А вы точно бессмертный?

      — Дорогие студенты, я понимаю, что вчера был очень тяжёлый день, но прошу вашего внимания. Сегодня вечером на берегу озера состоится официальная церемония открытия турнира. Надеюсь, старосты предупредят всех, кто так и не смог проснуться к завтраку.       Дамблдор держался, на удивление, бодро, но даже из-за факультетского стола были видны два глубоких круга под глазами. Остальные преподаватели выглядели не намного лучше — одна только профессор Стебль радостно накладывала себе добавку.       — А вчера что тогда было? — устало зевнул Джордж, слишком опасно наклоняясь над порцией овсянки.       — Торжественная встреча.       — А Салемский институт и другие?       — Встречали только школы, официально признанные Международной конференцией магов.       Гермиона опять сидела над книгой. Даже на завтрак спустилась просто для порядка, так ничего и не съев.       Влезать в разговор я не стал — хотелось только спать. Потихоньку потащил себя к выходу.       — Ах ты, моя любимая сонная коала, как же тебя так угораздило. Даже страшного дядюшку Кощея не заметил.       На моих плечах сомкнулись две латные перчатки, а от ласкового тона всю дремоту снесло по мановению волшебного доспеха. Я мгновенно отпрыгнул назад и с чуть ли не выпадающими из орбит глазами уставился на директора.       — Простите, я…       — Иди, бандерлог, — усмехнулся Кощей. — Я Ягу попросил моих орков занять, если хочешь — присоединяйся. Они у избушки все, — толкнул он дверь Большого зала и пошёл причинять добро.       — А ты, я смотрю, ему понравился, — прошипела сквозь смех Инари.       — Да иди ты лесом!       — И он тебе тоже, раз как фанатка бегаешь. Ловить нечего, ниже шеи ничего нет.       — Доберусь я ещё до тебя! — прорычал я себе под нос так, что даже обнимающаяся рядом парочка обернулась.

***

      На поляне рядом с избушкой действительно творилось что-то интересное.       Двое «бандерлогов» под руководством Яги забивали в землю распорки, пока третий таскал и вешал на них тяжёлые чугунные котлы.       Чуть в стороне, под деревом, сидела с книгой Агнесс. Рядом мерно посапывал цербер, но нежиться ему оставалось недолго.       В кустах мелькнуло рыжее пятно.       Спустя секунду закачались ветки поближе, хрустнул опавший лист, и рыжий хвост торчал почти у самой цели.       Один прыжок — и острые зубы щёлкают на остатках купированного хвоста.       Все три головы хором завывают, вертятся на месте, а когда замечают обидчика, пытаются развернуться в разные стороны и окончательно путаются в лапах.       — Какого лешего?! — Агнесс отпрыгнула в сторону и смотрела то на злого, собирающегося с мыслями цербера, то на лиса.       Шарик припал к земле и с непередоваемым хохотом сваливался набок.¹ Почти такой же хохот раздался у меня в голове.       — Гарри, чтоб тебя! Зачем пса за зад кусать?!       — Я тут, — под удивленный взгляд Агнесс и очередную волну смеха от богини я присел на карточки и Шарик, перепрыгнув через лежащего цербера, оказался у меня на руках. — А это фамильяр мой — Шарик. Обычно даже поиграть нескем, а тут сразу трое приехали.       — Хорошие игры — ребенка за хвост кусать, — Агнесс села обратно, скосила глаза на книгу, но отложила в сторону. — Что хотел?       — Да ничего. Меня Кощей сюда выгнал.       — В твоей же школе?       — Угу, — я опустился рядом, все поглаживая лиса. — Врезался в него у большого зала, а он «иди к моим бандерлогаи».       — В его ду-ухе! — Несси выхватила лиса из моих рук и перетащила себе на колени.       Шарик удивился не меньше моего, но, получив почесушки, успокоился. Одно только недовольное рычание цербера портило идилию.       — Кстати, почему Шарик?       — Через два месяца увидишь, — состроил я максимально честную мину, но должного эффекта так и не получилось и, вздохнув, продолжил — Я у соседей русский мультик смотрел про собаку.       — Хорошо не Бобик, — Вздохнула Несси, явно не поверив моей попытке отшутиться.       Котлы, тем временем, оказались на местах и Яга начала урок. Русское зельеварение отличалось кардинально. У нас это строгая наука, просто следуй инструкции и может быть, если очень повезет, у тебя получится что-то более менее похожее по цвету. А тут… лист болотный, травы лесные, мох с могилы горбуна и ковыль, в полях не замезрший после метели. Без остатка всё пойдёт, всё сгодиться². Каким образом получалось то, что получалось я не представлял.       Судя по всему, таким вопросом задавался не только я. Побулькивание котлов и ароматы трав с непроизносимым названием привлекли самого страшного профессора Хогвартса — Северуса Снейпа. Зельевар медленно и степенно вышёл из замка и замер. Длинный крючковатый нос почувствовал смрад славняской зельеварной школы. Чёрная мантия развевалась на ветруч пока профессор, словно дементор, медленно плыл к Яге.       — Наш зельевар, — я повернулся к Агнесс, но, видимо, для нее это уже не было новостью.       — Ну и мерзкий тип. Пошли послушаем.       Возражений у меня не нашлось.       — …И так мешая ингридиенты у вас не получится оптимальная консистенция зелья плодородия!       — Конечно не получится, — Хмыкнула Яга, — Это ж не оно!       — Но ингридиенты добавленные…       — Слышь, умник! — Яга развернулась к Снейпу полностью, — У тебя небось книжки разные есть… и красные… и синие… и даже зеленые… Ни в одной написано не было, что если будешь нудеть под горячую руку — улетишь под горячую ногу?       — Я не могу позволить так издеваться над искусством зельеварения! — Пафосно возмутился профессор. — Это совершенно не научно!       — Он всегда у вас таким был? — вновь влезла в мои мысли Инари.       — Каким?       — Суицидником. К старейшей ведьме полез с уроками.       На эти комментарии я только фыркнул и вернулся к реальности.       — Тьфу ты, что ж ты ешь то, раз такой умный? Какая наука? Какое искуство? Сказано тебе, дуй отсюда, пока цел! Я эти зелья варила еще когда таких как ты темным богам в жертву приносили… что бы они нормальным людям жить не мешали!       Снейп от такого принебрежения к его знаниям и науке скривился. Меня даже чуть дернуло обратиться к нему «Профессор нюниус», но, к счастью, свой порыв я сдержал.       — Я могу доказать, что мой подход к зельеварению правильный и единственный! Выбирайте зелье!       Яга смерила его взглядом «ну не успокоешься же».       — Гарри, мальчик мой, — после этой фразы я попытался провалиться под землю. Стаурашке то просто весело, а мне с этим придурком еще миниму два года учиться. — Я тебе рецептик дам, заткнёшь этого умника, пожалуйста.       — Хорошо, — Снейп похоже только сейчас меня заметил, но бежать было поздно. — Тогда я возьму её. — показал он глазами на Агнесс, от чего Яга лишь хищно улыбнулась.       —Ой мальчик, посмешил. Последний шанс выбрать кого-то другого. Нет? Сам виноват.

***

      — Такс, зверобой, чабрец и ромашка. Залить кипятком и дать настоятся пару минут.       — А это точно зелье быстрого роста?       — Тц! Не перебивай старших. У них всё равно только яд получится. — На мой удивленный взгляд Яга пляснила. — Агнесс — некромант. Они просто не могут сварить что-то даже близкое к живой воде. .       — Как и ты что-то съедобное! — влезла Инари с напоминанием о моей неудачной попытке приготовить ролы. Отвечать ей я разумеется не стал.       — А ты, лисёнок, очень даже. — На мой удивленный взгляд Яга только плечами пожала, мол и не такое видела.       Снейп тем временем медленно, но верно сходил с ума. Почерневший в руках Агнесс цветок, а потом и серебряная ложка, начавшая покрываться сероватым налётом.       — Думаете, сдастся?       — Да нет, конечно. Сейчас додумается до перчаток из драконьей кожи, но суть зельеварения не в правильных ингредиентах, а в маге. Вы — европейцы — решили, что зельевар должен просто кидать правильные ингредиенты, но это не так. Маг даже важнее, чем все эти корешки и вершки.       Я с сомнением посмотрел на травяной чаёк, но возражать Яге было, как минимум, глупо, а как максимум, опасно.       — Доволен? — Яга язвительно поглядывала на два ростка. — Лезть в мой котёл больше не будешь?       — Почему? — Снейп аккуратно поднял горшок с безнадёжно засохшим растением.       — Рецепт — это только половина, так что иди своих до шока доводи.       Снейп хотел что-то возразить, но был вынужден признать поражение.       — Завтра на уроке мне конец, — я устало вздохнул.       — Какого черта здесь происходит?! — в воздухе прямо за спиной Снейпа появилась тонкая чёрная тучка, за мгновение разросшаяся в Кощея Бессмертного.       Иногда Кощей превращался в нечто совершенно неадекватное. Менялась аура, будто тысячи муравьёв пробежали по всему телу. Такое я видел только один раз, но, по словам Фламеля, даже из-за чего-то для нас незначительного его могло напрочь закоротить.       — Зелье варили. Проверяли на практике разницу между славянской и европейской школами зельеварения, — вышел вперёд Снейп и, судя по дернувшемуся глазу, сразу об этом пожалел. — Для теста попросили помощь у учеников…       — Зелья варили?! — из голоса Кощея пропала угрожающая интонация, вернее, пропала всякая. Почти механический голос звучал только страшнее.       — Пап, ну успокойся. Чего на убогих обижать… — договорить Вася не смогла, по щелчку пальцев её губы сомкнулись, а потом рот вообще исчез с лица. Сильнейшее проклятье немоты — противная вещь. — Н-м…м…м-н-м… м…мнмн! — Вася даже не пыталась его снять, хотя я был уверен, что могла.       — А теперь слушай сюда, — Кощей, хоть и был на пару сантиметров выше, навис над Снейпом. — Инстинкт самосохранения — базовый инстинкт любого живого существа. Если ты, парнокопытное, каким-то образом, смог его отключить, не обижайся, если я щелчком пальцев переведу тебя из живого в мёртвое. Мне, как раз нужен новый наглядный пазл, чтобы анатомию маленьким детям объяснять, если повезёт — к выпускному классу соберут с левой рукой справа, а с правой в заднице по самые гланды. Ты меня понял? Лезть к моим ученикам с непонятными экспериментами имею право только я сам.       — Ох, вот и любимый мой проснулся! — с каким-то диким восторгом посмеивалась Яга. — Я уж думала, что Навь из тебя всё человеческое подчистую вытравила!       — Попридержала бы ты язык, ведьма старая! — огрызнулся директор, мигом приходя в себя.       — Будто сам кобель молодой! — ни чуть не обиделась Хранительница.       — Вы все — домой! — не ответив, Кощей повернулся к ученикам, а потом и ко мне. — А ты к себе!       В этот момент Снейп неосторожно дёрнулся и чем-то хрустнул на земле.       — А ты вообще сгинь с глаз моих! — махнул Кощей рукой, и Северуса мгновенно отнесло к самым воротам замка.       — Увидимся на церемонии открытия, — шепнула мне Вася на прощанье и пошла с остальными в избушку.

***

      Через пару часов на берегу озера стали собираться первые студенты. В этот раз тут были все: Дурмстранг, Шармботан, Салемский институт ведьм и даже студенты Карги, которую даже Кощей боялся пригласить — и те были здесь.       Колдовстворчан всё не было, и я от безысходности пошёл гулять. Студенты разбились на небольшие кучки, чаще из одной школы, но всё чаще попадались и интернациональные. Вскоре послышался громкий смех. Приглядевшись, я увидел самую большую группу и, просто, не мог оставить такой праздник жизни без внимания. Сделал пару шагов и замер. Там были студенты всех школ, совершенно разные, и объединяло их одно: они все были рыжими.       — Мне это мерещится? — повернулся я к кому-то из Шармбатана.       — Я задаюсь тем же вопросом.       Поняв, что ничего нового я от окружающих не услышу, я решил подойти ближе. Внешнее кольцо рыжих было слишком плотным, чтобы я мог просто так туда проскользнуть, и пришлось спрашивать:       — Привет, пропустишь к центру? — тронул я за плечо какую-то ведьму.       В ответ меня только очень внимательно осмотрели и презрительно заявили:       — Ты не рыжий.       У меня даже глаза на лоб поползли от такой наглости, но белочки были непреклонны, а накладывать ради их придури иллюзию я посчитал выше моего достоинства. Сопровождалось всё, разумеется, почти истерическим смехом Инари.       Плюнув на всех этих волосатых расистов, я вернулся поближе к сцене. В её центре стояла одна одинокая трибуна, а рядом с ней что-то укрытое простыней.       Тем временем до нас дошли и колдовстворчане. Кощей, в отличие от какой-то полу-военной школы, не держал воспитанников рядом с собой, кроме Агнесс, и все быстро смешались с толпой. Через пару минут появился и Дамблдор. Вышел на сцену и стал ждать, пока дети успокоятся и обратят своё внимание на него.       Не дождался.       В Англии его знал каждый. Не все понимали, за что конкретно он получит своё громкое имя, каюсь, я в том числе. Но, как минимум, он был старичком с вкладышами от шоколадных лягушек. Не столь важно, что именно ты сделал, когда с детства каждый ребёнок знает тебя в лицо. Но в этот раз были не англичане. Для многих он, в лучшем случае, был прикольным дедушкой в экстравагантных мантиях.       — Прошу внимания! — Не выдержало терпение у Алфа.       Африканец гаркнул так, что никто даже переговариваться сразу не решился, но Дамблдор, всё равно, наградил его недовольным взглядом.       — Дорогие друзья, я знаю, зачем вы все собрались в школе чародейства и волшебства Хогвартс. И для меня это огромная честь приветствовать вас на первом международном открытом студенческом турнире магов. — Дедушка осмотрел гостей, но европейцев там, в лучшем случае, была половина. — Для наших гостей я всё же представлюсь. Меня зовут Альбус Дамблдор, и я директор школы чародейства и волшебства Хогвартс. А теперь расскажу основные правила турнира. Традиционно Кубок Огня избирал по одному участнику от трёх школ: Хогвартса, Дурмстранга и Шарботана, но в этом году, из-за большого числа участников, мы проведём отборочное испытание. Все, кто его пройдут, будут допущены к дальнейшему участию в турнире.       — Я продолжу. — Вышел вперёд японец, и Дамблдор был вынужден освободить трибуну. — Первое испытание мы будем готовить вместе. Каждый из директоров одиннадцати школ, признанных Конфедерацией магов, подготовит свою часть испытания. Из-за разных программ решения о допуске студентов остаётся на усмотрение директоров. Надеюсь на ваше благоразумие. — Последняя строчка явно относилась не к нам.       — А теперь, друзья, наслаждайтесь праздником. Надеюсь, кроме соперников, вы найдёте ещё и друзей. — Закончился выступление Алф.       — Прошу прощения, но мы забыли самое главное. — В этот раз Дамблдор не стал сдерживаться и сразу наколдовал «сонорус». — Вашему вниманию — Кубок Огня!       В одно движение директор снял покрывало, слишком сильно напоминающее штору из его кабинета, с кубка. Насколько невзрачным выглядел кубок в кино, тут всё было ещё хуже. Сероватая чаша высотой с метр была вся исписана тонкой вереницей рун.       — Понты! — сходу заявила Инари. — Всё цепочка пустая.       — Совсем?       — Н-нет… простенькая против пыли ещё есть.       — Всем желающим принять участие в турнире надо бросить в него своё имя, — продолжил тем временем Дамблдор. — И последнее. Я верю в благоразумие своих коллег, поэтому устанавливаю ограничение лишь для студентов Хогвартса. — Направил он палочку под основание кубка. — Принять участие могут студенты не младше третьего курса.       В основании загорелся огонёк, и почти сразу разросся в тонкое белое кольцо. А ещё вспыхнули два полумесяца. Сначала меня смутило, что такого в каноне не было. А когда у одного из полумесяцев появились клыки, меня откровенно передёрнуло. Я даже готов был поверить в так обожаемых Квиреллом вампиров. А на появившихся в воздухе двух бутылках с характерным янтарным содержимым челюсть стремительно начала опускаться.       — Инари, ради всего святого. Мне это кажется?!       Богиня не отвечала, я слышал только сдавленный хохот, напоминавший что-то среднее между захлёбывающимся человеком и криком чайки.       — А вот теперь, наслаждайтесь праздником…       Резко бутылки перевернулись. Огненная вода устремилась ко дну чаши. Раздался невероятный рёв, и к небу устремилась струя синего пламени. Дамблдор упал вперёд, уронив вместе с собой трибуну, а мне показалось, что на долю секунды в пламене вспыхнули два серых глаза.       — Инари?!       — Да простят меня все девять небес! — Богиня залилась очередным приступом уже явно не сдерживаемого смеха.       — Мы проверим артефакт… — Тихонько поднялся с земли Дамблдор, когда пламя стихло. — Бросить своё имя в кубок можно будет завтра.       Дедушка явно пребывал в глубоком шоке. Ноги ещё подгибались, а колпак так и остался лежать рядом со сценой.       Мне заняться было нечем, и я пополз к тому, кто может знать хотя бы немного больше.

***

      Найти русскую мафию оказалось не сложно.       — Отстань, твою мать! Агнесс, убери его!       — Я… не могу.       — Да чтоб тебя!       Дорогой и многоуважаемый Руслан Ожогин стряхивал грязь с некогда бежевого костюма. Рядом стоял и улыбался во все три своих голодных пасти цербер.       — Прости… — Агнесс с ужасом смотрела на пятна грязи и отпечатки лап, скорее инстинктивно сжимая один из ошейников.       Руслан явно хотел сказать что-то очень гадкое, но его прервали.       — Мистер Ожогин? Можно вас на пару минут?       Рядом стояла та, кого я до последнего не хотел видеть. Маленькая, но толстая женщина в платье отвратительно-розового цвета. Это могла быть лишь одна роковая женщина — Долорес Амбридж. Раньше я видел её один раз, когда Грюм полоскал её и Фаджа всей прямолинейностью своего лексикона. Тогда я даже немного посочувствовал, а сейчас лишь хотел приложить её чем-то тяжёлым. Могла и подождать минутку, пока делегат от России себя в порядок приведёт.       — Поводок возьми! — злобно рыкнул Руслан и пошёл, колдуя на ходу что-то очищающее.       — А ты куда? — остановила Василиса тоже собравшегося уходить Кощея.       — Следы заметать, — угрюмо буркнул он.       Странно, на секунду мне показалось, что у директора совершенно не было бровей.       — Вась…       — Дебил великовозрастный. Не спрашивай.       После ушедшей Васи мы остались втроём. Переглянулись и решили, что хватит с нас всех дурдома на сегодня.       — Поттер! Во имя Мерлина! Немедленно иди и успокой Пивза!       — Что? — я попытался открыть глаза, но получалось очень плохо.       — Пивз напился и разносит большой зал! Я уже пробовал звать кровавого барона, но он просто послал всех. — Перси продолжал стоять надо мной и стягивать одеяло.       — Ты в курсе, что это домогательство до несовершеннолетних?! — наконец я проснулся окончательно.       — Мне плевать, что это. Через полтора часа должны будут выставить кубок огня, а внизу пьяный полтергейст!       — Жди внизу. Спущусь через пять минут.       Пять минут превратились в десять, но в итоге я все равно выглядел скорее как нежить. Ещё через пять мы уже оказались у большого зала. Там уже была пара министерских работников, но входить никто не спешил.       — Я привёл помощь, — пытался отдышаться Перси.       — Мальчик, конечно, выжил, но тут не тот-кого-нельзя-называть! — огрызнулся один из них и собирался уже открыть двери, но тут в них что-то грохнуло.       — Я пойду?       — Д-да…       — Перси, сходи за Кощеем и Василисой, если я через десять минут не выйду.       — За Кощеем?!       Внутри большой зал представлял удручающее зрелище. Столы были раскинуты в разные углы, скамейки разбиты на щепки, часть свечей была сломана, а на потолке звезды выстроились в очертания причинного места. Что-то я сомневаюсь, что небо именно такое сегодня. День, конечно, не задался, но чтобы так.       — Гарри, один ты у меня остался!       Пивз сидел на огромной горе ломанной мебели. То тут, то там виднелись пустые бутылки.       — Они бросили меня, Гарри.       — Кто? — я аккуратно подошёл ближе, вроде по мне ничего кидать не планировали.       — Кощей с Колей! Я помню, как раньше мы собирались. Как допивались до чёртиков. Как королевский дворец в Париже спалили.       — Прям спалили? — я аккуратно сел рядом.       — А то! Там потом это на каких-то коммунистов спихнули. — Пивз улыбнулся от нахлынувших воспоминаний, но быстро опять помрачнел. — А сейчас что?! Этот мудак даже саламандре не налил передо мной. И ничего ему больше не надо! Последние лет тридцать его кроме этой сволочи вообще никто не интересует!       — Какой сволочи? — осторожно уточнил я, не успевая охреневать.       — Руслана этого! — взвился полтергейст. — Носится с ним, как… как… как с любимой сукой! Даже сюда его притащил, тварь в доспехах. Нет, я в чем-то даже могу понять, задница у него круче, чем у бордельной де…       — Заткнись!!! — прервал поток этого бреда голос Кощея.       — Не-не-не, продолжай! — вмешалась Вася.       — …чем у бордельной девки в центральном порту! — закончил Пивз, не обращая внимания на внезапно появившихся третьих лиц.       Я медленно повернулся к Кощею. Он стоял в дверях, сложив руки на груди, и смотрел на полтергейста так, как обычно смотрит снайпер в оптический прицел.       — Да ты хоть понимаешь, что несёшь, привидение ты пьянчужное? — устало выдохнул он.       — Да всё я понимаю! — Пивз с размаху швырнул в стену пустую бутылку, та с глухим стуком пролетела сквозь неё и исчезла где-то в пространстве замка. — Я понимаю, что тебя не волнует больше ни хорошая выпивка, ни старые друзья, ни даже тот факт, что я готов выпить за твоё здоровье, несмотря на твою предательскую душонку! Тебя волнуют только твои выкормыши, которых ты поишь своей кровью и…       Кощей поднял руку, собираясь, похоже, запустить в Пивза чем-то мерзким, но ещё до того, как он успел открыть рот, Вася повисла на его плече, сжимая пальцами кисть.       — Продолжай, чего я ещё не знаю?!       — Да что продолжать-то! Променял ты братву, Кощей. И ладно бы на что-то стоящее. А тут… Ладно было бы чем, так ниже шеи ни-че-го!       — Пивз!       Кощей обладал характером стойким, но даже он начал давать трещину.       — Да что «Пивз» сразу, а как пить, ты этого африканца потащил, а меня не позвал даже! Неуж-то на экзотику потянуло?       — Я тебя предупреждал, — почти прорычал Кощей, поднимая руку.       — А я тебя тоже! — повисла на его руке Василиса. — Не смей трогать Пивза.       — Конечно, не посмеет. Я ведь не дамся! — проорал полтергейст, закапываясь в гору мебели. — И вообще, это моя школа, и вас сюда не звал! — бросил он на прощание и затих.       Первую пару минут было тихо, а потом Вася медленно повернулась к отцу и тихо, но настойчиво спросила:       — Так с кем ты там носишься? С моим бывшим?       — А то ты не знала! Не надо мне истерику закатывать!       — О, истерику я ещё даже не начала!       — Да пошли вы все в Навь! — прорычал Кощей и просто исчез.       — Я, чтоб тебя, не договорила! — бросилась Василиса прочь из зала, оставив меня одного.       Осмотревшись вокруг, я медленно пошёл к выходу, хорошо утро началось.       — Что я там пропустила? — раздался у меня в голове голос богини, а спустя минуту, копания в моей памяти, глубокомысленное: — Ох…