Упреждение

      Когда я снимаю маску, тебя начинает трясти. Отвергнутый тобой ранее, кинжал оказывается в руках, направленный острием на единственного человека, которого ты ненавидишь теперь больше себя. Хотя, об этом можно было бы поспорить.       — Том… Я верил тебе!       Не сомневаюсь, что верил. Ты веришь кому попало — и куда это тебя привело?       — Вам придется довериться мне еще раз, если вы хотите спасти этого ребенка, Четыреста Пятьдесят Шестой.       Я благодарю небеса за то, что Двести Двадцать Вторая так вовремя разрешилась от бремени — и так вовремя умерла, подарив моему Гарри новый смысл жизни. Временный, я надеюсь, но достаточный, чтобы завершить игру.       — Кроме того, моя смерть ничего не изменит. Завтра же на мое место встанет кто-то другой. Кто-то гораздо менее к вам… — я улыбаюсь. — …лояльный.       Я хочу, чтобы ты спросил «почему я?» — и одновременно страшусь этого. Да, страшусь. Как только это признание сорвется с губ, пути назад уже не будет ни для кого из нас.       Ты не спрашиваешь. Ты молча уходишь, лишь вздрагивая на брошенное мной вслед:       — Ты все еще веришь в людей… Гарри?

***

      Я разочарован — нет, я, попросту, в бешенстве. Ты хоть представляешь, чего мне стоило убедить VIP-ов, что устроенная тобой ночная резня выйдет куда зрелищнее, чем шестая игра?       От тебя требовалась такая малость — решиться. Зарезать во сне семь человек — не лучших представителей человечества, скажем прямо. Выйти отсюда с выигрышем и младенцем.       Идиот. Прекраснодушный, наивный кретин.       Стоишь теперь на платформе с орущим кульком в руках, а напротив — семь человек, которые уже все для себя решили. Для которых смерть этого ребенка — небольшая цена за первое место. Они не лошади на скачках, Гарри? Конечно, нет, они куда хуже. Даже лошадь не затопчет жеребенка ради куска сахара.       Когда в конце на платформе остаетесь только вы вдвоем, то VIP-ы затаили дыхание. Они уверены, что младенец, которого ты защищал две игры подряд, сейчас полетит на землю с 30-футовой высоты, а ты победишь. Во второй раз. Беспрецедентно.       Они уверены, что ты пришел сюда за победой.       Ты кладешь ребенка на пол и делаешь шаг с платформы.

***

      Эвакуация идет полным ходом, остров скоро взлетит на воздух. Дорогие гости, взбудораженные исходом игры, спешат к вертолету. Я принимаю поспешные благодарности и откланиваюсь — меня ждет мой собственный, в котором уже мирно дремлет в люльке ребенок-победитель. Туда же грузят черный ящик с бантом, стандартный гроб для игрока. Милый сувенир с игр.       Вертолет VIP-ов взрывается, стоит ему подняться в воздух. Одновременно по пуле в лоб получают квадраты, готовившие мою эвакуацию. Я улетаю один, с новыми документами, чистой репутацией, деньгами, которых хватит на десять жизней. С двумя спящими победителями на борту, один в люльке — другой в гробу.        Когда-нибудь, ты поймешь: почему не дал тебе умереть, почему твое падение остановила растянутая сетка, почему забрал тебя с собой и уже никогда не отпущу.       Игры кончились — и я единственный, кому удалось в них победить.