Развращение Повелителя Тайн

— Марик, ты все так же слаб. Ты так и не понял, как использовать силу желаний! — Прорычал Джейсон, перейдя на хриплый смех. К тому времени, Оборотень Тир уже подоспел к ним. Что же касалось Стива, то его нигде не было видно. — Не убивай его пока. Подождем Шерон, она-то точно примчится его спасать. Стив уже скоро прибудет. — Прошептал Тир. Затем он высунул ярко-красный язык и облизнулся. — Интересно, как будет выглядеть Шерон без одежды? — Произнес Тир, обернувшись к Джейсону. В мертвых глазах Джейсона отражалась фигура. Черное изысканное платье, светлые волосы и бледная кожа! *Хрясь!* Джейсон бессознательно обвил худощавыми руками шею Тира. По поляне раздался хруст ломающихся костей. Призрак Шерон пошла в атаку! Тир сделал резкий вдох, отчего его шея вздулась, до размеров печной трубы. У него отрасли жесткие черные волосы, а сам он забился в корчах. Он закатил глаза, оголив белки, а с его багрового языка полилась вязкая слюна. Правой рукой он потянулся к себе в карман и развеял Духовный Барьер! Пустая поляна внезапно озарилась алым лунным свечением. Джейсон, который не по своей волей душил Тира, постепенно ослабил хватку. Позади них вдруг появился призрачный силуэт. Тир расплылся в самодовольной и жестокой улыбке. Он вынул из кармана украшение, в виде полной луны! Это был темно-красный аксессуар, постоянно излучавший легкое свечение. Украшение было инкрустировано алыми рубинами. Посередке был знак, символизировавший Алую Луну. Шерон прищурилась и тут же отступила назад. Ее бестелесность медленно сходила на нет. Казалось, ноги больше не были в состоянии выдерживать ее веса. Она безвольно упала на землю, а ее изысканное черное платье запачкалось грязью. Оборотень Тир высоко поднял «полную луну», размером с ладонь, и во всё горло рассмеялся. — Стив был прав, что ты сначала зачаруешь Джейсона, чтобы тот прикончил меня. Именно поэтому, Алая Корона Луны досталась мне. Как ты думаешь, где Стив сейчас? … Ситуация резко ухудшилась. Марик давно сдерживавший постоянную боль поддался, влиянию Алой Луны и скорчился на земле от адской боли, что пронизывала всё ещё его существо. И пока Джейсон боролся с щупальцами из двери, а Тир удерживал Шеррон в обороне, дело приняло по настоящему скверный оборот - на глазах молодой леди, её компаньон, не смотря на адскую боль поднимался, а на лице расцветала улыбка, что не соответствовала подлинному ужасу в его глазах - Стив завладел телом Марика и торжествующе приказал: — Сдавайся, если тебе дорога его жизнь. Прежде бесчувственное прекрасное лицо девушки-призрака, впервые за долгое время исказилось горечью и отчаянием. Это был её просчет. Всё на что она могла отныне надеяться - на чудо или милосердие безумцев. В конце концов под влиянием, Алой Луны, что пробуждала в ней низменные потребности. Потусторонняя дверь державшая Джейсона, исчезла и оборотень незамедлительно зашёл сзади Шеррон, тяжело дыша, краем рассудка ожидая дальнейших команд Стива. — На что ты рассчитывала, а Шеррон? Или на что ты рассчитываешь? — Прекрати действие Алой Луны, Стив. — Как всегда, такая недотрога. Не указывай мне! Моментально вскипевший Стив, всё ещё управлявший телом Марика, сократил расстояние между ним и девушкой и нанёс удар в живот, от чего та упала и согнулась в позе эмбриона, потеряв ещё больше контроля над собой. — Ха-ха, Шеф приказал доставить тебя живой, но думаю ему плевать насколько. А насколько будет жив Марик, зависит от твоей послушности. Раздевайся, или мы снесём ему голову, ах-ха-хва. Троица разошлась гоготом, пока испытывающая боль в совокупности со стыдом от унижения на глазах Марика, Шеррон была вынуждена готовиться к худшему и снимать со стройного красивого тела вычурный готический наряд, обнажая свою белоснежную кожу ледяным зимним ветрам Лоэна. Инстинктивно покрасневшая девушка, прикрыла руками грудь и промежность, пока ублюдки пускали на неё слюни, а Марик пытался отвести взгляд. — Что такое, Шеррон, тебе холодно? Джейсон, можешь согреть её, не стоит нам быть слишком жестокими с блудными детьми. Антропоморфного волка, что начал окончательно терять рассудок от вида изящных изгибов, сорвало с его места, и одним плавным движением он набросился сзади на девушку, повалив её к земле. Горячее тяжелое дыхание обрушилось на правое ухо и шею Шеррон, после чего шершавый язык прошелся по щеке, оставив слюнявый след. — Кгх, прекрати. Раздалась жалобная сдавленная мольба, что лишь раззадорила мужчин. Всё это было неправильно…так не должно было сложиться. Но боль от противостояния низменным желаниям мешала ей трезво думать, словно подтачивая ее волю изнутри. А внутри её безумие, желало поддаться пороку, что истязал ее долгие годы. Шептало, что даже если их не убьют, они будут неизбежно развращены фракцией Снисхождения. Что борьба бессмысленна и лучшим решением было поддаться желаниям. — Н-нет! Пока мысли проносились в голове, Джейсон потерял остатки терпения и перестал уделять внимание прелюдии: раскрасневшееся и дрожащее тело, поддалось раньше разума и с промежности девушки выделялась ароматная влага. Нектар, что Джейсон хотел попробовать еще когда впервые увидел. — Мгнхх. Мучительный стон раздался в ушах Марика, источником которого была Шеррон: сводящий с ума язык по собачьи лизал её киску, и время от времени проникал внутрь. Его горячее дыхание обжигало и заставляло её желать большего…как бы она в тоже время не хотела обратного. И к ужасу Марика это случилось: здоровый оборотень поднёс свой собачий член к розовому закрытому бутону и вошёл внутрь, под мучительный вскрик насилуемой девушки. Тем временем стоявший в стороне Тир достал из штанов свой член и начал мастурбировать. И что было ещё хуже Стив делал тоже самое…достав его член. — Что такое, Марик? Не переживай, я помогу тебе ослабить боль. Протяну руку, кха-кха. И он не солгал - чем больше его собственные руки контролируемые призраком проходилось по длине его достоинства, тем сильнее ослабевала невыносимая боль. И тем хуже ему было в глубине души. Он не должен был. Но Шеррон была так прекрасна… “Убейте меня!” Стоило волчьему член разорвать её девственную плеву и он тут же начал безжалостно сношать по собачьи. Да он и был псом, обезумевшим от похоти животным, что рычал и выл от удовольствия, пока бурил шершавые стенки быстро растягивающейся норки. И с каждым взмахом, Шеррон становилось только приятнее. Хоть её и рвали изнутри, растягивая стенки набухающим узлом, желание даровало ранее неведомое чувство, что лишало сил сопротивляться. Её собственные стоны. Соки стекающие по бедрам ее оттопыренной задницы. Соски небольшой груди, что тёрлись о грязную землю. Всё это возбуждало ее, давая вкусить запретный, и самый сладкий плод. И мимолетно брошенный взгляд на одержимого Марика, лишил последних сил к борьбе: её компаньон и друг, самозабвенно мастурбировал на ее, униженную и насилуемую. Если он сдался, то какой смысл ей бороться? — О, гляди, Шеф, кое кто сам начал подмахивать бёдрами. Радостно закричал Тир, когда перед глазами его предстала девушка-призрак, что обменивалась слюнями в грязном поцелуе с собачьей мордой и билась бедрами об бедро, пока здоровенный член то вытягивал низ живота, то двигаясь обратно утягивал за собой киску, вызывая уже несдерживаемый всплеск стонов и воплей. Ещё пара секунд, и оборотень задрожал, издав протяжный рык, которому вторил девичий крик Шеррон, чья матка стремительно наполнялась вонючим и жирным семенем. От изысканной отвратительности происходящего излился и Марик, одарив семенем лишь чёрную землю. Освободившись от бремени, он освободился и от большей части боли. Ведомый словно в тумане, он хотел присоединиться, он хотел обладать сам Шеррон, но… — Куда ты собрался, Марик? Ты, недостоин даже этой глупой шлюхи. И тут же его конечности были развернуты на 180 градусов, от чего он упал на землю, с ужасом наблюдая как снова ставший материальным Стив идёт к его подруге вместе с Тиром, посмеиваясь и произнося одну гадость за другой. — Нет, не надо, кххаа! Визжащую девушку грубо стянули с узла, от чего её матка выпала из щели, окропив землю кроваво-жёлтой массой. — Тир, с твоим гнилым членом, ты достоин быть только сзади. После чего на себя сверху посадил Стив засунув матку обратно своим членом, от чего раздался новый всплеск стонов. — Давай же покажи нам что ты поняла из своей ошибки, Шеррон. Да, это была ее ошибка. Она все это время заблуждалась, следуя неправильному пути. Кто же знал, что существует настолько приятная боль. Что она всё это время отказывалась от поистине приятного и легкого пути. И она готова была ее исправить. И Марик ее поймет. Поерзав на члене Стива, чтобы протолкнуть матку обратно на ее место, Шеррон отдалась акту порочного прелюбодеяния. Её губы раннее целовавшие вонючую пасть оборотня, теперь пожирали губы мужчины под ней. Она уже не чувствовала боль, только раскрепощающее удовольствие. В один момент на её анус обрушилось бескомпромиснное давление - нечто склизкое и холодное растягивало её заднюю дырочку, с трудом проползая всё глубже и затрагивая раннее неизвестные ей точки удовольствия. Её заполняли раз за разом. Дырочки растягивались и покрывались ранками. Оргазмы лишали рассудка. Но возбуждение не проходило. Стоило ей разорвать грязный непристойный поцелуй и повернуть голову, как она могла увидеть беспомощно распростершегося Марика, чьи конечности были перекручены, а его задница была беспрестанно насилуема оборотнем, безумным псом которому было плевать кого и как. И как ей казалось, Марик был не то чтобы против: он беспрестанно кончал от стимуляции простаты вместе с огромным волком и громко стонал. Вновь сжав, постоянно растягивающиеся дырочки, Шеррон вернулась в круговорот похоти и разврата. Туда где им было самое место.