Cadeau de Noël

— Лех, выйди, а, к тебе пришли! — Ты там скоро, дорогой? Только тебя одного ждем! — Давай, шевели булками! И пошустрее. Такие восклицания встретили Лешу, всего минутой ранее ушедшего в гримерку, и почти выдернули его из душевой. Он вгляделся в отражение в зеркале, едва успев вытереться полотенцем, и задумался. Это был не первый спектакль, не первое большое событие в его жизни, но именно в этот момент он почувствовал, как сжалось сердце. К нему на спектакль приехала мама. На их первый с Сашей совместный спектакль. Живот немедленно скрутило от волнения. Это было одновременно и приятно, и нервно. Всего лишь мама — что может пойти не так? Он быстро натянул джинсы, футболку и выскользнул из гримерки. Он знал, что будет неловко, знал, что она будет расспрашивать и смущать его похвалой и комплиментами, но все это меркло перед тем фактом, что они наконец увидятся спустя несколько месяцев разлуки. Новогодние праздники еще не начались, а главный сюрприз уже ждал его в фойе, чтобы поздравить с окончанием тяжелых рабочих будней. — Ну что, Лех, наливать тебе? — спросил пробегающий мимо него с бумажными стаканчиками в руках Володя. Леша кивнул, похлопав его по спине. — Да, да, я сейчас подойду. Начинайте пока без меня. У столика, на котором уже привычно расположились сладости и фрукты, собрались актеры, костюмеры и режиссер — все обсуждали только что завершившийся спектакль, смеялись, обменивались впечатлениями и разливали шампанское в честь Нового года. Леша почувствовал себя как на распутье: с одной стороны — друзья, которых он просил не ждать первого тоста, с другой — явно не планировавшая долгий визит мама, ради которой он был намерен пропустить триумфальную речь. И вот он стоит в фойе, его глаза тут же хватают знакомую фигуру: мама. Одна, без папы, как всегда — она не любит компанию на таких мероприятиях. Легкий, едва уловимый запах парфюма, ее привычная поза, когда она ждет его, и тот самый взгляд — теплый и понимающий. — Лешенька! — Она сделала шаг вперед и подняла руку, готовая обнять сына. Леша улыбнулся и, подойдя ближе, поцеловал ее в щеку. Теплая рука обвила его плечо. — Здравствуй, мама. Ты прекрасно выглядишь! Новое платье? — Ой, скажешь тоже, — хихикнула мама, оглядывая его с головы до ног. — Ну вы сегодня и дали жару! — Да уж, импровизировали мы много, — подтвердил Леша. Мама с гордостью кивнула. — Так и не скажешь, получилось отлично. Замечательный спектакль, мне очень понравился. Молодец, сынок! Леша зарделся. Мама, хоть и была далека от театральной сферы, всегда поддерживала его в этом увлечении, а затем и в профессии. И, хоть она не могла посещать все его премьеры, спектакли, стоящие в большие праздники, как сейчас, она никогда не пропускала. Ему даже удавалось разглядеть ее в зале и почувствовать себя еще чуточку увереннее. — Спасибо тебе за поддержку, мам. Я рад, что ты пришла. Ну что, рассказывай, как добралась-то вообще? Далеко сидела? — Все просто прекрасно. Доехала на такси — довольно быстро, кстати, — по-прежнему улыбаясь, начала рассказывать мама. — Сидела тоже хорошо, места такие удачные: близко, по центру — каждую родинку на лицах актеров разглядела. Леша искренне рассмеялся. — Ну прекрасно! — Вы отлично справились, всеми безумно горжусь, — сообщила она чуть громче, чтобы остальные тоже услышали. Леша спохватился. — А давай ты сама им об этом скажешь? Идем с нами, мы как раз собираемся отмечать. Мама замахала руками и зашипела на него: — Ни в коем случае, я такое не пью! Потом меня на горбу своем понесешь. Я только поздравить вас пришла, а праздновать — это вы давайте сами, молодежь. Да и, кстати, пока вы не начали отмечать… как там мой Сашенька? Леша застыл на мгновение. Он попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой. — Саша? — Он попытался выглядеть непринужденным, но ощущение неизбежности и обреченности выдавало его растерянность. Он оглянулся и увидел, как Саша привычно стоит у одного из диванчиков, чуть в стороне, и уже собирается уходить. — Да, Сашенька, — подтвердила мама. — Где он? Хочу его тоже лично поздравить. Леша медленно кивнул и поманил Сашу. Тот слегка смутился, но все же подошел ближе, стараясь казаться спокойным. Мама рассматривала его с такой мягкой улыбкой, что Саша невольно расслабился, хотя все равно чувствовал себя не в своей тарелке. — Добрый вечер, Надежда, — лучезарно улыбаясь, поздоровался Саша. — Спасибо, что пришли. Женщина нахмурилась. — Что это такое? Никаких пришли. Ко мне только на «ты», я тебе не какая-то чужая тетка. — Мама, — предупредительно отозвался Леша, но одного ее резкого взгляда хватило, чтобы он раздумал продолжать фразу. Если маме что-то не нравилось, она всегда прямо выражала свое недовольство и спорить с ней было в лучшем случае бесполезно, а в худшем — чревато. — Какой умничка, мой мальчик, — сказала мама, ее голос звучал тепло и искренне. Она протянула руку и ласково потрепала Сашу по щеке. Тот зарделся, косясь на Лешу. Леша едва сдерживал смех. — Я глаз с вас с Лешей не сводила! Как ты, дорогой? — Все хорошо, спасибо. — Как настоящий профессионал, Саша старался не выдавать волнения и немного расслабиться, но комплименты Лешиной мамы были такими искренними и теплыми, что он просто не мог не улыбаться в ответ. — Как этот оболтус, не докучает тебе? — поинтересовалась она без намека на шутку, указывая на Лешу. Леша вытаращил глаза и быстро-быстро заморгал, намекая Саше, что, если он посмеет ответить, позже его ждет очень серьезная беседа. Сашин взгляд заметался от мамы к Леше, и он только в замешательстве пожал плечами. Мама метнула на сына строгий взгляд и приподняла брови. — Не обращай на него внимания, я тебя серьезно спрашиваю. Он тебя не обижает? Я могла бы узнать и у него, но лучше поговорить с его молодым человеком, правильно? Леша заметил, как его мама с легким прищуром разглядывает их, и уловил ее мысль, которая, скорее всего, крутилась при этом у нее в голове. Он незаметно подхватил Сашу под локоть, намереваясь увести его к столу и продолжить разговаривать с мамой уже без него. Однако от внимательного маминого взгляда это не ускользнуло. — Ну, поболтали и хватит. Саше пора. — Так, а ну стоять, — не терпящим возражений тоном сказала мама и взяла обоих под руку. — Идемте сюда. Она вывела их из фойе отвела их в уголок, где их точно никто не услышит. — Леша, ты как-то слишком быстро стараешься убежать. Уж не избегаешь ли ты меня? — с улыбкой сказала она, но в ее голосе проскользнула игривость. Саша напряженно сглотнул. Он не переставал улыбаться, но внутри у него все сжалось от предвкушения, скорее всего, не самого приятного в его жизни разговора. Леша же не совсем понял, к чему она клонит, но чувствовал, что что-то вот-вот пойдет не по плану. Хотя о каком плане можно было говорить в контексте разговора с мамой? Она же настоящий ураган, несущийся прямо на тебя и призванный или столкнуть тебя со своего пути, или столкнуться с тобой. — Что ты имеешь в виду? — осторожно спросил он, но мама будто ждала этого вопроса. Ее глаза наполнились весельем и той самой нежной настойчивостью, которая появлялась в них каждый раз, когда она хотела о чем-то попросить его или папу. — Я придумала себе подарок на Новый год. Помнишь, я говорила, что мне ничего не нужно? Леша с интересом склонил голову. Он почти облегченно выдохнул, услышав это. Так вот почему она так странно себя ведет — а он-то было решил, что она передумала принимать их отношения или пришла поругать его. — Я хочу, чтобы вы поцеловались. Прямо здесь, при мне. Парни опешили. Леша прикусил губу и изобразил священную невинность, а Саша заметно покраснел. — Мама! — Леша попытался избежать прямого ответа. — Ну и шутница ты. Женщина прислонила руки к груди и совершенно искренне выдала: — А кто тебе сказал, что я шучу? Хочу увидеть, как вы двое, — она указала пальцем на обоих по очереди, — целуетесь. Леша почувствовал, как его щеки пылают, и выругался про себя. Мама умела ставить его в неловкое положение. И, как всегда, ее прямота оставляла его в замешательстве. — Ой, да что такого? — Мама не скрывала своего веселья. — Одно маленькое новогоднее озорство — могу я себе его позволить? Леша надул щеки и нервно переступил с ноги на ногу. Просьба и впрямь была непростой, и куда проще исполнить ее дома или хотя бы не в разгар празднования Нового года с коллегами. — Зачем тебе это? Я могу сделать тебе куда более ценный подарок, — настаивал он, понимая, что им, скорее всего, не отвертеться. Саша тоже начал придумывать пути отступления. — Мы не ведем себя так на публике, — сделал слабую попытку сопротивляться он. Мамино лицо не выражало удивления. — А вы и не на публике. Я вас потому и отвела в сторонку, где никого нет. Да что тут такого? Я ведь не прошу ничего сверхъестественного. Саша открыл рот и тут же закрыл, как выброшенная на берег рыба. Леша видел, как он борется с самим собой. Он мог бы сказать маме, что они не готовы открыться остальным, что еще не время для признания даже самым близким людям, но слова никак не шли. Он посмотрел на нее и на Сашу. Саша тоже смотрел на него взглядом, выражающим полнейший шок и неготовность сделать то, о чем их просили. Тишина повисла в воздухе. Леша чувствовал, как его сердце сжимается, и, хотя ситуация казалась странной, она была почти трогательной. В последнее время он был сам не свой — в хорошем смысле. Его счастью не было предела, он постоянно пребывал в приподнятом настроении, всем улыбался, всех обнимал и ни с кем не ругался. Такое поведение, конечно, не осталось без внимания, и его стали расспрашивать, отчего он так повеселел. Леша отвечал, что просто выспался, но друзья только крутили у виска и намекали на то, что нужно меньше пить. Он даже пару раз проговорился, что несвободен, но никто не придал этому значения. Официального объявления они с Сашей не делали и пока даже не обсуждали, как и когда будут об этом рассказывать. Они никуда не спешили и тихо радовались своему счастью. Теперь от них требовали невозможного, и Леша понятия не имел, как объяснить маме, что они не собираются делать ничего подобного. Саша, неловко повернувшись к ней, немного растерянно произнес: — Надежда… Но она тут же прервала его мягким, но уверенным тоном: — Я же просила не называть меня так! Для тебя я мама. — Ее глаза наполнились такой нежностью, что Саша почувствовал, как все внутри него сжалось. Он покорно кивнул, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. — Мам, — тихо сказал он, с легким смущением, но с таким чувством, что Леша почувствовал, как его собственное сердце сжалось от нежности. Мама, словно чувствуя его растерянность, улыбнулась и покачала головой. — Ну вот, — сказала она. — Так гораздо лучше. Ну что, порадуете маму? Саша был поражен тем, как просто и естественно она его приняла. Он знал, что его родители никогда не примут его таким, какой он есть, и никогда не поймут его отношения с Лешей. Это было трудно, это было болезненно, но в этих словах, в этом взгляде, он чувствовал то, чего никогда не ощущал — настоящую заботу и принятие. Он не мог себе позволить сказать это вслух, но он был счастлив, что мама Леши приняла его, полюбила как родного, и это значило для него больше, чем он мог представить. Леша вздохнул, а желудок его сжался от стеснения и волнения. Он снова посмотрел на Сашу, и тот с некоторой нерешительностью, но с пониманием, кивнул. Леша шагнул к нему, и они встали лицом друг к другу. Осторожный Саша боязливо огляделся, не смотрит ли на них кто-то, но кроме Лешиной мамы никто не мог стать свидетелем поцелуя — вокруг попросту никого не было. Все коллеги остались в фойе и, судя по звукам, находились в самом разгаре празднования. Похоже, это был их шанс. Поцелуй вышел легким и немного робким. Леша первым потянулся к Саше, обхватил его за щеки большими ладонями и чуть наклонился, чтобы не ткнуть в него носом. Когда его губ коснулись теплые, чуть влажные губы, Саша почувствовал легкий запах мяты и улыбнулся. Мама как завороженная наблюдала за процессом и ничего не говорила, боясь спугнуть сладкую парочку. — Вот так, — выдохнул Леша, закончив целовать Сашу. Он старался придать своему голосу как можно большую невозмутимость и для пущей решительности упер руки в бока. Саша раскраснелся и опустил глаза в пол, изо всех сил избегая встречаться с кем-то из них взглядом. Леша, чувствуя, как кровь приливает к щекам, напротив, вглядывался в мамины смеющиеся глаза. — Очень хорошо. — Ее голос становился все более мягким, но вместе с этим упрямым. — Но я не увидела настоящего поцелуя. Я хоть и немолодая, но знаю, как должен выглядеть взрослый поцелуй. С лица Леши, словно восковая маска, сползла всякая уверенность. — Мама! — севшим голосом произнес он. — Ты не могла сразу сказать! Женщина лишь развела руками. — А разве это не было очевидно? Я думала, вы всегда так целуетесь. — Но не при тебе же, — резонно заметил Леша, потирая глаза. — А отчего бы и не при мне, — почти обиженно возразила мама. — Я заслужила достойный подарок. На этот раз инициативу проявил Саша и, пока Леша непонимающе и недовольно вздыхал, притянул его к себе за плечи. Он сразу углубил поцелуй, раскрыв губы и коснувшись кончиком языка верхних зубов Леши, и вкус мяты осел у него во рту. Он невольно выбил из него стон, едва слышный, но ощутившийся легкой вибрацией, и незаметно ущипнул за бок. Не увлекайся. Добившись от Леши ответного движения, Саша совершил настоящее нападение на его рот. Он прикусил его губу, оттянул ее вниз и снова устремился к ищущему внимания языку. Леша ощутил тепло тела Саши и его уверенность в действиях. Его тело легко реагировало на интенсивность поцелуя, несмотря на внутренние противоречия, и он едва удержался от того, чтобы припереть его к стенке и запустить руки под одежду, ощупывая стройное тело. Он почти забыл о том, что они здесь не одни. Мама, стоявшая рядом, не моргая наблюдала за ними с улыбкой на губах, и довольно потирала руки. Она ни разу не отвела взгляд. Ее глаза светились не только от того, что ее новогоднее желание сбылось, но и потому, что она понимала, как значим этот момент для них, и душа ее ликовала. Это определенно было больше, чем просто поцелуй. — Вот, — подытожила она, с облегчением выдыхая. — Вот теперь совсем другое дело.