом, и делали это как никто из тех, кого Гермиона когда-либо знала. Джинни сначала использовала все розыгрыши, придуманные Фредом и Джорджем, против Гарри, Гарри ответил ей маггловскими аналогами; он теперь был сертифицированным стрелком из нёрф-пистолета, развешивал воздушные шары, наполненные конфетти и блестками, чтобы утопить её в этой цветной бумаге, кидал в неё шарики, наполненные блёстками, в самые неподходящие моменты. Сначала он выбрал пейнтбольное ружье, но уборка была слишком неприятной, даже с несколькими прицельными ударами. У Джинни в волосах всегда было несколько блесток, потому что они просто не смывались. Всё на площади Гриммо блестело, и всегда приходилось использовать заклинания уборки. — Не волнуйся, я проверила это место на наличие мин-ловушек, — заговорщицки сказала Джинни, доставая бутылки с маггловской выпивкой, чтобы приготовить коктейли. — Мины-ловушки? — Да, Гарри экспериментировал с Роном и его грёбаными блестящими шариками. Теперь это что-то вроде блестящих гранат, я на днях открыла шкаф и получила таким прямо в лицо, — Джинни фыркнула. — Но я и Фред работаем над тем, как ему отомстить. — Вы двое это серьезно? — Гермиона не удержалась от смеха. — Итак, рассказывай, что случилось. — С чего ты взяла, что что-то случилось? — Потому что ты просишь о девичнике только тогда, когда хочешь напиться и признаться в какой-нибудь глупости. — Вовсе нет, — многозначительно заявила Гермиона. — Вовсе да! Так что, рассказывай, дорогуша, — Джинни протянула ей «космополитен» и бросила в стакан соломинку. — Я сделала его очень крепким, так что рано или поздно ты проговоришься. Гермиона сделала глоток и тут же закашлялась. — Годрик! Джинни, сколько водки ты в это влила? — Достаточно для достижения моих сегодняшних целей, — подмигнула подруге рыжая. — Я тебя ненавижу. — Нет, ты меня лю-юбишь! — Ты невыносима. — Я это уже слышала. — Совершенно невыносима. — А ты тянешь время. Гермиона отмахнулась от неё и сделала ещё глоток. Джинни была права. Лучше покончить с этим. — Итак, Малфой… — О Мерлин! Да! Я давно хотела спросить тебя об этом. Я слышала, что он не только профессор, но и специалист по магловедению? Гарри чуть не описался от смеха, когда мы об этом услышали. — Да, он мой новый коллега, — Гермиона вновь отпила из бокала. — Что ж, теперь вернуть его альбомы будет намного проще. —- Довольно просто, ведь он мой сосед. — Ну, всё могло быть и хуже, — Джинни пожала плечами. — Я так не думаю. — Не думаешь? — Ну что ж. Ты ведь видела фотографии, верно? Я имею в виду, он выглядел вполне, э-э-э, подтянутым? Джинни только вскинула брови, ожидая продолжения. — В общем, э-э-э, ты знаешь. Мне это показалось весьма… вдохновляющим. И, э-э-э, напор воды в замке как раз подходящий. Но, с другой стороны, стены, похоже, довольно тонкие. Гермиона посмотрела на свои ноги и сделала ещё один глоток. Джинни на несколько мгновений замолчала, но, когда к ней пришло осознание, она расхохоталась. Ей было трудно говорить внятно, она все еще смеялась, но всё же спросила. — Пожалуйста, скажи мне, что он не знал, что был твоим вдохновителем. Гермиона промолчала и сделала ещё глоток. — ДА НУ, МИН?! Ты не использовала шумоподавляющее заклинание в ванной? — Это ведь чёртов замок! Разве стены не должны быть толстыми? — Ладно… — Джинни прочистила горло. — Я всё же уточню… Тебе нравится Драко? — ДЖИННИ! — Я, конечно, знала, что он тебе нравится. Никогда бы не подумала, что он нравится тебе настолько сильно, но… я люблю, когда меня удивляют, — Джинни не стала вдаваться в подробности. — ДЖИННИ! — Что? — Не в этом, чёрт возьми, дело! — Не в этом? — Нет, ты, тугодумка! Он слышал, как я выкрикивала его имя! В душе! — Годрик, никогда бы не подумала, что ты станешь делать это вслух, — рыжая усмехнулась. — Джинни-и, — шатенка сорвалась на скулёж. — Он знает, что ты знаешь, что он знает? — Прости, что? — Гермиона закрыла лицо руками. — А Драко знает о том, что ты знаешь, что… — Да, да, он знает. Джинни только усмехнулась и сделала ещё глоток. — Я так рада, что ты находишь это таким забавным. По крайней мере, хоть кому-то весело, — раздраженно пробормотала Гермиона. — Мин, милая, это довольно забавно. — Пошла ты, Уизли. Джинни просто подняла свой бокал в воздух, чокаясь с пустотой. — Кто бы мог подумать, что сплетни башни преподавателей будут такими же занимательными, как и студенческие сплетни. — Да, кто бы мог подумать… — ответила Гермиона, и в её словах прозвучала злоба. Джинни снова рассмеялась. — Могло быть и хуже, знаешь ли. — Ты думаешь? — Кто-нибудь ещё мог услышать. — Мерлинова борода, я даже не подумала об этом. — И что же ты собираешься делать? — Напиться в стельку и постараться забыть об этом. Может быть, когда я вообще не буду ничего соображать, я придумаю, как избегать Малфоя ещё неделю. Джинни наполнила свой бокал, и её лицо озарилось коварной ухмылкой. — Что ж, тогда твое здоровье, подруга!

***

— ОЙ! — Отвали, — сказал Драко, даже не открывая глаз. Он, по-видимому, заснул, растянувшись на диване в одной из гостиных Тео, с допитой бутылкой огневиски рядом и новой в руке. — Скажи это гребаной птице за окном, приятель. — Какой ещё грёбаной птице? — ТВОЕЙ! Потому что, чёрт возьми, это письмо точно не мне, — прорычал Тео, бросая подушку в Драко. Драко попытался изменить траекторию полета с помощью волшебной палочки, но вместо этого из неё вылетела Бомбарда. Тысячи перьев разлетелись по всему помещению, как будто в комнате прошёл снег. — Придурок, ты же знаешь, что у тебя ни хрена не получается колдовать с похмелья, — Тео рассмеялся, стряхивая перья со своего лица. Драко подошел к окну, сам выплевывая перья, и впустил сову. Бросив взгляд на часы, он задумался, кто мог прислать ему записку в два часа ночи. Сова заглянула в комнату и даже не стала дожидаться угощения, просто посмотрела на Драко с полнейшим презрением и улетела. Нам нужно поговорить — завтра в два часа в Розовом саду Гайд-парка. ГГ — Это Гермиона, — ошеломленно произнес Драко и ещё раз просмотрел записку. — Гермиона Грейнджер, пьяные письма… Какой замечательный день, чтобы жить! — Тео поднял свой бокал. — Она хочет встретиться завтра в маггловском Лондоне. Малфой даже не прокомментировал пьяную реплику Тео, потому что, судя по тому, как она это написала, да, она была по-настоящему пьяна. Тео издал протяжный звук «ох» и подмигнул ему. — Ты ведёшь себя как ребёнок. Тео только пожал плечами. — А что любят говорить магглы? Никогда не взрослей, это ловушка?

***

Гермиона пожалела об этом в тот момент, как только проснулась. Подробности были довольно туманными, но она знала, что отправила Малфою записку, в которой говорилось, что им нужно поговорить. Сегодня. Прижав подушку к лицу, она застонала. Перво-наперво, у Джинни и Гарри наверняка было припасено какое-нибудь антипохмельное зелье. Она спустилась вниз, где Гарри на кухне, напевая песенку, готовил яичницу. — Доброе утро, Миона, — счастливо поздоровался он. — Я приготовил тебе настоящий английский завтрак. Гермиона не ответила, просто с глухим стуком опустилась на стул, уронив голову на стол. Она услышала, как Гарри фыркнул. — Не надо, Гарри. Ради всего святого, просто не надо. Гарри усмехнулся и пододвинул к ней тарелку. — Джин всё ещё в отключке валяется в постели, а ты почему не спишь? — Потому что я была настолько глупа, что вчера поздно вечером запланировала кое-что. Тогда это всё казалось мне отличной идеей. — Прогуляться с хорьком? О, да!.. Гермиона в шоке подняла голову. — Да, извини, Джинни мне все рассказала, когда я вернулся домой. — Сплетница! — прошипела Гермиона. Гарри только усмехнулся. — Между нами нет секретов. — Ага, конечно. Пока речь не идет о блестках, — усмехнулась девушка. — Что ж, похоже, ты уже настроилась на встречу с придурком, — задвигал бровями Поттер. — Чёрт, извини, Гарри. Просто это слишком. — А ещё у тебя похмелье, — заметил он и встал, чтобы порыться в шкафу. После нескольких попыток он вытащил несколько флаконов. — Вот, возьми парочку. — Спасибо, ты лучший, — Гермиона осушила два пузырька и через пару минут почувствовала, что зелье начало действовать. Туман рассеялся, тошнота прошла, а головная боль исчезла. Как только она почувствовала себя хорошо, она набросилась на тарелку с едой. — Итак, тебе нравится хорек. — Сейчас мы это обсуждать не будем, Гарри. Он только усмехнулся. — А нам и не нужно, Миона, Джинни уже всё со мной обсудила. Гермиона отмахнулась от него и встала. В горле у неё пересохло, а чай, который принес ей Гарри, до сих пор был слишком горячим. Она потянулась к шкафчику, где, как она знала, стояли бокалы, и услышала крик Гарри, но, прежде чем до неё дошло, что он кричит, она уже открыла дверцу. И получила тучу блёсток в лицо. Гарри упал со стула от хохота. — Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — Гермиона попыталась стереть блеск со своих глаз. — Нет-нет, Миона, не трогай это. На них заклинание, и как только ты коснёшься блёсток, они начнут множиться, — Гарри выговаривал слова с трудом, его продолжал душить хохот. — Чёрт тебя побери, Гарри! — Потряси головой! Гермиона покачала головой, пытаясь избавиться от этого ощущения. Гарри, наконец, схватил палочку и наложил контрзаклинание. — А ты не мог сделать это сразу? — протянула Гермиона. — Извини, я как-то забыл об этом, — Гарри поморщился, но в его глазах был виден смех. — Я иду в душ, — проворчала она. — Можно попробовать ещё один Скорджифай. — Пошел ты, Гарри. — Люблю тебя, — пропел тот в ответ. — ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР! Они оба подняли глаза и увидели Джинни, стоявшую на верхней ступеньке лестницы. — Это моя реплика! Гарри ухмыльнулся и с громким хлопком трансгрессировал.

***

Гермиона любила розовый сад. Она решила подождать у входа, чтобы убедиться, что они не разминутся. Он даже не ответил на её записку. Придет ли он вообще? Ей не хотелось думать о том, что он вообще не захочет приходить. Нынешняя ситуация была и без того ужасна. Девушка огляделась по сторонам, пытаясь найти в толпе белокурую шевелюру. Начал моросить дождь, и в парке было не так много людей, так что заметить его было бы довольно легко. Ожидание казалось вечностью, а нервы накалялись все сильнее и сильнее. Что, во имя Годрика, она делала? Натянув капюшон на свои кудри, так что несколько прядей выбились наружу, она еще раз огляделась. В нескольких футах от неё остановился мотоцикл. Парень, сидевший на нем, очевидно, забыл надеть куртку, потому что чёрная рубашка прилипла к его телу из-за дождя. Гермиона могла видеть, как под мокрой тканью проступают мускулы его груди. Рукава обтянули его бицепсы, когда он провел своими большими руками с пальцами, унизанными кольцами, по мотоциклу. Ведьма сглотнула, находя эту сцену по-странному возбуждающей. Она видела, как напряглись его бедра, удерживая мотоцикл на месте. Он потянулся за своим шлемом, и Гермиона поняла, что ей нужно отвести взгляд, потому что она открыто пялилась на мужчину, но глаза отказывались подчиняться. Она была очарована. Как только из-под шлема показалось его лицо, Гермиона отшатнулась. Волосы были светлыми, глаза — такими же грозовыми, как небеса над головой, а ухмылка — той самой, которая преследовала её и в радости, и в горе. Драко Малфой на мотоцикле. Какое, чёрт возьми, зрелище. — Запрыгивай, — он достал из-за спины запасной шлем и протянул его ей. — Прошу прощения? — запинаясь, пробормотала Гермиона. — Ну, сейчас не совсем подходящая погода для прогулки по открытому саду, поэтому я подумал, что мы могли бы прогуляться и поговорить в оранжерее? — Вообще-то, это отличная идея, но… э-э-э… мотоцикл? — Гермиона, до меня дошли слухи, что ты летаешь верхом на драконе, — протянул Драко. — Это не основной мой способ передвижения, — съязвила она. Драко усмехнулся. — Где же твоя гриффиндорская храбрость, Гермиона? — Закончилась! — ведьма посмотрела на свои туфли, пиная несуществующий камешек. — Итак, маленькая львица потеряла свою храбрость. — Мне просто не нравятся твёрдые предметы, с которых можно упасть и разбиться насмерть. Например, мотоциклы. И… и метлы. И драконы! Мы могли бы поехать на такси? — О, ты хочешь сказать, что предпочла бы прокатиться в жестянке смерти? — последние три слова были произнесены нараспев, а на его лице отразилось отвращение. — Жестянка смерти? Драко, ты преувеличиваешь, — она скрестила руки на груди и посмотрела на него так, словно он был одним из её учеников. — Ты ведь общаешься со своей матерью, верно? Когда-нибудь имела удовольствие проехаться с ней в автомобиле? — Гермиона фыркнула. В этом он был прав. Драко тоже фыркнул и ткнул ей в руки шлем. — Я буду ехать медленно, обещаю. Гермиона вздохнула. — Правда обещаешь? Мужчина приложил руку к сердцу поверх уже полностью промокшей рубашки. —- Обещаю. Эти глаза. Она могла потеряться в них. Мысленно встряхнувшись, ведьма взяла шлем из его рук. — Ты ведь знаешь, что есть заклинание, которое сохранит тебя сухим, верно? — О, конечно, я знаю, — ухмыльнулся он. Естественно, этот ублюдок знал.

***

— Как мне на него запрыгнуть? — спросила его Гермиона. Она надела шлем после того, как Драко объяснил ей, что он магически усилил их, чтобы они могли общаться. — Перекинь одну ногу. Смотри, — он указал на подставки для ног, — поставь их сюда. Да, вот так. Гермиона сделала, как он сказал, и неловко села позади него. — Придвинься немного ближе. Так она и сделала. — Ещё ближе. — Э-э-э… куда ближе? — Ближе, и положи руки вот сюда, — Малфой схватил её за руки и обернул их вокруг себя. — О, э-э, точно. — Держись крепче. У него хватило смелости сделать это только потому, что она не могла видеть его лица, но, если бы она сосредоточилась как следует, то наверняка почувствовала бы, как учащенно бьется его сердце. Драко нравилось чувствовать, как её руки обвиваются вокруг него, а бедра слегка сжимают его спину. Она прокомментировала его мокрую рубашку, и, хотя он не специально забыл куртку, он видел, как на него пялились женщины, когда он подъезжал к саду, поэтому просто смирился с этим. И это принесло свои плоды. То, как Гермиона смотрела на него? Салазар, как хорошо, что ему не пришлось слезать с мотоцикла, потому что это было бы довольно смущающее зрелище. Они медленно поехали к оранжерее. Первые несколько минут были наполнены тихими вздохами беспокойства, но постепенно они сменились вздохами восторга. Драко набирал скорость каждый раз, когда слышал восторг Гермионы. — Тебе нравится? — Мне действительно нравится! Но… Может быть… Не будем ехать быстрее? Пожалуйста? Драко улыбнулся. — Я не буду. Прости, я буду помедленнее. — Нет! Не надо! Это прекрасно. И так оно и было. Это было прекрасно.