Aurora Borealis

Юнги стучится в дверь домика, где проживают Хосок и Чимин. Дверь ему открывает Хосок в чёрной майке и спортивных штанах, и Юнги оказывается не готов к этому зрелищу морально. Капитан Чон довольно худой, но наличие бицепсов это не отменяет, и Мин ловит себя на том, что пялится на них. — Можно я. можно мне?.. — начинает мямлить он. — Намджуну с супругом нужно поговорить, — наконец, собирается Юнги с мыслями, — а на улице не очень располагающая к прогулкам погода. — Конечно, переждите у нас, — отвечает Хосок. — Чимина всё равно нет. Можете посидеть на его кровати. Хотите сделаю вам чаю? Юнги осознаёт, что они с Капитаном Чоном будут только вдвоём, и немного робеет. Но всё-таки он взрослый мужчина и способен сделать над собой усилие. — Буду, спасибо. Ко мне можно обращаться неофициально, я ведь младше вас. — Ты тоже можешь говорить мне «хён» — Хосок включает чайник для кипячения воды и берётся за заварку. — Мне нравится этот таёжный чай. Там можжевельник, мята, липа и листья дикой малины. — Звучит отлично. — Неуверенно откликается Юнги, осматривая комнату, — он не большой знаток чая. В комнате Хосока и Чимина всё на своих местах. Чисто и уютно. У них с Намджуном тоже хорошо, но будто бы чего-то не хватает. А здесь более обжито. Но в чём секрет, Юнги пока не понимает. Может быть, в присутствии Хосока? — У меня есть одна слабость, — признаётся Хосок, насыпав заварки в чайник, — люблю сладкое. С детства. Он достаёт из шкафчика у стола упаковку печенья, видимо, купленного в аэропорту, потому что на красной упаковке синие буквы на норвежском, и плитку шоколада. — Я тоже люблю сладкое, — говорит Юнги, и он не лукавит, чтобы казаться ближе к капитану Чону. Он действительно любит сладкое, особенно, булочки со сладкой бобовой пастой и инчжолми*. Но за неимением их и от европейских вкусностей не откажется. — А где Чимин? — Интересуется Юнги. — Можно сказать, на свидании — Хосок смотрит на Юнги прямо и улыбается ему. Впервые Юнги видит, как Хосок так открыто улыбается; не на ходу, не в сторону. И смотрит на него, а не, как обычно, мимо. Сердце Мина делает небольшое сальто. — Свидание это хорошо, — говорит он скорее от смущения и чтобы что-то сказать. — С этим не поспоришь. — Вы действительно считаете меня привлекательным? — внезапно задаёт вопрос Хосок, ставя чашку с дымящимся напитком рядом с Юнги на тумбочку у кровати Чимина. — Я слышал, как вы шептали об этом Намджуну. Невольно. Юнги так неловко, что он готов сквозь землю провалиться. Он-то был уверен, что его эскапады остаются незамеченными Хосоком. — Вы тоже мне нравитесь — говорит Хосок, не дожидаясь ответа, и подходит к Юнги ближе.

***

Намджун и Сокджин сидят молча уже какое-то время. Сначала Намджун настоял на том, чтобы покормить Джина с дороги в столовой. После они направились сюда: в домик Юнги и Джуна. Ни один из них не решается открыть диалог. Намджун молчит, ожидая справедливой бури, и вообще боится испортить ситуацию, сказав хоть слово. Джин же, хотя эмоции в нём ещё не улеглись, не знает, с чего начать. Пауза затягивается. Намджун ёрзает на своей кровати и бросает быстрый взгляд на Сокджина, который сидит напротив, на кровати Юнги. — Джини…прости ме- — Как ты мог так сбежать?! Произносят они практически синхронно. Намджун тут же замолкает, а Сокджин набирает воздух в лёгкие перед тем, чтобы продолжить. — Как ты мог уехать и не предупредить меня?! Поставил перед фактом и бросил трубку! Ты готовился к этой поездке за моей спиной и даже ни разу тебе не пришло в голову сказать мне о том, что ты уезжаешь на Северный полюс?! Намджун часто моргает и слушает. По опыту он знает: лучше дать Сокджину высказаться до конца. В голове совсем некстати пробегает мысль, что Джин прекрасно выглядит в этом толстом свитере с горлом грязно-белого цвета. — Тебе не пришло в голову, что я буду волноваться и не находить себе места?! Что я буду накручиваться себе и надумывать? Ты что, знаешь меня первый день?! У нас был на следующий день сеанс с доктором Ли, а ты просто сбежал, как школьник с уроков! Обида подступает к горлу и Джин теребит свитер, а потом вскакивает и рывком достигает окна. Он смотрит в него невидящим взглядом и переводит дыхание. Намджун по-прежнему молчит. То, что Джин приехал сюда за ним на Северный полюс, кажется ему нереальным. Словно Джуну это снится. Он не готов к этому разговору, но он прекрасно понимает, что его нельзя избежать. Сокджин расстроен и это ещё мягко сказано, — он уязвлён. И Намджун чувствует сильную вину из-за этого. Ему очень хочется подойти к окну и обнять мужа за плечи, но он почти уверен, что это неуместно. Джин его оттолкнёт. Вдруг они уже вообще на той стадии, где ему нельзя касаться Сокджина? Но он приехал сюда, он расстроен, разве это не доказательство, что ему не всё равно? Однако, может быть, Намджун своим поступком так разочаровал супруга, что тот его не простит?.. — Прости, — голос Намджуна звучит хрипловато, — я поступил глупо. Даже отпираться не буду, что я струсил, испугался, запаниковал. Наши отношения были не в лучшем состоянии, но, когда ты привёл в дом доктора Ли, мне начало казаться, это начало конца и наш развод просто дело времени. А когда я лажал на сеансах, я думал, что лишь приближаю его. Я сбежал, потому что хотел оттянуть неизбежное. — С чего ты взял, что я хочу развода? Те, кто хотят развода, ищут адвоката, а не семейного терапевта. Я видел, что ты несчастен, видел, что наши отношения в кризисе, и решил попробовать это исправить. Я боялся, что ты откажешься от психотерапевта, поэтому решил пусть его приход будет шоковой терапией. — Не уверен что это так работает, — почти шёпотом откликается Намджун, — ты же знаешь, как я отношусь к семейной терапии и почему… — Намджун, мы не твои родители. У нас всё по-другому. И сеансы у психолога это не путь к разводу, а наоборот. Ты говоришь, что лажал там. Это не то место, где есть правильное поведение и правильные ответы на вопросы. Никто не считал, что ты делаешь, что-то не так. — Не знаю. я запутался… Я не хотел признаваться даже себе, что совершил ошибку, уйдя из большой журналистики и став рядовым редактором. А потом, когда я это осознал, я испытал огромное чувство вины перед тобой, ведь я обещал тебе не ездить в эти поездки и проводить больше времени с тобой. Поэтому я продолжил жить не своей жизнью через силу, и скоро это меня …сломало. Сокджин оборачивается. Намджун сидит, опустив голову и выглядит подавленным. В самом уголке души Джина поднимается не слишком приятное чувство вины за то, что он, пусть и немного, но давил на мужа, чтобы тот оставил любимое занятие. — Тебе следовало сказать, — Сокджин говорит уже спокойнее. — Я не хотел делать тебя несчастным и не хотел тебя терять, поэтому я согласился на это. — Мы могли бы прийти к компромиссу. Это не какая-то нерешаемая задача. Но знаешь, как мне было обидно, когда я осознал, что за моей спиной ты вернулся к своему любимому делу и долго готовился к поездке втайне? — Это не было так уж долго, скорее спонтанно, — пытается оправдаться Намджун, — подвернулась возможность этой экспедиции, и я за неё ухватился. — Лишь бы не решать проблему в отношениях, да? — Сокджин звучит горько. — Сбежать от меня? — Сбежать от развода! — Я не хотел разводиться. Но когда ты вот так меня бросил, решил, что ты не вернёшься ко мне и что развода хочешь ты. — Нет! Нет! Ты что… — Намджун вскакивает с кровати и делает шаг по направлению к окну. — Потерять тебя было бы самым ужасным, Джини. Я готов был бежать на край света, чтобы отсрочить это. — Можно было просто поговорить. Можно было даже сказать, что тебе нужно уехать, но, как только ты вернёшься, мы снова попробуем решить наши проблемы. И тогда я бы не сходил с ума. Знаешь, сколько я пережил за эту неделю? — Прости. — Намджун в нерешительности делает ещё один небольшой шаг. — Я просто идиот. Я принял решение на эмоциях и в одиночку. Мне не надо было …но я не думал тебя бросать. Меньше всего на свете мне хотелось бы расстаться с тобой. — Я тоже не хочу развода. — Говорит Ддин. — Я готов был испробовать все средства, чтобы этого избежать. Сокджин разворачивается к Намджуну корпусом, и Намджун бросается к нему. Они обнимаются и стоят так какое-то время, просто наслаждаясь близостью. — Прости меня, прости … — шепчет Намджун. — И ты прости меня за то, что не сразу увидел, что тебе плохо без твоих сумасшедших поездочек. И за то, что принял решение о психологе без тебя. — Тебе незачем просить прощения, — Намджун сжимает свитер Джина на спине от переполняющих его эмоций. Они примирительно целуются и садятся на кровать Намджуна, держась за руки. Намджун начинает расспрашивать Сокджина о том, как тот узнал, где он, и как Джин добирался до полярного лагеря. Сокджин начинает свой долгий рассказ с улыбкой.

***

Чимин стоит у бухты фьорда, задрав голову. Ему следует сфотографировать редкое явление и камера при нём, но сначала ему хочется насмотреться, что называется, вживую, лично, а не через линзу фотоаппарата. — Как будет Aurora Borealis по-английски? — Спрашивает Чимин у Дори. Она переводит взгляд с неба на парня и отвечает: — Northern Lights. — Северные огни, — вторит ей эхом Чимин, — но с научной точки зрения они не только северные, потому что. — Северное сияние видно также на Южном полюсе, — подхватывает и договаривает за него Дори со смехом и показывает ему язык. Чимин негромко смеётся. — Ты ужасно милая. — Ты тоже, Чимини. — Мне нравится, когда ты называешь меня Чимини. Они оба снимают небо и друг друга на фоне всполоха. Аврора сегодня не такая большая, скорее скромных размеров, разных оттенков зелёного. Но всё равно это очень красиво. — Надеюсь, мы ещё увидим Северное сияние в этой поездке. — Конечно. И не раз. А если повезёт, то и фиолетовое.

***

Когда их губы размыкаются, Юнги говорит: — Вообще-то я не целуюсь на первом свидании. Я не такой легкомысленный. — Формально это не свидание, — деловито поправляет его Хосок с улыбкой. — Так что не считается. Он притягивает к себе Мина за талию и снова впивается в его губы своими. И у Юнги на это нет совершенно никаких возражений.

***

— Я хочу увидеть кита, — говорит Чонгук, перебирая волосы Тэхёна. — Думаешь нам повезёт? — Должно. Нам просто нужно будет заплыть подальше. Было бы неплохо, если бы оператор был с нами. — Да, надо будет договориться. — Ты хотел бы в будущем детей? — Спрашивает Тэхён у Чонгука. — Конечно, даже может быть двух. Мальчика и девочку. — Но тогда нам придётся на время прекратить ездить в экспедиции. — Мы что-нибудь придумаем — уверенно отвечает Чонгук. — С ними могут побыть наши родители. Или моя сестра. — Да, я думаю мои не будут против. — И мои. Вот съездим в Южную Америку в следующем году, и можно будет подумать о детях более серьёзно.

***

Следующие дни Сокджин проводит с Намджуном в полярном лагере. Он ходит вместе с ним на работу и наблюдает за тем, как его муж увлечён тем, что он делает. Он даже начинает гордиться им ещё больше. — Ты мог бы ездить в свои поездки, как и раньше — предлагает Джин как-то вечером когда они сидят в домике после ужина. — Просто не так интенсивно. И я мог бы меньше сниматься. Так мы будем видеться чаще, но при этом, каждый будет заниматься тем, что ему нравится. — Согласен, это разумно. — В конце концов, так у нас будет больше шансов скучать друг по другу — добавляет Джин посмеиваясь. Они с Намджуном оккупировали этот домик и теперь Юнги приходится жить у Хосока и Чимина. Впрочем, Чимин тоже не каждый раз приходит ночевать. И тогда Хосок и Юнги пользуются этим моментом, чтобы побыть вдвоём. — Вы можете не скрываться, — как-то посмеиваясь говорит Чимин Юнги и Хосоку, когда возвращается в домик за чем-то и застаёт старших за поцелуем, — я уже давно догадался.

***

Как-то вечером Северное сияние показывается снова. Чимин зовёт их всех чтобы полюбоваться на небо. Юнги берёт с собой камеру, остальные снимают на телефоны. Но вскоре они убирают их и решают наслаждаться моментом. На небе красивые всполохи зелёного и красного цвета, они то вспыхивают, то гаснут, то мерцают. Это похоже на волшебную зимнюю сказку. Словно происходит какое-то чудо, а не физическое явление природы. Чимин думает о том, что ему надо бы пойти к Дори, которая ждёт его в своём домике. Тэхён и Чонгук стоят рядом, почти касаясь плечами, в одинаковых позах. Они смотрят на небо и думают о своём. Хосок, который стоит около Юнги подходит к нему ближе, засовывает свою руку в его карман, нащупывает руку младшего и сжимает её. Тот смотрит на него и улыбается, закусив щёку с внутренней стороны щеки. Намджун обнимает Сокджина за плечи, а тот прижимается к нему боком. Если бы не неуёмная тяга мужа к приключениям и их размолвка, он бы никогда не увидел такое великолепие. В этот момент на небе вспыхивает ещё одна полоска, на этот раз сине-фиолетового цвета. Чимин ахает и начинает звонить Дори, чтобы она поскорее пришла и увидела это своими глазами. — Это очень редкое явление — говорит он всем присутствующим. Хосок помогает Юнги достать камеру из чехла. Намджун смотрит на разноцветное и у него в душе возникает приятное предчувствие, что всё у них с Джином будет хорошо.