Ракитник и вереск

My love had been frozen

Deep blue, but you painted me golden

Oh, and you held me close

Oh, how was I to know

(с)

      Время праздника в честь дня рождения Сандайме Цучикаге наступило быстро. Сакура с нетерпением его ждала, так как им удалось завершить лекарство, но вручить его Ооноки разрешили только на мероприятии в качестве подарка от всего Ивагакуре.         В Скрытом Камне был объявлен всеобщий выходной, потому пакет с нарядом от Куроцучи принесли ранним утром. Сакура с замиранием сердца достала объёмную вещь и обомлела - Цучикаге выбрала для неё белоснежное шёлковое кимоно, на подоле и рукавах которого были вышиты журавли. Ирьёнин заворожённо провела рукой по рисунку и заметила, что некоторые нити позолочены. Боже, сколько же стоит этот наряд? А если она случайно прольёт на него что-нибудь? Во век не расплатится.         В пакете также лежали тёмно-зелёные дзори и широкое оби такого же цвета. И даже маленькая коробочка, в которой обнаружились длинные серёжки, явно из белого золота, в форме журавлей. Сакура с восторгом примерила, как они будут смотреться на ушах. А потом задумалась. Образ получался крайне традиционный. Что же делать с волосами? Давно женщина не проводила столько времени перед зеркалом. Даже костюмированная вечеринка Ино не шла ни в какое сравнение с мероприятием данного масштаба. Хотелось выглядеть соответственно роскошному наряду.         Осматривая себя в зеркало, Сакура поправила причёску. Она собрала волосы в высокий пучок, убрав даже привычные пряди сбоку от лица - хотела, чтобы серьги было видно. Ирьёнин тщательно нанесла макияж и осталась довольна увиденным. Кимоно и дзори идеально подошли. Из-за обилия белого цвета её образ смахивал на свадебный. Женщина представила на минуту, будто она действительно выходила замуж в подобном наряде. У алтаря её ждал бы Саске, а вокруг собрались друзья и родные. Как жаль, что её настоящая свадьба мало походила на традиционную. Да и сам брак тоже.         Но сегодня не время грустить! Сакура предстанет перед Ооноки-сама, поздравит и лично объяснит, как лучше принимать новое лекарство и все возможные побочные эффекты. Их, к сожалению, было не мало, они не успели до конца продумать состав, всегда есть, что улучшить. Интересно, попросит ли Куроцучи возглавить исследование именно её? Или миссию можно считать выполненной и возвращаться в Коноху? Где ей предстоит серьёзный разговор с Рокудайме. От мысли о Какаши она невольно вздрогнула, жаль, что он не увидит её в таком наряде.         Праздник начинался на главной площади, где уже стояла толпа народа. Но Сакуру ждали медики из больницы, им заранее выделили места у возвышения, с которого Сандайме будет говорить речь. Куроцучи нигде не было видно, но неудивительно - она явно занята проверкой, что всё мероприятие пройдёт по плану. После выступления Цучикаге состоится закрытое празднество для относительно небольшого круга людей, где розоволосая с директором больницы и презентуют лекарство.         Сандайме Цучикаге обратился к толпе с благодарностями за поздравления и поддержку. Отдал должное своей внучке за организацию такого чудного праздника. Вокруг действительно было волшебно: по всему периметру каменной площади были развешаны ленты, фонарики и даже живые цветы. Выглядело фантастически, особенно из-за того, что растительности в Ивагакуре явно не хватало. Сакура слушала старика в пол-уха, её мысли витали далеко. На секунду ей показалось, что в толпе стоит Саске. Однако это оказался шиноби Скрытого Камня с похожей причёской. Ирьёнин злилась на себя, свою глупую надежду, что муж всё-таки покажется, не станет игнорировать её письмо. Затем ей померещилась пепельная голова Хатаке, и женщина опустила глаза и сжала кулаки до хруста. Подобные фантазии уже не лезут ни в какие ворота! Хватит.         - Учиха Сакура? Пройдёмте с нами, мы сопроводим вас и директора на вечеринку, - к ним подошли двое АНБУ.         Речь закончилась, толпа на площади постепенно рассеивалась. Народ торопился на ярмарку и представления в разных уголках деревни. Сакура послушно следовала за ведущими её мужчинами. Они пришли к высокой скале, обточенной на манер сказочного замка: три маленькие башни разного размера, аккуратные балкончики с перилами, крошечные окна. Ирьёнину захотелось протереть глаза - казалось, что это нереально. Разве можно выточить такое из камня? Как красиво! Этого здания она не видела на экскурсии по Ивагакуре, да и Йондайме не водила её сюда.         - Проходите внутрь, - АНБУ указали на массивную деревянную дверь.       Большой зал поражал воображение: высоченный потолок с куполами башен, серые стены с выцарапанными рисунками, мраморный пол, мощные колонны. Женщине чудилось, что она и впрямь попала в сказку, её наряд только усиливал это впечатление. Людей было довольно много, однако Сакура сразу заметила Куроцучи в красивом красном кимоно, расшитым чёрными нитями. Но, по мнению ирьёнина, одежда, которую ей прислала Йондайме, выглядела роскошнее. Почему же она сама не надела кимоно с журавлями? Но размышлять было некогда – Цучикаге торопливо помахала ей, приказывая подойти.         - Сакура! Сейчас дедушку поздравляет Совет. Сразу после этого я хочу, чтобы вы с директором презентовали своё лекарство, хорошо? - тон Куроцучи не допускал возражений.         Розоволосая кивнула. Она неплохо узнала Цучикаге за последнее время, потому могла с уверенностью сказать, что женщина нервничает. Вряд ли кто-то ещё замечал, как Йондайме напряжённо бегает глазами по гостям, словно ищет кого-то. Наконец, Старейшины отошли от сидящего на деревянном стуле Сандайме.         - Ооноки-сама! Большая честь познакомиться с вами! Поздравляю с праздником, - ирьёнин склонилась в традиционном поклоне, - Медики Ивагакуре разработали особое лекарство от остеохондроза, специально для вас! Хоть вылечить до конца болезнь не удастся, но таблетки уменьшат симптомы и снизят боль.         - Глупости! Такому старику, как я, поможет только смерть, - Сандайме шмыгнул огромным носом и смачно чихнул, - Но рад, что ирьёнины Камня наконец сгодились хоть на что-то. Хотя это ведь благодаря тебе, Учиха Сакура?         Розоволосая вспыхнула. Конечно, она наслышана о крутом нраве Ооноки, но надеялась, что на празднике бывший Цучикаге будет в хорошем расположении духа. Видно, она ошибалась. Что же ответить? Важно и показать свой вклад, и не оскорбить медиков Камня.         - Я помогла в завершении лекарства, однако большую часть работы проделали ирьёнины Вашей деревни до моего приезда, - не поднимая глаз, сдержанно проговорила Сакура.         - Хороший ответ. Вижу, Учиха Саске подобрал жену себе под стать. Рад знакомству, - Ооноки кивнул, - Спасибо тебе за таблетки и за обучение наших врачей. Видимо, Альянс Пяти Великих Стран действительно работает, кто бы мог подумать.         - Рада способствовать этому, - ирьёнин зарделась, - Я думаю пригласить ваших медиков в Коноху для продолжения обучения. Только сначала поговорю с Нанадайме Хокаге.         - Хорошая идея, уверен, Наруто будет в восторге. Важно укреплять связи между нашими деревнями.          Сакура застыла и забыла, как дышать, услышав голос Какаши за своей спиной. Невозможно! Этого просто не может быть! Женщина медленно обернулась и удивлённо распахнула глаза. Перед ней, и правда, стоял Хатаке в стандартной форме джоунина. Рядом с ним зевал Шикамару, скучающе оглядывая зал. Невероятно было видеть их здесь, так далеко от дома в серой обстановке каменного зала.         - Рокудайме! Какое счастье! А я уж думал, Коноха не почтит визитом мой скромный юбилей, - Ооноки ухмыльнулся.          - Нанадайме решил оба дела разом, - в разговор вступил Нара, - Я присутствую здесь, как посол Листа, а Какаши принёс с собой официальные бумаги на экзамен. Хотя если бы Ивагакуре не колебалась с ответом, я захватил бы бумаги с собой при отъезде.         - Чем больше гостей, тем лучше, верно? - вмешалась Куроцучи, глупо хихикнув в попытке разрядить атмосферу.         Сакура всё ещё не верила в происходящее. Какаши здесь, стоит прямо за её спиной! Она была уверена, что встретится с ним не раньше, чем продумает стратегию поведения после своего позорного побега. Как теперь вести себя? Она чувствовала его прожигающий взгляд, и ей хотелось сбежать подальше.         - Спасибо всем, - устало сказал Ооноки, - Но хватит тратить время на старика! Идите развлекаться. Этим вечером нас ждёт много интересного.         Ирьёнин на негнущихся ногах отошла в сторону за Куроцучи и машинально кивнула Шикамару и Какаши. Кто бы мог подумать, что она не будет рада видеть жителей родной деревни так далеко от дома.         - Советую всем перекусить. А лучше и выпить! - Куроцучи выдохнула, - Если кажется, что самая сложная часть праздника позади, вы ошибаетесь. Впереди традиционный конкурс и нам всем придётся в нём участвовать.          Сакура вздрогнула. Почему Йондайме не предупредила её? Что за конкурс такой? Ирьёнин нервничала. Как будто присутствия Какаши мало! Этот вечер хочет её смерти. Хатаке же даже не смотрел на неё, это задевало и успокаивало одновременно. Шикамару взял женщину под руку и отвёл к столу с закусками. Чего здесь только не было, глаза разбегались.       - Саске приходил в Коноху, - негромко сказал Нара, - Он не связывался с тобой?         Сердце женщины сделало кульбит. Что? Она не ослышалась? Учиха был в Скрытом Листе? После её записки он предпочёл встречу с Наруто? То есть у него было время и возможность прийти к ней, обсудить крах брака, решить, что делать дальше… но миссия всегда была и будет на первом месте!         - Нет. Когда он приходил? - ирьёнин надеялась, что её голос звучит ровно.         - Восемь дней назад. Саске представил личный отчёт, но о нём не здесь, - Шикамару явно имел в виду то, что и у стен есть уши, - Но Наруто просил его позвонить тебе. Я думал…         - Нет. Здесь ты просчитался. То есть Саске снова в другом измерении? - розоволосая была в бешенстве. Не верилось, что муж мог так поступить с ней. Неужели в её письме было недостаточно отчаяния?         - Да, он пробыл в Конохе меньше суток. На то есть причины, - казалось, Нара пытался успокоить её, - частности тебе лучше обсудить с Наруто.         - Получается, моя миссия в Ивагакуре окончена? - Сакуре не хотелось возвращаться домой. Не сейчас!         - Да, я уже говорил с Куроцучи. Мы отправимся в Коноху вместе, - Шикамару взял суши с большим куском лосося и сразу отправил себе в рот, - Советую подкрепиться. Неизвестно, что нас ожидает.         - Ты тоже не в курсе, что за чёртов конкурс подготовили на этом празднике? - Сакура удивлённо посмотрела на Советника.         - К сожалению. Я не посещал Ивагакуре на подобных мероприятиях. Обычно меня всегда отправляют в Суну.         Логично. И Темари может поехать с ним и навестить братьев. Ирьёнин вздохнула и принялась за еду. От выпивки решила благоразумно воздержаться, ей нужна свежая голова. Достаточно того, что сердце бьётся как бешеное и внутренности ходят ходуном.         Сакура незаметно взглянула на Рокудайме. Он мило беседовал о чём-то со смеющейся Куроцучи. Розоволосую сковало неприятное чувство, и она с ужасом осознала, что ревнует. Шаннаро! Она не имеет никакого права на подобные эмоции! Вдруг звучный голос Ооноки обратился к присутствующим. Сандайме поднялся в воздух, чтобы всем было его хорошо видно.         - Уважаемые гости! Пришло время перейти к самой интересной части вечера. Традиционный танцевальный конкурс. Прошу выйти в центр зала заявленных участников. Сегодня также в нашей забаве попробуют свои силы гости из Конохи!         Сакура похолодела от ужаса. Танцы? Однако вид парящего старика доказывал, что отвертеться не выйдет. Ноги всё ещё с трудом слушались, она не представляла, как сможет танцевать. В центре зала собирались участники, а Ооноки тем временем продолжил объяснять правила.         - Вы разобьётесь по парам. На сцене победители прошлого года будут показывать движения. Ваша задача - как можно лучше повторить их. Жюри, в котором состоит и ваш покорный слуга, будет оценивать конкурсантов. Вас ждут три этапа, после каждого мы будем отсеивать проигравших неудачников. Приступаем!         Сакура пыталась найти испарившегося куда-то Шикамару. Она обнаружила его возле Куроцучи, которая довольно держала мужчину под руку. Шаннаро! Ей придётся танцевать с Какаши? Только не это, не сейчас!         Рокудайме стоял чуть поодаль. Сакура медленно подошла к нему и поклонилась. Происходящее всё больше напоминало сон. Хатаке поклонился в ответ, не произнося ни слова. Участники встали в две шеренги друг напротив друга. У стены их приветствовали победители прошлого года - мужчина и женщина, явно шиноби. Заиграла быстрая музыка, пара задвигалась. Сакура не знала этого танца, пожалуй, он чем-то напоминал твист. Вдруг музыка стихла. Пришло время участников повторять за победителями.         Навыки ирьёнина, полученные от Цунаде-сама, пригодились и здесь. Сакура прекрасно запомнила движения, но не была уверена, что одеревеневшее тело сможет правильно их выполнить. Увидев, как напротив грациозно двигается Куроцучи, Сакура напряглась и решила во что бы то ни стало не сдаваться без боя. Она отдалась во власть музыки, старалась почувствовать сердцем заводной ритм. Краем глаза отметила, как прекрасно двигался Какаши. Кто бы мог подумать! Она никогда не видела его танцующим.         Вдруг музыка затихла, и Сандайме с воздуха указывал лазером на выбывающих участников. Сакура с удивлением обнаружила, что исключали не пары, а конкретных людей. Оставшиеся заняли места напротив друг друга. В первом раунде выбыл и Шикамару. Неудивительно, наверняка он и не старался, надеясь, что мучение скоро закончится.         Победители прошлого года демонстрировали следующий танец. Он тоже был быстрый, и его ирьёнин видела впервые - задействовались только ноги. Это будет труднее. Сакура изо всех сил пыталась повторить движения, но, глядя на отжигающую Куроцучи, понимала, что проиграла. Так и оказалось, Ооноки навёл зелёный лазер и на неё. Женщина послушно отступила в толпу.         - Ура, и для тебя закончилась эта катавасия, - Шикамару задумчиво крутил зажигалку в руке, - Странные у них обычаи.         Сакура не чувствовала облегчения. Третьим танцем оказалось танго. Участников осталось шестеро - всем прекрасно хватало места. И естественно в паре с Какаши оказалась сияющая Йондайме. Движения давались ей так легко, длинное кимоно нисколько не мешало - она держалась как профессиональная танцовщица. Наверняка с самого детства тренируется на подобных праздниках!         Глядя, как Какаши прижимает к себе Куроцучи, ирьёнин испытывала почти физическую боль. Ну почему же она проиграла! Все мучившие её вопросы отошли на второй план. В данный момент ей было наплевать, что Саске так и не встретился с ней, что она сбежала из Конохи, не объяснив Рокудайме своё неприемлемое поведение. Завороженно наблюдая за страстными танцами, Сакура мечтала только оказаться на месте Куроцучи. В лёгких не хватало воздуха, стало нестерпимо душно, в горле пересохло.         Наконец, музыка стихла, и пытка закончилась. Победителями заслуженно объявили Куроцучи и Какаши. Ооноки удивился, что чужеземец второй раз выигрывает в их традиционном конкурсе. Сакура рвано выдохнула. То есть Хатаке уже участвовал? Наверное, на одной из дипломатических миссий. Победителей пригласили на помост к Сандайме и сфотографировали на память. Куроцучи счастливо улыбалась и обняла дедушку и Какаши. Розоволосая недовольно цокнула языком.         - Сакура? С тобой всё в порядке? - Шикамару задумчиво смотрел на неё.         - Да, я просто в замешательстве от всего вокруг, - она сжала кулаки и попыталась успокоиться. К ним приближались Хатаке и Йондайме.         - Вот теперь можно и выпить! - Куроцучи довольно потирала руки! - Не поухаживаете за дамой, Рокудайме?         Сакура стиснула зубы. Вспомнила слова женщины о том, что та позволяет себе вольности лишь с жителями других деревень. Шикамару женат, и ни одному здравомыслящему человеку не придёт в голову связываться с Темари, даже Цучикаге. А вот Хатаке…         Он же кивнул и принёс бокал шампанского мило улыбающейся Куроцучи.         - Большое спасибо, - черноволосая приняла напиток, скользнув пальцами по руке Какаши.         Сакура приходила в бешенство. Шаннаро, она не имеет права так реагировать. Но мозг был не в состоянии унять клокочущую ярость. Щёки горели, сердце бешено стучало в груди. Сегодняшний вечер сведёт её в могилу!         - Может, пойдём в тот угол? Подальше от столов и взгляда моего деда? - Куроцучи сделала глоток.         Ооноки действительно наблюдал за ними, тихо переговариваясь со Старейшинами. Компания перешла в указанное место за колонной. Сакура оказалась прямо напротив Йондайме и Хатаке, не могла не заметить, что те стояли слишком близко друг к другу. Она попыталась завести разговор с Шикамару, но тот лишь лениво отвечал на её общие фразы. Потому ирьёнин против воли слышала разговор напротив.       - Танцевать с вами одно удовольствие! Приезжайте в Ивагакуре почаще, - Куроцучи явно флиртовала.         - Боюсь, я не могу свободно распоряжаться своим временем, - Какаши казался невозмутимым, однако рукой облокотился на стену, прямо за спиной женщины. Сакура вспомнила, как в баре мужчина положил руку на спинку скамейки, и она прижалась к ней. Сейчас Йондайме могла незаметно сделать также.         - Не набивайте себе цену, - усмехнулась Куроцучи, - Я могу и сама приехать в Коноху. С дипломатической миссией. Да и экзамен на звание чунина через месяц.         - И в мыслях не было, - уголки губ Какаши поползли вверх под маской. Т.е. такое внимание ему льстит?         - Может, тогда потанцуем прямо сейчас? Зачем откладывать приятное на потом? - Йондайме призывно посмотрела на мужчину. Как раз заиграла медленная песня.         Терпение Сакуры лопнуло, как мыльный пузырь. Всё события, новости, эмоции за вечер образовали огромный огненный шар, что сдавил грудь, не давая нормально дышать. Она не переживёт ещё один танец этих двоих! Это выше её сил. Не думая, как это выглядит, она порывисто схватила Рокудайме за руку и под удивлённые взгляды Куроцучи и Шикамару потащила в сторону лестницы с выходом на балкон.         - Точно! Мы должны обсудить с Сакурой одно дело, - извиняющимся тоном проговорил Какаши, - Вернёмся через минуту.         Они скрылись за дверью. А Йондайме посмотрела на Шикамару и весело проговорила:         - Скоро будет фейерверк. Пойдём, оставим этих двоих. Им явно есть, о чем поговорить.         Нара усмехнулся и кивнул. Интересно, Сакура вообще подозревает, как нелепо выглядят ёё попытки скрыть свои эмоции? Жаль только, что ей не удалось поговорить с Саске и расставить все точки над i. Учиха не подозревает, какой сюрприз ждёт его по возвращении. Правду говорят, имея - не ценишь, потерявши - плачешь.         Если сначала Шикамару подозревал лишь о чувствах ирьёнина, то проведя сутки в компании приехавшего в Ивагакуре сразу за ним Рокудайме, стало очевидно, что Хатаке тоже неравнодушен к Сакуре. Осторожные вопросы о ней, задумчивые взгляды в никуда при упоминании женщины, тихие вздохи, когда Какаши думает, что его никто не видит. Боже, неужели Шикамару выглядит также нелепо, когда речь заходит о Темари?       Следуя за черноволосой женщиной в сторону выхода из здания на широкую каменную мостовую, Нара достал мобильный и написал короткую смс жене.         «Люблю тебя».         Ответ пришёл незамедлительно.         «Кто-то треснул тебя по голове чем-то тяжёлым? Пусть Сакура подлечит»         Шикамару усмехнулся. Собирался уже убрать телефон в карман комбинезона, однако мобильный завибрировал снова.         «И вообще, твой сын снова отказывается тренироваться и смотрит на облака, пока думает, что я не вижу. Советую вернуться домой поскорее, пока я совсем не вышла из себя!»         Повелитель теней ухмыльнулся шире и написал короткий ответ.         «Я тоже скучаю»         Нара отключил телефон, зная, что жена сто процентов взбесится от такого проявления чувств. Однако на душе стало так легко, что мужчина даже захватил бокал шампанского со стола по пути. Сделал вид, что не заметил недовольно поджавшей губы Куроцучи. Да, наблюдать за чужим счастьем бывает несладко.       На тесном балконе тем временем розоволосая безумно смотрела на Какаши и не знала, что сказать. Прекрасно понимала, что он ждёт объяснений. Не только её странной выходке только что, но и за побег из деревни после той ночи. Казалось, на свежем воздухе ей должно стать лучше, но всё происходило с точностью наоборот. Балкон был крошечный, скорее декоративный, чем функциональным. Они стояли так близко, Сакура видела каждую морщинку на лице мужчины. Её пульс зашкаливал, кислорода не хватало, она часто дышала. Нарастающая тревога стальными клещами сдавила внутренности. Вдруг женщина почувствовала такую панику, что подкосились ноги. Её зрачки расширились, рот приоткрылся, тело мелко затряслось, как в приступе. На краю сознания появилась мысль, что, похоже, её накрывает паническая атака. Слишком много эмоций за один вечер, её психика не выдержала накала.         Понимая, что нужно привести себя в чувство, женщина занесла руку для удара, собираясь отвесить себе пощёчину. Физическая боль должна помочь, она помнит это из медицинских справочников. Однако Какаши перехватил её ладонь и с беспокойством уставился на неё. Сакура вспыхнула от прикосновения и почувствовала, как ноги стали ватными, в который раз за вечер.         Она хотела отвести взгляд от сверкающих графитовых глаз, но смогла только опустить его ниже и остановилась на тонкой полоске губ, скрытой чёрной тканью. Розоволосая прекрасно помнила черты лица мужчины, и так хотелось снова увидеть их. Сознание будто застилала пелена, мысли улетучились, в ушах звенел бешеный ритм пульса. Не слушающейся свободной ладонью Сакура подцепила края маски и почувствовала, как Какаши дернулся от прикосновения её холодных пальцев. Но отступать ему было некуда - он всё ещё держал правую руку женщины.         Стянув ткань, ирьёнин жадно уставилась на открытые губы мужчины. Они гипнотизировали, притягивали магнитом, вдруг зашевелились и произнесли что-то, однако розоволосая не слышала ничего, кроме звона в ушах. В её жилах словно закипала кровь, периферия взгляда размылась, чётко виднелись лишь тонкие губы, повторяющие какое-то слово.         - Сакура?         Натянутая струна внутри лопнула, и женщина яростно прикоснулась к его губам своими. Какаши замер и, казалось, не дышал. Сакура зажмурилась и с удивлением обнаружила, что мир не рухнул, под ними не развернулась пропасть с кипящим котлом. Она продолжила прижиматься к мужчине, не отстранялась, набрав побольше воздуха в лёгкие, захватила его верхнюю губу. Хатаке рвано выдохнул, Сакура воспользовалась моментом и быстро проникла языком в его рот.       Она целовала его отчаянно, неистово, не обращая внимания на то, что Какаши не отвечает и всё ещё стоит неподвижно, словно застывшее дерево. По щекам женщины потекли слёзы, они катились вниз, попадали на губы, отчего поцелуй приобретал солёный привкус.         Сакура была счастлива и раздавлена одновременно, будто парила в небесах, понимая, что через минуту неизбежно рухнет вниз и разобьётся. Но ей было всё равно.         У неё заканчивался кислород, в голове металась мысль, что скоро придётся прервать это безумие. Неужели их первый поцелуй действительно произошёл так: замеревший Хатаке, державший её руку, и она, ревущая, не в силах оторваться от его губ. Слёзы усилились, Сакура резко отстранилась, вырвала ладонь и собиралась пуститься наутёк, но Какаши удержал её, схватив за талию. Развернул к себе, мягко погладил по щеке, стирая влажную дорожку, и, глядя ей прямо в глаза, сам наклонился к её губам.       Он целовал её аккуратно и нежно, не спеша углублять поцелуй. Плавно обхватывал то нижнюю, то верхнюю губу, опаляя горячим дыханием. Продолжал ласково гладить по щеке одной рукой, вторую не убирал с талии и крепко прижал к себе. Затем осторожно коснулся языком её рта, Сакура послушно впустила его и утонула в ощущениях. Как это было не похоже на то, что она творила минуту назад. Прикосновения были чувственными, неторопливыми, их языки словно двигались в медленном танце, сплетаясь друг с другом.         Она не знала, сколько это длилось, пожалуй, целую вечность. Женщина плавилась от рвущейся наружу нежности, по её венам растекалось блаженство, а перед глазами сверкали яркие искры. Внезапно раздался громкий хлопок, Сакура непроизвольно дёрнулась и отстранилась.         - Это залп фейерверка. Смотри, - Какаши осторожным движением повернул её голову в сторону.         Небо действительно горело яркими красками, сменяющими друг друга, словно калейдоскоп. Огоньки зажигались и медленно затухали. Какаши не убрал ладонь с её талии, встал за спиной и прижал к себе. Сакура почувствовала, что он вдохнул воздух возле её шеи. Всё тело покрылось мурашками, она невольно откинулась и полностью оперлась на мужчину. На небосводе всё ещё вспыхивал фейерверк, а ей казалось, что это гендзюцу. Но не было сил сложить печать «Кай», чтобы проверить.         - Ты такая красивая сегодня. Я весь вечер не мог оторвать от тебя взгляд, - прошептал Какаши ей прямо в ухо.         - Неправда. Вы даже не смотрели на меня! - Сакура обиженно засопела, но не торопилась отстраняться, по телу прошёл электрический разряд.         - Это ты избегала меня, - Хатаке ухмыльнулся, - Я же постоянно наблюдал за тобой.         Женщина вспыхнула. Невозможно! Она бы точно заметила. Наверняка… Сакура накрыла своей ладонью руки Какаши, лежащие у неё на оби. Поддаваясь внутреннему порыву, принялась невесомо гладить кончиками пальцев его кисть. До локтя словно пробежали импульсы тока, она закусила губу, не сводя глаз с разноцветных огней. Однако залпы становилось всё реже, пока совсем не затихли. Сбоку от здания, с мостовой послышались восторженные аплодисменты и громкие выкрики. Рокудайме медленно отстранился и подождал, пока розоволосая развернётся к нему. Дверь на выход находилась прямо за спиной мужчины, ей некуда было бежать.         - Сакура, ты же понимаешь, что тебе нужно сделать выбор? - Какаши смотрел на неё, но ирьёнин стояла с опущенной головой, боясь поднять глаза, - Так не может больше продолжаться. Рано или поздно мы сорвёмся и произойдёт непоправимое. Ты должна решить, что делать дальше. Поговорить с Саске и…         - Похоже, за меня уже сделал выбор мой муж! - женщина скрестила руки на груди и, наконец, взглянула на Хатаке, - Я писала Саске перед отъездом. Объяснила ситуацию, не называя имён, конечно же. Просила встретиться со мной в Иве, но он так и не появился! Значит, ему плевать на наш брак то, что с ним будет!         - Отговорки, - спокойно ответил Какаши, засунув руки в карманы брюк, - Меня волнуют не действия Саске, а твои чувства. Ты всё ещё любишь его? Хочешь оставаться его женой? Что ты испытываешь ко мне? Вдруг это минутная слабость, помутнение рассудка?         Сакура напряжённо замерла, не зная ответов на все эти вопросы. Конечно, сейчас она в ярости на Саске, но что было бы, появись он здесь? Смогла бы женщина прямо в лицо высказать ему о накипевших эмоциях? Определённо, нет. Но тогда чего она хочет от Какаши? Почему не может выкинуть его из головы и жить, как ни в чём не бывало? Зачем стягивает с него маску и целует без разрешения? Она даёт ему надежду, не разобравшись в себе. Как подло и низко с её стороны.         - Молчишь. Так я и думал. Я не хотел тебя торопить, но ситуация вышла из-под контроля, - Рокудайме только сейчас быстрым движением натянул маску обратно на лицо. Ирьёнин вздрогнула: он будто воздвиг стену между ними, - Тебе нужно определиться, Сакура. Мы с Шикамару уезжаем в Коноху завтра в полдень на поезде. Если ты… придёшь, значит, мы вместе найдём способ вызвать Саске для разговора. Если нет, то всё останется, как есть. А я просто окончательно уйду на пенсию. Отправлюсь в путешествие по миру, как Годайме. Когда ты вернёшься в Скрытый Лист, меня там не будет. Не переживай, я договорюсь с Наруто, чтобы тебе продлили миссию, если решишь остаться.         Какаши говорил что-то ещё, но женщина не слышала. Представить, что сейчас она видит его в последний раз, было невыносимо, в груди словно зияла огромная дыра, а сердце истекало кровью. Серые глаза Хатаке в темноте казались чёрными, но даже сейчас в них не было ледяного пламени, пылающего во взгляде её мужа. Рокудайме оставляет выбор за ней. Бесчисленное количество раз он мог воспользоваться её безумием, но всегда был сдержан и осторожен, не переходил черту, в отличие от неё самой. Слишком благороден для этого, да и до сих пор заботится и переживает о ней.         Сакура порывисто сделала шаг к мужчине, хотела обнять его, сказать спасибо за всё, что он сделал. Но Хатаке быстро сложил печати, проговорив на прощание:         - Так не пойдёт, Сакура. Сделай выбор.         И с хлопком исчез в сероватой дымке.