Inside

Арена гудела так, что пол дрожал под ногами. Камеры выхватывали лица игроков, комментаторам пришлось увеличить громкость микрофонов. В кадре Foxes в полном составе. На месте Ники снова сидел Нил Джостен. Ссадины и синяки сразу бросились в глаза комментаторам. — Нил Джостен… Мой любимый Нил Джостен. Кто же это тебя так? — Не упустил возможности пошутить комментатор. — Могу предположить, что это был Эндрю Миньярд. Он известен своим жестоким поведением и частыми драками. К тому же, часто Foxes теряли игроков из-за плохих отношений с Миньярдом. — Что ж ты так сразу обвиняешь? Может быть это капитан команды. Видел, как он швырнул мышку, перед перерывом? Игра Джостена сегодня какая-то хилая. Игрок сам не свой. Хотя, когда такие отношения в команде… Сложно собраться. Первую половину Foxes играли в защите. Ravens начали агрессивно. Их тактики были обговорены: быстрые раскидки, ранние выходы, поддавливание экономики Foxes. Счёт быстро стал 4:0 в пользу Ravens. — Не ссыкуйте, — спокойно сказал Нил в микрофон и легонько положил руку на бедро Эндрю, похлопав по нему. — Мы их догоним. Всё под контролем. Эндрю снял с авика первого, потом второго. Игра пошла лучше. Кевин закрыл мид, Аарон и Мэтт отстояли точки под шквалом гранат. Foxes взяли первый раунд, толпа вскрикнула от расстройства. Ravens снова надавили, отжимая пространство. Рико держал команду на короткой узде. Foxes не отступали, но к концу половины счёт был 8:4 в пользу Ravens. Перед сменой сторон Нил, вытирая пот со лба, сказал: — Идиоты. Хэй, Эндрю, договор тот же, но в обратную сторону. Соберись. Во второй половине они играли за террористов. Foxes перешли в наступление. И здесь проявился Нил. Он даже задумался переименовать себя в Nielnja из-за того, что постоянно убивал других, когда они не ожидали. Его хаотичная, дерзкая игра сбивала Ravens с темпа. Эндрю прикрывал его каждым выстрелом. Нил залетел на плент, отвлёк внимание, Эндрю снял снайпера Ravens, прошив через смок. Мэтт и Аарон встали на оборону, чтобы Кевин поставил бомбу. Счёт сократился. Толпа стала тише. Болельщики Ravens замолкли. Атмосфера накалилась до предела. 10:9. Ravens всё ещё ведут, но Foxes дышат им в спину. 12:11. Если они берут раунд, Foxes проигрывают финал. Нил вышел через мид, сделал первый фраг, но его зажали. Эндрю убил разменом. Кевин и Аарон зацепились за точку, но их убивают. Остался один Эндрю. Один против двух. Толпа замолкла. Ravens начали разминировать бомбу. Эндрю прицелился, сердце колотилось. Выстрел, хэдшот. Второй побежал на дефьюз, откинув смок. Времени меньше пяти секунд. Эндрю промахнулся. Перезарядка. Последний выстрел прямо в голову. Нил подскочил на стуле, крикнул что-то в сторону Ravens и коротко обнял Эндрю. — Видимо, ссадины дело рук Кевина. — Усмехнулся комментатор. — С Миньярдом они в хороших отношениях. 12:12. Допы. Foxes собрались. Нил, играл на пределе: делал размены, затащил клатч 1 в 2. Кевин холодно диктовал стратегии. Аарон контролировал плент, как вкопанный. Эндрю с каждым выстрелом выводил Ravens из игры.15:13. Последний раунд. Ravens отчаянно шли всей командой на «А». Гранаты летели, дым закрывал проходы. Нил первым пришёл на точку, отвлёк внимание, успел убить одного и отдать инфу, перед смертью. Эндрю снял второго, Кевин забрал третьего. Аарон словил четвёртого. Остался Рико. 1 в 4. Он зажал и убил Кевина, отстрелил Аарона. Уже 1 в 2. Он развернулся и увидел прицел Эндрю. Хлопок. 16:13. Foxes победили. Нил вскинул руки, повернулся к Эндрю и на глазах у всех целует его. Арена ревела. Толпа была разочарована. Кубок поднимали вместе: Кевин со слезами в глазах, Мэтт с широкой улыбкой, Аарон с немного поднятыми уголками рта (он сильно устал), Эндрю, стоящий рядом с Нилом. — Ну что, — хрипло сказал Нил. — Я же говорил, что вернусь. Эндрю положил руку ему на шею и коротко поцеловал. Камеры поймали и этот момент. Толпа снова взорвалась. — Ещё раз пропадёшь, — сказал он тихо, — я тебя убью. Нил усмехнулся, впервые за всё время расслабленно: — Я помню. Шум арены ещё вибрировал в стенах, когда двери раздевалки закрылись. Снаружи продолжали реветь фанаты, щёлкали камеры, но здесь была только тишина и тяжёлое дыхание. Странно, ведь они победили. Кевин сел на лавку и уронил голову в ладони. Его плечи вздрагивали, но он уже не плакал, просто не мог остановить дрожь. Он повторял себе под нос: — Мы сделали это… сделали… Мэтт рухнул прямо на пол, раскинув руки, улыбаясь сквозь усталость. Ники вошедший в раздевалку, резко сказал: — Господи, я правда думал, что мы сдохнем. Кевин поднял голову и посмотрел на него: — Мы бы сдохли, если бы не он. — Он кивнул на Нила. — Это был бы… Пятый провальный матч? Все взгляды обернулись к нему. Нил сидел у стены, держа в руках бутылку воды, не спеша открывать. Он встретил их взгляды и пожал плечами: — Ну, вы же не думали, что я позволю им выиграть? — Ты опоздал, ублюдок, — сказал Аарон устало, но без злобы. — Мы могли проиграть ещё на второй карте. Нил усмехнулся: — Но ведь не проиграли. Эндрю всё это время стоял в углу, прислонившись к шкафчику, и молчал. Он наконец подошёл ближе, остановился прямо перед Нилом. В комнате повисло напряжение. Эндрю наклонился, взял Нила за подбородок и заставил поднять голову. Их глаза встретились. — Хватит скрывать свою усталость за этой улыбочкой. Не делай вид, что рад. Нил ответил спокойно, почти шёпотом: — Я действительно рад, потому что я вернулся к тебе. Мэтт громко выдохнул и отвернулся, давая им пространство. Аарон прикрыл глаза рукой, сказал: — Господи, вы двое… Эндрю не отреагировал. Он опустился на скамью рядом, не отпуская Нила. Несколько секунд молчал, а потом сказал: — Больше никогда так не делай. Никогда. Нил коснулся его запястья. — Тогда не отпускай меня. Эндрю ничего не ответил. Он просто притянул его ближе и снова поцеловал. — Отклейтесь друг от друга… — Пробормотал Аарон. Ваймак открыл дверь и увидел эту картину. Он замер на пороге, посмотрел на команду: уставших, измотанных. Его суровое лицо дрогнуло. — Ладно, чемпионы, — сказал он хрипло и прокашлялся. — Нас ждёт пресс-конференция. Но вы имеете право задержаться. Дверь снова закрылась. Нил и Эндрю отказались от прессы. Они точно знали, что их отношения сенсация для журналистов. Отель встретил их тишиной. За окнами шумный город уже начинал стихать, даже фанаты, забившие весь квартал, расходились по барам и клубам. Foxes разбрелись по номерам: кто-то рухнул спать в одежде, кто-то заказал ужин, кто-то просто уткнулся в телефон. Эндрю открыл дверь и пропустил Нила внутрь. Комната была полутёмной. Только свет из окна и тусклая лампа на тумбочке, которую он включил. Эндрю снял капюшон, бросил кофту на кресло и закрыл дверь на замок. Он молча посмотрел на Нила. Тот уже стоял у окна, глядя на огни города. Его лицо в отражении казалось чужим: следы побоев, тень усталости под глазами. Но Эндрю видел в нём то, что никто другой никогда не замечал. Не живое упрямство, стальную пружину, которая всегда возвращала Нила обратно, а слабость и усталость, которые он доверил Эндрю. — Я боялся, что ты сдохнешь, — тихо сказал Эндрю, подходя ближе. — Но не сдох, — так же тихо ответил Нил, не оборачиваясь. — Прости, что заставил ждать. Эндрю сжал его плечо, резко развернув к себе. — Не смей извиняться. Нил усмехнулся уголком губ, но глаза оставались серьёзными. — Значит, ты всё-таки скучал. Эндрю не стал отвечать. Вместо этого он прижал его к себе, так сильно, что у Нила хрустнули кости. И, не отпуская, уткнулся лицом в его шею. Долгое молчание. Только их дыхание и далёкий шум города. Нил положил руки ему на затылок. — Я убил Стюарта. Теперь он не помешает. Эндрю отстранился, посмотрел прямо в его глаза. Голубые встретили карие, и в них впервые за долгое время не было ни льда, ни страха. — Я серьёзно. Но это была самооборона. Теперь он не помешает нам. — Ты идиот, — сказал Эндрю. — Твой идиот. Нил усмехнулся, тихо, почти беззвучно. Эндрю поцеловал его, жёстко, требовательно, будто хотел убедиться, что он настоящий. Нил ответил. Снаружи кто-то шумно проходил по коридору, кто-то смеялся, но в этой комнате не существовало никого, кроме них двоих. — Завтра будет пиздец, — сказал Нил, когда их дыхание немного выровнялось. — Надеюсь Ваймак ответит на все вопросы. Эндрю кивнул. Нил закрыл глаза, позволив себе впервые за многие недели расслабиться. Нил повернулся и поцеловал его шею. Эндрю даже не понял, как они оказались на кровати. Нил положил руку Эндрю на грудь и провёл ей до живота. — Я могу? Эндрю промолчал, нужно было понять, точно ли Нил хочет этого. Они слишком давно не были вместе, поэтому Эндрю уже отвык от него. — Эндрю, да или нет? — Да. Нил просунул руку под штаны, и Эндрю судорожно вздохнул. Обычно он всегда вёл. — Всё хорошо? Эндрю кивнул. Нил поцеловал его шею и прошептал: — Я не слышу ответа. — Да. — Я хочу отсосать тебе. Можно? — Да. — Обдумав говорит Эндрю. Нил проделал дорожку из поцелуев и вытащил член, который почти отпружинил ему в лицо. — Извините, за сервис. У меня это впервые. Оставьте отзыв после поездки. — Сказал он, усмехнувшись. — Заткнись, придурок. Не говори это с членом у рта. Эндрю посмотрел вниз, и один только вид Нила, делающего то, что он делал, привёл к тому, что он готов непроизвольно и слишком рано кончить, и он поторопился отвести взгляд. Ощущения оказались неожиданными для него. Это гораздо лучше. Эндрю обеими руками схватил его за волосы, но не давил на него, он не ублюдок. Эндрю потерял счёт времени. Когда парень был близок к концу, он хотел оттянуть Нила, но тот сам отстранился. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня. — Сказал Нил, хриплым голосом. Глаза Эндрю округлились. Ему нужно успокоиться, он почти кончил от голоса этого придурка. Миньярд резко повалил его на кровать. — Одно условие. — Я слушаю. — Ты не должен быть только отдавающей стороной. Я готов, к тому, чтобы ты трахнул меня. — Но… Давай на камень, ножницы, бумага? — Спросил он, протягивая кулачок. — Нил. — Сквозь зубы проговорил Эндрю, но тяжело вздохнув, протянул кулачок. — Победитель сверху. Они много раз переигрывали, потому что Нил всё время придумывал новые правила по типу: «До трёх побед» или «Первые ножницы». Оба раза Эндрю проигрывал. Но в последний раз он победил. «Чёрт.» — Подумал он, но придумал как выкрутиться. Эндрю достал презервативы и смазку из чемодана (Он заранее подготовился к этому моменту, парень ждал, что Нил вернётся). — Оценить поездку говоришь? — Да. — Не знаю пока что… Плохо покатал. — Сказал он, заведя одну руку за спину, а другую, положив на грудь Нила. — Я вообще-то победил. — Ты против? Я хочу оценить поездку по достоинству. — Сказал он, прерываясь. — Не против. Я могу помочь? Я посмотрел в интернете и потренировался на себе… — Боже, не говори такой хуйни. Да, не против, только заткнись. Эндрю налил смазку на руку Нила, и тот сразу же начал щупать её между пальцами. Миньярд вытащил пальцы, чтобы Нил вставил свои. Как оказалось, чужими воспринималось всё ещё тяжело. Но Эндрю долго готовился морально к своему первому половому акту. Точнее, первому по согласию. Первому по любви. Нил начал двигать пальцами, Эндрю координировал его работу и прислонился губами к его груди. Нил втянул воздух, но продолжил растягивать Эндрю. — Эндрю, не там… Миньярд поцеловал его в губы, но поцелуй прервался стоном, когда Нил согнул пальцы. Если до этого приятного было мало, то теперь по его телу прошёл электрический удар, который заставил его выгнуться. После этого он вытащил и Эндрю уже готов брать презерватив в руки, но Нил вылил ещё смазки и продолжил. — Уже можно. — Я не хочу навредить тебе. «Сукин сын. Он слишком хорош.» — Подумал Эндрю, но вслух сказать не было сил. — Всё. — Сказал Эндрю, через несколько поцелуев, вытаскивая из себя руку Нила. Он кинул ему презерватив, но Джостен не смог открыть его из-за липких рук. Эндрю открыл сам и надел презерватив. Эндрю поднялся на коленях. — Где я могу? — Везде. Джостен положил руки на талию Миньярда. Тот, начал медленно вводить в себя член. — Блять, ты пиздец горячий. Ненавижу твоё придурковатое лицо. — Сказал Эндрю, отводя от него взгляд. Эндрю продвигался с остановками. — Я недостаточно растянул? Всё нормально? — Достаточно. — Сказал Эндрю. — Тогда расслабься, красавчик. После этих слов хотелось только проматериться на него. Нил полностью вошёл, и они оба тяжело выдохнули. Лучше контролировать процесс сверху, поэтому Эндрю выбрал именно эту позу, хотя и считал её тяжёлой. — Эндрю… — Простонал Нил. Нил приподнялся и сел, входя под другим углом. — Сука… — Прошептал Эндрю, после того, как простонал. — Подожди. Эндрю стал первооткрывателем для обоих. Миньярд начал двигаться, но почему-то ничего приятного не чувствовал, поэтому положил руку на свой член и начал себе помогать. — Можешь… начинать. — Выдохнул он на ухо Нилу. Тот послушно поцеловал его в шею и начал двигать бёдрами, направляя член под тем самым углом. В глазах появились звёзды. На член Эндрю выступила капелька, которую Нил тут же размазал по головке. Эндрю повернул его голову и приложился своими губами. Нил кончил первым, он вытащил, тяжело дыша, после чего сразу же кончил и Эндрю. — Пиздец… — Прошептали оба, упав на кровать. Нил завернул Эндрю в одеяло и притянул к себе. — Оцените поездку… — Сказал он, поцеловав Эндрю в лоб. — Пять. — Из десяти? — Из ста. — На зло сказал Эндрю. — Что можно улучшить? — Заткнуться. Пять из пяти, Джостен, отвали. — Спасибо за оставленный отзыв. Ждём вас ещё.

***

Эндрю вернулся домой поздно. Прошла неделя с того времени, как они выиграли турнир. Эндрю был у Кевина. Там он застрял дольше, чем планировал: тот снова требовал пересматривать записи финала, разбирать тактику и указывал на каждую ошибку. Кевин всегда был одержим, но после чемпионства его мания только усилилась. Эндрю же слушал его ровно столько, насколько хватало закусок. Как они кончились, он пошёл домой. К такому же одержимому фанату. Дверь квартиры закрылась за ним с привычным щелчком. Но дальше привычное заканчивалось. Он снял кроссовки, бросил ключи на тумбочку и пошёл по коридору. Свет был мягким, тёплым, но даже он был другим. Эндрю привык к тусклым лампочкам и пустым белым стенам. Теперь стены ожили: на крючках висела куртка Нила, рядом стояли кеды, потертые и грязные, но аккуратно поставленные. Гостиная встретила его запахом не только кофе и табака, но и приготовленным ужином. К счастью, Нил не спалил кухню. На диване лежал тёплый плед, тот самый, который Нил притащил с собой, хотя Эндрю сказал «мусор». На столике стояла чашка, перевёрнутая вверх дном, и рядом книга Эндрю, которую Нил никогда не читал до конца, но всегда оставлял открытой на середине. Эндрю прошёл дальше. В спальне, на подоконнике появился кактус в горшке. На прикроватной тумбочке лежали солнечные очки Нила и связка ключей. Простыни были смяты, но впервые это не выглядело как хаос, а как следы жизни. Он открыл шкаф. Половина занята безвкусными яркими футболками, худи и джинсами, в хаотичном порядке. Эндрю вздохнул, но он не чувствовал раздражения. Справа же красиво и аккуратно висела его чёрная одежда. В кухне на холодильнике висел магнит с какой-то идиотской надписью из песни: «Run fast for your mother», Нил получил его на каком-то недавнем марафоне. Эндрю прислонился к стене, достал сигарету, но так и не закурил. Просто смотрел вокруг. Его серое убежище, всегда казавшееся больше клеткой, чем домом, теперь дышало, было живым. Оно было их. Послышался тихий шаг. Нил вышел из ванной, волосы ещё влажные, в спортивных штанах Эндрю и в своей старой футболке. Увидев его, он усмехнулся: — Ты смотришь так, будто я тут ремонт устроил. Эндрю окинул его взглядом и всунул сигарету ему в рот. — Ты устроил взрыв на фабрике красок. Приберись в шкафу. Нил пожал плечами, прошёл мимо и опустился на диван, завернувшись в плед. — Просто распаковал вещи. Иначе какой смысл переезжать? Что не так со шкафом? Эндрю медленно подошёл и сел рядом. — Выкинь свои тряпки. — Но мне нравится эта одежда… Эндрю промолчал, а потом сказал. — Тебя слишком много. — Зато я точно не исчезну. В этом и есть смысл, — спокойно сказал Нил. — Хорошего много не бывает. Эндрю хмыкнул, бросил сигарету из его рта на столик, и потянулся к нему. — Зачем ты дал мне сигарету, если не поджёг её? — Иногда достаточно подержать во рту, чтобы утихомирить желание. — Подержать во рту значит… — Заткнись. Эндрю посмотрел на него, долго и сердито. Нил рассмеялся и поцеловал его. Потом он разлёгся на диване, будто всегда здесь жил. Плед соскользнул на пол, Нил лениво откинулся назад и закинул ноги на столик. — Ты всё ещё выглядишь так, будто не веришь, что я здесь, — сказал он, не глядя. Эндрю бросил короткий взгляд. — Я приучил себя не верить. Нил усмехнулся, наклонил голову ближе. — А всё равно поцеловал меня тогда на глазах у всех. — Мне насрать. — Эндрю откинулся на спинку. — Хотел проверить кое-что. — Проверил? — Да. Нил на секунду замолчал, потом достал из кармана что-то маленькое и положил на стол. Старая зажигалка, потёртая, с царапинами. — Нашёл в вещах. Моя мама когда-то носила её. Не знаю зачем, но она всегда была с ней. Я считал её талисманом. Эндрю поднял бровь. — Дерьмовый талисман. — Возможно, — пожал плечами Нил. — Но он пережил всё, даже её. Так что оставлю его здесь. Эндрю взял зажигалку, щёлкнул колесиком. Искра вспыхнула и погасла. Он положил её обратно. — Оставь. Только не храни её рядом с другими нашими. — У нас, значит, теперь общее «наше», да? — спросил Нил с улыбкой. Эндрю скосил на него взгляд. — Если скажешь это ещё раз таким тоном, я выкину тебя с окна. — Врёшь. — Нил чуть подался вперёд и коснулся его плечом. — Ты ведь рад. Эндрю не ответил. Но его рука сама нашла запястье Нила и сжала. Крепко, проверяя, что он действительно рядом. Они сидели так какое-то время, в тишине, слушая ночной город за окнами под какой-то фильм. Для кого-то это был бы простой вечер. Нил нарушил тишину первым: — Знаешь, раньше я всегда думал, что дом — это место, где ты не задерживаешься. Место, откуда придётся сбежать. Эндрю повёл плечом. — Дом — это не место, это люди в нём. Эндрю посмотрел на него. Голубые, океаны и моря в его чистых глазах. Он коротко поцеловал его, не разжимая пальцев на запястье. — Тогда ты мой дом… — Сказал Нил. Они сидели в этой квартире, которая стала их местом. Местом, куда они оба возвращались. И для людей, которые никогда не умели любить и не верили в романтику, этого было больше, чем достаточно.