Жизнь преисполнена магии

Заманчивый аромат завариваемого кофе ворвался во влажный лондонский воздух и тут же привлек внимание Джона. Врач устало брел на квартиру на Бейкер-стрит после долгой тяжелой смены в хирургии и чувствовал, что отчаянно нуждается в чем-то тонизирующем, чтобы дойти домой. «Немного кофеина не помешает, — подумал он, словно по наитию отвечая на манящий аромат. — Тем более Шерлок хочет, чтобы я сопровождал его на дело ночью». Статистическая возможность такого поворота событий убедила Джона свернуть с намеченного пути и последовать за притягательным запахом. Кофейню окутывал привычный богатый аромат жарящихся бобов, но Джон сразу понял, как только ее увидел, чем-то она очень отличалась. Во-первых, он не мог не задаться вопросом, почему никогда раньше ее не замечал, хотя каждый день проходил мимо. Пусть он не был ни Шерлоком, ни Майкрофтом, все же считал себя достаточно наблюдательным и решил, что все дело в неприметном входе с блеклой старомодной вывеской, гласившей “Кофейный магазинчик”, нелепо втиснутыми между двумя большими и яркими офисами. Возможно, причина даже крылась в прохожих, которые, казалось, скользили взглядом мимо непримечательного фасада, словно вовсе не утруждались посмотреть на него. В чем бы ни была причина, Джон решил, что ему все равно. Он не Шерлок, в конце концов. У него не было необходимости разгадывать каждую попадающуюся на пути загадку. Пока никто не пострадал или не находился в опасности, он предпочитал оставлять все как есть. Поэтому просто открыл дверь в поисках так необходимой жидкой энергии, даже не задумываясь, что к чему, как бы сделал, он не сомневался, его друг и сосед по квартире. Тем не менее любопытная двойственность кофейни поразила Джона, как только он вошел. В отличие от мрачного выцветшего фасада, интерьер лучился светом, красками и уютом. Джон не видел, чтобы кто-то входил в кофейню и решил, что она будет пуста, но как ни странно он ошибся. Джон обнаружил, что за столом сидели несколько посетителей и пили из настоящих кружек, а не привычных стаканчиков на вынос. Он не мог не обратить внимание на то, что они смерили его настороженным взглядом, но тут же, пожав плечами, вернулись к своим напиткам и продолжили разговор. Но не это показалось Джону самым странным. Он знал, что в городе есть много мест без возможности забрать еду с собой и что всегда найдутся те, кто не доверял незнакомцам. Нет, больше всего Джона заинтересовала их странная одежда. «Почему они в плащах?» — в легком замешательстве подумал он. — «Может, они все члены какой-то театральной труппы или клуба или еще чего?» — попытался он найти разумное объяснение. Однако от чрезвычайно нетипичной… даже для Лондона одежды его отвлек довольно мечтательный голос. Повернув голову, он обнаружил привлекательную блондинку, стоявшую за барной стойкой. Ее обворожительная улыбка привлекла внимание, и он не сразу заметил у нее на шее бусы и такие же серьги, которые, похоже, были сделаны из настоящих кофейных бобов. Как и плащи, это были весьма необычные модные атрибуты, но Джон вдруг понял, что они ей шли… и он не мог отрицать, что они подходили к месту. — Вы солдат, — отметила девушка мягким, но довольно сухим тоном. Джона заинтриговало это интуитивное заявление, и он в изумлении уставился на девушку, не переставая задаваться вопросом, встретил ли он Шерлока в женском обличии — еще кого-то, кто так же мог рассказать о человеке все, лишь взглянув на него. — Я сразу могу понять по количеству мозгошмыгов, — добавила девушка, уверенно кивнув, от чего ее уникальные серьги слегка покачнулись. — Впрочем, не волнуйтесь. У нас у всех они есть, особенно сейчас. Поэтому, вам тут самое место. — И прежде чем Джон успел понять смысл этого ошеломляющего заявления, она представилась: — Я Луна… Луна Лавгуд… а вы? — Она протянула руку и выжидающе замерла, пока он не справился с недоумением и не пожал миниатюрную ладошку. — Джон… Джон Ватсон, — он замолчал на мгновение, затем добавил: — Доктор Джон Ватсон… — Хотя потом внутренне скривился от очевидного желания впечатлить девушку своей должностью. Он просто не смог сдержаться. Хоть она и была несколько необычной, она была довольно привлекательной… и к тому же очень милой. В любом случае она не была просто еще одним Шерлоком. «И слава Богу!» — с чувством подумал Джон. Тем не менее не мог отделаться от мысли, что бы его друг узнал о девушке, будь он здесь. В конце концов, у детектива была просто обескураживающая способность читать встречающихся ему людей… несмотря на то, что это их крайне раздражало. Впрочем, все мысли о соседе по квартире испарились у Джона из головы, как только девушка обворожительно ему улыбнулась. — Ох… так вы целитель. Это прекрасно! — ответила она с искренним восторгом в голубых глазах. Ее взгляд стал чуточку лукавым, а в голосе закрались дразнящие нотки. — Что ж, доктор Ватсон, что бы вы хотели? Джон отчаянно пытался не обращать внимания на то, как его сердце пустилось вскачь не только от неожиданно восхитительных ярких глаз и улыбки девушки, но и от того, что такой простой вопрос можно трактовать множеством любопытных не слишком невинных способов. Усилием воли он отогнал эти сомнительные мысли и ответил относительно нормальным тоном. — Кофе — черный и крепкий, — заказал он, тем не менее поймал себя на мысли, что на самом деле кофе больше не хотел, несмотря на то, что пришел сюда именно за ним. Познакомиться с загадочной девушкой перед ним стало его главной прерогативой. Тем временем Луна одарила его улыбкой и исчезла за стеной, примыкающей к барной стойке — скорее всего, выполнить заказ. Она вернулась практически моментально и подала ему кружку с изображением фиолетового гарцующего единорога. — «Жизнь преисполнена магии»? — вслух прочитал он надпись и удивленно вскинул бровь, подняв взгляд на девушку. — Конечно! — настояла она, а от ее улыбки сердце пускалось вскачь. — Как и единороги. На самом деле волос из их гривы — это могущественная сердцевина для палочек, а у крови много лечебных свойств. Впрочем, я не советую брать их силой, иначе ты на всю жизнь будешь проклят. Сделав небольшой пробный глоток своего горячего напитка, Джон не переставал задаваться вопросом, были ли эти шокирующие заявления ее способом флиртовать с ним. Он искренне надеялся, что они действительно флиртовали. Даже если это был какой-то прием, который сам он никогда не видел и не использовал, он признал, что на нем он сработал! В конце концов, он не мог отрицать, что Луна Лавгуд покорила его. Даже ее имя завораживало! Поэтому, пытаясь придумать такой же остроумный ответ, он сделал большой глоток на удивление восхитительного напитка. Когда он наконец попал в кровь, Джон непроизвольно расслабился… а все его напряжение за день пропало. — Отличный кофе! — заметил он, с удивлением обнаружив, насколько сильно простая чашка кофе повлияла на его психологическое и физическое напряжение — хотя он подозревал, что его собеседница также как-то к этому причасна. Луна рассмеялась… а Джону этот звук показался усладой. — Это… наш собственный особый волшебный купаж — чтобы одновременно взбодрить и расслабить, — заметила она, облокотившись о барную стойку и одарив его своей будоражащей улыбкой. — И он, должно быть, помогает, потому что твои мозгошмыги практически испарились. «Да! Она определенно флиртует!» — решил Джон, и, довольствуясь этой мыслью, он облокотился на барную стойку напротив нее. В конце концов, в его жизни уже давно не было женщины. Его работа… Шерлок… обычно не позволяли ему встречаться с женщинами, которые не были пациентками или преступницами. — Мозгошмыги? — поинтересовался он, чтобы поддержать непринужденную беседу. Прежде чем она успела ответить, один из посетителей подошел к барной стойке со своей кружкой повторить заказ. Джон нехотя отошел в сторону. Он был слишком вежлив и не мог поступить иначе. Заметив на кружке изображение мага с посохом и надпись «Волшебник», он усмехнулся. — Почему все в плащах? — приглушенно спросил он Луну, когда театрально разодетый мужчина с полной кружкой вернулся к своему столику и сел к товарищам. — Вообще-то в мантиях, — поправила она и рассмеялась от его ошибки так, что ее серьги из кофейных бобов заколыхались. — Мантиях? — такой неожиданный ответ привел Джона в замешательство. — Почему? Они состоят в каком-то тайном обществе и проводят здесь еженедельные собрания? — Нет, насколько я знаю, — откликнулась девушка, уклончиво пожав плечами. — В кофейне всем рады. Даже Бундящая шица может прийти, если захочет… а они шумные, сварливые маленькие негодники! Все-таки владелица заведения сама пережила столько трудностей, что настаивает на абсолютном отсутствии любой дискриминации. И это очень хорошо. Как-никак… если подумать… никто до сих пор не пожаловался на то, что ты находишься здесь, не так ли? От этих слов, как бы парадоксально они ни звучали, «Кто, черт возьми, такая Бундящая шица?» — Джон вдруг вспомнил странные взгляды, когда только вошел в кофейню. Хотя он и не мог понять, что такого предосудительного в том, чтобы быть бывшим военным хирургом, а сейчас врачом в больнице… Если только у кого-то не было особой фобии на этот счет… он обнаружил, что не может поспорить с доводами Луны. — Туше! — добродушно согласился он. — Кто знает? Может, плащи… то есть… мантии… станут новым писком моды на подиумах Лондона. — Он широко улыбнулся, и Луна ответила взаимностью. — Значит, ты не владелица? — спросил он, продолжая знакомиться с обворожительной девушкой за барной стойкой. — Нет, владелица Лаванда, — пояснила она своим нежным чутким голосом. Как Джон начал понимать, у нее от природы был такой непринужденный добродушный характер. — Мы не всегда были лучшими подругами. Но Лаванда пережила много трудностей, когда мы учились в школе, и это ее изменило. Поэтому здесь принцип открытых дверей. Но она только родила первенца, и ей было тяжело, поэтому мы все собрались и решили помочь, чтобы она могла отдохнуть. Так как Парвати ее лучшая подруга, близняшки Паттил работают здесь по выходным. А я с Гермионой работаем посменно в течение недели, если мы не сильно заняты на наших основных работах. — Это мило с твоей стороны, — искренне промолвил Джон. — Со стороны Гермионы гораздо милее, — возразила Луна. — Все-таки не я с Роном встречалась. — Заметив непонимающий взгляд Джона от упоминания незнакомого имени, девушка с хитрой улыбкой пояснила: — Муж Лаванды. — Ох! — откликнулся Джон, внезапно осознав всю неловкость ситуации. — Сейчас они просто хорошие друзья. — Луна чуть помрачнела, повернувшись к двери. — И вообще, Гермиона уже должна была прийти после работы в Министерстве. Интересно, что ее задержало. Надеюсь, она не столкнулась с нарглами. — Встретившись с ним взглядом, она снова широко улыбнулась. — Но если кому и под силу найти способ справиться с ними… даже если ее руки с палочкой связаны у нее за спиной, то только Гермионе. Ее улыбка убедила Джона, что она просто снова его дразнила, поэтому промолчал и улыбнулся в ответ. Ему так хотелось остаться и просто болтать с ней. С ней было так интересно! Тем не менее он заметил, что несколько других клиентов в мантиях ждали свои заказы. Несмотря на то, что неожиданный визит доставил Джону немало удовольствия, он понял, что, вероятно, уже достаточно отнял у нее времени за один вечер, и что ему следует уйти, чтобы она могла вернуться к своей работе и другим посетителям. — Если я приду завтра после работы, ты будешь здесь? — поинтересовался он, не желая оставлять ее, не будучи уверенным, что увидит ее снова. — Даже морщерогие кизляки не смогут мне помешать! — заверила она, снова одарив его своей лучезарной улыбкой, которая, казалось, зачаровала его. От ее с виду дерзкого ответа он успокоился и убедился, что у него есть шанс повидаться с ней. С легким сердцем он поставил свою кружку с единорогом на стойку и попрощался с девушкой. И выйдя на холодный ночной воздух, пошел наконец домой. И сейчас, чувствуя себя отдохнувшим, насвистывал задорную мелодию по дороге. Он не заметил удивленного взгляда Луны, когда платил за свой заказ. Не видел он и того, как она в итоге просто покачала головой и отложила деньги в сторону, чтобы Гермиона с ними разобралась, когда в итоге придет. Впрочем, он был бы рад узнать, что она по-прежнему широко улыбалась, думая о нем, — даже когда весело подпрыгивала, направляясь к большому круглому столу обслужить постоянных клиентов Лаванды.

***

Вернувшись на Бейкер-стрит, Джон все еще пребывал в приподнятом расположении духа после проведенного вечера. Он добродушно поздоровался с миссис Хадсон и уже собирался подняться по лестнице, как вдруг услышал звуки удушения какого-то животного. На мгновение он забеспокоился, но потом узнал игру Шерлока на скрипке. Джон знал друга слишком хорошо, чтобы по совершенно негармоничным визжащим звукам понять, что того что-то беспокоило. — Он не в духе сегодня, — подтвердила его подозрения домовладелица, когда он спросил женщину. — Он в таком состоянии с момента возращения домой. На твоем месте я бы держалась от него подальше, дорогой, — посоветовала она. Как-никак она знала Шерлока почти так же хорошо, как Джон, и поняла, что Шерлок будет достаточно груб — даже с другом — когда он в таком состоянии. Кивнув в знак согласия, Джон вежливо попрощался, но все равно поднялся в свою квартиру. Он решил хотя бы навестить друга, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Однако, как только он вошел в комнату, по тому, как Шерлок издевался над струнами своего любимого инструмента, сразу стало понятно, что нечто его расстроило или привело в смятение. Хотя, когда Джон попытался расспросить его в попытке выяснить действительно ли что-то не так… или он просто работал над особенно сложным делом, детектив просто заиграл еще более немелодично, чем прежде, бормоча что-то нечленораздельное про женщину с палочкой. И продолжая играть, погрузился в свои мысли, забыв о существовании Джона. Джон, однако, слишком привык к Шерлоку и особенностям его характера, чтобы как-то реагировать на такое поведение. Детектив вел себя так, сколько Джон его знал. Поэтому он просто оставил друга в покое. Он сделал себе в их общей кухне простой сэндвич и оставил еще один на столе для Шерлока. Потом пошел в свою комнату, стараясь не обращать внимания на немелодичные звуки внизу. В конце концов, он по опыту знал, что угрюмый детектив, вероятно, будет еще долго так играть, пока не решит проблему, которая его настолько задела. Джон также знал, что если Шерлок решит, что ему нужно или хочется поговорить, или просто использовать его, Джона, в качестве слушателя, то он придет и разбудит его — даже посреди ночи! Просто такой у него способ работы.

***

На следующее утро Шерлок куда-то пропал, хотя сэндвич так и лежал с ночи на кухонном столе. Поэтому Джон просто выкинул несвежую еду в мусорный контейнер и пораньше выскользнул на смену в хирургии. Неожиданно для самого себя он поймал себя на мысли, что не отказался бы от кофе, хотя обычно по утрам предпочитал чай. Он не успел оглянуться, как оказался перед маленькой кофейней, которую обнаружил накануне вечером. Ему не терпелось снова пообщаться с Луной. Однако не успел он войти в помещение, как сразу обнаружил, не считая возвращения Клуба Плащей и пополнения в их рядах, отсутствие за барной стойкой привлекательной блондинки, которую так стремился повидать. Вместо нее там стояла брюнетка с густыми волосами и гладила большого рыжего кота, который растянулся на плоской поверхности в типичной для кошек самодовольной манере. У Джона промелькнула мысль, что бы сказали органы санитарно-эпидемиологической службы, если бы увидели это, — хотя другие посетители, казалось, вообще не замечали ничего необычного в присутствии кота. Более того, Джон в недоумении уставился на джентльмена в возрасте, который что-то засунул в карман, чтобы освободить руки и взять у девушки свою кружку. «У меня что-то с глазами… или это была настоящая большая жаба?» — скептически подумал Джон, подходя к барной стойке. По какой-то необъяснимой причине девушка за барной стойкой удивилась, заметив его, и смерила долгим пытливым взглядом. «Да что со мной не так? — подумал он. — Я просто обычный парень. Я не надеваю плащ и не ношу с собой повсюду жаб. Хотя, может, стоит, чтобы влиться в коллектив!» Впрочем, несмотря на смятение, он улыбнулся девушке и поинтересовался, пришла ли Луна. Ее лицо просияло, а скептический взгляд сменился теплым и дружелюбным. — Ох, так вы, должно быть, новый… эм… друг-доктор… Луны. — Джон вскинул бровь, уловив неоднозначную паузу в голосе девушки, но она продолжила без объяснений: — Она упомянула, что вы вчера вечером наткнулись на кофейню Лаванды. Она много хорошего о вас рассказывала. Кстати, я Гермиона. — Она протянула Джону руку, которой не поглаживала кота. — А это Живоглот. — Она кивнула на величественное животное, которое тут же вперилось в него своими огромными умными глазами и громко заурчало. Услышав кота, она окончательно расслабилась, а ее улыбка стала шире. — Что ж, Глотику вы определенно нравитесь, а для меня этого достаточно! Очевидно… как бы то ни было, невзирая на правила… вы должны быть здесь. Так что давайте я принесу вам кофе, доктор Ватсон. Луна упомянула, что вам понравился наш новый купаж с полынью и корицей. — Не уверен, что это было… но что бы я вчера ни пил, было просто восхитительно, — кивнул Джон… и как по волшебству, прежде чем он успел закончить свою мысль, Гермиона уже протянула ему полную кружку. На этот раз на кружке был силуэт ведьмы и подпись «Хокус Покус, мне нужен кофе для фокуса!» Он усмехнулся, прочитав короткую милую рифму. — Наслаждайтесь! — с улыбкой воскликнула она и приглушенно добавила: — И не волнуйтесь, сегодня день публикации, поэтому Луна этим утром помогает отцу в «Придире». К вечеру она обязательно придет. — С этими многообещающими словами она понимающе на него посмотрела и повернулась к другому клиенту. В задумчивости Джон сел за ближайший столик пить свой кофе. Он пришел к выводу, что Гермиона была такой же милой, как и Луна… и такой же неординарной… пускай и была совершенно другой. Допив свой напиток, он поставил причудливую кружку на барную стойку и добродушно попрощался. Несмотря на то, что Гермиона была занята, обслуживая другого посетителя, она ответила взаимностью, махнув ему рукой, а кот даже мяукнул. Джон улыбнулся и покинул необычную маленькую кофейню. Гермиона не обратила на деньги внимания, но один из посетителей у барной стойки поинтересовался, что за странную купюру Джон там оставил. Джон к тому времени уже ушел и не слышал объяснение Гермионы, что это маггловские деньги. Не видел он и того, как несколько посетителей передавали друг другу его купюру и рассматривали как некую редкую диковинку.

***

Вернувшись тем же вечером в кофейню, Джон обнаружил там только девушку, которую стремился увидеть. Однако он не ожидал увидеть ее лежащей, растянувшись на барной стойке, и читающей газету. Ее белокурые локоны струились спереди барной стойки, а ногой она весело размахивала в воздухе с другой стороны стойки. В любое другое время это было бы необычным зрелищем, но когда дело касалось Луны, он начинал понимать, что, вероятно, для неё это самое естественное положение. Он обрадовался, когда она, подняв взгляд, заметила его и, радостно воскликнув его имя, с поразительной скоростью встала перед ним. С этого ракурса он обнаружил, что на этот раз ее выбор пал на серьги из крохотных чайных пакетиков. «Ромашка и мята, — определил Джон по запаху. – По крайней мере, их еще не использовали, чтобы заварить чай». Впрочем, он просто отмахнулся от мысли, которая еще пару дней назад показалась бы вопиющей, и сосредоточил внимание на девушке. — Ты случайно не гимнастка? — поинтересовался Джон. — Я даже не заметил, как ты подошла. Луна лишь с веселым смехом коснулась его щеки и скрылась за примыкающей к барной стойке стеной. Вернувшись, она несла две кружки, от которых шел пар. Она протянула ему одну кружку и проводила к столу. Поскольку к тому времени все посетители уже разошлись, судя по всему, Клуб Плащей решил устроить этим вечером собрание в другом месте, они смогли провести целый час наедине, просто болтая обо всем и ни о чем. Она рассказывала об учебе в школе-интернате, а он – о службе в армии. Так или иначе, это был лучший час, который, как Джон помнил, он провел за очень долгое с кем-то другим, а не с Шерлоком! Однако от внезапного громкого треска позади них Джон резко прервал разговор и, насторожившись, обернулся на стуле. В кофейне появился посетитель, которого Джон смутно узнал, когда в прошлый раз приходил в заведение. «Ох, это Мужчина с жабой», — наконец догадался он, и действительно, спереди на плаще... мантии... что бы это ни было за одеяние... подозрительно зашевелился какой-то бугорок. Покосившись за спину мужчины, Джон обнаружил, что дверь оказалась закрытой. Поэтому Джон предположил, что дверь просто захлопнулась за мужчиной, и именно этот звук так его напугал и пробудил в нем старые армейские инстинкты. Он повернулся к Луне, когда она неожиданно робко, что показалось ему невероятно очаровательным, спросила, не придет ли он навестить ее следующим вечером. Он заверил, что придет, и, наслаждаясь неожиданным поцелуем в щеку, которым девушка его одарила, оставил ее позаботиться о посетителе. Уходя, он отчетливо услышал, как она обратилась к мужчине своим неподражаемым мягким приветливым голосом: — Так... как Кроакерс сегодня себя чувствует, мистер Петерсон? Хагрид сказал, ему нужно тонизирующее зелье для горла. Джон больше ничего не расслышал, когда за ним закрылась дверь. Однако уловил внезапное низкое урчание, которое, по видимому, и вдохновило мужчину придумать такую необычную кличку своему питомцу. Джон лишь покачал головой, услышав ритмичный звук, хотя, придя домой, с некоторым удивлением осознал, что на самом деле уже не настолько сильно поразился сложившейся ситуации, чем утром. «Кажется, легкий и беззаботный характер Луны немного влияет на меня» — весело подумал он. Хотя это, казалось, было даже хорошо. Джон был в таком хорошем настроении, что напевал себе под нос старую, почти забытую армейскую песню по пути домой. Джон так увлекся, вспоминая приятный вечер, проведенный наедине с Луной, что осознал, что дверь кофейни не захлопнулась за ним только по возвращении на Бейкер-стрит. Значит, не она была источником того громкого звука, который его напугал. Джон не представлял, что и думать. Но потом решил, что он не Шерлок и ему нет дела до незначительной загадки, которая его не касалась. Однако ему не пришлось долго размышлять над этим курьезом, поскольку, судя по всему, друг все еще пребывал в унынии из-за того, что бы его так ни задело прошлым вечером. Хотя сейчас вел себя тихо. Войдя в квартиру, Джон обнаружил, что детектив неподвижно сидел в кресле, прижав пальцы домиком к подбородку. Тем не менее доктор не слишком переживал за друга, потому что это была излюбленная поза Шерлока, в которой он пытался решить особенно сложную проблему в своих чертогах разума. «Похоже, это дело действительно не так просто раскрыть» — подумал Джон, оставив друга наедине с его мыслями. В конце концов, он по опыту знал, что Шерлок сам попросит его о помощи, только тогда... или если... решит, что нуждается в ней. Любое вмешательство со стороны Джона до этого момента будет ненужным и нежелательным для детектива, который гордился своими способностями к раскрытию дел.

***

Придя в кофейню следующим вечером, Джон на мгновение остановился осмотреть дверь. Хотя, казалось, она открывалась и закрывалась исправно, поэтому Джон просто пожал плечами и вошел в заведение. Для него стало приятной неожиданностью, что его добродушно приветствовал Мужчина с жабой («Мистер Петерсон», — мысленно поправил себя Джон), который сидел за столиком у двери. На этот раз большая жаба, которую, как Джон предполагал, звали Кроакерс, сидела прямо на столешнице рядом с кружкой мужчины. По иронии судьбы, на кружке тоже была изображена жаба, а под ней подпись «Места только для метел — Все остальные будут зажаблены». Джона кружка позабавила, но еще больше его удивило собственное спокойствие при виде сидящего на столе земноводного. Он беззаботно поздоровался с мужчиной и пошел к барной стойке. Когда он подошел, один из членов Клуба Плащей, как он их по-прежнему мысленно называл, должно быть, узнал его с прошлых визитов и, кивнув в знак приветствия, сел за стол со своей кружкой. На кружке красовалась надпись «Я волшебный и аппетитный» под изображением пары четырехлистных клеверов. Джон едва сдержал смешок. А Луна лучезарно ему улыбнулась. — Я же сказала, ты отлично впишешься, — игриво воскликнула девушка, когда он к ней повернулся. Она уже протянула ему кружку, от которой шел пар. Он с благодарностью принял ее и со вздохом сделал глоток вкуснейшего напитка. — Спасибо! Мне это было необходимо, — искренне заверил он. А когда Луна наклонилась через барную стойку и снова поцеловала его в щеку, он еще более радостно откликнулся: — А это мне было необходимо вдвойне. Они оба заулыбались, а Джон расплылся в улыбке до ушей, заметив изображение злой ведьмы на своей кружке. «Не заставляйте меня призывать Летучих обезьян!» гласила надпись, всколыхнувшая воспоминания, как Джон с сестрой еще детьми смотрели тот фильм.

***

Той ночью Шерлок, все еще пребывая в том же непонятном настроении, решил, что потратил дома достаточно времени в попытке во всем разобраться только при помощи музыки и своих чертогов разума. Ему требовался иной подход. Поэтому он потащил Джона в переулок, где несколькими днями ранее произошло нечто, что вызвало такое сильное смятение в его разуме. Джон только это и смог понять, пока Шерлок вышагивал по переулку, яростно жестикулируя и что-то бормоча себе под нос. — Она стояла там… достала какую-то палочку… мужчины упали… к ним даже никто не притронулся… сказала мое имя… растворилась в воздухе. — Джон больше ничего не расслышал, но для него все равно это не имело никакого смысла. Хотя, когда дело касалось друга, ничего необычного как будто бы не было. Спустя время Шерлок все-таки вспомнил о присутствии Джона, несмотря на то, что сам изначально попросил друга сопровождать его, и наконец начал задавать вопросы: — Кто она была, Джон? Откуда она меня знала? Что она сделала? Как ушла? Впрочем, детектив не стал дожидаться ответа. Он прекрасно знал, что Джон не располагал необходимой ему информацией. Он просто ушел вниз по переулку, снова погрузившись в свои мысли. А Джону стало понятно, что Шерлок, по какой бы то ни было причине, стал таким раздражительным из-за женщины! Некто произвела на него такое неизгладимое впечатление, что он не мог выкинуть ее из головы даже по прошествии стольких дней. А постольку он не знал всех подробностей, то не мог помочь другу. Однако он не мог перестать задаваться вопросом, должен ли такой поворот событий беспокоить или, наоборот, забавлять. Он решил, что второй вариант ему нравится больше. Поэтому с широкой улыбкой догнал друга в конце переулка. Шерлок, однако, больше не проронил ни слова по дороге на их квартиру и, закрывшись в своей комнате, больше в течение ночи не выходил. Джону этого было достаточно. Он знал, что Шерлок рано или поздно во всем разберется, а он с превеликим удовольствием выслушает, что же привело Шерлока в такое замешательство.

***

Когда Джон пришел в кофейню на следующий вечер, он обнаружил, что Гермиона с Луной вместе там работали. Поэтому Джон весело проводил время, общаясь с одной девушкой, пока другая обслуживала клиентов. Так он выяснил, что, несмотря на то, что обе девушки были очень дружелюбны и могли поддержать разговор на любую тему, знания Гермионы были более обширны, чем у Луны. И по характеру она была более прагматичной и сдержанной, в отличие от милой мечтательной Луны. Внезапно Джона осенило, что так же, как ему нравилось проводить время с Луной, Шерлоку, должно быть, очень пришлось бы по вкусу общение с Гермионой. Когда детектив не был таким угрюмым занудой, конечно! Поэтому Джон решил привести друга в кофейню и познакомить с Гермионой, когда тот будет в лучшем расположении духа. Так или иначе, такое иногда случалось. Тем вечером Джон обрадовался, когда несколько посетителей добродушно приветствовали его, пока он, беззаботно прислонившись к барной стойке, болтал, непринужденно держа в одной руке кружку своего любимого горячего напитка, а другой поглаживал явно довольного, судя по громкости урчания, Живоглота. Джон почувствовал странное родство с котом, поскольку видел исходящее от животного чувство удовлетворения… главным образом потому, что не мог отрицать, что сам тоже его испытывает… и испытывает с тех пор, как начал посещать эту странную маленькую кофейню. С этой мыслью он поднял голову и встретился взглядом с Луной. Тогда он невольно снова улыбнулся — поскольку понимал, что именно она была главной причиной этих его чувств. Поскольку той ночью Гермиона тоже работала в заведении, Луна сама проводила Джона до тротуара, когда настало его обычное время уходить. А от страстного поцелуя, которым она его наградила перед прощанием, он не только приятно удивился, но и захотел большего. — Могу я сводить тебя при случае куда-нибудь? — когда они прервали поцелуй, выдохнул он, по-прежнему обнимая девушку. — То есть куда-нибудь, где не только кофе. Луна одарила его своей неподражаемой таинственной улыбкой. — Когда Лаванда на следующей неделе вернется, у меня появится больше свободного времени в кофейне и в газете, поэтому… Да, мне бы очень этого хотелось! — Значит, это свидание! — радостно ответил Джон. — Увидимся завтра? — Определенно… только если на нас не нападет стая драконов, — привычно беззаботно ответила она. — Это часто случается? — с улыбкой спросил Джон, оценив её игривое чувство юмора. — Зависит от того, что Хагрид задумал, — с загадочной улыбкой ответила она и, помахав на прощание, убежала обратно в здание. Джон лишь проводил ее взглядом, пока она не исчезла, и неосознанно помассировал ребра в том месте, где, по ощущениям, ему в грудь из кармана Луны давило нечто похожее на палочку, пока они целовались. Он даже не задумался, что вполне возможно, носить с собой такой предмет для неё было бы необычно. Все-таки он видел такой же в волосах Гермионы и пришел к выводу, что это какой-то новомодный женский аксессуар. Все равно он ничего в этом не понимал. Поэтому просто пожал плечами и пошел домой.

***

Когда он вернулся на Бейкер-стрит, Шерлок лежал, растянувшись на диване, а несколько никотиновых пластырей виднелись из-под закатанного рукава. — Очередная проблема на три пластыря? — поинтересовался Джон, даже не утруждаясь проводить Шерлоку лекцию о его сомнительных попытках сосредоточиться. Как-никак он пытался… много раз… но любая попытка с треском проваливалась. — На самом деле на четыре… но у меня осталось только три. Следовательно, мои возможности определенно ограничены, — язвительно протянул в ответ детектив, но даже не потрудился открыть глаза. Когда Джон подавил смешок от множества возможных значений этого преуменьшения, Шерлок раздраженно вздохнул и, наконец приоткрыв один глаз, взглянул на Джона. Он в тот момент, похоже, что-то осознал, потому что резко подхватился в сидячее положение и окинул друга подозрительным взглядом. — Ты где был? — требовательно спросил Шерлок. — Каждую ночь на этой неделе… ты приходишь домой, я бы сказал, приблизительно на два часа позже обычного. — Он наклонился ближе. — Кофе… ты пахнешь кофе. Следовательно, ты ходишь в кофейню после работы. Зачем? А, понимаю. Твоя глуповатая сентиментальная улыбка кричит громче любых слов. Здесь замешана женщина. — Он снова вздохнул и откинулся обратно на диван. — Раз я не могу всю неделю найти ответы на свои вопросы, может, расскажешь о ней. Иногда твоя бессмысленная болтовня может озарить. Возможно, это натолкнет на мысль. — Ты, как всегда, само обаяние, Шерлок, — саркастично бросил Джон. Он до сих пор помнил, как детектив говорил ему почти то же самое во время расследования дела H.O.U.N.D. Однако он всю неделю с ума сходил от желания поговорить с кем-то о прекрасной Луне. Поэтому воспользовавшись возможностью, рассказал Шерлоку о ней. Пока он говорил, детектив сидел с закрытыми глазами, прислонившись затылком к спинке дивана. Джон не мог понять, слушал ли его друг или нет, и не спал ли вообще. От него всего можно ожидать. Тем не менее Джон продолжил свой рассказ. — Вообще-то это не ее кофейня. Она просто помогает школьной знакомой. Она и ее подруга Гермиона… — Именно при упоминании имени второй девушки Шерлок впервые проявил интерес к рассказу Джона. Он снова подхватился и насторожился. — Гермиона? — спросил он требовательным тоном, который Джон так часто слышал. Это имя, безусловно, что-то значило для детектива… что-то важное. — Такое необычное имя слишком редкое, чтобы быть совпадением. Говори. У этой Гермионы случайно не растрепанные волосы и не носит ли она с собой резную палочку? Джона внезапное любопытство Шерлока привело в замешательство, но он все равно ответил: — Ну… да… у нее есть палочка… у Луны, кстати, тоже. Мне кажется, это какой-то новомодный аксессуар для волос… и волосы у Гермионы не такие уж и растрепанные… — Были, когда она сражалась с несколькими мужчинами, чтобы помочь незнакомцу! — воскликнул Шерлок и вскочил с дивана. — Поздравляю, Джон, ты снова это сделал. Ты подтолкнул меня в нужном направлении, и я в итоге могу получить ответы! Пойдем! Ты должен немедленно отвести меня в эту кофейню! Нельзя терять ни минуты. — Почему? — спросил Джон и вскочил следом, встревожившись за отзывчивую подругу Луны. — Гермионе грозит опасность? Шерлок остановился у двери. — Не думаю… но она загадка, которую нужно разгадать, Джон, а ты подкинул мне последнюю подсказку. Теперь нужно получить ответы. С этими словами Шерлок вылетел за дверь. А Джону ничего не оставалось, как в полном замешательстве последовать за ним. Они уже прошли половину Бейкер-cтрит, как Джон вдруг осознал, что, хоть он и не знал, что произошло между Гермионой и Шерлоком, Гермиона, должно быть, и была той женщиной в переулке, после встречи с которой друг всю неделю не мог справиться с хаосом в своем обычно упорядоченном разуме. Не удержавшись, Джон усмехнулся и поймал себя на мысли, что с нетерпением ожидал какого бы то ни было конфликта, который вот-вод должен был произойти между ними. Когда они наконец пришли к неприметной двери Джон остановился, а Шерлок несколько раз перевел взгляд с него на здание. — Ну? — требовательно спросил детектив. Джон указал на дверь прямо перед ними. — Вот она, — заявил он, неправильно трактовав скептический взгляд Шерлока. — Не волнуйся внутри гораздо уютнее. — Что? — пытливо повторил детектив. Он осторожно коснулся стены с такой несвойственной ему неуверенностью, что Джон наконец осознал: Шерлок вел себя так, будто вообще не видел дверь. «Какого черта?» — промелькнуло у него в голове, когда Шерлок закрыл глаза на мгновение. Когда друг открыл глаза, в них вспыхнул огонь открытия. — Вот оно что! — взволнованно объявил он, потянувшись к ручке и распахнув дверь. Время уже близилось к закрытию, и кофейня была пуста, лишь две девушки стояли за барной стойкой. Однако они так увлеченно беседовали, что не заметили, как мужчины вошли. Шерлок и Джон замерли у двери. Джон заикнулся было окликнуть Луну, но Шерлок жестом приказал молчать и слушать. — Мы не можем просто так сказать ему правду. Луна, ты ведь понимаешь, — услышали они Гермиону. — Это противоречит Статуту о Секретности. Он должен сам все понять, иначе на него наложат заклятие Забвения… и ты же знаешь, что я не хочу, чтобы такое произошло с кем-то еще… особенно если могу это предотвратить. Несмотря на ошеломление, Джон увидел, как Шерлок кивнул сам себе, словно разговор подтвердил какую-то его догадку. Но от того, что он услышал далее, его сердце затрепетало. — Но это же Джон, — с тенью грусти промолвила Луна. — Он милый. Мне он нравится. Я не хочу больше ничего от него скрывать. — Знаю, — Гермиона вздохнула. — Мне он тоже нравится, хоть и не так как тебе. Поэтому я не хочу, чтобы с ним случилось что-то плохое. Нам просто придется давать ему подсказки, пока он не поймет. Хм… что же нам делать дальше? В конце концов, я была уверена, что у Кроакерса получится, раз не получилось у Живоглота. — Как насчет того, чтобы спасти ему жизнь? Мне это помогло. — внезапно услышав мужской голос, девушки обернулись от неожиданности и воззрились на говорящего, который ступил ближе к ним. — Вы? — выдохнула Гермиона, заметив одного из мужчин. — Как?.. Почему?.. — пролепетала она с несвойственной ей растерянностью. Потом она обнаружила мужчину, стоящего чуть позади и слегка расслабилась. — Ох! — прошептала она, внезапно все осознав, хотя до этого не видела связи. Однако Луна первой обратилась к гостю по имени. — Джон? — полюбопытствовала она, но прежде чем Джон успел ответить, Шерлок снова заговорил: — Забвение… что, как я полагаю, происходит от латинского obliviscere… и означает забыть. — Он замолчал и посмотрел девушке в глаза. — Значит ли это, что вы действительно можете заставить кого-то… — Он умолк, когда она кивнула. — И вы это уже проделывали раньше? — спросил он. И снова она кивнула, но на этот раз чуть более эмоционально. — С кем-то очень вам дорогим. Понимаю, — пробормотал Шерлок себе под нос. — Да… да… Я понимаю, как это может быть важно, чтобы не те люди не узнали тайну. Но откуда вы знаете меня? — Ваш брат, — просто ответила Гермиона. — Да… конечно, он бы знал! — безразлично ответил Шерлок. — Это все объясняет. Это он вам позвонил на мобильный перед тем, как вы исчезли, не так ли? Я смутно расслышал ваше имя, но был слишком далеко и не расслышал голос говорящего. — Гермиона кивнула. — Вы работаете на него? Когда Гермиона услышала вопрос, ее лицо просияло, и она рассмеялась. — Он этого желает! — Шерлок скривился в усмешке от явного неуважения в ее голосе. — Однако мы действительно иногда сотрудничаем в некоторых проектах. Поэтому я с радостью оказала ему небольшую услугу в ту злополучную ночь. Тем более я уже была неподалеку, когда он позвонил, беспокоясь о своем своенравном брате, который, по-видимому, взялся за дело, которое оказалось ему не по зубам. Шерлок поморщился, вспомнив произошедшее. — К моему стыду, это правда. На этот раз я не ожидал, что в переулке меня могут поджидать. Поэтому очевидная слежка и вмешательство Майкрофта… и, следовательно, ваше… в данной ситуации были совершенно нелишними. — Замолчав на мгновение, он тихо добавил: — Спасибо. — Мне было приятно помочь, — честно ответила Гермиона. — Хотя я бы предпочла познакомиться с вами при других обстоятельствах. В конце концов, ваш брат часто вас упоминает… и должна признать, вы кажетесь довольно… интересным. — Я могу честно сказать то же самое и о вас, — ответил мужчина с несвойственным ему блеском в глазах. Они пристально смотрели друг на друга, пока приятное напряжение не спало, когда Луна прыснула, почувствовав явное влечение между ними. Все-таки у Гермионы были невероятно завышенные требования, когда дело касалось мужчин. Но даже Луна видела, что привлекательный друг Джона полностью захватил ее внимание. Тем временем Джон догадался, что детектив разгадал загадку, которая не отпускала его всю неделю. Так или иначе, его настроение заметно улучшилось, он по-настоящему улыбнулся Гермионе. И даже поблагодарил ее! Несмотря на то, что Джон сам решил, что они бы хорошо поладили, если бы встретились, он и представить не мог, что они найдут общий язык настолько быстро и очевидно. Он понятия не имел, что Шерлок способен на подобное. Впрочем, несмотря на восхищение сложившейся ситуацией, Джон больше ничего не понимал. — Кто-нибудь может, в конце концов, объяснит мне, что, черт возьми, здесь происходит? — в итоге гневно в растерянности выпалил он, и все трое перевели на него взгляд. Шерлок тут же обратился к Гермионе: — Будет ли это иметь значение, если я ему скажу? — Нет. — Она покачала головой. — Это заботливо с вашей стороны, но он должен сам все понять. Это одно из правил. Шерлок понимающе кивнул и, повернувшись к другу, взял дело в свои руки, бесцеремонно заговорив. — Не будь глупым, Джон! — решительно сказал он. — Открой глаза. Что ты видишь? Нет, не думай о девушке. Не думай ни о чем. Посмотри на доказательства… Посмотри на то, что прямо у тебя перед глазами! Посмотри на то, что ты должен был увидеть с самого начала, если бы твое либидо не взяло верх над разумом. Несмотря на то, что Джона слегка задели слова Шерлока о его либидо, он еще никогда в жизни не был так обескуражен. Однако он понимал, Шерлок хотел, чтобы он сам сделал определенные выводы. Детектив часто так бросал ему вызов, поэтому для него это было не в новинку. Впрочем, в новинку оказалось то, что Гермиона и Луна, по-видимому, хотели, чтобы он сделал те же выводы. На самом деле, полный надежны взгляд Луны и ободряющий взгляд Гермионы подтолкнули его последовать совету Шерлока и попытаться выяснить, что же, собственно, ему нужно знать… что-то, что друг сам не мог ему объяснить… что-то, что он с Гермионой так загадочно обсуждали. Поэтому Джон внимательно осмотрелся по сторонам в попытке посмотреть на все с их точки зрения. Сначала он заметил кота на барной стойке, который смотрел на него своими большими умными глазами… и то, как кот, казалось, многозначительно посмотрел сначала на него, Джона, потом на палочку перед собой. Это была та же палочка, которая ранее скрепляла волосы Гермионы. Сейчас локоны девушки струились по ее спине. Присмотревшись, Джон обнаружил, что палочка совсем не походила на аксессуар для волос. С резным узором из плюща по всей поверхности она очень напоминала… Отогнав эту шальную мысль, он перевел взгляд на Гермиону. Когда девушка кивнула в знак согласия, он взял ее и сначала подержал в одной руке, потом в другой и повернулся к Луне. Понимая, чего он хочет, Луна достала из кармана похожую палочку, но с другим резным узором. На самом деле ее палочки была рукоятка в форме тюльпана и гладкий корпус. Луна без колебаний протянула ему палочку, одарив его своей лучезарной улыбкой, которой всегда его одаривала. Взяв палочку Луны, Джон что-то почувствовал… хотя от палочки Гермионы никаких ощущений не было. От руки и груди по всему его телу разлилось легкое покалывание. От изумления, вызванного приятными ощущениями, он едва не выронил палочку, но вдруг осознал, что это как-то связано с его отношениями с Луной. Он положил волшебную палочку Гермионы обратно на барную стойку перед Живоглотом. Он понял, что наконец-то может четко подобрать слово. Тем не менее по-прежнему сжимал палочку Луны, продолжая поиск ответов. Осматриваясь по сторонам, глядя на пустые столы, он думал о том, что за ними сидели члены Клуба Плащей в странных мантиях, которые только начали привыкать к его присутствию, потому что он все-таки чем-то от них отличался. Он думал о Мужчине с жабой и о Кроакерсе… о зелье для больного горла Кроакерса… о громком хлопке, возникающем всякий раз, когда появлялся мистер Петерсон, несмотря на то, что в двери не было никаких изъянов. Более того, это была та же дверь, которую даже Шерлок не сразу смог увидеть. Джон также вспомнил, насколько быстро подавали его кофе, поэтому заглянул за стену, отделяющую барную стойку от остальной части кофейни. Там он с удивлением и, как ни странно, со спокойствием обнаружил, что вместо стандартного оборудования для заваривания кофе, которое должно было там стоять, вдоль одной стены тянулся ряд предметов, которые назывались не иначе как котлами, а другая стена была заставлена кружками… кружками с поговорками о… Джон в шоке покачал головой, когда осознание нахлынуло на него с силой цунами. Не то чтобы он не верил в то, что теперь предстало перед ним во всей красе… а как иначе с такими-то доказательствами? Хотя он не мог поверить, насколько глупым был. Как он мог не замечать все подсказки и не сопоставить все раньше? Должно быть, дело было в добровольном невежестве! Он вспомнил, что остальные все еще его ждали, и вернулся к ним в основную часть кофейни. Со смущенным выражением лица он наконец выдал им всю правду. — Это магия! — удивленно промолвил, всё ещё не в состоянии поверить, что так много так долго упускал. Услышав его ответ, Луна бросилась ему на шею и сладко поцеловала, а чуть в стороне послышался смех Гермионы и Шерлока. Другого подтверждения ему не требовалось, но он точно понял, что правильно все истолковал, когда Шерлок заговорил. — Долго же до тебя доходило, — откликнулся друг, хотя в его голосе слышались веселые дразнящие нотки. Джон решил, что так ему нравилось гораздо больше, чем то угрюмое настроение, которое не покидало детектива всю неделю… но сейчас Джон точно понимал почему. Шерлок, очевидно, столкнулся с той же дилеммой, которую только что решил Джон… но в отличие от Джона детектив не располагал всеми теми ответами. Поэтому он не мог без должных доказательств принять то, что подозревал… пока Джон не привел его в кофейню. Потом он, конечно, все сразу понял. — Теперь, когда это уладили… У меня еще остались вопросы. — Шерлок посмотрел Гермионе в глаза, и она кивнула. — Разумеется, они останутся, — понимающе сказала она. — У любого умного человека они будут! Он также одобрительно кивнул, оценив её проницательность. Хотя прежде чем начать разговор девушка потянулась к своей палочке, которую Джон оставил на барной стойке. Шерлок стоял ближе и, подняв ее, ахнул, почувствовав те же необычные ощущения, что и Джон, когда тот впервые дотронулся до палочки Луны. Услышав возглас мужчины, кот громко заурчал, а Гермиона залилась краской, когда Шерлок неуверенно перевел взгляд с нее на палочку, от прикосновения к которой почувствовал такие непривычно приятные ощущения. — Ох… вот значит как? — спросил детектив. Покосившись на Джона и Луну, которые до сих пор целовались, радуясь внесению его, Джона, имени в Статут о секретности, он внезапно все осознал. — Так в вашем мире заключаются союзы? — Есть легенды, но так как раньше со мной такого не случалось, возможно, нам стоит это обсудить, — приглушенно произнесла Гермиона. Ей стало неловко от мысли, что ее палочка так отреагировала на незнакомца, но она не могла отрицать, что это ее заинтриговало. Как-никак она была наслышана о Шерлоке Холмсе от его брата… а Майкрофт всегда был доброжелателен. На самом деле он уже пытался уговорить ее познакомиться с братом. Сейчас она сожалела, что не сделала этого раньше — хоть и подозревала, что Майкрофт лишь хотел познакомить брата с миром волшебников. Однако, поскольку Шерлок сам во всем разобрался и его внесли в список Статута о секретности, она понимала, что так будет проще для них обоих. — Действительно, — тихо откликнулся Шерлок, думая о том же, что и она. Он не мог не признать, что он ценил ее прагматичный подход к чему-то настолько личному… как Джон и предполагал. Кроме того, он сам был заинтригован. Для него это была терра инкогнита. В его чертогах разума не хранилось ничего, что могло бы помочь в сложившейся ситуации. Все же мало кто мог вызвать у него любопытство… и практически никто не интересовал его в этом конкретном смысле! — Не хочешь сначала выпить кофе? Он может… помочь, — предложила Гермиона таким тоном, что стало ясно: она понимает его замешательство. — Любая помощь будет оценена по достоинству, — ответил он под стать ей. В то же мгновение они встретились взглядами и она настолько тепло улыбнулась, что Шерлок не удержался и ответил взаимностью. Резко обернувшись, Гермиона исчезла. И вернулась быстрее, чем физика могла позволить… в руках она несла две кружки, а еще две парили перед ней. Гермиона лишь рассмеялась при виде округлившихся глаз Шерлока, когда он заметил то, что считалось невозможным, но в реальности оказалось гораздо более интересным, и протянула ему кружку. В этот момент к ним наконец присоединились Джон с Луной, и все вместе сели за стол, чтобы наконец-то поговорить. Шерлок поднял кружку сделать глоток и заметил рисунок с подписью. — «Жизнь преисполнена магии»? — прочитал Шерлок милый слоган так же недоверчиво, как и Джон, когда впервые ступил в загадочную маленькую кофейню и попробовал кофе из этой же кружки. От этих воспоминаний доктор искренне рассмеялся и, поймав на себе взгляд Луны, почувствовал, как она сжала его руку под столом, тоже лучезарно улыбаясь от воспоминаний. — Несомненно да! — уверенно подтвердил он… даже несмотря на то, что вспомнил все те шокирующие мелочи, которые Луна ему рассказывала, а он думал, что она просто флиртует. А это значило, что все, что она говорила о единорогах и драконах, а также обо всем прочем тоже было правдой! Шерлок, однако, просто посмотрел на них, потом перевел взгляд на девушку с густыми волосами, которая сидела рядом с ним. Когда Гермиона снова улыбнулась ему, Шерлок почувствовал, как его тело неожиданно непривычно отреагировало… и что более удивительно, он поймал себя на мысли, что ему нравится это чувство. Поэтому, какой бы ни была невероятной сложившаяся ситуация, он без колебаний согласился с признанием друга. — Да, Джон. Полагаю, что все доказательства… какими бы странными они ни были… определенно указывают на то, что это так. В конце концов, исключив невозможное, всё, что останется, каким бы невероятным оно ни казалось, должно быть истиной, — заявил он, и остальные поняли, что никто не смог бы лучше описать их уникальную ситуацию.