Shadows of Hogwarts / Тени Хогвартса

Dancin' is what to do

Dancin's when I think of you

Dancin's what clears my soul

Dancin's what makes me whole

«Dancin (Krono Remix) - Aaron Smith feat. Luvli»

Святочный бал

***

— Я тут подумал: получается, вся эта херня, происходившая с нами в последнее время, не чей-то тупой прикол, а попытка убить! Эта тварь хотела убить нас уже несколько раз! Теодор Нотт горячо обсуждал произошедшее с не менее шокированными слизеринцами, совместно пытаясь определить, в чём же была правда. — Как можно убить дыбоволосным зельем и раскиданными по центру гостиной хищными растениями? — недоумённо возмутился Забини, напряжённо потирая переносицу. Для себя они единогласно определили, что вся эта дикость не была совпадением, это был чей-то чётко спланированный и убийственный план. Только, почему-то, он сработал не до конца. — Ну, те цветы, судя по тому, что смогли сожрать половину комнаты, вполне способны убить. Просто такое чувство, будто это должно было быть не так... — Нотт нахмурился, задумавшись и подперев подбородок рукой. Было острое ощущение того, что от них ускользал некий очевидный факт. — Может, эта сумасшедшая девчонка просто тупая и не смогла нормально осуществить свой же замысел? — фыркнула надменно Пэнси, хотя по её лицу прекрасно можно было понять, что она до ужаса напугана. Совсем не хотелось думать, что эти жалкие совпадения могли закончится их внезапной смертью. — Крайне сомнительно для тупой дуры использовать убийственные проклятия... — внезапно подал голос Драко Малфой, всё это время сохранявший гробовое молчание. Слизеринец казался абсолютно спокойным и хладнокровным, но это лишь с трудом натянутая фальшивая маска, скрывающая шок и испытанный ужас. Он был таким же человеком, в конце концов, прекрасно понимая, что совсем недавно был на грани между жизнью и смертью. То, что сделало это заклинание с рукой Редвуд... Одни лишь мысли вызывали бурю неконтролируемого гнева и отвращения. Если бы не полоумный поступок чёртовой грязнокровки, тело Малфоя превратилось бы в окровавленное решето. Скорее всего, он бы уже умер, не дождавшись своевременной помощи. Теперь он был чем-то обязан самостоятельно подставившейся под удар когтевранке? Ни за что, Драко не просил его спасать подобным образом. Сжирай себя этими мыслями и дальше. — А что, если кто-то пытался нам помочь? Ну не верю я в то, что это просто случайности и так было задумано! — не унимался Тео, вскакивая с нового, обновлённого после погрома дивана. — Что если эта Редвуд... Она что-то знала? Иначе откуда она так вовремя оказалась рядом, когда Драко хотели прикончить? Предположение Блейза вызвало странное, продолжительное молчание. Это вовсе не удивительно, ведь оно было максимально безумным! Если грязнокровка знала о планирующемся на них покушении, значит, именно она предпринимала меры для спасения слизеринцев и только по этой причине они еще способны дышать на этом свете. Что тогда делать в таком случае? Они находятся по разные стороны баррикад и не могут водиться с маглорождёнными девицами, даже такими, как Редвуд. Глупая и весьма противоречивая ситуация. Одна грязнокровка хотела убить Драко, другая помешала ей это сделать несколько раз подряд. Может, действительно, качество твоей родословной не имеет никакого значения? Малфой пытался вспомнить, когда кто-то искренне бы за него заступался. Не по глупой обязанности и приказу, как это делали Крэбб и Гойл, а по собственному желанию. Сложно. Из всех подобных людей он мог выделить только Нарциссу, но это крайне сомнительный пример: какая бы любящая мать не заступалась за своё же дитя? — Быть не может! Эта грязнокровная сука в принципе должна быть благодарна судьбе, что смогла быть хоть чем-то полезной для чистокровных волшебников. После таких увечий точно останутся уродливые шрамы, будет ей напоминанием о единственном полезном деле в жизни! — Паркинсон злорадно улыбнулась, в глазах играла исключительная зависть и ревность. Ей было абсолютно плевать на мотив поступков когтевранской дуры. Какого хера они вообще сейчас обсуждают какую-то грязнокровку? Какого хера им в принципе это интересно? — Заткнись, Пэнси, что ты такое несёшь? Не важно, кто она сейчас, есть факт, что Редвуд серьезно ранена и лежит в больнице, когда вместо неё мы бы сейчас собирали на похороны Драко, — Забини испытывал истинное отвращение к известной слизеринской стерве. Можно было говорить что угодно, но злорадствовать над почти произошедшей смертью студента, который им, по сути, ничего плохого не сделал... Это было дико для всех присутствующих. Естественно, кроме Пэнси. У неё были свои мотивы для злости. — Я вам так скажу, парни: надо будет с ней поговорить, как только очнётся. Мне плевать, что вы об этом скажете, но я не настолько конченный, чтобы пытаться делать вид, что ничего не произошло. Мне банально интересно, нахера нас пытались убить и почему в этом замешана сумасшедшая девчонка с Когтеврана, которая недавно при нас резала себе руки! — Нотт был заряжен на решительные действия, активно жестикулируя и показывая своё разгорячённое состояние. Блейз сложил руки на груди и одобрительно кивнул, решив, что это самая здравая идея за сегодняшний день — просто поговорить и всё выяснить. — Вы рехнулись?! Разговаривать с этой грязнокровкой! Да кому не плевать, нахрена она это сделала, да, Драко? — Пэнси с надеждой в глазах обернулась к объекту своего постоянного воздыхания, ожидая получить от него поддержку. Но, к её большому удивлению, Малфой не торопился оспаривать решение Теодора, лишь задумчиво нахмурился, поправляя растормошённые платиновые волосы. — Я поговорю с этой девчонкой. Как ранее и собирался сделать, — Драко внимательно рассматривал своих друзей, что в этот момент напряжённо на него покосились. Кажется, истеричные выкрики Паркинсон они решили просто игнорировать. — Выберу наиболее подходящий момент и спрошу, что за представление эта дура устроила. Он видел сомнение в их глазах, но это даже забавляло. Неужели эти придурки считают, что Драко неспособен поговорить адекватно с кем-то, вроде Редвуд? Блейз в принципе никогда не лез в их кровные перепалки, Тео мог поддержать, но больше за компанию, в одиночку оскорблений в сторону маглорождённых от него не дождешься, он просто выбрал тактику игнорирования их существования. А сейчас, о Салазар, они и вовсе сошли с ума, беспокоясь за благополучие ранее ненавистной девчонки. О глупейшем в жизни поступке Редвуд твердили на каждом тёмном уголке Хогвартса. Естественно, всем было интересно, ещё никогда в стенах школы не пытались так нагло убить другого студента. Это был абсолютный нонсенс. Жара бесконечным сплетням также добавлял тот факт, что когтевранку поразили неизвестным проклятием, мгновенно оставившим на её руках кровавые рваные раны. Стало любопытно, откуда это заклинание знала студентка четвёртого курса, неужели где-то есть секретные архивы со знаниями о подобной разрушительной силе? Сразу после этих событий Драко вызвал на допрос сам Дамблдор, но слизеринец не смог ответить ничего полезного, так как и сам не до конца понимал, что произошло. Он не знал сумасшедшую студентку Пуффендуя, что сегодня решила так коварно нанести ему удар со спины. Лишь видел пару раз, но она не вызывала у Малфоя абсолютно никакого интереса, серые мыши были не в его вкусе даже для издевательств. Нет никакого азарта, когда твоя жертва глотает каждое оскорбление и просто его игнорирует. А ему нужна была реакция, которую он с удовольствием получал от любой другой грязнокровки. По-человечески нужно было бы сходить и проведать раненую девочку. Малфой был уверен, Забини с Ноттом точно об этом задумывались, но как бы потом на них смотрели другие? Великий чистокровный Слизерин навещает грязнокровку в больничном крыле, как это мило, Салазар бы в гробу перевернулся от такого акта невероятного дружелюбия к маглорождённым. А что бы сказал отец, узнав, что Малфой занимается чем-то подобным? Одна лишь мысль вызывала неконтролируемую дрожь по всему телу. Нужно сохранять прежнее хладнокровие, ни в коем случае не показывать собственную слабость, но эмоции предательски отказывались подчиняться, кричали о том, что подобное поведение абсолютно мерзкое и неправильное. Почему именно сейчас стало так сложно быть обычным высокомерным ублюдком? Драко ранее был уверен, что ведёт себя правильно, но теперь у него не было заготовленного шаблона поведения, а желания, соблазнительно нашептывающие абсурдные и невероятные вещи в его голову, вовсе сводили с ума. Не получится вести себя с ней точно также, как и раньше. Образ надменного мудака отошёл на второй план, позволяя личности диктовать собственные правила и желания. Откуда в Малфое появилось столько сочувствия к окружающим? Неужели его просто нужно было встряхнуть возможностью внезапной смерти? Нужно срочно отвлечься. Выбросить подобный хлам из головы и забыть, как страшный сон. Где эта чёртова Паркинсон? Где эти пухлые, женские губы с вишнёвым, ядрёным вкусом помады? Плевать, только в таком подобии близости получалось хоть немного расслабиться и не думать о проблемах. В обществе с тем человеком, что совершенно его не понимает.

***

— Всем привет... Неловкое приветствие. Стоило ей только объявиться в гостиной Гриффиндора, как внимание множества глаз мгновенно переключилось на её растерянную физиономию. Даже пережив смерть, не переставала испытывать неуверенность. Ещё бы, она первый раз переступила порог чужого факультета, став невероятно популярной за пару каких-то дней и теперь всем было интересно, как она себя чувствует после пребывания буквально на том свете. Это даже начинало раздражать. Не о такой славе она всегда мечтала. — Мира! Как я рада тебя видеть. Как твоя рука? Больше не болит? — первой встретить внезапного гостя подошла Парвати Патил, родная сестра-близнец Падмы. Они с Редвуд ранее часто пересекались, поэтому были знакомы. Девочка аккуратно приобняла Миранду, словно боялась что-нибудь ненароком ей повредить. — Да, в полном порядке... — она окинула взглядом интерьер гостиной Гриффиндора, с интересом подмечая для себя, что с Когтевранскими архитектурными решениями не сравнится ничто. Красно-золотые тона и средневековое оформление, конечно, вызывали ободряющий восторг, но не до такой степени, как живой, звёздный потолок и переливающиеся всеми цветами галактики громадные ковры. — Вообще я пришла сюда за Фредом и Джорджем. В принципе, достаточно и одного из них. Они дали пароль и сказали, что будут здесь ближе к вечеру... — голубые глаза всё ещё заинтересованно блуждали по локации, стараясь зацепиться взглядом за знакомую рыжую копну. Во внимание попала только компания Поттера, чья партия в шахматы была прервана вероломным врывом местной знаменитости в гостиную Гриффиндора. Вид у них был тот ещё, наверняка удивлены, что теперь не только они одни в этом году были участниками очередной глупой ситуации. — Они у себя. Я отведу, — резко вызвался Рон, вставая со своего места и кивая в сторону лестницы, предлагая следовать за ним. Действовал осторожно, словно боялся спугнуть дикого зверя. Не было ничего удивительного, студенты не знали, что за заклятие поразило руку Редвуд, поэтому не понимали, как следует себя вести, можно ли вообще хоть как-то её трогать и при этом не навредить ещё больше. Кажется, часть ребят восхищалась её выдержкой, другая часть побаивалась, но больше из собственного беспокойства. Ведь в глазах Хогвартса она была невинной жертвой нападения сумасшедшей однокурсницы. Мира даже представить не могла, что ситуация примет подобные обороты. Почему-то от этого становилось ещё более мерзко и противно на душе. Редвуд послушно двинулась за Уизли, стараясь не смотреть на глазеющих со всех сторон заинтересованных студентов. Хотелось снова почувствовать себя самым обычным человеком, лишь бы не подобное испытывающее внимание. Пытаются разглядеть руку, увидеть следы от рваных ран, стесняются попросить показать, только неловко поджимают губы, не зная, как завязать диалог. Прекрасно понимают, что неэтично обсуждать такие темы с недавно пострадавшим человеком, но это не унимает гнетущего любопытства. Они поднимаются по изогнутой лестнице, Рон сразу открывает дверь в мужскую спальню и окликает двух рыжих братьев. — Ого, нас все-таки посетила обещанная легенда! — довольно ухмыльнулся Фред, на пару с Джорджем выходя из Гриффиндорской комнаты. Несмотря на всю неприязнь своего состояния, беззаботный стиль общения братьев Уизли расслаблял: они хотя-бы не шарахались от неё, как от проклятой и не суетились с ненужной заботой и вежливостью. — Да, но я по делу. Нужна пачка сигарет, а ещё огневиски, — она наклонилась, прошептав свои запросы, чтобы не услышал никто посторонний. Не хотелось, чтобы о её увлечениях знал весь Гриффиндор. Миранда имела право расслабиться, в конце концов! — И, может, у вас есть что-нибудь ещё? Братья загадочно переглянулись, лучезарно улыбаясь, и также шепотом ответили. — Есть одна штука, но придумали буквально минуту назад. Ещё не испытывали, как точно работает, должно нехило так расслаблять. Опасности никакой нет, просто точный эффект не известен. Можешь как раз попробовать. Отдадим абсолютно бесплатно! — хитро улыбнулся Фред, с легкой ухмылкой наблюдая за тем, как некогда мрачное лицо когтевранской ведьмы мгновенно расцветает, в голубых глазах бушующее, по-настоящему живое море. — Беру. И вот несколько галлеонов, как обещала, — она протянула братьям небольшую горстку золотых монет, которые Мира обещала потратить исключительно на школьные нужды. И не соврала, это и вправду было нужно. — Спасибо, вы просто лучшие! Протащить такие вещи не составило особого труда, под длинной мантией можно было скрыть всё, что душе угодно. Повезло, что всеми ненавистный Филч со своей драной кошкой патрулировал другую часть замка, удалось проскочить мимо старост и тихо проникнуть в гостиную Когтеврана. Уже было поздно, никого не было в огромной, звёздной комнате, лишь свет многолетнего камина тепло озарял пространство вокруг, создавая весьма уютную и приятную обстановку. Мира не сразу заметила тёмную, знакомую макушку, выглядывающую со стороны спинки одного из диванов. Она осторожно подошла к неподвижному телу и с удивлением обнаружила мирно посапывающего Вермиллиона, которого она так и не смогла увидеть за последнее время. Интересно, где же он пропадал? Было странно вот так небрежно наблюдать за спящим человеком. Огонь проливал свет на белое, практически идеальное лицо юноши. Он размеренно дышал, тёмные длинные ресницы слегка подрагивали во сне, делая Донни таким безмятежным, таким... красивым. У Миранды в груди разлилось приятное чувство покоя. Наконец-то все кошмары позади, не нужно было думать о правильности своих выборов и спасения жизней друзей, просто наслаждайся жизнью и цени каждый миг. Как, например, сейчас. Решив, что уже неприлично так долго пялиться на знакомого когтевранца, Редвуд мягко потрепала его за плечо, пытаясь разбудить. — Эй... Вермиллион резко открыл карие, испуганные глаза, а затем непонимающе уставился на нарушительницу его сновидений. Секундное помутнение, пауза, а затем искренняя радость на его лице, от которой сердце дико хотело уйти в пятки. — Мира! Восторженно воскликнул Донни, мгновенно вставая с места и обнимая старую подругу и по совместительству ученицу, вжимаясь в неё всем телом. Когтевранка опешила, мгновенно смущаясь и не зная, как на это реагировать. Было приятно. Было тепло и спокойно. Разве можно было в ворохе быстро сменяющих друг друга мыслей разобраться, как ощущать себя в данной ситуации? — Я ждал тебя и случайно уснул... Любишь же ты шарахаться где попало. Не изменяешь привычкам даже на смертном одре! — лучезарно улыбнулся юноша, слегка отстраняясь от интимных объятий, чтобы заглянуть прямо в голубые, по-прежнему живые глаза ведьмы. Подумать только, пережила саму смерть, чётко для себя решила больше не бояться и не трусить, но моментально предала все свои убеждения от одних лишь мужских объятий. Мира не особо любила, когда кто-то вмешивался в её личное пространство, но сейчас это было так нужно, так приятно... — Где ты был? Я тебя искала, но тебя даже на занятиях не было... — Редвуд разорвала их зрительный контакт, с ноткой печали окинув взглядом ближайший книжный шкаф. Кажется, было немного волнительно от того, что он сейчас скажет. Этот вопрос не давал ей покоя и терзал мрачными мыслями. — Я не хотел лишний раз тебя беспокоить. Ждал, пока полностью восстановишься. Всё-таки такое ранение... — Вермиллион грустно понурил голову, на миг погружаясь в болезненные для себя воспоминания. — Также были неотложные дела, но это уже не важно. Я рад, что с тобой всё в порядке! Неловкая тишина, прерываемая лишь потрескивающими брёвнами внутри вечно горящего камина. Казалось, вот он, тот самый момент, просто действуй! Смотрят друг другу в глаза, взгляд парня падает на нежные, женские губы. Он слегка поддается вперёд, оказывается ещё ближе, а Мира не двигается, с замиранием в сердце ожидая, что произойдет дальше. Первый поцелуй? Как в какой-то глупой детской сказке? В принципе, терять было нечего, она обещала себе больше не сдерживаться и брать от жизни только самое лучшее. Но сейчас, когда момент был таким интимным и таким близким, всю былую уверенность словно сняло рукой. Они же были просто друзьями, которые учились на одном курсе и довольно часто проводили время вместе на дуэльных занятиях. Если бы не уроки Донни, она бы погибла ещё в первую секунду битвы с Небулой, нужно было отдать ему должное. А с другой стороны, правильно ли переступать эту черту прямо сейчас? Завязывать себя отношениями, гулять за руки, обниматься под пледом холодными, зимними ночами и провожать друг друга на занятия... Нужно ли всё это именно сейчас, когда наоборот хотелось вкусить как можно больше свободы? — Уже очень поздно. Даже не заметила, как так быстро пролетело время. Завтра ещё и зельеварение первым... Пойду спать! Сладких снов! — на дрожащих ногах она робко, совсем по-девичьи, быстро чмокнула его в щеку, тут же пряча взгляд за длинными, русыми волосами и убегая прочь по лестнице в женскую спальню. Сердце билось так, словно готово было вырваться из грудной клетки прямо сейчас. Они только что чуть не поцеловались. А она настолько испугалась факта возможной близости, что поджала хвост и убежала, как последняя дура. Что за детский сад, Редвуд? Струсила и позорно свалила от парня, который нравится и к которому испытываешь симпатию. Он точно оценит твой взрослый и адекватный поступок. Мира ничего не могла с собой поделать. Он симпатизировал, правда нравился, мама бы тоже одобрила такого кавалера, но хотела ли сама когтевранка именно чего-то подобного? Ванильная романтика, сладкая влюбленность и признания до гроба. Готова она была бы это дать? Простая, обычная жизнь любой среднестатичной девчонки, потом родите прекрасных детей, начнёте новый круг и уже сами будете наблюдать за тем, как собственные дети поступают в Хогвартс. Это были навязанные, стереотипные, но явно не её мечты. Не то. Промучавшись некоторое время в попытках заснуть, сжираемая мыслями о борьбе глупых противоречий, она всё-таки смогла заставить себя погрузиться в сон, снова и снова возвращаясь в один и тот же кошмар. Просыпалась в панике несколько раз, тяжело дыша и хаотично бегая взглядом по окружающей непроглядной тьме. Её соседки тихо спали, не подавая признаков пробуждения, а Миранда сходила с ума, каждый раз снова переживая во сне собственную смерть. Это не было похоже на умиротворяющее спокойствие, больше на холодное, металлическое и грубое касание, мгновенно выбивающее весь воздух из груди и заставляющее беззвучно кричать от нарастающей паники. Раз за разом она оказывалась в тёмном, беспросветном пространстве, с ужасом осознавая, что выхода отсюда никакого нет. Снова ловушка, коварная, ужасная западня, в которой можно было остаться навсегда. Впервые за всю жизнь спать было невероятно сложно. Она старалась держаться и сохранять спокойствие, но стоило только прикрыть уставшие глаза, как она снова и снова возвращалась в тот злополучный неудачный день, вновь и вновь проваливаясь в бесконечную темноту ледяной хватки смерти. Было сложно сказать, что она выспалась, состояние было средней паршивости, ничего не скажешь. Чуть не уснула на уроке зельеварения, но профессор Снейп даже бровью не повел, почему-то игнорируя столь наглое безразличие к своему предмету. О, Мерлин, и на этом большое спасибо. Ближе к концу занятия она смогла хоть как-то прийти в себя. Профессор Флитвик собрал весь Когтевран в одном большом зале, торжественно объявив о том, что в скором времени начнется Святочный бал в честь турнира трёх волшебников. Девчонки затрепетали от восторга, парни недовольно фыркнули, понимая, какая ужасная суета начнется в замке в ближайшее время. В Хогвартсе будет самая настоящая тусовка? Хотя, конечно, нормальным подростковым развлечением это было бы сложно назвать, им сразу разграничили правила поведения, даже до поздней ночи будет не дозволено остаться. Предвкушая нарастающую скуку, Мира недовольно поморщилась, перестав слушать то, о чем говорил декан Когтеврана. Да уж, глупо было ожидать, что в средневековом замке позволят устроить крутую магловскую дискотеку. Одни сплошные правила. — Поскольку Святочный бал - наше традиционное и легендарное событие, всем нужно будет подготовиться к танцам, которые мы будем здесь репетировать... — Танцы?! Громче, чем ожидалось, выкрикнула Мира, ловя на себе удивленный взгляд профессора Флитвика. — Да, мисс Редвуд. Самые настоящие традиционные танцы! — восторженно провозгласил декан, изящно взмахивая своей волшебной палочкой. Что-то, а танцевать культурные танцы высшего общества она точно не умела. Двигаться с кем-то в паре, тело к телу, чувствовать партнера и адаптироваться к его движениям... Это явно было не по её части. — Я вижу, что вы полны энтузиазма. Выйдите вперёд, начнём репетицию сразу с вашего примера! — кажется, профессор решил немного поиздеваться, отыгрываясь за излишнюю эмоциональность одной из своих учениц. Возможно, кто-то мог бы посчитать декана самого Когтеврана крайне занудным и скучным человеком, но это было совершенно не так, он обожал веселиться и участвовать в жизни студентов. Мерлин, какой пример она могла вообще показать? Она никогда такого не танцевала! Под одобряющий гогот однокурсников кто-то сзади подтолкнул её вперёд, вынуждая выйти в центр зала, прямо к профессору Флитвику. Тихо выругавшись, Мира опешила, когда в качестве партнера для танцев декан Когтеврана окликнул знакомую до боли фамилию. — Мистер Вермиллион, прошу вас составить компанию в репетиции! Темноволосый юноша подошел вплотную к смущённой когтевранке, что с трудом заставляла себя смотреть в эти карие, бездонные глаза. Она ожидала увидеть затаившуюся обиду, неприязнь, да что угодно за свой стыдливый вчерашний поступок, но он, на удивление, искренне улыбался, не выказывая даже малейшего негатива. Удивительный человек. — Мисс Редвуд, положите ваши руки мистеру Вермиллиону на плечи, — начал обучать новому танцу профессор, обхаживая сформировавшуюся пару. — А вы возьмите леди за талию... Слишком волнительно. Учитель не мог показывать хореографические приёмы из-за своего низкого роста, поэтому решил продемонстрировать более наглядно на студентах, чтобы это смотрелось органичнее. И всё бы и ничего, да только момент больно интимный. Ни одной мысли о проходящей репетиции. Миранда нервно сглотнула, послушно обхватывая ладонями широкие мужские плечи, сразу же вздрагивая, как только тёплые руки легли на её талию. Соберись, чёртова дура, хватит так реагировать на такие невинные мелочи. Строишь из себя самую настоящую недотрогу, в этом нет ничего такого. — Не переживай ты так, Редвуд, я поведу, просто подхватывай за мной! — мягко шепнул на ухо Донни, наблюдая за тем, как легко теряется девчонка от его прикосновений. Действительно забавная ситуация. Хуже и не придумаешь. Хотелось убить себя за нервозность по поводу такой незначительной мелочи, но сложно было контроллировать эмоции, когда всё происходит вот так. Под множеством взглядов однокурсников. Мира упорно не понимала, почему вся уверенность пропадает ровно в тот момент, когда Донни оказывается слишком близко. Это была необъяснимая, самая настоящая загадка. Никогда ещё не было таких фатальных проблем в общении с противоположным полом. Все эти случайные прикосновения принимали совершенно другой характер. Начала играть классическая музыка. Профессор показывал движения всем ученикам, призывая повторять их выбранную пару, чтобы на примере показать, как это должно выглядеть. Сказать, что это было сложно — ничего не сказать. Вермиллион чувствовал себя вполне уверенно, полностью взяв на себя их танец. Мира лишь старалась вовремя реагировать и при этом слушать музыку, чтобы попадать в ритм. Может, так сказались их дуэльные тренировки, но вдвоём они чувствовали себя вполне неплохо. Правда, Донни двигался плавно и виртуозно, а Мира слишком резко и агрессивно, так как просто не понимала, как можно танцевать вот так, вместе, координируя общие действия. Особенно когда мысли забиты чем-то совершенно другим. После уже всех однокурсников хаотично разбили по парам и теперь они большой группой старались синхронно выполнять танцевальные движения под полным контролем профессора Флитвика. Спустя некоторое время это даже стало весело, помогло раскрепоститься и наконец-то улыбнуться, закружившись с Вермиллионом одновременно со всеми остальными студентами. Но для неё сейчас не существовало никого, кроме них. Пусть весь мир подождёт. Такой искренний, открытый, прямо перед ней, а Мира постоянно убегает от него из-за собственных страхов и противоречий. Наверное, нужно было перед ним извиниться. За что, глупая? Прости, что сбежала, когда ты хотел меня поцеловать? В любом случае, дальше это так продолжаться не могло, нужно будет поговорить, подобрать правильные слова и всё объяснить. По крайней мере, постараться это сделать. Профессор радостно объявил, что до начала Святочного бала каждый ученик должен пригласить кого-нибудь с собой в пару, с кем он будет танцевать в самую лучшую ночь в Хогвартсе. — Ты же пойдешь со мной на бал? — Донни спросил это практически сразу, как только их репетиция закончилась, не успев дать толком отдышаться и пережить целый ворох сменяющих друг друга эмоций. — Да, естественно! — бодро ответила Мира. А что, была толпа других кандидатов, что рвались пригласить её на Святочный бал? Конечно же, сразу согласилась, без малейших раздумий. Это как раз идеальный момент для разговоров по душам. Там они определятся со своими границами и окончательно решат, в какую сторону дальше двигать их странные отношения. Больше она не испугается. Хватит бегать, как маленькая девочка, от такой нелепой глупости. Дурацкий страх быть отвергнутой портил все ожидания. Вот, что значит, никогда не иметь опыта нормальных романтических связей. Миранда слишком мало знала о любви, больше всего боялась ошибиться с выбором, так как видела, как истошно плакали старшекурсницы от расставаний и предательства. Редвуд всегда были противны эти ванильные страдания, теперь же она вполне могла стать одной из этих заливающихся слезами дур, которых раньше не понимала. С другой стороны, не ошибается только тот, кто ничего не делает. Может, иногда всё-таки стоит отключать аналитическое мышление и позволить жизни идти своим чередом? Просто не задумываться о последствиях и жить одним днём. А дальше как пойдет. Она же ничего не теряет, просто попробует поиграть в отношения и построить из себя милую и хорошую девочку, которой совершенно не являлась. Только есть одно но, эгоистичная стерва, ты собираешься втянуть в свою авантюру стороннего человека, который, возможно, будет строить определённые планы с тобой и не знать твою истинную натуру, что тебе это совершенно не нужно и ты конченная оторва. Готова разбить сердце и ожидания такого искреннего и непорочного человека, как Донни Вермиллион? Уверена, что когда он узнает твои тайные, отвратительные мысли, не отвернется и не сбежит подальше, не желая никак пересекаться? Как же это было сложно. Слишком много противоречий. Хватит думать о благополучии других, подумай хоть раз о себе. Решено. Она сама поцелует Вермиллиона на балу и рискнет продвинуть их отношения вперёд. А там плевать, что будет, чем она хуже, в конце концов, кучи других девчонок, что крутят романы налево и направо? Родители позаботились о Редвуд и через большого рыбного филина прислали по почте платье к грядущему Святочному балу. Вот чёрт, отец точно знал о таком событии ещё в начале учебного года и ничего не сказал. Предатель. Хотя, узнай её мать о смертельно опасном турнире, который проводился в школе, точно бы никуда Миру не отпустила. Изящное, пышное платье ярких голубых оттенков с белым подолом. Это, конечно, далеко не предел мечтаний, но и не самый худший вариант из возможных. Длинные блестящие рукава, юбка до пола, само на размер больше, чтобы слишком не подчеркивать тонкие изгибы талии и молодую женскую грудь. Не трудно было догадаться, что наряд выбирала мама. Она точно не позволит родной дочери выглядеть развратно, как какой-то лёгкодоступной простушке. Словно Мира всё ещё была глупым, маленьким ребёнком. А выпячивать свои сильные стороны наоборот хотелось больше всего. Просто ощущать себя красивой и уже достаточно взрослой, чтобы обращать на себя чьи-то восхищенные взгляды. Мечты абсолютно каждой девчонки. Но на основной части бала вольности были непозволительны. С излишне скромным платьем для практически семнадцатилетней девушки она разберется позже. Сейчас нужно было готовиться. Время пролетело незаметно, наконец-то выпал первый снег. Мира ненавидела холод, но зимняя пора в Хогвартсе была отдельным видом искусства. Предчувствие скорого рождества, каникул, невообразимых видов огромного величественного замка, покрытого белыми маленькими снежинками. Самая настоящая сказка, которая никогда не надоедала. Поскорее бы показать всё это младшей сестре, разделить с кем-то чудесный восторг, с которым сама Мира когда-то впервые осматривала каменные залы школы волшебства. Наверное, это можно было назвать искренней и истинной любовью? Ни к кому Редвуд не питала более нежных чувств, чем к своей любопытной, иногда невыносимой родственнице. Она была копией Миры, но абсолютно невинной и непорочной, без жутких грязных мыслей и желаний. Пока ещё наивная, но добрая, мечтающая стать лучшей волшебницей-целителем в мире. И обязательно станет, старшая сестра поможет и убережёт от жестокости и несправедливости этого мира. Насколько это возможно... Подготовка к Святочному балу шла полным ходом. В женском общежитии Когтеврана ещё никогда не было столь хаотичной суеты. Девчонки крутились у зеркала по очереди, укладывая себе волосы различными заклятиями, подкрашивали губы, ресницы, старались быть как можно более очаровательными. Мира готовилась вместе с ними, непривычно укладывая длинные волосы в волнистую, свободную косу, украшая её заколками в виде белых роз. Как же она ненавидела этот ванильный внешний вид. Никакого присущего ей хаоса, никакой самоидентификации, сейчас в зеркало смотрит не Миранда Редвуд, а какая-то милая наивная простушка, что вот-вот где-то потеряет волшебную туфельку и несомненно встретит своего прекрасного принца на белом коне. Ну и мерзость. И вот этот образ так сильно любят все парни? Плевать, надо только перетерпеть официальную часть, а дальше она даст жару. Сегодня она сделает это. Первый раз в жизни поцелует кого-то мужского пола. Может, стоит потренироваться на помидорах, как советовали девчонки, чтобы совсем не показаться полной дурой? Нет, это уже слишком, поймет что делать по наитию. А если не поймет? Всё, прекрати нервничать! Первыми открывают Святочный бал пары участников турнира. После них уже выходят танцевать все остальные. Сердце чуть не ушло в пятки, когда она встретила Вермиллиона в официальном элегантном чёрном костюме, так идеально сидевшем на его теле. — Прекрасно выглядишь, Мира! — Ты тоже. Не смогла подобрать больше слов. Редвуд словно зачарованная сверлила его взглядом, даже не обращая внимания на уже начавших церемонию открытия бала участников турнира. Большой зал было просто не узнать. Прямо с потолка сыпался снег, но тут же волшебным образом исчезал, не успевая попасть на головы многочисленным гостям. Белые, словно ледяные стены, большой праздничный стол с кучей разнообразной еды и напитков, о какой магии вообще можно было мечтать, находясь в столь невероятном месте? Из состояния смятения и восхищения Миранду вывела тёплая рука Вермиллиона, потянувшая девчонку в середину зала, куда уже вовсю выходили танцевать другие пары. Кажется, она полностью забыла, как правильно дышать, когда они синхронно закружились в классическом танце, уже машинально выполняя отрепетированные большое количество раз движения. Профессор Флитвик особенно ревностно подходил к хореографии своего факультета, оттачивал до идеала, не давая студентам никакого спуска. Снова взгляд глаза в глаза, его руки на талии, слишком тесный контакт. В такой буре бушующих вокруг множества тел Мира даже не смела смотреть в сторону, чувствуя себя маленькой, потерянной девочкой, полностью позволяя вести себя в танце, даже не задумываясь о том, где сейчас её собственные конечности и что именно она делает. Интересно, какой её сейчас видит сам Вермиллион? Образ милой, кроткой девчонки, что растекается под каждым его многозначительным взглядом? Какой позор, дурацкая фальшивка. Основная часть церемонии закончилась, выступать начала рок-группа «Ведуньи», сильно взбудоражив своим появлением радостно ревущих подростков. Миранда тоже была сильно удивлена, что на подобном балу не придется окончательно стухнуть от скуки и напряжения. — Я сейчас вернусь, только выпью воды! Поспешно сказала она Вермиллиону, вырываясь из заряженной на веселье толпы. Аккуратно пробралась к столу, нашла первый попавшийся бокал и мгновенно его осушила, даже не задумавшись, что она сейчас выпила. Плевать, нужно было взбодриться и наконец решиться на серьезный разговор с Донни. Сейчас или никогда. — О, ничего себе, привет! Внезапный знакомый голос. Мира сразу же подняла голову и увидела рядом с собой Джинни Уизли, тоже попивающей нечто неизвестное из своего бокала. Странно, что она здесь делает, на Святочный бал нельзя приходить студентам младше четвёртого курса. — Я тоже удивлена, не ожидала тебя здесь встретить... — ранее они часто пересекались в конфликтах с Паркинсон и в целом всем Слизерином, но никогда не хватало времени на простое, человеческое общение. Даже как-то забавно, как где-то происходила какая-нибудь суета — они вместе, а как просто поговорить — уже никак. Глупость. — Меня пригласил Невилл, а если приглашают тебя, то никаких ограничений на возраст больше нет! — довольно ответила рыжая бестия, что хоть и была на год младше, но выглядела весьма очаровательно и эффектно. Не зря за ней бегали многие парни школы, но чтобы на дерзкую красотку позарился сам Невилл Лонгботтом... — И как тебе Святочный бал? Я лично думала, что это будет полная херня, но теперь стало намного интереснее! — Мира украдкой посмотрела на вовсю играющую на сцене рок-группу, интуитивно подплясывая в такт музыке. — Вообще здорово. Я бы всю жизнь рвала себе волосы, если бы его пропустила! — сразу оживилась Джинни, явно заряженная хорошим настроением. Редвуд импонировал её огонь в глазах. — А ты чего не танцуешь? Я думала, ты самая первая ворвешься под такие песни! — Просто решила немного выпить, вечер только начался, ведь так? Сейчас освежусь и... Мира повернулась в сторону танцующего Вермиллиона и замерла, округлив ошарашенные голубые глаза. Его обнимала незнакомая девушка из Шармбатона, что-то шептала ему на ухо, мило переговаривалась, а он неуверенно, но также нежно ей отвечал, обнимая за талию. Ещё одно мгновение, и она тянется к нему, смело впиваясь в желанные мужские губы, сливаясь в безумном грохоте увлечённой музыкой толпы. Донни колеблется, но после отвечает на поцелуй, прижимая обворожительную красавицу к себе, не замечая ничего и никого вокруг. Кажется, внутри что-то с болезненным треском упало, раскалываясь на тысячи мелких осколков. А чего ты ожидала, дура? Что он будет ждать, пока ты перестанешь быть недотрогой до конца своей жизни? Тем более, вы просто друзья, которые не переходили границы дозволенного, видимо, он решил, что тебе не интересен и сменил приоритеты на кого-то более доступного. Вспыхнувшая ревность мгновенно погасла, сменяясь душераздирающими самосжирающими чувствами вины и собственной нелепости. Сама облажалась. Нечего теперь плакать. Обещала себе, что будешь брать от жизни всё, а в итоге струсила и не получила ровно ничего. Настроение мгновенно ушло на уровень ниже плинтуса. — Мира, что-то случилось? Из транса вывел обеспокоенный голос Джинни, что решила посмотреть в ту же сторону, куда секунду назад уставилась мгновенно убитая Редвуд. — Мне срочно нужно в туалет... Только и смогла выдавить когтевранка, не дожидаясь реакции Джинни и пулей вылетая из большого зала. Отлично, абсолютная тишина и никого постороннего, все сейчас веселятся в одном месте Хогвартса. Включив умывальник в женском туалете, Мира незамедлительно ополоснула лицо холодной водой, стараясь таким образом привести себя в чувства и немного успокоиться от нахлынувшей ярости и разочарования. Из-за этого косметика на лице слегка размазалась и поплыла, теперь казалось, словно девчонка проплакала здесь приличное количество времени. Нет, не будет она проливать слёзы из-за такой херни. Ещё ниже падать просто некуда. — Слабая, тупая дура. Даже после смерти не можешь решиться на такие банальные вещи... Мира смотрит на своё отражение и злится ещё больше. К чёрту это все, она не мягкая, ванильная дурочка, выкинь мысли о своей никчёмности из головы и прекрати ныть. Настоящий позор. Редвуд яростно вырвала заколки из аккуратно уложенной прически и полностью её растормошила, возвращая себе привычный внешний вид с длинными, распущенными волосами, теперь слегка волнистыми от укладки. Заклинанием приталила платье, подчёркивая сформировавшуюся фигуру и грудь, оголила плечи, показывая чёрного, шрамированного дракона на всю руку, разрезала часть юбки, обнажая бедро. Вот так, теперь намного лучше. Привычный и любимый хаос. — Как интересно наблюдать со стороны за чужим саморазрушением... Миранда вздрогнула, резко обернувшись и заметила знаменитую плаксу Миртл, из-за которой большинство крайне не желало приходить в женский туалет. — А, это ты... — Редвуд облегчённо выдохнула, но напряглась всем телом. На дух не переносила призраков. Особенно когда они появлялись так внезапно и не в тему. Когтевранка полезла в одну из кабинок и достала спрятанный заранее огневиски, который припасла на всякий случай, если бы на Святочном балу было смертельно скучно. Ну и просто, для смелости. Думала, не пригодится, но теперь было плевать. Ловко открыв зубами бутылку, выплюнув крышку на пол, она сделала уверенный глоток и сразу чуть не поперхнулась от внезапной, обжигающей алкогольной горечи. Такие вещи нужно смешивать, например, с соком, чтобы резко не охренеть, как сейчас и слишком быстро не опьянеть. Немного придя в себя, она с усмешкой протянула огневиски в сторону парящей в воздухе Миртл. — Будешь? — Может быть и буду, но я не могу, я ведь мертва! Девочка обиженно скрестила руки на груди, показательно фыркнув. Мира слабо знала анатомию призраков, но теперь точно поняла, что умирать и становится привидением — максимальный отстой, если недоступна даже выпивка. — Точно, извини. Снова набралась смелости и сделала новый глоток. Со второго раза уже было проще, привычная горечь не так сильно прожигала горло, позволяя почувствовать терпкий, не особо приятный вкус. Мира прижалась к одной из каменных плит спиной, размеренно вливая в себя горячий затуманивающий разум алкоголь. И нахрена это вообще нужно? Совершенно не вкусно. — Такого вопиющего нарушения правил Хогвартса я ещё не видела! — возмутилась Миртл, наблюдая за бессовестно выпивающей наглой девчонкой. — Правила созданы для того, чтобы их нарушать. Да и я же никому ничего плохого не делаю, верно? Просто расслабляюсь, имею право! — оправдалась Редвуд, чувствуя, как тепло расползается по всему телу, избавляя от головной боли и тяжелых мыслей. Так непривычно легко, даже смешно становится. — Ну конечно, вы же так устаёте на своих тусовках! А бедную Миртл никто даже не пригласил на бал! — вновь заплакала девочка, закрывая лицо прозрачными руками. — Знаешь, лучше бы меня тоже никто не приглашал на бал. Более хуёвого вечера просто представить нельзя! — Мира горько усмехнулась, снова делая очередной глоток. Совсем из ума выжила, изливает душу привидению. — Тебя кто-то обидел? — вдруг заинтересовалась Миртл, переставая плакать и убирая руки от лица. — И да, и нет. Я не понимаю. Вроде по-нормальному надо вообще не париться, мы же просто друзья, а вроде и неприятно как-то. — она замялась, задумчиво разглядывая огненное содержимое бутылки. Опустошила наполовину, завтра об этом сильно пожалеет. Но а сейчас можно пойти во все тяжкие. — А знаешь, что? Мне похуй, вот что. Мы просто друзья, пусть хоть переебёт весь Хогвартс, абсолютно насрать! — и снова глоток. А ведь реально теперь стало как-то плевать. Тотальное расслабление, помутнённый взгляд. В таком состоянии она готова была поделиться всеми душевными переживаниями даже с каким-нибудь мимопроходившим Филчем. Да даже с его дурацкой кошкой можно было без проблем завязать разговор, настолько было всё равно. Что может быть смешнее, чем глотать алкоголь и изливать душу привидению давно умершей девочки? Давно пора в Святой Мунго, она совсем сошла с ума. — Ну и ну, какое жалкое зрелище, Редвуд! От неожиданности Мира выронила из рук бутылку с огневиски, что разбилась об пол с неприятным лязгом, чудом не поранив обнажённые женские ноги. Она повернулась в сторону знакомого голоса и увидела стоявшего в дверном проёме туалета Драко Малфоя, что презрительно наблюдал за ней, облокотившись о стену. — Малфой, ебать тебя Мерлином, ты заблудился? Теперь из-за тебя я потеряла несколько галлеонов, которые я отдала за эту бутылку. — она сочувствующе посмотрела на осколки стекла и разлитую огненную жижу, подмечая упущенные возможности опустошить её до конца. Интересно, насколько тогда она бы быстро вырубилась? Редвуд уже настолько пьяная, что даже внезапное появление бывшего врага не вызывало никакого малейшего удивления. — Увидел, с каким ужасным выражением лица ты выбежала из зала и не мог такого пропустить... — съязвил чистокровный придурок, но без агрессии, как-то весело. Конечно, накружился со своей смазливой Паркинсон и теперь пришёл довольный, потешаться над её хреновым самочувствием. Чёрта с два, опоздал! — Просто заметила тебя с этой шлюхой и выбежала проблеваться. Ты же такой весь из себя красивый, крутой парень, мог бы и найти кого-нибудь получше! — голова совсем не думала и просто говорила всё, что приходило на одурманенный ум. Мира не злилась, а просто негодовала, потому что негодовала. Никак иначе это состояние нельзя было объяснить. — Ты только что назвала меня красивым, Редвуд? — усмехнулся Малфой, с некоторым удовольствием наблюдая за таким глупым состоянием напившейся девчонки. Здесь она никак не сможет защититься или выпятить свою зашкаливающую гордость. Открытая, как чистый лист. — Ты думаешь, я совсем слепая или что-то типа того, да? Я, блять, не дура, Малфой. Ты красивый, но ты дурак! — она неуклюже подошла к молодому человеку практически вплотную, возмущённо тыкая в него пальцем. — Очаровательный мудак! Мира даже не понимала, какие странные вещи выговаривает прямо в лицо одному из самых противных людей школы. Было так подозрительно приятно и легко, а ещё так весело. Иногда она злилась, но буквально на секунду, высказывала негодование и сразу успокаивалась, испытывая от этого истинное, удивительное облегчение. Драко подавил смешок, вызванный её смешным высказыванием. Очаровательный мудак? Так его ещё никто не называл, звучало даже как-то мило. Салазар, Редвуд, что ты вообще несёшь? — Да и вообще, если бы не я, ты бы сейчас тух где-нибудь на кладбище! — снова возмущённо ткнула пальцем Драко, только уже прямо в грудь, совершенно ничего не стесняясь. — Зачем ты это сделала? — внезапно серьезным голосом спросил Малфой, на секунду даже ошарашивая девчонку. Она непонимающе уставилась в его серые, словно кусок стекла, глаза. — Зачем подставилась и устроила это представление? Ты из Когтеврана, а не из Гриффиндора, чтобы разбрасываться подобным благородным дерьмом. — Потому что это был мой выбор и так было правильно! Странная молчаливая пауза. Драко опешил, удивлённо рассматривая Миру, что, кажется, отвечала абсолютно серьезно и без какого-либо намека на ложь. — Я бегала, как дура, пытаясь хуй пойми зачем не дать вам подохнуть, потому что хоть вы и мерзкие, но смерти ещё не заслужили! — выпалила она, и это было самым честным откровением, которое она кому-нибудь говорила за последнее время. — Вы, придурки, ходили за мной, оскорбляли хер пойми за что, а я что, виновата, что мой отец не самый пиздатый волшебник в мире?! Ну женился он на моей матери, ну захотелось ему так, блять, мне давали право выбора родиться в семье чистокровных Малфоев или в простом доме обычных Редвудов? Не спрашивал меня никто, ясно? Как и никого не спрашивают! Нет после смерти ничего, все мы просто сдохнем и последнее, о чём будем жалеть, так это как дохера всего мы не сделали! Понимаешь? Ничего там нет! — она почти перешла на отчаянный крик, вываливая всё, что у неё долгое время было на душе, снилось каждую ночь в кошмарах. Никому об этом не говорила и никогда бы не осмелилась, но под действием сильного алкоголя рассказала, как миленькая, и кому? Малфою! Дурная. — Не хотела я за вас дохнуть. Даже мысли не было. Кто же знал, что эта придурошная умеет людей резать? Знала бы, ни за что бы не полезла! — Всё сказала? — Нет, блять, не всё! — она топнула ногой, достигая максимально разгорячённого и разозлённого состояния. Алкоголь совсем захватил контроль над эмоциями, призывая к невиданным ранее откровениям. — Ебучие слизеринцы, ебучие турниры! Почему нельзя просто, ну вот как нормальные люди, общаться и не докапываться, а? Почему вы такие сложные? Я не могу... — Мира устало закатила глаза, тяжело вздыхая и, наконец, расслабляясь. Малфой молча выслушивал её поток мыслей и даже не мог заставить себя произнести какую-нибудь колкость или насмешку. Когда он искал её, то ожидал долгого и изнурительного диалога, но эта дура просто напилась и вывалила ему всё сама, а он был к этому... не готов? Редвуд резко решила завести откровенный разговор и от этого он почувствовал себя неловко, даже проявил сочувствие. Она просто обычная девочка со своими проблемами, которую бесит несправедливое отношение к себе и окружающим людям. А кого бы не выбесило? Миранда права, они называли её грязнокровкой буквально за то, что она такой родилась. Испытывали исключительную ненависть только за этот ублюдский факт и плевать хотели на то, какой Редвуд человек. А теперь она раскрылась с совершенно с другой стороны, такой живой... Просто человеком. Не безликой фигурой на доске коварных планов его отца, а просто девушкой, что сейчас крайне эмоционально ему открывалась. — Успокойся, Редвуд. Ты уже еле на ногах стоишь... — Малфой положил руку ей на плечо, слегка придерживая, побаиваясь, что она сейчас попросту упадёт. Какая внезапная, своеобразная забота с его стороны. Если бы Мира хоть немного протрезвела, она бы удивилась, что Драко в принципе к ней соизволил прикоснуться. — Всё нормально! Я пойду танцевать! — неровными шагами Мира попыталась силой прорваться сквозь Малфоя, что закрывал ей путь на выход из женского туалета. Но он даже не сдвинулся с места, из-за чего Редвуд впечаталась в его тело и отшатнулась, непонятливо осматриваясь по сторонам, словно не верила, что Драко действительно не выпускал её из этого стрёмного места. — Ты совсем дурная? Ты даже движения свои контроллировать не можешь, куда тебе танцевать? Вали спать, Редвуд, пока тебя профессора не увидели! — юноша недовольно фыркнул, снова наблюдая за слабой попыткой ненормальной прорваться через его оборону. Мерлин, какая же бестолочь, вообще не понимает, что происходит. А тебе какое дело, Драко? Просто свали и брось её здесь, чтобы точно убилась или спалилась перед учителями. Разве не так ты должен поступить? Когда его в край достали попытки пьяной идиотки вернуться в Большой зал, Малфой раздражённо выдохнул и схватил бестию за запястье, утаскивая за собой вдоль по коридору. Миранда шумно запротестовала, упираясь слабыми ногами в пол и выкрикивая какие-то нецензурные слова, но разобрать было сложно, язык ведьмы попросту заплетался и проглатывал буквы. — Куда ты меня тащишь, Малфой? Отпусти сейчас же, а то я за себя не отвечаю! — Ради Мерлина, заткнись, Редвуд! С трудом доведя сопротивляющуюся девчонку до Большого зала, в котором уже закончились основные концерты и наступило время для медленных танцев, Драко нашёл знакомую компанию ребят, что до сих пор не расходились. — Нашёл вашу когтевранскую дуру пьяной, шатающейся по коридорам. Следите за своими идиотками тщательнее, если они не умеют пить! — недовольно выпалил Малфой, протаскивая девчонку к Терри Буту и Корнеру, что увлечённо о чем-то общались. Парни недоумевающе переглянулись, не понимая, чему удивляться больше: в хлам пьяной однокурснице или тому факту, что её собственной персоной привёл Малфой. Не успели они задать нужных вопросов, как надменного юноши и след простыл, оставив после себя только ничего непонимающую Миранду. — Так вот где ты была... Ты действительно сумасшедшая, Мира. Если бы тебя поймал кто-то из преподавателей... — А в итоге меня поймал только Малфой! Редвуд прервала нотации Терри, с ноткой обиды выкрикнув последние слова. Не глупи, в самом деле, у них тоже есть свои дела помимо того, чтобы бросаться за тобой по каждому поводу. Парни помогли отвести Миранду до женской спальни, передавая выпившую девчонку в заботливые, женские руки, что тут же уложили её спать. — И когда ты только успела? — недоумевала Падма, наблюдая за последней жизнеспособностью мозга Миранды. — Короче, всё, я придумала! Мы устроим самые лучшие вечеринки во всём Хогвартсе! В тысячу раз лучше дерьмового Святочного бала! Это был последний пьяный бред перед тем, как она окончательно уснула. Только, к сожалению, Редвуд не блефовала.