Кошачья благодарность

В его расписании: есть, спать, писать музыку и делать задания для университета — появляется ещё одно. Гладить кошку, которая одним днём появилась на его балконе и стала раз в два дня проведывать. У неё шикарная, мягкая, чёрная шерсть и ошейник, поэтому он не переживает по поводу походов к ветеринару или в зоомагазин. Обычно она просто лежит у него на коленях, иногда мурча, пока он доделывает проекты. Когда он пишет биты, то она играет важную роль. Иногда отвечает на вопрос, нравится ли ей звучание или нет. Иногда сразу прыгает на клавиатуру, показывая, что это хуйня неслушабельная и лучше бы ты опять за монтаж сел — там хотя бы звуки приятные. Сегодня же, посреди сеанса поглаживаний, она спрыгнула с его колен и пошла к выходу. Сначала Танос просто сидел, немного обиженный. Но она вернулась в комнату, сев на проходе, и ждала. Парень смотрел, она смотрела на него. Он, конечно, не ветеринар, но понял, что она ждёт. Будто прочитав мысли — мяукает. Субон идёт за кошкой, которая ведёт его в коридор, всё время оборачиваясь, проверяя, идёт ли он следом. Она поднимается на этаж выше и подходит к двери, стуча лапкой. Танос моргает, ощущая себя персонажем аниме «Кошачья благодарность», и забирает её на руки, чтобы не пришибло. Легонько стучит в дверь. Когда открывают, единственное, что приходит в голову: «Damn it». Потому что его сосед — парень с потока, чьё имя он не знает, зато слышал много слухов. А ещё видел, как тот хихикал на экзамене по корейскому. Это, наверное, был единственный раз, ведь больше он его в пределах университета не встречал. Его осматривают с ног до головы и однобоко улыбаются. — Нормальные штаны, мужик. Танос смотрит на свои розовые штаны с головами Хэллоу Китти и даже не думает смущаться, ведь у соседа такие же, только чёрные. Да и вообще тот будто бы застрял во временах эмо. Или тянок из аниме. Весь в чёрном, с каре. Но кто такой Субон с вымывшимися фиолетовыми волосами, чтобы кого-то судить? Кошка напоминает о своём существовании, мяукая у него в руках, но не спешит выбраться. Её хозяин приподнимает брови, смотря на неё. Всё-таки не пиздела шаманка, когда говорила, что питомцы похожи на хозяев. Эти вот буквально одно существо в разных версиях. — Тебя не учили, что уходить из дома, никого не предупредив, — плохо? — интересуется парень. Если бы его рука не потянулась погладить кошку, то Субон бы ответил. Если ему таким тоном скажут мяукнуть вместо кошки — он сделает. — Обычно она не любит незнакомцев, — сообщает тот, поправляя выбившуюся прядь волос за ухо (с тремя проколами), и смотрит в глаза. — Её зовут Миса. — А тебя? — Намгю. — Субон. Менеджеры просили не вляпываться в неприятности. Он не делает. Просто знакомится с горячим соседом. — У тебя есть планы на вечер? — не давая ответить, он продолжает, — потому что если есть, то забудь. Она тебя не отпустит. Миса в подтверждение издает «мяу» и удобнее устраивается на руках. В квартире Намгю ахуенно. Куча гирлянд, разноцветные пледы, плакаты со звёздами и много растений. Он приводит их в самую большую комнату, где в одном аквариуме плавает черепаха, а в другом, поменьше, разноцветные рыбы. — Ты же с SNU? Я тебя видел. — Когда? — Во время экзамена по корейскому, 354 аудитория в Сеульском национальном университете, —запрограммированным голосом сообщает Субон. — Истина — мой свет, — таким же тоном произносят в ответ. Субон наблюдает за тем, как хозяин квартиры достает какие-то баночки и пакетики и принимается кормить черепаху. — Почему я тебя не видел в унике? — спрашивает он. — Я тебя тоже не видел. Программирование. — Тогда не удивительно, откуда у него сколько денег на трёшку в Сеуле, ещё и с таким питомником. И это мнение рэпера, у которого только со стримингов приходят тысячи. Он всё равно в ахуе. — Аудиовизуал, — просто отвечает Субон. У них точно должно быть несколько совместных пар, и он не видел на них своего нового знакомого. — Тогда странно, — парень не видит лица, но слышит хмурость в голосе. Намгю продолжает кормить обитателей аквариумов, пока Субон поглаживает Мису. Через время он всё же отвечает. — Блять, так я на стаже был. Сверху раздается насвистывание мелодии, и, подняв голову, Субон только сейчас замечает двух попугаев на жёрдочках. Один, зелёный, подлетает к нему на колено. — Привет, — чирикает он и поворачивается к кошке. — Привет, Миса. Привет, киса. — Это Спайс, — сообщает хозяин довольным голосом. На его плечо садится другой, голубой попугай, продолжая насвистывать «September» от Earth, Wind and Fire. — Это Бурбон. — В честь коньяка? — В честь Людовика четырнадцатого. Отрывая взгляд от гостя, он разворачивается обратно к кормлению рыб. — Это волнистые. Субон не произносит вслух, что у них вообще-то нет волн. — Не волнуйся, — шепчет он Спайсу, поглаживая по шее. Спайс издает звук воздушного поцелуя в ответ. — Я только в этом году перевёлся, до этого чахнул в K-arts. Бурбон едва не падает с драматичным «блядь», когда хозяин резко оборачивается обратно. — Блядь, тут такая драма уже четвёртый год длится, тебе понравится. Он приземляется рядом на диван и начинает рассказывать про всю хрень с потока. Постоянно хватает Субона за руку или плечо, и в какой-то момент даже начинает крутить кольца у него на пальцах. Субон слушает все истории, начиная с первого курса. Про двух преподов, которые «точно ебутся»; про ебнутую преподавательницу, которую уволили из-за драки с бывшим прямо на территории университета; про двух лесбиянок, которые трахались в туалете; любовный треугольник, который всем морочит голову. — ... сказала, что повырывает мне патлы, и чтобы я не лез к её девушке. Я только на этом курсе узнал, про кого она. Посоветовал ей пойти подрочить и успокоиться. — Это она про ту, что с белыми прядками? — Намгю кивает, из-за чего волосы падают на лицо. Субон заворожённо смотрит. — Так она ж залетела от криптовалютчика. — Шаришь. — Вот если бы он не съебался, — я бы послушал этот лор от его лица, — мечтательно произносит Субон, откидываясь на спинку дивана. Он думает про то, что Намгю — человек, который не пнёт щеночка на улице, а детей, наверняка... ну. В любом случае, заберёт у них конфеты. — А чё про тебя слухи ходят... ну, ты реально торчишь? Намгю фыркает, пристально смотря на плавающую черепаху. — Искали подходящие таблетки для биполярного, меня то плющило, то тормозило. Кто-то и подумал, что я фанат рейвов. — И как оно? — уточняет Субон про диагноз. Намгю начинает рассказывать про периоды мании, когда получил половину пирсинга. Оказывается, что язык тоже проколот, и Субон не сдерживается, спрашивая, какие ощущения от поцелуя. Спасибо, что не от отсоса. Намгю даже оттягивает резинку штанов, открывая обзор на татуировки. Субон же не знает, сосредоточиться на них или на трусах с кружевом, приятного голубого цвета. Поэтому слушает. И пялится. Намгю в свою очередь оттягивает штаны ещё ниже, рассказывая про тату на ляшке. Ебать такие бедра. Ну, точнее... ебать, такие бедра. Под конец незапланированных посиделок они обмениваются номерами и никами в Инстаграме. Ночью Субон дрочит целых три раза.

***

Следующие три месяца они постоянно висят на телефоне, списываясь между перерывами, заваливаясь друг к другу на квартиру и перешептываясь на совместных парах. Танос даже пишет при нём музыку и спрашивает оценку. Намгю каждый раз отвечает честно и даёт советы. Действительно хорошие советы. Менеджеры радуются, что он не лезет в хуйню, которую им придётся решать, и даже занят делом. Фанаты радуются, что он снова пишет музыку и что-то выставляет в соцсети. А Танос радуется, что может подольше посмотреть на талию Намгю, который в попытках рассмотреть структуру бита практически садится к нему на колени. А ещё Субон теперь каждую ночь дрочит. (Ну, не считая тех ночей, когда они спят вместе.) Потому что Намгю очень тактильный. И всё время трогает его, обнимает, ищет прикосновения в университете, сцепляя мизинчики или хватая за запястье, чтобы протащить через толпу, не теряя друг друга. А Субон ещё очень хорни. Когда видит его наряды. Все вот эти джинсы, подчёркивающие талию. Короткие шорты, которые тот носит дома. И действительно не знает про существование других, которые прикроют хотя бы нижнюю часть задницы. Или когда смотрит на Намгю, играющегося с шариком от пирсинга, катая его по губе, то ли от скуки, то ли сосредоточенности. Ещё Субон учит расписание и меню всех питомцев. Самое классное — кормить рыб, называя их либо «тварь 1», «тварь 2», либо именами однокурсников, которые сегодня выбесили, либо сделали какую-то херню. И сравнивать попугаев с преподами по маркетингу и управлению. Субон теперь тоже уверен, что они ебутся. Сегодня он, после урока по вокалу и небольшого разговора с командой по поводу нового альбома, забирает своего программиста с последней пары. Отписывает менеджеру, что обещает подумать про интервью, когда слышит знакомый голос. — Я тебе ещё раз повторяю — не разговаривай с ней. Ты что, считаешь, что спросить «вернулся ли к ней отец ребенка» — это ахуенный флирт? Неудачник. Намгю даже не замечает ничего, пока Субон не ловит его за локоть, другой рукой притягивая за талию. — Эй, подруга. У тебя какие-то проблемы с моим парнем? — обращается он к девушке, которая, не прекращая говорить, шла за его другом. Намгю однобоко ухмыляется, смотря ему в глаза, и укладывает свою руку Субону на задницу. (Что крайне необязательно, так как Сэми это точно не увидит). И поворачивается боком, чтобы посмотреть на реакцию. Девушка открывает и закрывает рот, как рыба в аквариуме Намгю, и обводит их пальцем. — У тебя какие-то проблемы с геями? — с наигранным удивлением ахает Намгю. Вот кто точно учится не на том направлении. Она чуть ли не топает ногой и уходит, поджимая губы. Брюнет хихикает и обнимает друга за талию, утыкаясь в шею. — Тебе не холодно? — спрашивает Субон. Сегодня на его «парне» черный облегающий спортивный топ с горлом, открывающий руки. Он клянется, что видит очертания проколотых сосков. И те самые разрисованные джинсы, для которых Намгю вежливо попросил Субона оставить отпечатки своих ладоней. Прямо на пятой точке. Будучи в самих джинсах. Ещё и сжать посильнее. — Ты хочешь дать мне свою толстовку? — хлопая ресничками интересуется парень. Его рука двигается с того места, где была на кармане Субона, по бедру и под толстовку. А потом и под футболку, проводит по косым мышцам, вызывая мурашки по спине и завязывающийся узел внизу живота. Субон готов уже просто дать. Всю дорогу до машины и потом до квартиры он пялится, отмечая, как часто Намгю надевает его вещи. Они кормят своих детей, едят сами, рассказывают про свой день и играют на приставке в гостиной. В какой-то момент ноги брюнета, лежащего на животе лицом к телевизору, оказываются на уровне члена Субона. И это точно не похоже на случайные прикосновения, чтобы направить к выходу или пройти рядом, придерживая за талию. Намгю целенаправленно трёт. Двигает ступней вверх-вниз, надавливая. Субон держится со всех сил, стараясь не отвлекаться, до того момента, когда не добавляется вторая. Персонаж умирает, а виновник этого хихикает, продолжая своё занятие. В какой-то момент они оказываются на кухне, с Намгю, зажатым между ног Субона и руками по сторонам. — Знаешь, от такой близости у меня трясутся коленки, — невинно шепчет Намгю, накручивая на палец шнурок толстовки. — Хочешь посмотреть? Он выводит на эмоции. И Субон не знает, как сдерживать свои руки, которые так и норовят облапать его во всех местах. И язык, который хочет облизать с головы до ног. Попробовать на вкус. — Если ты продолжишь так делать, то мы потрахаемся на столе, — озвучивает очевидное он. Намгю цокает, закатывая глаза, и хватает чужое запястье, утягивая в сторону спальни. Складывается ощущение, что суккуб тянет в ад, но Субон и не думает сопротивляться. Дальше он помнит, как его объездили очень сексуальные бедра и голос, повторяющий: «ни в коем случае, блядь, не останавливаться».

***

Скрываются они умело. На самом деле, Намгю просто нравится играть с прессой. Учитывая, что за все полтора года и бешеной популярности Субона, папарацци смогли сделать только смазанные фотки их поцелуя. И то видно только лицо Таноса. В сети обсуждают, не зная, кому завидовать больше: Таносу или его шикарной девушке. Субон не думает, что Намгю это понравится. Если на слова гипер толерантной девушки про его «смелость выражать свою трансгендерность, быть таким, какой есть», он ответил «Нет». А потом устроил лекцию, что если он одевается так — ещё не значит, что он «фтм, гендерфлюид или фембой», и «оставь это вообще при себе». Субону, конечно, пришлось его оттаскивать, чтобы Намгю не облил её кофе, но посмеялся он с этого знатно. Поэтому, без малейшего понятия, на какую реакцию рассчитывать, он ждёт возвращения своего парня из душа, чтобы сообщить. Сегодня они планируют погонять по Токио и поесть в каком-то рестике, а дальше — в зависимости от настроения: либо продолжить гулять, пока папарацци не найдут, либо свалить домой, перед этим потрахавшись в машине. Пока Намгю поправляет свою подводку, вытирая лишнее, ему рассказывают ситуацию. И на удивление он только цокает. Что можно считать хорошим знаком. Типа и неодобрение, но и не худший исход. На нём старая футболка Таноса, из которой он всё равно умудрился вырезать топ. И Субон точно не может удержаться, когда из-под этих крохотных шорт снова виднеется нижнее белье и надпись «insane» между поясом и резинкой. И выглядывающий скелет дракона. Он пожирает его взглядом. Намгю специально, как всегда, дразнит, опирается руками на стол, открывая вид на шею и ключицу. Задницей упираясь в пах. И смотрит. Как настоящий змей-искуситель. Одна рука Субона сжимает бедро, а вторая поглаживает ляжку, двигаясь всё выше, задирая шорты. Намгю двигает задницей, оказывая трение. Субон гортанно рычит, сжимая его сильнее и резко двигая бедрами, из-за чего Намгю скулит, едва не разбив зеркало головой. — Ты же трахнешь меня так? — шепчет он. Танос берёт его челюсть, поднимая вверх, чтобы тот смотрел в отражение. И жадно следил за тем, как меняются их лица. — Если ты хорошо попросишь, — Намгю посасывает указательный палец и быстро кивает, как болванчик. Приходится сжать его челюсть сильнее, не давая возможности двигаться. — Будь хорошим мальчиком, не отводи взгляд. В отличие от своего парня, которому ничего не мешает, джинсы сжимают, вызывая ещё больше, не совсем приятного трения. С верхнего ящика стола он достает смазку. Не переставая поглаживать своего парня, зубами открывает тюбик. Когда первый палец оказывается внутри, то Намгю едва не падает из-за дрожащих коленок. Приходится снова держать его за шею, из-за чего тот выгибается, лишь бы прижаться сильнее. —Как договаривались. Смотри. Он заводит руку Намгю за спину, укладывая на свой член, которая сразу начинает двигаться, немного сжимая. Он насаживается уже на два пальца, продолжая дрочить своему парню. И Танос не может оторвать от него ни взгляда, ни рук. — Не смажь подводку, — просит Намгю, когда пальцы Субона давят на нижнюю губу. —И я все ещё планирую идти в этом топе,— перед тем как снова принять их в рот он срывается на стон. При сексе перед выходом у Намгю существует всего два правила (которым тот сам иногда не следует): 1. Не портить прическу 2. Не портить макияж Означающие «Не лапай, либо оторву руки и член » . Для Субона это означает, что он не может облизать его лицо. Либо потянуть за волосы так, чтобы спина выгнулась ещё сильнее. Ведь у Намгю, как у кошки — не тело, а жидкость. А сегодня ещё и поиграться с пирсингом на сосках нельзя. Ведь от выбора одежды зависит, может ли он оставить пару укусов. Намгю — жестокий человек. — Бонни, руки, — хнычет Намгю, в отражение смотря прямо Таносу в глаза. Член дёргается в ответ. Больше, чем прикосновения к своему парню, Намгю любит только хардкор. Субон с удовольствием даёт ему и то, и другое. Поэтому открывает второй ящик стола, находя между разными баночками-кремами наручники. Плюсы жить в собственном доме: не нужно париться о звукоизоляции. И никто, кроме Субона, не сможет наслаждаться звуками и стонами, вырывающегося изо рта его парня. Когда они заканчивают и сперма ещё не начинает вытекать, Намгю сразу же находит в очередном ящике анальную пробку, отдавая своему парню. Субон аккуратно давит на поясницу, и другой рукой вводит ее внутрь. У его мальчика интересные фетиши, но кто он такой, чтобы отказывать? Удовлетворённый, Намгю целует его. Разворачиваясь в сторону душа, Субон шлёпает его по заднице и уходит, искать джинсы своему парню. Позже брюнет делает снимок: Танос обнимает его за талию, уткнувшись носом в шею. Лицо Намгю скрыто телефоном. Зато отлично видно татуировки из-за низкой посадки джинсов. Танос выставляет фото в сторис, без единой подписи. Намгю осматривает его с ног до головы, решая, какой парфюм выбрать сегодня. Он рассматривает две полочки и выбирает несколько флаконов. Теперь Субон пахнет шоколадом и попкорном — будто только что вышел из цирка или парка аттракционов. А для себя выбирает сочетание сакуры и вишни.

***

Спустя месяц Намгю отвлекают на перерыв, между написанием кода для новой игры, сообщая что вышло очередное интервью. Танос рассказывает про новые песни, возможности всемирного тура и будущие проекты. Проезжается по скандалам, высказывая что все бездари, и ни с кем на публику он бифить не будет. Рассказывает про своих домашних питомцев, называя «детьми». И любыми способами увиливает от вопросов про «любовь всей его жизни » и фото, которые он с ней публикует. — И не спиздел же ни разу, получается,— комментирует Намгю, наблюдая за тем, как на экране у его любимого светятся глаза. Субон мычит в ответ, сильнее сжимая его талию, и обдавая ухо теплым дыханием. —Тебе нравится? — Ты милый, — отвечает Намгю с мягкой улыбкой. — Пупсичек. Субон виляет метафорическим хвостом и проводит языком по его губам. — И ты тоже ничего. Намгю фыркает, оставляя лёгкий поцелуй на носу.