Reversal // Вспять

Шэдоу не мог припомнить, чтобы когда-либо чувствовал себя таким... удовлетворённым. За всю свою жизнь. Волны жара сменились тёплым, приятным ощущением, как будто он закутался в пушистые одеяла холодной ночью, только в тысячу раз лучше и пронизывающее всё его существо. Он был... сыт. Наполнен (во многих смыслах). Он почувствовал, как в горле снова зарождается мурлыканье, и только силой воли смог подавить его, размышляя о том, что только что произошло. Весь этот опыт прошёл в каком-то туманном наслаждении, его рациональный разум лишь смутно осознавал происходящее, позволяя своей биологии взять верх: потому что, конечно, всё это было просто чистой биологией. Всё, что он говорил и делал, было постыдным — он мог винить в этом свои ДНК и гормоны. Но когда он пришёл в себя, то почувствовал, как слегка покраснели его щёки: Соник нависал над ним, закрыв глаза, выглядя разгорячённым и взволнованным, пока приходил в себя после собственного оргазма. И Боже, Шэдоу больше всего на свете хотел притянуть его к себе, крепко обнять, обхватить ногами за талию и никогда не отпускать... Эта последняя мысль напомнила ему о том, что Соник всё ещё был внутри него, и каждый раз, когда Шэдоу дышал, он чувствовал это, чувствовал Соника, который касался его в самых сокровенных местах, которыми он никогда ни с кем не делился, и он хотел большего... Но нет. Нет. Это был тот один раз. Один раз он мог допустить. Его жар на мгновение рассеялся. Он понятия не имел, как долго это продлится, но, по крайней мере, сейчас он был более собранным, чем до прихода Соника, и ему нужно было быть стойким. Потому что... потому что, если Соник останется... Нет. Он не мог. Мысль о том, что Соник скоро покинет его, была подобна тому, как если бы кто-то вылил ему на голову ледяную воду. Внезапное и болезненное возвращение в реальность заставило Шэдоу прикусить губу и слегка вздрогнуть, прежде чем он заставил себя успокоиться. Глаза Соника открылись, и Шэдоу встретился с ним взглядом, прочитав в них нежную привязанность, от которой его сердце ещё больше растаяло. Сказать, что поднять руки и оттолкнуть Соника в тот момент было одной из самых трудных вещей, которые Шэдоу когда-либо делал – это ещё мягко сказано. — Эм, — он откашлялся, отводя взгляд от глаз Соника и сосредотачиваясь на его подбородке, — спасибо. — Д-да, — голос Соника слегка дрожал, — в любое время. Шэдоу мгновенно ухватился за эту мысль, но вместо этого заставил себя сказать: — Ты... ты можешь... ты должен уйти, — он сглотнул и заговорил более твёрдо, — Да. Ты должен уйти. На мгновение воцарилась тишина, и Шэдоу продолжал смотреть чуть ниже подбородка Соника, демонстративно не глядя ему в лицо. — Шэдоу, — наконец сказал Соник, и его голос был мягким и серьезным, и этого было достаточно, чтобы глаза Шэдоу взметнулись и встретились с его взглядом, — Послушай. Я уйду прямо сейчас, если ты этого хочешь. Я не хочу заходить за твои границы или огорчать. Шэдоу почувствовал, как его сердце упало в пятки, и не смог сдержать того, чтобы его уши не поникли от пренебрежения, когда он снова отвернулся, и тихий голос в его голове прошептал: «Он бросает тебя; это значит, что ты недостаточно хорош для него, чтобы он остался и заботился о тебе; какой же ты никчёмный омега»... — Но, — и Шэдоу снова навострил уши, — я не думаю, что ты действительно этого хочешь. — Я говорю тебе... Почему? — Потому что, — Шэдоу почувствовал лёгкое прикосновение к тыльной стороне своей ладони и с удивлением осознал, что вцепился в руки Соника так сильно, что у него побелели костяшки пальцев, а когти впились в шерсть Соника так сильно, что оставили маленькие следы. — Ох, — Шэдоу медленно разжал кулаки, но прежде чем он успел прижать их к груди, Соник поймал их в свои. — Шэдоу. — он не ответил, — Шэдоу. Посмотри на меня, — они оба знали, что отдавать приказ сейчас было своего рода бессмысленным, поскольку Шэдоу в тот момент всё ещё был достаточно послушным, чтобы чувствовать себя обязанным подчиниться. Глаза Шэдоу нервно встретились с глазами Соника, и он тут же попался в ловушку: мягкая нежность в них в сочетании с едва сдерживаемой страстью не позволяли отвести взгляд. — А теперь. Скажи мне правду. Ты правда хочешь, чтобы я ушёл? — и тут Соник совершил двойной обманный манёвр, потому что Шэдоу почти забыл, что синий ёж всё это время был внутри него, но в конце вопроса он слегка качнул бёдрами, и у Шэдоу перехватило дыхание, когда его тело почти мгновенно снова стало нагреваться. — Н-нет, — захныкал он. А потом не смог остановиться, его голос был надломленным и отчаянным: — Нет, я не хочу, чтобы ты уходил; пожалуйста, останься, пожалуйста, останься со мной, Соник. Улыбка Соника была такой самодовольной, что Шэдоу тут же пожалел о своих словах, ему захотелось врезать в это милое выражение его лица, но, поскольку Соник всё ещё держал его за руки, ему оставалось только хмуриться. До тех пор, пока выражение лица синего ежа не смягчилось, и он не наклонился вперёд, практически оказавшись с ним нос к носу: — Я рад, Шэдоу. Я тоже не хотел уходить. Он пошевелил бёдрами, и Шэдоу не смог сдержать тихий стон, вырвавшийся из его горла. Так близко, когда он почти полностью всё осознавал, он видел, как расширились глаза Соника, как синий ёж прикусил губу, и мелькнул крошечный розовый язычок... И Соник явно понимал: он видел, куда смотрит Шэдоу, и, возможно, именно это подтолкнуло его к следующей фразе. Может быть, дело было в том, что теперь он знал, что останется здесь, с Шэдоу, на всю неделю, и они будут проводить много времени вместе. Может быть, дело было... может быть, дело было в чём-то другом. Но следующие слова, которые произнёс Соник, были: — Можно мне поцеловать тебя? Шэдоу моргнул: это было не...это было не то, что делают друзья, это было не то, что делают соперники: это было то, что делают возлюбленные... Ему было все равно. — Пожалуйста. И в следующее мгновение Соник обхватил его щёки ладонями и притянул Шэдоу к себе для поцелуя, и Шэдоу растворился в нём. Каждая частичка его тела была наполнена Соником, Соником, Соником, его запахом, ощущением его мягкой шерсти под голыми пальцами Шэдоу, когда он положил руки на плечи Соника, тем, как его сердце снова и снова повторяло имя Соника, пульсируя с каждым ударом. В этом поцелуе не было ничего особенного. Это было так сладко и нежно, но в то же время так много невысказанных годами эмоций, что Шэдоу даже не знал, как это воспринимать. Поэтому, когда Соник отстранился, Шэдоу тихо вздохнул, ощущая, как по телу разливается тепло, и не зная, возвращается ли к нему жар или это что-то другое. — Тебе понравилось? — Угу... мхм... — сумел пробормотать Шэдоу, откинувшись на одеяло. Соник слегка отодвинулся, чтобы ему было удобнее, и Шэдоу тихо застонал, почувствовав, как член Соника трётся внутри него. Раздался тихий смешок, и Соник положил руку на колено Шэдоу. — Ты уже готов к следующему разу? Я не знаю, как у тебя проходит течка... — что ж, это было отличным напоминанием о том, что если Соник останется, то дело дойдёт до того, что Шэдоу будет буквально несколько дней только и делать, что умолять его о сексе. Да, несмотря ни на что, он всё равно не совсем был готов к этому. Но, по крайней мере, ему не придётся справляться это в одиночку... и... и если он почувствует то же, что и в первый раз? Если бы он смог достичь такого уровня удовольствия... возможно, это было бы сносно. Шэдоу на мгновение задумался над вопросом Соника, но синий ёж продолжил свои махинации, незаметно поглаживая Шэдоу по шерсти, проводя руками по его бокам, и тело Шэдоу предало его, очевидно снова заинтересовавшись, его член слегка дернулся, и по его длине скатилась ещё одна капля предэякулята. — Похоже, кто-то готов к ещё одному раунду, — поддразнил Соник, и лицо Шэдоу вспыхнуло, прежде чем он резко вдохнул, когда Соник обхватил его член рукой. — Заткнись… — это всё, что он успел выдохнуть, прежде чем дрожь пробежала по его спине, когда Соник качнул бёдрами в такт своим движениям. — Ты же знаешь меня, Шэдс. Я никогда не затыкаюсь. На этот раз Шэдоу действительно удалось бросить на Соника сердитый взгляд, и синий ёж, задыхаясь, рассмеялся, продолжая свои движения: — Знаешь, Шэдс... ты был великолепен, когда так отчаянно хотел мой член, что даже не мог нормально соображать, но так мне даже больше нравится. Шэдоу не знал, что чувствовать или как реагировать на этот комментарий, поэтому он просто фыркнул, прежде чем у него перехватило дыхание от особенно сильного толчка. И он должен был признать, что здесь было... было нечто совершенно иное, чем бездумное удовольствие, которое он испытывал раньше. Он был почти уверен, что в ближайшие несколько дней это будет единственный раз, когда он будет в таком ясном сознании во время... этого... и это означало, что он действительно мог чувствовать нечто большее, чем просто эйфорию. Он чувствовал лёгкое сопротивление каждый раз, когда Соник выходил из него, ощущал скользкую текстуру очень потрёпанных перчаток Соника на своём члене — да, их нужно было снять. Он потянулся вниз, чтобы схватить Соника за запястье, и синий ёж удивлённо замер, когда Шэдоу потянул ткань его перчаток, хрипло пробормотав: — Сними. Соник ухмыльнулся и в мгновение ока, слишком быстро, чтобы Шэдоу успел проследить за его движениями, стянул с себя перчатки и бросил их где-то в пещере Шэдоу, на что Шэдоу, вероятно, разозлился бы, если бы нашёл их позже. Но сейчас он был занят тем, что чувствовал, как шершавые подушечки пальцев Соника скользят по его члену от основания до кончика, дразня его так, что Шэдоу пришлось прикусить губу, чтобы не издавать более смущающих звуков. — Ты издаёшь гораздо больше шума, когда в отчаянии, — заметил Соник, и Шэдоу оторвал взгляд от того, что Соник делал у него между ног, и посмотрел ему в лицо, но ничего не сказал. — Это... хм... это, думаю, мне нравится, — Соник в последний раз сжал член Шэдоу, прежде чем отпустить его, чтобы наклониться и обхватить голову ежа руками, — Но я уверен, что еще много раз услышу тебя позже. И в этом Шэдоу был чертовски уверен. — Так что пока я буду довольствоваться этим, — и Соник был так близок, а потом между ними не осталось никакого расстояния, и его губы снова прижались к губам Шэдоу. Шэдоу вздохнул, тихо выдохнув, и без каких-либо указаний со стороны мозга его руки поднялись и обхватили Соника за плечи, а ноги обхватили Соника за бёдра, крепко прижимаясь к нему, чтобы не упасть, пока синий ёж продолжал входить в него и выходить. Единственное слово, которое ему удалось пробормотать в губы Соника, было «Быстрее». Он почувствовал, как Соник ухмыльнулся, прежде чем резко укусить Шэдоу за нижнюю губу, и чёрный ёж ахнул. Именно этого и хотел Соник, когда его язык проник в приоткрытый рот Шэдоу, и он позволил ему, позволил синему ёжику поглотить себя, позволил себе забыться совершенно по-другому, не так, как раньше. И он определённо не позволял себе думать о последствиях того, что они сейчас делали. По крайней мере, этот чёртов синий ёж заткнулся. Шэдоу кончил неожиданно и без предупреждения, приглушённо вскрикнув в рот Соника, когда он излился между ними и Соник усмехнулся и промурчал, — Хороший мальчик, — это почти заставило его ударить его головой, но прежде чем он успел разозлиться, на него нахлынуло то же чувство удовлетворения, когда бёдра Соника прижались к нему и замерли. — О-х-х, — это всё, что он смог произнести. И на этот раз он не смог сдержать мурлыканье и даже не стал пытаться. Его мозг наполнился эндорфинами и успокаивающим осознанием того, что Соник останется, останется, останется, будет здесь, чтобы помочь ему со... всем. И он замурлыкал, прижимаясь губами к морде Соника. Он едва заметил, когда Соник наконец кончил, и последовавший за этим поток жидкости: его тело получило желаемое, а разум был эмоционально истощён. Он не отпускал Соника, пока тот осторожно укладывал их на бок, и сразу же уткнулся головой в грудь синего ежа, как только смог. Соник нежно погладил Шэдоу по иглам: — Эй. Ты в порядке? Тебе что-нибудь нужно? — М-м-м... только ты, — пробормотал Шэдоу, прижимаясь к Сонику и наслаждаясь тем, как короткий персиковый мех щекочет его нос и пахнет... ну, как Соник. Как ветер, трава и пот. И ему нравилось, как грудь Соника содрогалась от тихого смеха, когда он притянул Шэдоу к себе и быстро поцеловал его в лоб. — Хорошо. Тогда просто отдыхай. И дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. — М-м, — вздохнул Шэдоу и, не обращая внимания на далёкий голос в глубине его сознания, который напоминал ему, что он засыпает рядом с кем-то другим без какой-либо защиты, позволил себе погрузиться в сон.