Жизнь 354

Бар не вылезал из минуса. Месячные растраты были очень большими. Нам Гю уже не знал, что делать, когда Субон спокойно переводил ему деньги, а потом ещё плюсом на его растраты. Нам Гю ничего не мог дать взамен. Раньше все было иначе: Нам Гю заработает свою маленькую сумму, купит на них шоколадки Таносу и придёт довольный. А теперь он возвращался со стопками бумаг, которые нужно заполнить, а потом попросить у фиолетового оплатить. Такая жизнь не устраивала Нам Гю. Особенно стало неловко, когда у Субона самого начали заканчиваться деньги. - Стой, у меня здесь на карточке пусто. - останавливает парня Субон, когда тот потянулся взять кредитку с полки. Концерты сейчас нигде Танос не проводил, потому что были проблемы рабочего характера здесь, которые надо было решать. Субона ни разу не смутила просьба длинноволосого о деньгах. Он молча кивал и продолжал заниматься своими делами. Зато у Нам Гю от каждой просьбы челюсть сводило. Были мысли пойти работать куда-нибудь и зарабатывать хоть что-то - не получилось, Субон запретил. - Ты до часу ночи не вылезаешь из своей бухаловки, отдыхай, пожалуйста, хотя бы днем! - они ругались по этому поводу. Сильно ругались. - Да не могу я так! У меня ничего не получается, хреновый из меня бизнесмен. - Нам Гю уселся на диван и опустил голову вниз, закрыв лицо руками. - Эй, man, - Танос уселся рядом - ты же помнишь сколько раз проваливалась моя карьера? Я даже сдохнуть хотел. Не все сразу. Танос убрал прилипшие руки от лица Нам Гю, посмотрел в эти бездонные глаза. Субон жил им, готов был отдать все. - Ага.- потянул виновато Нам Гю, тяжело вздохнув - My love, пока Танос рядом, тебе нечего боятся. - рэпер засмеялся, схватив парня за щеки, начиная целовать. Дела в гору не шли, проблемы росли ещё больше и Нам Гю, когда пришёл счёт за свет, а заработал он в два раза меньше, к Таносу обращаться не стал. Нам Гю любил занимать. Далёкие годы назад у него было много людей, которым занимать было за милую душу. Таких людей он ловил в Пентагоне, у которых были деньги, а потом умолял занять. Конечно завязал с этим и люди рассосались по своим углам. Кого-то посадили за кражу, кто-то взялся за ум, а чей-то номер до сих пор хранился в телефонной книжке. Имени его не помнил, помнил отвратительный грубый голос и сумму, которую он разрешил ему взять. Отдал все по честному, заняв у другого. Нам Гю был хитер в этом плане: занимал сначала у одного, затем, когда срок подходил к концу, у другого. С каждым разом занимал все меньше, пока не оплачивал. Взять небольшую сумму денег, раскрутить бар ещё раз и вернуть все с прибыли. Субон не узнает, а деньги появятся и все станет как прежде. Мужчина тепло поприветствовал парня, сказал, что тот расцвел, что стало все хорошо. Но только вот мужчина то был этот не простой. Занимал Нам Гю, потому что тот валялся обкуренный на асфальте и единственное, что могло ему помочь, это хоть какая-нибудь бумажка на еду. От таких ничего и не возьмёшь и терять им нечего. Увидев статного парня со своим бизнесом и хорошей квартирой, можно было поиграть по-другому. Занял много денег, свалив на то, что мол вернёшь, как появится. Представился не собой, представился другим: добрым, отзывчивым, хотя свой план уже продумал раз 10. Нам Гю не думал, его задача была найти деньги, развернуть свою экономику и быть похваленным Таносом, которого длинноволосый тоже хотел содержать. И все эти розовые очки, которые не спадали с Нам Гю создали такой бредовым мир, который бы не создали наркотики. - Чё ты такой весёлый? - усмехнулся Субон, увидев светящегося Нам Гю, что стало за последнее время редкостью - Да просто. - кошак подполз к рэперу, потянув фиолетовые волосы на себя, и Субон повёлся на все это, усадил к себе на колени и не думал. Только ничего не выходило. Занял сначала один раз, затем второй, потом третий. Каждый раз возвращался с улыбкой, уже какой-то странной и сумасшедшей, от которой становилось даже жутко. Танос не верил в мистику, но смотреть на Нам Гю с таким лицо, создавалось ощущение, что это не он. А потом бармен стал пропадать. Не отвечал на сообщения, звонки. Приходил уставший, сразу ложился спать. Он был здесь, но в то же время - нет. - Пошли в кино. - привлекает Субон внимание к себе, потому что уже соскучился по своему кошаку. - Не могу, - Нам Гю листал что-то в телефоне - много дел. И между ними встал какой-то холод, которого Танос никогда не ощущал. Нам Гю был тактильным, а теперь убирал руку, когда тот ложился на него. Дёргал плечами, заставляя Таноса перестать на нем лежать. Было это все так тяжело воспринимать. - Нам Су, my boy, я начал мёрзнуть, обними меня. - потянул Танос, умоляя Нам Гю развернуться к нему - Мне завтра рано вставать. - отрезал длинноволосый и уснул. Очки разбились, когда огромные долги, которые не окупились, а этот мужик обещал ему миллионы, выросли чуть-ли не в миллиарды. Все было продуманно и бар попал в бермудский треугольник, в который Нам Гю посадил себя сам. И он не мог ничего сделать, потому что возвращался в начальную стадию. И не думал он уже о Субоне, он засыпал и думал, где бы заработать. Устроился на заправку, скрывая от рэпера, работал там целые сутки, пока в баре торчал Мин-Су. Все деньги откладывал на долг, а потом начал занимать и у Мин-Су. Это все переросло в игру, зависимость. Хорошо было бы успокоить, прижать к себе, заставить включить мозг, но Танос сам не знал что делать. Приходил в бар и все было нормально, Нам Гю работал, вроде как шутил, а потом снова холодел. - У тебя снова проблема с деньгами? - Танос посмотрел на парня, встречая снова пустые глаза. Субон уже сам скулил от недостатка внимания. Его перестали греть ночью, забираться без особой причины на колени, обвивая руками. Перестали кусать и ставить неловкие засосы, оправдываясь тем, что он просто вкусный. Прекратились посиделки с чаем, сплетни, просто жизнь ушла. У них закончились отношения, это все стало просто какой-то дружбой, либо обычной семьёй, которая расписалась по залету. - Да все нормально. - отмахнулся длинноволосый, поправив очки - Тогда поцелуй меня. - Танос схватил его за руки, нервно поглаживая. Нам Гю понял, что забыл. Забыл про самого дорого человека в своей жизни. Забыл про своего идиотского кота, который соскучился. Пошатнувшись, он улыбнулся и потянувшись на носочках, прижался своими сухими губами к его розовым. Это был их последний поцелуй. На следующий день в бар заявился этот мужчина. Украдкой прошёлся по Нам Гю, провел пальцем по лакированной барной стойке. Он договорился о встрече. Хотел кое-что обсудить. - Но ты же сказал, что верну тогда, когда появятся - растерянно начал Нам Гю. - Документ? - мужчина оскалился. И тут то стало ясно, что Нам Гю лохонулся. Тут стало видна вся сущность и то, что теперь вся судьба Нам Гю зависела от него. Парень захлопал глазами, пытаясь найти хоть какой-то аргумент. - У меня сейчас нет денег. - бармен боялся смотреть ему в глаза. - можно и не деньгами - стало страшно. Широкие плечи, голодный взгляд и жуткая самодовольная улыбка. Он потянулся к своим джинсам, заставив Нам Гю дрожать, как напуганный кролик. - Лучше убей. - отрезал бармен. Мужчина остановился в пару сантиметрах от Нам Гю. Он был выше, даже выше Субона. Пальцами провел по тонкой шее. Нам Гю молча отошёл. - Смысл мне тебя убивать? Так неинтересно. Слышал, ты живёшь не один? Последняя фраза током прошлась по спине. Он понял, что проиграл, понял, что за этим стоит не один человек. Убить, прикрыть и ничего. И почему сейчас, сейчас в этом баре, когда было уже поздно он осознавал свою ошибку. - Не трогай его. - почти не дыша прошептал Нам Гю. - Тогда плати. Измена не прощается ничем. Это измена чувствам, измена любви. Ведь она же была между Таносом и Нам Гю, пускай не такая, как у всех, но была же. Мужчина схватил парня за ремень, впился губами в его. А выхода другого не было. Самое дорогое в жизни Нам Гю был Танос. Он не ценил его. Не ценил его помощь, не ценил его бессонные ночи, когда тому было плохо. Субон всегда бы помог. И если бы Нам Гю ему рассказал, то Танос бы посмеялся, прижал к себе и стало бы легче. А теперь, чувствуя отвращение от чужих прикосновений, он молчал, забывая о том, что было между ними. А может было и к лучшему, что Субона потянуло в бар. Как тогда, годы назад. Хотел зайти, проверить, потрепать по макушке, рассказать глупую шутку, сказать, что деньги – это мелочь. Это все и есть счастье. Субон остановился на пороге. Дальше идти не хотел. Ему показалось, что его волосы выцвели, что мир полностью треснул. Улыбка спала с лица. Дверь открывается бесшумно, потому что сам же Субон смазывал эти петли. Поэтому парень стоял и молча наблюдал, как с Нам Гю падает, Таноса же, футболка. - Теперь понятно. - Субон сказал это так тихо, но Нам Гю услышал. Нам Гю его везде услышит. Мир замер. Нам Гю молчал и Танос не мог уйти. А ощущение, что все ниточки между ними просто оборвались и внутри стало пусто. Все ночи, все шутки, все дни, проведённые вместе, все ссоры, все, что они пережили, все рассеилось. Субон правда верил, что его любят, а теперь не имел право ни во что верить. Он не кричал, не закатил истерику, ничего. Просто закрыл за собой дверь, забрав с собой всю жизнь.