А вы точно бессмертный?

      — То есть как ты потерял философский камень? — я стоял в кабинете Пивза и медленно пытался не сойти с ума.       — Он был тут...       — А теперь где?       — Не знаю.       Я обхватил голову руками:       — Почему я окружён идиотами!       — Не переживай, медузка моя, — Инари не упустила свой шанс.       — Иди ты... — я мысленно досчитал до десяти, — Пивз, у тебя время до утра! Я найду, как объяснить Кощею, что одного призрака надо убрать!       — Исчезаю! — протрещал полтергейст и нырнул в стену.       Я мысленно выругался и пошёл в спальню. Турнир в любом случае был далеко не самым приятным событием.

***

      Но и тут меня ждало фиаско. Я долго валялся в кровати, то просыпаясь, то опять засыпая. Сон только начал выравниваться, да и снилось нечто прекрасное: меня навестила потрясающей красоты девушка, а потом у неё оказался шокер. Я вытерпел небольшой удар, она меня обняла и... укусила за ухо. Я попытался вскочить, но меня тут же прижали к кровати:       — Т-ш-ш! Не кричи! Это я, — голос Шери звучал не очень успокаивающе, скорее даже наоборот. Будто предвещал какие-то приключения на одно место.       Несколько секунд я пытался сфокусировать взгляд на девушке и вообще осознать, что произошло:       — Шери, какого хуя?!       — Нам надо поговорить.       — Правда? Пока у меня есть только желание заткнуть тебя чем-нибудь подлиннее!       Она чуть сдвинулась, и я смог подняться на локтях.       — К нему девушки красивые ночью приходят, а он ещё возмущается, — не выдержала Инари, — А теперь не мешайте старушке спать.       — Спи! — я опять сдержал матерную тираду, — Ты окончательно спятила?! Ты вломилась ко мне среди ночи и дёрнула за ухо. За ухо!!! Ты знаешь, какое оно...       — Чувствительное? Да, Кощей рассказывал. Мне нужно с тобой поговорить.       — И для этого надо было калечить мне ухо!?       — Для этого нужно было тебя разбудить.       — Обычно, прокрадываясь в спальню, будят иначе! Говори уже, всё равно ведь не отстанешь.       — Ага, пошли на Кубок метку ставить.       Я опять тупо уставился на Шери.       — Оставь свои разговоры о честности. Я выиграть хочу, так ты со мной?       — Куда ж я ещё денусь, — мысленно матерясь, я принялся одеваться.       Через минут двадцать мы уже были у кабинета директора. Не знаю, где ещё мог храниться Кубок между испытаниями, но вряд ли было более защищённое место.       — И дальше что? — я повернулся к Шери.       — Если б знала, тебя бы не позвала.       Я опять чуть не выматерился.       — Пивз!       — Да, капитан! — тут же вылез полтергейст из ближайшей стены.       — Открыть сможешь? И что там по сигнализациям?       — Секунду, — Пивз опять исчез, и через секунду гаргулья медленно отъехала в сторону, открывая проход к винтовой лестнице, — Сигнализация вокруг Кубка, на столе и в воспоминаниях.       — Спасибо, иди дальше ищи.       — Принято! — и он вновь исчез.       — Что потерял?       — Завтра узнаешь, или не узнаешь, если Пивза больше не будет.       Кабинет директора выглядел так же, как и всегда: кучи книг, кучи портретов и кучи непонятных устройств.       — Сомнус максима! — быстро прошёлся я по прошлым директорам и стянул мантию. — Заходи.       — Что-то ты не в настроении.       — Интересно почему! — окрысился я на девушку, — Что сказал Пивз – помнишь?       В ответ Шери только промычала что-то невнятное, осматривая шкафы. Я наклонился над сигнализацией вокруг Кубка. Простое белое кольцо. Даже как к нему подступиться, я не представлял.       — Ну и на кого из вас мне смотреть? — раздался за спиной скрипучий голос.       Я подскочил с палочкой на перевес. Но тревога была ложной. Шери стояла, нахлобучив на себя Распределяющую шляпу.       — Господи, за что мне эту придурошную послали...       — Я не посылала, сама пришла, — опять проснулась Инари.       — Ой... — только и смогла выдавить из себя Шери.       — Ну раз проснулась, помогай. Нужно сигнализацию обойти.       — Меня тут не ценят!       — Я ценю только восьмичасовой сон! Но его у меня не было уже года два! — я хотел сказать ещё многое, но остановился, — Инари, просто помоги, пожалуйста. День завтра ещё более идиотский будет.       — Ладно, подвинься, — богиня заняла тело, и в воздухе закружились золотистые иероглифы.       Я тем временем прислушался к разговору со шляпой:       — Меня или лучше про нас обеих скажи.       — С ней всё просто, Слизерин. А вот ты... Я многое вижу, слишком многое... Жажда знаний, силы, храбрость... Тебе есть место на каждом факультете. Нет, на Пуффендуе сложно будет.       — Про них я и не сомневалась, так куда?       — Девочка, за столько лет я видела подобное всего несколько раз. Все эти дети смогли достичь многого. У многих дела были ужасные, но великие.       — Азкабан тебе предлагают, соглашайся, — мысленно пробубнил я, но, видимо, Шери услышала.       — Иди ты!       — Ну, пару лет не повредит... — каким-то образом шляпа тоже не осталась в стороне, — Гриффиндорцы некромантку не примут, остаются Слизерин и Когтевран. Тебе хорошо будет на любом из них.       — Спасибо, — Шери сняла шляпу и аккуратно положила её назад.       — Но о том, чтобы отдохнуть в Азкабане, тоже подумай, — усмехнулся артефакт на прощанье.       Шери хотела высказать что-то в ответ, но её опередила Инари:       — Всё! Поисковое заклинание вы и без меня знаете.       Мы промычали что-то невнятное, но в целом утвердительное.       — Всё, валите! Я спать!       Инари резко вернула мне тело, и я чуть не упал на Кубок. К счастью, от полного провала миссии спас стоящий рядом стул.

***

      Утро после такой ночи не могло выдаться хорошим. Меня разбудили рано, до завтрака оставалась ещё пара часов, и вместо того чтобы смотреть на угрюмые лица соседей, я пошёл в кабинет Пивза. Тут всё было перевёрнуто вверх дном. Сам полтергейст лежал на диване и тихонько посапывал.       — Пивз!       — Да, шеф...       — Где камень?       — Не знаю, но он должен быть тут.       Я опять едва сдержал матерную тираду. Слишком много всего было за последние пару дней.       — Инари, я тебя очень прошу. Просто если это буду делать я...       — Ты станешь мальчиком с нервным срывом, досыпай иди.       — Спасибо, — я даже удивился сговорчивости богини, но упускать возможность не стал.       Только засыпая, услышал:       — Это что?       — Философский камень.       — А где он был?       — В ящике стола.       — А ты где искал?       — Везде...       — Мужчины...       Очнулся я через пару часов. Инари сидела на диване в кабинете Пивза со свежим номером «Пророка».       — Что читаем?       — «Турнир страсти и тайн: поцелуи, сражения и запретные связи за кулисами Турнира Трёх Волшебников!»       — Рита?       — Она самая. Я опять мысленно выругался.       — Дай почитаю.       — Да вообще всё забирай.       Меня передёрнуло, и контроль над телом вернулся. Несколько часов сна помогли, и я хотя бы начал нормально соображать.       — Там, кстати, в комнате за Большим залом, в полдень к тебе поддержка придёт.       — Спасибо, — поблагодарил я богиню и принялся читать, о чём тут же пожалел:

«…Мальчик-который-выжил. Все мы многие годы слышали невероятную историю Гарри Поттера. Но правда ли он столь невероятен?

За время турнира мы видели многое, но сказать можем только то, что Гарри — невероятный везунчик. Самое сложное заклинание было продемонстрировано во время второго испытания и использовалось, чтобы убегать. К сожалению, на вопрос, что ещё он может, Гарри предпочёл не отвечать.

Если мистер Поттер не так невероятен, как мы слышали, появляется желание задать вопросы. Так ли он светел?

Все мы помним тот поцелуй на Святочном балу. И был он не абы с кем, а с самой ученицей Кощея Бессмертного. А ведь и это далеко не всё. На глубине Чёрного озера они помогали друг другу, так, может, тут что-то большее? Хотя сама она называет это «просто момент».

Однако, дорогие читатели, не стоит совсем обесценивать мистера Поттера. Далеко не каждый может дойти до финального этапа Турнира Трёх Волшебников. Для этого необходимо буквально идти по головам — именно этот навык и был продемонстрирован на позапрошлом испытании. Там мы увидели всё: союзы, предательства и измены. Именно тут участники турнира полностью раскрылись.

А что мы видели на прошлом испытании? Герой магической Британии сражался настоящей магической книгой маглов. Был ли это знак протеста против религии, банальное неуважение или поддержка христиан — кто знает. Ясно только одно: смотреть на нашего героя нам придётся гораздо пристальнее, чем раньше».

      Желание прихлопнуть жука появилось почти сразу. Статья всё набирала обороты, но дочитывать уже не хотелось. К счастью, досталось не только мне. От души пролистал. У Крама нашлись проблемы с самооценкой, у Агнесс — любовник-директор, а у итальянца — проблемы с психическим здоровьем. Впрочем, в последнее я охотно верил. Все мы тут те ещё психи.       Вздохнув, я зашвырнул газету куда подальше, взял со стола философский камень, который теперь оказался в элегантной оправе.       — Что мне вообще с ним делать?       — Шери отдай, когда надо будет – скажу.       Я только мысленно опять выматерил Инари и пошёл в Большой зал.       Поддержкой оказались Тонкс и Грюм. Увидеть их я вообще не ожидал, но, стоило признать, они были тут очень кстати.       — Гарри!       — Привет, Нимфадора... — я едва прокряхтел из крепких объятий.       — Не зови меня так!       — Ладно, Нимф, — она в ответ улыбнулась.       — Привет, салага, — оказался рядом старый аврор.       — Я вас тоже рад видеть. Что вообще тут делаете?       — Тут почти весь аврорский корпус, ну а мы решили заодно и тебя навестить. Ну как настрой? Боевой?       — Очень даже!       Мы перекинулись фразами ещё пару минут, а потом Грюм резко изменился в лице. Я проследил направление магического глаза и увидел Руслана.       — Скоро вернусь.       — Они знакомы? — я повернулся к Доре. Ответ я и так знал, интересно было, рассказывал ли ей про Руслана Грюм.       — Да, Аластор говорил быть осторожнее с Ожогиным.       Руслан своего заклятого знакомого (а именно таким только и мог быть аврор у некроманта) будто даже и не заметил. Лениво окинул взглядом, но не спешил подходить, предоставляя эту возможность хромому и одноглазому.       — Аластор. Вот так встреча. Решили воспитать себе смену мракоборцев и пришли навестить перед финальным испытанием? — он на секунду глянул на нас с Нимфадорой, — Поверьте моему опыту, из этого получится только мракобес.       — Если будет вас, тёмных, бесить – мне подходит! И что ты тут забыл? Вроде в Азкабане и Нурменгарде ещё не закончились номера. После того что ты натворил, для тебя там особый режим должен быть.       — О, я всего лишь приехал поддержать дочь, — улыбнулся Рус и куда холоднее добавил, — И вряд ли вы сможете доказать обратное! А насчёт «натворил», — Рус сощурился, — вы о чём конкретно? Про ту историю с вампиршей? Или о деле с контрабандой артефактов через Чёрное море? Или про Пражскую синагогу? — Он склонил голову набок, будто кот, чтобы лучше слышать, и ласково закончил, — У меня, как вы знаете, диплом психиатра. Я мог бы дать заключение о ваших... параноидальных фантазиях. Очень интересный случай.       Левый глаз аврора дёрнулся. Рус очень умело действовал ему на нервы.       — Дочери своей ты так не говоришь. Суицидальные наклонности далеко не всей вашей братии свойственны, чаще наоборот — высунуться из дома боятся. Помнишь, сколько лет в Азкабане за нарушение пакта?       — Нарушает, не нарушает, — Руслан поморщился, — Она просто призвала то, что было под рукой. С тем же успехом она могла создать дракона из стульев или листьев. Это просто был не лучший вариант. Неэтично? Да. Но наказуемо? Вопрос спорный.       Из темноты за Русланом появился Кощей с видом невероятной усталости на лице.       — Рыса, прекрати заниматься демагогией. Эта тема уже закрыта.       — Закрыта? — ощерился Грюм, — У тебя, Ожогин, своя, очень больная реальность. Для вас тема может и закрыта. А для нас это сигнал, что вы растите у себя новое поколение тёмных магов, которые не знают границ и считают, что правила — это что-то для других. И привезли одного к нам, в Хогвартс.       — У всех своя реальность, Грюм, — тихо, но очень недобро заметил Руслан, — У тебя — та, где ты рыцарь света, сражающийся со злом. У других — где ты всего лишь спятивший параноик, с лаем бросающийся на свою тень. У меня — где тьма всего лишь оттенок серого и цена, которую маг готов платить. Истина, как обычно, где-то посередине.       Грюм готов был ещё многое высказать и проклясть раз так сто, но лишь прошипел:       — Помяни моё слово, Ожогин, я буду следить за каждым твоим шагом. И за твоим щенком тоже. Одна попытка применить тут твои навыки, и...       — О, меня пугают! — усмехнулся Руслан, — Не трать силы, Грюм. Угрозы от человека, который до сих пор зачем-то пытается ловить остатки кружка по интересам, скреплённого Тёмной меткой, звучат неубедительно.       — А что, по-твоему, нам с тёмными магами делать? — Грюм сжал посох сильнее, — Погладить по головке и сказать, как там было... «Плодитесь и размножайтесь»?       — Ну, — некромант пожал плечами, — можно предложить им денег. Перевоспитать материально.       — А если не возьмут? — с интересом спросил Кощей. Бесить стражей порядка уже явно стало его хобби, даже усталость от выходок Руслана победила, — Я вот, например, тёмный маг с прочными моральными убеждениями.       — Тогда, — цинично скривился Руслан, — им самим не грех этому злу продаться. Потому что «добро» может раскаяться. И тогда «зло» в ужасе уступит ему дорогу.       Шери прыснула. Для аврора это стало последней каплей. Посох вспыхнул оранжевыми искрами, но так и не выстрелил. Руслан только улыбался, но руку держал за спиной.       — Не сметь! — рявкнул Кощей. Не очень громко, но ощутили все, — Мы здесь не для того, чтобы пугать детей. Аластор, выучи уже понятие презумпции невиновности. Прежде чем кого-то обвинять, потрудись это обвинение доказать. Уверяю, жизнь легче станет. Руслан, убери руку. Иначе, клянусь, следующие сутки ты проходишь в гипсе. Всё, пошли отсюда.       Ожогин только хмыкнул, но послушался, и вся тройка ушла.       Я огляделся вокруг. Немногочисленные гости явно делали вид, что не смотрели на бесплатное шоу. Впрочем, из них были только родители Виктора и он сам, да мрачный итальянский дедушка в плаще (правда, самого итальянца не было).       Пара часов пролетела незаметно. После Нимфадоры с Грюмом ко мне заглянули ещё и близнецы. Они опять организовывали подпольный тотализатор. Было очень неожиданно узнать, что среди британцев у меня самый высокий коэффициент. Иностранцы предпочитали Агнесс или Крама. Одного итальянца почему-то обходили стороной.       — Ну ладно, десять галлеонов, что будет ничья и я выиграю с Агнесс.       — Что?! — хором закричали близнецы.       — Да тихо вы! Так ставку принимаете?       — Гарри...       — Ты знаешь то, чего не знаем мы?       — Немножко, — я усмехнулся и протянул им монеты.       — Три... и максимальный коэффициент пять!       — Больше никак.       Я пожал плечами и отсчитал нужное количество монет. А потом зашла Гермиона.       — Фред, Джордж. Можно вас очень попросить...       — Что?       — Понял, удаляемся, — Джордж оказался чуть сообразительнее.       — Привет, — поздоровался я с подругой, когда за близнецами захлопнулась дверь.       — Гарри... Я говорила с Агнесс...       — Что выяснила? — я тяжело вздохнул. Разговор явно предстоял тяжёлый.       — Зачем она тебе?       — Что? — я даже немного опешил.       — Зачем ты вообще к ней лезешь? — Гермиона достала откуда-то статью Скитер.       Мне уже захотелось простонать — и уже вслух, а не просто мысленно.       — Ты веришь всему, что она написала?       — Как и ты, когда тебе это удобно! — она развернулась и пошла к выходу.       Мне оставалось только пожелать этому чёртову жуку смерти. При следующей встрече...

***

      До испытания оставалась ещё пара часов, но вокруг поля для квиддича уже была толпа. Наблюдали за ней мы с Нимфадорой — она забежала проводить меня, а заодно и поболтать ещё немного.       — Гарри! С кем гуляем? — раздался за нашими спинами ещё один до боли знакомый голос.       — Вась, при...вет... — артефактор не упустила шанса схватить меня и затискать, незаметно потрепав спрятанные уши, — Это Нимфадора.       — Не зови меня так! Просто Тонкс.       — Хорошо, я Василиса, но зови просто Вася.       Пару секунд я просто смотрел на них рядом: насколько же они были похожи — и характером, и своим подростковым (и поддревним) бунтом.       — Вы однозначно поладите. Ладно, мне бежать пора.       — Удачи!       Попрощавшись, я пошёл искать нужную дверь. Отдельного входа, как на первом испытании, не было, но проход всё равно нашёлся быстро. В небольшой комнате уже ждал Джо.       — Привет, Гарри, как себя чувствуешь?       — Неплохо, мистер Сеймор.       — Ну и славно! Очень надеюсь на твою победу!       — Постараюсь.       Вскоре подошли и остальные чемпионы, вернее только Шери и Виктор. Итальянца не было. Испытание всё приближалось, а он так и не появлялся. Джо уже пару раз выходил и кричал что-то подчинённым про поиск, но безрезультатно.       — Мы уже должны начинать.       — Погодите, мисс Ожогина. Подождём ещё немного.       — А если так и не появится?       — Что ж, у вас будет на одного оппонента меньше.       Снаружи доносился рёв толпы. Комментатор держал зрителей как мог.       — Пока я всё же начну инструктаж, надеюсь, за это время мистер Гомбино всё же появится, — Джо встал и ещё раз выглянул в коридор.       — На! — сунул я Шери кулон.       — Что это?       — Инари сказала спихнуть тебе. Тебя уже обыскивать боятся.       Шери только промычала что-то, но камень взяла.       — Всё же его нет. Так вот, ваша задача — коснуться Кубка. Это портал. В лабиринте, если что-то не так, запустите вверх столп красных искр. В остальном для вас ничего нового, — Джо с тоской посмотрел на дверь, — Надо начинать. Прошу, у меня с собой всё тот же детектор. Мисс Ожогина, вы лидируете по очкам, прошу.       Судя по всему, Шери про них уже и забыла, но сделала шаг вперёд. Кристалл тут же моргнул красным, но Джо сделал вид, что не заметил, и пропустил девушку в портал.       — Мистера Гомбино всё ещё нет, поэтому, мистер Поттер, прошу.       Я подошёл, дождался зелёной вспышки и встал у портала.       — Прошу, подождите ещё полминуты.       Я в ответ только кивнул и начал считать про себя. Время тянулось медленно, и на долгожданное «можно» я чуть ли не прыгнул в портал.

***

      В этот раз лабиринт выглядел иначе. Дорожки не были такими узкими, но света совсем не было. Стены возвышались надо мной сильно больше метра. Я достал палочку и аккуратно пошёл вперёд, запуская перед собой маленькие светящиеся сферы. Наконец, убедившись, что вокруг ничего нет, да и трансляции зрителям вроде не было, я использовал поисковое заклятье. Палочка закружилась в воздухе и застыла, указывая направление к Кубку. Смотрела она, правда, в стену. Делать было нечего, и я потихоньку пошёл вправо.       Поворотов и развилок по пути попадалось невероятное количество, но выбирать в любом случае приходилось наугад. Были и тупики, но чего всё не было, так это ловушек и монстров. Потихоньку это уже начинало напрягать.       — Да твою ж мать! — я опять повернул в тупик, причём палочка точно указывала туда.       — Не вспоминай, а то из гроба встанет.       — Учитывая, сколько тебе лет...       — Сколько?       Отвечать я не стал: напоминать женщине её возраст было скорейшей дорогой к скандалу. Я пошёл обратно. Сделал пару поворотов по памяти, но опять упёрся в стену. Сзади была развилка. Больше вариантов не было, и я пошёл туда. Вела она, правда, в противоположную от Кубка сторону, и... через минуту я опять упёрся в тупик.       — Инсендио! — едва ли пламя сделало кусту больше чем чёрное пятно, но на душе стало спокойнее.       Я развернулся назад и замер. Прямо передо мной был тупик и ещё один проход, уходящий налево.       — Инари...       — Да ты уже и сам всё понял, вперёд. Выбирайся.       — Твою ж!       Живой лабиринт был классикой. Ему я бы уже не удивлялся, но вот петля в пространстве... Похоже, Кощей там ещё такое умеет...       Отбросив ненужные мысли, я повернул — скорее чтобы подтвердить свои подозрения. И да: в ближайшем тупике стена была обожжена.       — Как выбираться из этого, ты, разумеется, знаешь?       — Ага.       — И мне не скажешь?       — Совершенно верно. Сам попытайся хоть. Тут даже магия не нужна, просто выполни правило.       Я начал думать, какое условие мог поставить Кощей. В голову не лезло ничего, кроме как поднять руки к нему и прокричать: «Я говно, а Кощей король!». Но ладно, решение всё же должно было быть.       — Может, начало петли найти?       Инари так и не ответила, и я занялся поиском решения сам, но едва ли получалось хоть что-то. Стык был подогнан идеально. Поворот — и я сам не замечал, как смотрел на тупик с обожжённым кустом. Оставалось только догадываться. Первые несколько вариантов себя не оправдали, и я предположил, что дело в развороте. Я прошёл, пока опять не упёрся в тупик, и медленно пошёл назад спиной вперёд. По ощущениям я уже должен был врезаться в стену, но этого не произошло. Всё вокруг будто залил свет, и я опять оказался в лабиринте. Не знаю почему, но было чувство, что именно этот лабиринт — настоящий.       — Я же говорила, что тут даже магия не нужна.       — Будь у Кощея шея, я бы его за это придушил.       — Ну, многим это нравится. Тебе вон...       — Да ну тебя! — я развернулся и пошёл за указаниями палочки.       Лабиринт проходился дальше как-то даже слишком легко. Тупиков становилось всё меньше, а потом послышался странный звук. Похожий то ли на звон, то ли на свист. Я пару секунд смотрел, куда указывала палочка, но всё же решил повернуть и проверить, что это было. Звук привёл на небольшую поляну, в центре которой на небольшом пьедестале стоял Кубок. Палочка упорно показывала куда-то в сторону, но этот был слишком похож.       — Ревелио!       Я взмахнул палочкой. Кубок действительно был порталом, но рядом был кто-то ещё. Обнаружило его не заклинание, а глаз смерти. Человек стоял за поворотом и чего-то ждал.       — Выходи!       — Поздравляю, ты пер...       Я ещё не успел среагировать, как тело уже перехватила Инари. За долю секунды она зажгла огненный шар и метнула его в итальянца. Я только хотел заорать на неё, но итальянец так и остался стоять на том же месте. Вернее, это явно был кто-то другой.       — Мастер Вэнь был прав, — он выпрямился. От обличия итальянца не осталось и следа.       Сейчас передо мной стоял высокий мужчина азиатской внешности, а за спиной у него развивалось восемь хвостов. Выглядели они куда лучше, чем у двух братьев во время турнира. Они были совсем не такими лысыми.       — Кубок по-хорошему не возьмёшь? — он вскинул руки повыше, поправляя длинные рукава. Два слегка голубоватых шарика загорелись у него в ладонях.       — Прости, Амон, — только и успела выдохнуть Инари.       Я ещё даже не успел спросить у богини, что она собирается сделать, как всё вокруг залил практически белый свет. Через секунду лисы больше не было. Я стоял в нескольких метрах от чего-то дымящегося.       — Прости, переборщила.       После этой фразы я вновь оказался в своём теле. Меня зашатало, и я медленно сполз на землю. Голова кружилась, а обед угрожал вновь увидеть белый свет. Хуже всего было с сознанием — оно мерцало, угрожая отключиться.       — И чего валяешься? Что даму в беде рыцарь спасать должен — не слышал? — Шери не изменяла своему змеиному сарказму.       — Шери, не хочешь вон тот Кубок пожамкать?       — Ага, учитывая, что ты тут валяешься — это подделка.       — Есть такое, — я тяжело вздохнул и попытался сесть нормально.       Шери сжалилась. Наклонилась и протянула пачку сигарет.       — А теперь рассказывай, что за файр-шоу ты тут устроил? — она и сама закурила, — Нет, я помню, что мы хотели встретиться, но не надо же сигнальные костры разводить...       — Ты сейчас захлебнёшься своим ядом, — я выпустил колечко в небо. На удивление, получилось, — Это Инари.       — М-м, решила ритуально сжечь ведьму?       — Почти. Лиса.       — Чего? Какого ещё лиса?!       — Японского. С восемью хвостами.       — Чего-то я ничего не понимаю, — призналась она, — Рассказывай давай.       — Хорошо, только давай всё-таки пойдём, — пошатываясь, я встал.       — Согласна, — она кивнула, — недалеко уже осталось.       По дороге я вкратце пересказал последние приключения. Шери прониклась, но прокомментировать не успела — мы оказались перед Кубком. В этот раз даже сомнений, что он настоящий, не возникло.       — Уверена, что на кладбище хочешь?       — Ты сейчас стоять нормально не можешь, — не упустила она возможность поиздеваться.       — Справедливо. Чуть что – падай. Ты, конечно, та ещё зараза, но на авадоустойчивость давай себя проверять не будем.       — Угу, тобой закроюсь, — она только усмехнулась.       Я улыбнулся. Помирать, так в хорошец компании.       — На счёт три, хватаем.       Шери кивнула и выдохнула какое-то оформленное облачко.       — Раз... два... давай!       Мы вместе потянулись к Кубку, коснулись, и тут нас резко потянуло куда-то вдаль. Всё закончилось так же быстро. Вокруг пару секунд была тишина, а потом раздались крики.       — Это явно не кладбище... — прокомментировала она и так уже ставшее очевидным.