Пуленепробиваемый

Дейн пригласил меня на ланч, а после поездки на такси за двести долларов накануне вечером мне нужно было немного поесть на халяву. К тому же находиться в его офисе было весело. Он был новым, место, где я раньше работал на него, теперь давно исчезло. Вы поднимались на лифте в здании в центре города и, поднявшись на его этаж, попадали в вестибюль офиса, который он делил с Шерманом Коганом и Майлзом Брауном. Раньше, выйдя из лифта, вы могли выбрать, куда пойти, а теперь у них был целый этаж, и все это было из полированного дерева и стекла, и, в общем, вы чувствовали себя как в доме, а не в офисе. Открытые потолочные трубы, вентиляторы, темные цвета и большие окна - все это создавало ощущение тепла и элегантности. Я пять лет проработал у Дейна в офисе, который он делил с Майлзом Брауном и Шерманом Коганом, и поэтому знал двух других ассистентов, Селию и Джилл. Раньше администратором работала моя подруга Пайпер, но она уволилась после рождения второго ребенка. Так что теперь в приемной был новый администратор, а у Дейна появился еще один новый помощник - он быстро перебирал их, - секретарь, который вел его корреспонденцию, и связной на местах. Я был единственным, кто работал на него помимо машинистки, поскольку в хороший день я мог напечатать, наверное, тридцать слов в минуту. Я вошел, назвал администратору свое имя как Джори и сел ждать. Она спросила: – Джори, а дальше? Но я ответил: – Просто Джори, – и сел. Я ей не понравился, это было видно. Помощница Дейна, Брук Джессап, вышла посмотреть, что мне нужно. Она работала у него уже шесть недель. – Привет, – снисходительно сказала она, выдавив из себя улыбку. – Могу я вам помочь? – Да, я пришел пообедать с вашим боссом. – О, – нахмурила брови она, – а он знает, что он... – Да, он знает. Он мне звонил, – улыбнулся я ей. – Понятно, а вы? – Джори,– усмехнулся я. – Харкорт. Ее глаза стали большими. – О Боже, мне так жаль. Вы его кузен? – Брат. – Я усмехнулся, обойдя ее. – Он в своем кабинете? – Да, но он с Адамом, его другим помощником. – Все в порядке, – сказал я, идя по коридору к его двери. – Я действительно думаю... И остановился, услышав крик. – О Боже, – простонала она, – видите? Я ждал вместе с Брук, и после минуты молчания открыл дверь. – Брук! – резко сказал Дейн. – Сколько раз я... О, привет. Я вошел внутрь, а парень, которого я никогда в жизни не видел, стал раскладывать вещи на столе Дейна: айфон, ключи, брелок и кредитную карту. Я сразу все понял. – Дейн, я... – Спасибо, мистер Тейлор, на этом все. Он вздрогнул. – Мне просто нужно было... – Спасибо, мистер Тейлор. Он вздохнул, повернулся, посмотрел на меня в первый раз, а затем подошел к Брук. – Если бы ты могла отправить мои вещи... – Он уволил тебя? – ахнула она. – За ужин? Он уволил тебя за ужин? – Не надо, – быстро предупредил я ее. Ее глаза метнулись к моим. – Просто ничего не говори. – Мисс Джессап. Я вздрогнул, потому что минуту назад она была Брук, так же как я был уверен, что вчера парень был Адамом. Дейн всегда переходил на вежливое обращение, когда вы больше не работали на него. – Вы также можете проводить себя. Пожалуйста, оставьте все вещи Харкорта, Брауна и Когана на своем столе и вместе с мистером Тейлором явитесь в офис Мелоди Брюс на ЛаСалле, на углу Уоттс и Гарднер. Я позвоню заранее и прослежу, чтобы она вас приняла. Адрес у мистера Тейлора. – Что? – Спасибо, мисс Джессап. – О, нет, Дейн, я... – Спасибо. Он повернулся к ним спиной; все, что вы видели, это то, как дорогой шерстяной костюм выглядел так, словно был сшит для него вручную, чтобы подчеркнуть его широкие плечи, прямую спину и узкую талию. Вы отмечали его рост, то, как иссиня-черные волосы спускаются до воротника и как они блестят на свету. Он был совершенен и холоден, и от него исходили волны гнева. – Подойди сюда. Она двинулась. Я остановил ее, быстро пересекая комнату. – Он имеет в виду меня. Как только я приблизился к нему, я услышал, как он вздохнул. Телефон на его столе зазвонил, и я ответил на звонок. – Офис Дейна Харкорта. Я посмотрел на Брук, ответил на вопросы о поставщике, на которые знал ответ, потому что отвечал на них уже миллион раз, поблагодарил собеседника и повесил трубку. Затем я занял место за столом Дейна, просмотрел его расписание на компьютере и взял трубку. – Вы его брат, который раньше был его ассистентом, – сказала Брук. – У меня только один брат, – ответил он у меня за спиной. Но на самом деле это не так. У него были два родных брата и сестра, а я был единственным, кто не был ему родственником, но для Дейна я был единственным и неповторимым. Он сам выбрал меня; остальные были ему навязаны. – Да, я был его помощником. – Я улыбнулся ей. – Пожалуйста, оставьте все на своем столе, Брук. Не закрывайте свои папки, а ваш ноутбук здесь, в офисе? – Да, он... – Он мне нужен сейчас, пожалуйста. – Но у меня есть личные... – На ноутбуке компании не должно быть личных файлов. Именно поэтому при начале работы вам выдали съемный жесткий диск. Но завтра вместе с чеком вы получите на компакт-диске все личные файлы, которые сейчас находятся на ноутбуке. – За годы работы я много раз повторял эту фразу, и она до сих пор хорошо сохранилась в памяти. – Все пароли и ключи доступа меняются, как только кто-то уходит, поэтому, пожалуйста, не возвращайтесь в надежде получить доступ в здание. В течение двух месяцев вам будет запрещено посещать это место, а если у вас есть другие дела в этом здании, вам нужно будет предоставить охранникам внизу письменный документ, чтобы вам разрешили войти. – Я… – О чем вас спрашивали, когда вы начинали работать здесь, Брук? – Простите? – Она была ошеломлена, и мне просто нужно было помочь ей понять, что происходит, чтобы она смогла разобраться в ситуации. – Вам задали тот же вопрос, что и мне: вы будете преданы человеку или фирме? Каков был ваш ответ? – Человеку. – Точно так же, как и мой, – улыбнулся я. – Но что вы сделали сегодня? – Я не... – Вы поставили нужды Адама выше нужд Дейна. Хорошего дня, мисс Джессап. Она посмотрела на спину Дейна. Он был «только один раз» парнем, и это было плохо, благочестиво и жестко, но он должен был действительно рассчитывать на вас и действительно верить, что вы ни за что не подведете его. Дейн вел за собой сердцем, и когда эта вера подвергалась испытаниям и терпела поражение, он всегда отступал до Бермудских островов. Он отстранялся так быстро, что вы были в замешательстве. Как он мог быть рядом, быть скалой в твоей жизни, этой непоколебимой силой, а потом просто исчезнуть? Но она не знала, что у нее были и другие шансы не подвести его. И шесть недель казались ничтожными, были ничтожными, но для Дейна... это было все или ничего. Он был таким во всем: любовь или ненависть, черное или белое; в нем не было ничего серого, кроме глаз. Она быстро ушла, следуя за Адамом Тейлором. Я вздохнул. – Я уезжаю на месяц - ну, на три недели, сейчас - но я позабочусь о тебе какое-то время. Я буду здесь завтра, и ты должен позволить мне нанять следующих двух человек. – Когда ты был здесь, мне не требовалось больше, чем ты и машинистка, – ворчал он у меня за спиной. – Твой список клиентов был меньше. – Сомнительно. – Ты тогда еще не был женат и не собирался стать отцом. Сейчас твоя личная жизнь более ценна, и поэтому график работы более плотный, чтобы ты был дома и видел свою жену, чтобы ты успевал на занятия по ламаза . Он хмыкнул. – Мистер Тейлор принимал клиентов по карточке компании? – Потенциальных клиентов. – В переводе: людей, которых он хотел впечатлить или трахнуть. – Нетактично сказано, но да. Я повернулся в его кресле. – Пойдем поедим, у тебя сахар в крови падает, и ты ведешь себя как задница. – Я? Ты слышал ее? – Да, я слышал. – Я улыбнулся. – Она понятия не имела, что есть деньги и призы для ассистента, который сможет вытерпеть твое дерьмо. – Ты единственный, кто когда-либо был способен стать тем помощником, который мне нужен. – Да, это потому, что ты раздражаешь, но мне ты вроде как нравишься. Он глубоко вздохнул. – Как насчет японской кухни. Я приглашу тебя на суши и мисо-суп. – Отлично, давай я возьму свое пальто. – Но ты должен заплатить. – Я зевнул, отправляя его расписание на свой телефон. – Что это такое? Почему у тебя встречи в три тридцать и в четыре? – Что? – проворчал он. – Я это исправлю, – сказал я ему, загружая все его контактные номера обратно в свой телефон. – Почему я плачу? – Он надевал свое пальто из шерсти и кашемира, поправляя рукава. – Ты мог бы и сам заплатить. – Нет, не после поездки на такси из Лейк-Фореста сюда. – Прости? Я посмотрел на его расписание. – Ладно, обед длинный, и мне нужно рассказать тебе кучу дерьма. – Хорошо, – выдохнул он. – Я хочу послушать. Мы шли, как всегда, его рука лежала на моей шее, мягко направляя, чтобы убедиться, что я, будучи идиотом, знаю, куда иду. Он ненавидел увольнять людей. Это отнимало у него много сил, но он постоянно был вынужден это делать, потому что его ожидания были слишком высоки. И люди никогда не могли сказать: «Вы ожидаете слишком многого за то, что вы платите», потому что этот человек платил своему помощнику целое состояние. Поэтому было хорошо, что он пообедал со мной, потому что ему нужно было успокоиться, поесть вкусной еды и ни на секунду не беспокоиться о том, как он звучит или не звучит, не кричит ли он. Я рассказал о Хейсе Фишере, его брате Дэвиде и Кристо Лироне и о том, что мне жаль, что я его не послушал, но когда я вообще слушал? И почему, черт возьми, он решил, что я вдруг начну? – Джори... – Пей свой суп. И он, как ни в чем не бывало, стал потягивать суп, пока давал мне указания. – Ты должен выглядеть так, будто тебе там самое место, когда придешь завтра в офис. Это значит, что я должен выглядеть красиво. – Я знаю. – Ты собираешься дать объявление в газету? – Нет, сначала я обзвоню всех и узнаю, кто кого знает. И тебе не нужно два человека. Тебе нужен один плюс твоя секретарша. – Я уволил своего секретаря на прошлой неделе. – Ради всего святого, Дейн. – Она сказала, что ей нужно больше. – Больше чего? – Больше от меня. Она сказала, что может сделать меня счастливым. – Угу. – Я кивнул. – Значит, ей действительно нужны были хорошие антипсихотические препараты и терапия. – Действительно. – Хах. Он прочистил горло. – Это потому, что ты такой загадочный. Он закатил глаза. – Моя жена должна знать, что рядом со мной хорошие люди, а не те, кто хочет занять ее место в моей жизни. – Ты всегда настаивал на том, чтобы я никого не нанимал. То есть ты позволял мне вместе с тобой просматривать анкеты, но ты никогда не позволял мне присутствовать при приеме на работу. – Ну, теперь я попробую позволить тебе найти подходящего человека. – Отлично. А пока я пойду с тобой вечером домой и скажу Адже, что буду рядом, пока ты не найдешь кого-нибудь. Его улыбка была такой, какую почти никто, кроме меня, Аджи и нескольких близких друзей, не видел. Это был настоящий Дейн, оголенный, уязвимый, с мягкими глазами и изгибом губ, который заставлял ваш желудок скручиваться от доверия к его виду. – Не волнуйся. – Я и не волнуюсь. Единственное, что меня волнует, - это ты. – Почему? – Давай поговорим о Кристо Лироне. Я даже не мог сказать, что это его не касается, потому что своим предыдущим признанием я, по сути, сделал это его делом. Я вернулся домой только после девяти, проведя остаток дня с Дейном, разбирая файлы и назначая встречи, чтобы снова освоиться в его офисе. Пришлось найти копировальную комнату и загрузить его расписание в Outlook, а также выполнить множество задач, связанных с работой его помощника. Я отправил его домой раньше меня, отказавшись от ужина с ним и Аджей, позволив ему сообщить ей, что я временно исполняю обязанности его помощника. Когда я шел к своей квартире, то увидел таун-кар, стоявший там предыдущим вечером. Чарльз сидел в машине, и когда я помахал ему рукой, он поднял ее с руля, в то время как Хейс Фишер вышел из машины. – Привет, – поприветствовал я его. – Джори, я звонил тебе весь день. И я знал, что он звонил, но игнорировал это. – О чем, черт возьми, шла речь вчера вечером? – Прости, – извинился я, придвигаясь ближе и засовывая руки в карманы своего короткого пальто. – Я просто... как только я все понимаю, в тот момент оно на меня и наваливается, понимаешь? Я не замечаю, и когда это случается, я просто выныриваю. Это плохая привычка, но, видишь ли, я понятия не имел, что ты интересуешься мной до прошлой ночи. Я действительно думал, что ты просто хочешь пообщаться. – Хочу. Я покачал головой. – Не хочешь. Ты хочешь подняться наверх и лечь в мою постель. Я медлительный, но не глупый. Он вздохнул. – Просто пойдем выпьем со мной. – Зачем? – Потому что я хочу поговорить с тобой, и я знаю, что ты не позволишь мне подняться. – Нам не о чем говорить, – заверил я его. – Секс - это мертвая тема. – Тогда пойдем, потусуемся со мной и моими друзьями. Мы планировали пойти в клуб сегодня вечером. Разве танцы не кажутся веселыми? – Ты танцуешь? – Почему ты на меня косишься. – Он был возмущен. – Я умею танцевать. Но в его дрянном доме не было даже хорошей музыки. – Джори, просто... давай начнем сначала. Мне нужны друзья, понимаешь? Боже, нужны. – Ты можешь их купить. – Это очень дерьмовые слова. Так и есть. – Прости. – Пожалуйста, садись в машину. Я сел в машину.

****

Клуб представлял собой техно-страну света и звука. Танцпол был огромным, но толпа все равно теснилась в потной, голодной жаре, и я чувствовал пульсацию музыки кожей. Говорить было невозможно - слишком громко. Поэтому я обменялся с друзьями Хейса рукопожатиями и объятиями, прежде чем он потянул меня за собой в толпу тел. Даже без того, чтобы он прикасался ко мне, он был практически вдавлен в меня, пока мы раскачивались из стороны в сторону вместе со всеми остальными. Когда он положил руки мне на бедра, я покачал головой и начал пробираться сквозь толпу к столу. Я не ожидал, что меня схватят и начнут раскачивать. – Что ты делаешь? – закричал на меня Хейс. – Мне нужно идти, – сказал я ему. Это было еще одно глупое решение с моей стороны. – Это неправильно. Это не похоже на дружбу. – Джори, – начал он. Я повернулся и вдруг оказался лицом к лицу с Кристо Лироном. – Я думал, ты не ходишь на свидания? – сказал он, и даже несмотря на то, как громко он выкрикнул это обвинение, я все равно услышал, насколько низким и ледяным оно было. Я отмахнулся от него, обошел его и направился бы в гардеробную, но он схватил меня за руку и резко дернул назад. – Никто меня не отшивает. Пришлось приложить силу, чтобы освободиться от его хватки, и когда я это сделал, то протиснулся сквозь танцующих, пока не оказался на краю танцпола. Быстро двигаясь, я добрался до гардеробной. Девушка, у которой я оставил свое пальто, все еще копалась в стопке. Мое пальто еще даже не повесили, и я избавил ее от необходимости искать вешалку. Вместо того чтобы выйти на улицу, я направился в заднюю часть, чтобы уйти. Там были комнаты, которые нужно было пройти, и было темно, почти не было света, а запах и звуки позволяли мне понять, что происходит, даже если позы не были видны. Там было много парней на коленях, многих трахали у стен, шумно, грязно и громко. Я двигался быстро, чувствуя бешенство, и когда я понял, что кто-то стоит позади меня, я ускорился. Но было уже слишком поздно. Меня крепко схватили, впихнули через дверь в крошечную комнату, закружили и бросили к стене. Я приготовился защищаться. – Я убью тебя на хуй, – прохрипел он, и эти слова прозвучали для меня как рев. Я застыл, у меня перехватило дыхание, когда из темноты показалась половина его лица, дымчато-голубые глаза сверкали в слабом свете, пылая яростью. – Какого хера, по-твоему, ты ходишь в... – Сэм, – выдохнул я его имя и бросился на него, обхватив руками за шею, прижимаясь к нему так крепко, как только мог, мое тело мгновенно нагрелось от прикосновения. Мужчина был массивным, покрытым твердыми мышцами, и мне хотелось прикоснуться к нему как можно быстрее. Его большие сильные руки легли мне на задницу, приподнимая меня, и я обхватил его ногами за талию, извиваясь, толкаясь и вжимаясь пахом в его живот. – Скажи мне, – потребовал он, его голос был жестким, злым, даже когда он дергал за мой ремень. Я заскулил, когда меня схватили за руки, зазвенела пряжка, щелкнула пуговица, затем молния, и я почувствовал воздух на своем истекающем члене. – Блядь, скажи мне! – Ты меня знаешь, – задыхаясь, ответил я. – Прижми меня к стене. Пожалуйста. – Нет, блядь, – прорычал он, прежде чем наклонить мой подбородок и прижаться своим горячим ртом к моему. О Боже, поцелуй Сэма Кейджа. Разве мне не хватало чего-то больше? Когда-нибудь? Я поглощал его рот, посасывая, облизывая, покусывая, и даже в своем неистовстве я понимал, что меня целуют в ответ с такой же страстью, с такой же потребностью. Я услышал звук, похожий на звук фольги, а затем скользкие пальцы проникли между моими ягодицами, раздвигая их, и скользкая прохлада коснулась моего входа. Смазка. У него была смазка для меня, и мое сердце замерло, когда я застонал от счастья. Мне бы и слюна подошла, это не имело значения, но по какой-то причине Сэм Кейдж носил с собой смазку. Сэм был.... Я вдруг непроизвольно напрягся, когда в голове пронеслась мысль о причинах этого. – Ты, кретин, у меня была смазка для тебя - для кого же еще, черт возьми? – выругался он. Самое лучшее в паре - это то, что партнер может читать твои мысли. Я обмяк в его объятиях, а когда с меня грубо стащили джинсы и нижнее белье, оставив меня голым по пояс, я умолял его поторопиться. Меня подняли, впечатали спиной в стену и удерживали, когда я ощутил первое прижатие головки его налитого члена к своему входу. – Сэм, – закричал я, пытаясь надавить, пытаясь насадиться на его толстую, бархатистую длину, которую я так хорошо знал. – Я хочу это услышать. Это и стало причиной засады. Сэм Кейдж обычно был очень самодостаточен. Он не сомневался в себе, не метался, но, увидев меня сначала с Кристо, потом во второй раз с ним, а теперь, похоже, и в клубе - что и было, но не так, как он думал, - он, вероятно, испугался. И он никогда не стал бы подрывать свое прикрытие или поступать безответственно с точки зрения этики и морали, но он набрасывался на меня, потому что, если он этого не сделает, это его сожрет. Сэму нужно было знать, что дома все надежно, и тогда он мог бы выйти в мир с надежной броней. Я забыл об этом. Я забыл, что я - дом этого человека. Я сделал его несокрушимым. – Джори! Пока я разбирался со всем, он медленно умирал внутри, я видел это по его глазам. – Никогда не будет никого, кроме тебя, Сэм, ты знаешь это. Как это может быть? Из его груди вырвался очень довольный мужской хрип, когда он вошел в меня одновременно с моим толчком. Он был огромным, а я - тесным, и я бы обрушил стены своим криком, если бы он не заглушил этот звук поцелуем. Ощущение было такое, будто моя плоть горит, жжение было невероятным, кольца мышц прорвались без предупреждения и прелюдий. Когда он вышел, я зашипел от боли, когда он снова вошел еще глубже. Я не мог дышать. Весь мой мир был острым, жгучим, пронзительным жаром. А потом он обхватил мой ствол и потянул от яиц до головки, снова высвобождаясь. Мое тело расслабилось на мгновение, прежде чем его бедра подались вперед, и он снова погрузился внутрь. Когда его огромный член заполнил меня, протаскиваясь по чувствительной коже, надавливая на мою простату, я задрожал от ощущения его члена. – Джори, – задыхаясь, произнес он мое имя, прижимая меня к стене, пока он входил и выходил из меня, задавая дикий темп, пока он опустошал меня. Мое тело, которое хотело, чтобы он ушел, приняло его, раскрылось и напряглось, мышцы сжались, когда он жестко трахал меня. – Тебе так хорошо, – пыхтел он, зарываясь в мою задницу. Он заставил мое тело вспомнить, для чего оно предназначено. Его прикосновения к моей коже, его дыхание на моем лице, его запах - все это было так отчаянно необходимо, так безмерно желанно. Прошло всего несколько секунд, а я уже был готов, я был на пределе, я был на взводе, я был на грани, я был охвачен сдерживаемым желанием, все это было для него, ждало его, а теперь вырвалось наружу. – Сэм, я сейчас кончу, – простонал я, мой голос ломался, срывался. Он крепко схватил мой член и стал дрочить, а его рука, закрывшая мне рот, заглушала звуки, которые я издавал, когда мое тело отдавалось любимому мужчине. Я извергся на его руку, запястье и рубашку. Он входил и выходил из меня, не останавливаясь, не замедляясь, пережидая толчки, вызвавшие его собственный оргазм. Он хлынул в мой проход, заполняя меня, переполняя, и я почувствовал, как густая, горячая жидкость скатывается по моим бедрам. Но он продолжал глубоко входить и выходить, и я чувствовал, как глубоко он вошел в меня, как растянулось мое отверстие, чтобы принять его длину и твердость. – Ты мой, – сказал он мне, завладев моим ртом, чтобы убедиться, что я знаю, кому принадлежу. Я сильно дрожал, обхватив его руками и ногами, когда он наконец затих, не делая никаких движений, чтобы вырваться. Поцелуй больше не был карающим, он был мягким, переходящим в медленный и чувственный, когда он посасывал мой язык. – Джори, – наконец вздохнул он, нависнув над моими губами. – Вернись домой и поговори со мной. – Да. – Сегодня вечером, – умолял я, проводя языком по его нижней губе. Он издал гортанный стон. Этот звук - то, что я мог заставить его сделать это, большого сильного мужчину, каким он был, - был таким горячим. – Пожалуйста. – Я клянусь. – Сэм? Он приподнял меня и быстро вышел, заставив меня задохнуться от потери наполненности, от быстроты и свирепости этого движения. – Убирайся на хрен домой, – приказал он, но не двинулся с места. По его лицу было видно, каких усилий ему стоило оставаться в облике мужчины, которым он должен был быть, а не просто быть Сэмом, моим Сэмом. Он хотел обнять меня, обхватить руками, крепко прижать к себе и не отпускать. То, как он наклонился, словно хотел поцеловать меня, но не довел дело до конца, заставило меня пожалеть его. В этом и заключалась проблема нарушения правил, общения с людьми, которых ты любишь, пока находишься под прикрытием, - они лишали тебя фасада. Его глаза, дымчато-голубые, которые я любил, метнулись к моим, задержались, а потом он ушел, оставив меня одного, обессиленного, полуголого и дрожащего. Мне нужно было уйти, но сначала я должен был взять себя в руки. Когда я наконец смог встать, я надел трусы и джинсы, а затем достал ботинок из-под стола, который не заметил раньше. Когда я направился к двери, в ней внезапно появился Кристо. Его глаза были жесткими. Я был не в настроении. Сэм никогда не оставлял меня после секса. Он так крепко обнимал меня и засыпал рядом со мной. Оказаться брошенным было совершенно новым, и я чувствовал себя разбитым. – Значит, ты не тот мужчина, за которого я тебя принимал. Ты говорил мне, что не трахаешься за спиной своего мужчины, и все же ты здесь, и от тебя воняет потом и сексом, и мы оба знаем, что ты трахался здесь с каким-то незнакомцем. – И? – И если ты собирался с кем-то трахаться, то это должен был быть я, – заорал он, хватаясь за мой свитер и дергая меня вперед, его дыхание обжигало мне лицо. Я вырвался из его хватки, отпихнул его от себя и бросился мимо него по коридору. Хорошо, что он понятия не имел о том, что я был с Сэмом, но это действительно делало меня похожим на шлюху. Мысль о том, что было правдой, а что выглядело реальностью, преследовала меня всю дорогу домой.