Беги

***       14 февраля 20**       Эти записи будут беспорядочными, просто чтобы не перегружать голову всеми глобальными мыслями и вести какую-никакую отчетность и последовательность своих действий.       На почту пришло сообщение о новой работе — нужно разузнать про лечебницу «Hurtess». Судя по коротким видео и небольшим ознакомительным статьям, выяснилась забавность: что светло-желтая приветственная вывеска не горит с половины до конца.       16 февраля 20**       Мне удалось устроиться в эту, на первый взгляд, безобидную организацию. Агентство хорошо постаралось подделать мое образование, а я — обзавестись некоторыми знаниями в области медицины, чтобы совсем не оплошать. Я познакомился с коллегами, и меня сразу перенаправили в отделение «Особо опасные». Это звучит даже не реально, что все столь благополучно, удачно складывается для меня. Коллеги сообщили, что предыдущий врач скоро уволился, незадолго до моего прихода, поэтому я там нужен. К обязанностям можно приступить завтра.       17 февраля 20**       [Некая поэтичность строк мне свойственна, поскольку я журналист и должен уметь изъясняться ярко и полно?]       Здесь был только один пациент. Это меня немного смутило, так как было восемь комнат; может быть, всех выписали незадолго до моего прибытия?       Я подошел к этому человеку и был ошеломлен его мрачным состоянием: он практически не дышал, пусто смотрел в пол и как будто ему было безразлично присутствие кого-либо. И, признаться, не создается впечатление, будто он опасный, как гласит табличка у двери.       Пациент мне не сразу ответил, но шепотом сообщил, что мне стоит бежать. Сказать, что я был ошеломлен, — слов не подобрать.       Мы немного поговорили, если редкие кивки и мычания со стороны собеседника можно считать за беседу.       Его зовут Джуен, мы, вроде как, ровесники или примерно одного возраста.       В мои обязанности входило измерять его показатели, кормить три раза в день, а все остальное время было предоставлено мне.       22 февраля 20**       За эти дни Джуен стал звучать все увереннее и четче, чему я не мог не радоваться. Наши разговоры больше походили на как таковые.       Он признался, что многое не помнит, но с какой-то тоской рассказывает о бывших пациентах и даже называет их имена.       Чанхи       Джейкоб       Сону       Ханен       Кевин       Енхун       Я уточнил, в каких комнатах они были, и он перечислил.       Чанхи 2       Джейкоб 3       Сону 4       Ханен 5       Кевин 6       Енхун 7       Сам Джуен находится в комнате под номером восемь. Потом, что было для меня открытием, так это то, что Джуен сам бывший медбрат «Особо опасных». Но что случилось? Почему он находится здесь, в отделении, как больной.       А также у Хенджэ сразу возникает вопрос, почему ему сказали об увольнении предыдущего работника.       Какие-то несостыковки. Кажется, Ли нашел след.       24 февраля 20**       Я не стерпел и проник сначала в комнату видеонаблюдения, на время усыпив охранника, прежде чем вывести из строя камеру в кабинет главврача. Незаконно, но ради репортажа я был готов на все.       Внутри я проверил более-менее подозрительные предметы интерьера на поиск сейфа или тайника. Через семь минут я с ликованием отыскал отсек в полу, который был накрыт ковром, под креслом. Предусмотрительно. Я ловко открыл его, найдя желанную флешку.       Недолго думая я подсоединил её к USB-репликатору, который уже был подключен к моей флешке. Загоревшийся светодиод дает мне понять, что дублирование файлов проходит успешно. Через две минуты все кончилось, и я быстро вернул флешку в тайник, аккуратно все расположив в кабинете, прежде чем бесшумно подойти к двери.       Была тишина. Я приоткрыл дверь, и, убедившись, что опасности нет, быстро вернулся к охраннику, поднеся к его носу вату, пропитанную нашатырным спиртом. Мужчина отпрянул от резкого запаха и глупо-изумленно уставился на меня.       Я с сожалением и неловкостью сообщил ему, что он потерял сознание и что, к его ужасу, один из экранов перед ним не работает. Охранник так знатно испугался и сразу же вызвал ремонтников, а я преспокойно вернулся в отделение «Особо опасных». С Джуеном все было хорошо, кажется, он идет на поправку. Быстро проверив его состояние, я отправился в свой кабинет.       Содержимое флешки было сокровищем.       «Эксперимент номер тридцать семь проводится каждый квартал, — в видео, наполненном помехами, показано злополучное отделение, в котором заняты шесть комнат, так же, как обозначил ранее Джуен. — Его суть заключается в том, чтобы создать новый вид оружия массового поражения в одном лице под названием Superbia, поэтому сначала мы находим пациентов, подходящих под наше требование».       Хенджэ смотрел и не верил своим глазам. Дальнейшие кадры демонстрируют особенности людей: их чрезмерную агрессию и зудящее желание восполнить плотское желание. Наблюдать за мельтешащими перед экраном камеры врачами в масках и с инъекциями в руках для прогрессирования негативных эмоций пациентов было тошно.       Ли быстро выписывает дополнительные значения под диктовку очвучивающего:       2 зависть       3 обжорство       4 похоть       5 гнев       6 алчность       7 уныние       Он долго сканирует взором запись, на фоне слушая крики пациентов, которым насильно вводят препараты, а затем его самого озаряет, и он перелистывает страницу назад, утыкаясь в старые пометки.       Чанхи 2       Джейкоб 3       Сону 4       Ханен 5       Кевин 6       Енхун 7       Хенджэ мысленно соединяет два полученным фрагмента и быстро дополняет новый.       2 зависть — Чанхи       3 обжорство — Джейкоб       4 похоть — Сону       5 гнев — Ханен       6 алчность — Кевин       7 уныние — Енхун       Все эти несчастные люди были жертвами эксперимента. А еще — друзьями Джуена, который, кажется, вообще не в курсе всего происходящего.       Дальше на экране высвечиваются так называемые экземпляры ОМП — это тоже люди, но из-за постоянных инъекций они выглядят как мутанты с обезображенным непропорциональными телами и конечностями; очень пугающими. Их показали шесть штук и, как выясняется, живут они недолго, поэтому подпольная деятельность Hurtless взяла на себя ответственность создать неумирающий экземпляр, по крайней мере, не в течение пяти часов. Существа Superbia всегда помещаются в палату номер один, а в восьмой находится пациент, особенность которого еще не выявили.       Хенджэ ошарашенно уставляется в экран и неприлично широко раскрывает рот в поражении — Джуен ведь находится в комнате восемь, значит, он тоже часть эксперимента, а когда-то работал на Hurtless преданно без понимания, кому служит. Ли сглатывает и быстро фиксирует всю информацию, через вторую почту посылая все доказательства коллегам и директору агентства, чтобы наверняка. Ему нельзя позволить, чтобы эта информация осталась незамеченной.       И на секунду ему становится страшно, что он так скоро узнал правду, и теперь эту правду очень тяжело нести на своих плечах.       Как только файлы отправляются, Хенджэ выключает ноутбук, пряча его за книжными полками, и, убедившись, что в кабинете все стоит непринужденно, выходит из кабинета.       Мгновенная боль пронзает его шею. Хенджэ не видит, но чувствует, как какое-то лезвие впивается ему в кожу и кто-то стоит рядом с ним, сильнее прижимая нож. Ли криво улыбается и теряет связь с реальностью, перед глазами буреет зелена. Он должен был предусмотреть это.       А также сказать Джуену спасибо.       Когда убийца отходит, тело Хенджэ грузно падает на пол.