Тьма в объятиях Света

The Hills — The Weeknd

Deja Vu — ATEEZ

Believer — Imagine Dragons

После того как я почувствовала чакру Итачи в деревне, больше я никого не увидела. Ни Какаши-сенсея, ни Саске, ни самих тех двоих. Тогда я просто оставила всё как есть. Не пошла за ними, не попыталась что-то выяснить. Просто ушла. Потом посмотрела на часы и поняла: мне пора в больницу. Я обещала Хинате, что пойду с ней на обследование, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, и она может вернуться в поместье Хьюга. Когда мы уже собирались уходить, врачи закончили осмотр, и Хината отправилась переодеваться. Я осталась в коридоре — и тут заметила, как Гай-сенсей разговаривает с какой-то медсестрой неподалёку от одной из палат. Когда Хината закончила и вышла из палаты, мы подошли ближе, и я уловила всего одну фразу, которую произнёс сенсей и медсестра: — Что с ним произошло? — Его заключили в гендзюцу. Сейчас он без сознания. У меня внутри всё сжалось. Я сразу поняла, о ком речь. Когда медсестра ушла в палату, я подошла ближе и осторожно заглянула внутрь. Там, на койке, лежал Саске. Без сознания. Лицо бледное, но спокойное. Я почувствовала, как сердце ударилось сильнее. Я подошла ближе. Хината стояла рядом, молчала. — Гай-сенсей… — позвала я. Он обернулся и, увидев нас, улыбнулся: — Всё в порядке. С ним ничего страшного не случилось. Просто… истощение. Я молча смотрела на него, не сводя взгляда. — Это… это ведь как-то связано с его братом? — спросила я тихо. Гай-сенсей на секунду замер. Улыбка исчезла с его лица. Он стал серьёзным: — Не стоит об этом говорить. Ни с кем. Никто не должен знать, что он был здесь. Поняли, Мия, Хината? Никто. Я кивнула. Хината тоже. Но внутри у меня уже всё переворачивалось. — Но… если он пришёл не за Саске… то за кем? — спросила я почти шёпотом. Гай-сенсей посмотрел на нас с тем выражением, которое появляется, когда кто-то долго колебался, но всё же решил сказать правду: — За Наруто. Я почувствовала, как Хината вздрогнула рядом. Она испугалась. Это было видно. — Вы ведь знаете, кто запечатан внутри него, верно? — спросил Гай-сенсей. Мы кивнули. Конечно, я знала. Девятихвостый. Лис. Кьюби. Мне больше не нужны были объяснения. — Они пришли за ним… за Девятихвостым. Так? — Именно, — подтвердил он. — Кто был с ним? — спросила я. — Тот, кто был с Итачи? — Такой же отступник. Они оба из особой организации. Я не могу сказать больше. Это закрытая информация. Запретная. Я кивнула, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри всё уже клокотало. Но в ту же секунду Гай-сенсей вдруг прищурился, чуть наклонился ко мне и спросил: — Подожди-ка… Мия, а ты откуда вообще знаешь про Итачи и про то, что он был в деревне? Моё сердце дрогнуло. На долю секунды я растерялась. В горле пересохло. — Эм… — Я отвела взгляд, делая вид, что меня просто заинтересовала тема. — Я… как-то прочла об этом. В книге. В библотеке. Мне просто стало интересно про клан Учиха… и я случайно наткнулась. Там было немного написано о нём. Вот и всё. А их я сегодня видела в кафе. Он продолжал смотреть на меня, как будто пытался понять, всё ли я говорю. Мне пришлось натянуть лёгкую улыбку, сделать вид, что всё это — просто праздное любопытство и случайность. — Ладно… понятно, — наконец сказал он, чуть приподняв брови. А затем вернул свою обычную широкую, солнечную улыбку. — Ну что ж, девочки! Юность зовёт! Бегите на тренировку! Побольше упорства — и поменьше вопросов! Он развернулся и ушёл по коридору. А мы остались стоять в коридоре, молча глядя друг на друга. Внутри меня было тревожно. Очень тревожно.

***

Через несколько дней в деревне снова стало шумно. Я сразу поняла — они вернулись. Наруто… Джирайя… и новая Хокаге. Цунаде Сенджу. Я слышала об этом имени. Одна из легендарной тройки санинов. Говорят, она сильна, как землетрясение, и лечит так, будто возвращает к жизни. Хокаге… странное чувство. Я всегда думала, что пятый будет совсем другим. Но, кажется, она — правильный выбор. Я сидела дома, когда услышала, как кто-то шумно забарабанил в дверь. — Мия! Эй, Мия-чан! — знакомый голос. Я даже не успела подойти к двери, как он продолжил: — Открывай! Мы идём в больницу. Тебе нужно увидеть кое-кого! Я открыла. На пороге стоял Наруто — взъерошенный, как всегда, с сияющей улыбкой на лице и каким-то радостным нетерпением в глазах. Он схватил меня за руку, не дав и слова вставить, и потянул за собой. — Наруто, подожди, куда мы... — Бабуля Цунаде, — гордо сказал он, и я чуть не споткнулась. — Она в больнице! Сказала, что может помочь Саске. Ты должна пойти с нами. Она… сильная. Очень. Ты увидишь. Всё будет хорошо! Я даже не успела ничего сказать, как мы уже мчались по улице. Наруто не отпускал моей руки. Мы поднялись по лестнице. Я узнала палату, даже не заглянув — ощущала знакомую чакру. Слабую, но узнаваемую. Саске. И ещё — новая, мощная, обволакивающая, как будто сама природа оживала рядом с ней. Когда мы вошли, я сразу увидела её. Женщина с длинными светлыми волосами, с родинкой на лице и острым, пронизывающим взглядом. Её присутствие ощущалось физически. Вокруг неё стояли Джирайя, ещё какая-то девушка, которую я не знала, Сакура… и он. Саске. Он лежал на кровати. Спокойно. С закрытыми глазами. Но было видно — его тело истощено. Его чакра… уставшая, будто потухшая свеча. — Бабуля Цунаде, — крикнул Наруто, не стесняясь. — Это Мия! Моя подруга и сокомандница. Она тоже Сенджу, прикинь! Все взгляды обратились на меня. Мои щёки вспыхнули. Так громко… так неожиданно… — Сенджу? — переспросила женщина, пристально посмотрев на меня. Я сделала шаг вперёд и тихо кивнула: — Меня зовут Мия. Мия Сенджу. Приятно познакомиться, Цунаде-сама. — Хм… — Цунаде чуть прищурилась, словно что-то пытаясь разглядеть во мне. — Я не знала, что кто-то из нашего клана ещё остался в деревне, — Я не знала, что ответить. Просто опустила взгляд. — Что ж… — сказала она, отводя глаза обратно к Саске. — Мне нужно время. Я постараюсь сделать всё возможное. Он справится. У него чакро-истощение. Мои глаза снова упали на него. Он был так спокоен сейчас. Уязвимый. Невесомый. А в голове у меня уже звучали слова Гая-сенсея. Итачи пришёл не за Саске. Он пришёл за Наруто. И я поняла… всё только начинается.

***

На следующий день, когда я пришла в больницу, там было многолюдно. Все обсуждали нового Хокаге, но в центре внимания был и другой человек — Рок Ли. Я увидела, как Цунаде осматривает его. Она стояла с серьёзным выражением лица, рядом с ней — Шизуне. Гай-сенсей тоже был там, напряжённый, будто готов в любую секунду броситься в бой, лишь бы помочь Ли. — Он больше не сможет быть шиноби... — тихо сказала Цунаде. — Эти слова эхом отразились в стенах палаты. Я замерла. Ли — тоже, — Его травмы слишком серьёзны. Он чудом выжил. Но вероятность того, что он снова сможет сражаться, почти нулевая. — Нет… — выдохнула я. — Нет, это невозможно… Ли молчал. Потом сделал шаг вперёд и сжал кулаки. — Значит… это конец? — Есть один шанс, — ответила Цунаде. — Только один. Очень рискованная операция. И всего два исхода: либо ты снова станешь шиноби… либо навсегда потеряешь такую возможность. Я смотрела на Ли. На человека, который прошёл через столько боли. Которого недооценивали, над которым смеялись, которого отвергали. И всё же он встал. Добился силы, уважения. Своим трудом. Своей верой. И теперь — ему говорят, что всё это может исчезнуть в один момент. Я не верила. Не хотела верить. Но он… Он стоял прямо. Он не дрожал. Не злился. Только глаза… в них было столько решимости. — Я соглашусь, — твёрдо произнёс Ли. — Я не могу отказаться. Если есть хоть малейший шанс… я его использую. Гай-сенсей тихо всхлипнул и положил руку ему на плечо. — Это и есть настоящий дух юности… Ли. Операция должна была состояться уже после того, как Цунаде официально вступит в должность Хокаге. А я… Я всё время думала об одном. Она — Сенджу. А я?.. Я тоже носила в себе часть этой крови. Но не могла рассказать правду. Не сейчас. Если Цунаде узнает, кем была моя мать — она узнает и обо мне. Узнает всё. А я… Я пока не могу позволить себе быть раскрытой.

***

Чуть позже, когда я собралась в больницу, чтобы проверить, как себя чувствует Саске, я шла по коридору, и вдруг увидела Сакуру. Она стояла одна, у стены, с тревожным выражением лица. Её пальцы теребили край рукава, а губы были плотно сжаты. — Сакура? Что случилось? Она вздрогнула, обернулась — и, кажется, была удивлена, что кто-то заметил её состояние. — Мия… — она прикусила губу. — Саске… Он… Он вызвал Наруто на поединок. Я резко остановилась. Почувствовала, как что-то кольнуло внутри. Я смотрела на неё, но мысли уже были где-то выше туда, где сейчас были они. — Он что? — переспросила я, будто надеясь, что ослышалась. — Он сказал… что хочет проверить, кто из них сильнее. Наруто, конечно, согласился… — голос Сакуры дрожал. — Но я… боюсь. Это не просто тренировка. Саске… он другой. Я всё поняла. Я знала, зачем он это делает. После встречи с Итачи… его сломало. Его гордость, его боль, его беспомощность — всё это кричало в нём. И он искал выход. Испытание. Доказательство себе, что он не слабый. Что он ещё может. И выбрал Наруто. — Не волнуйся, — я мягко коснулась её плеча. — Я найду Какаши-сенсея. А ты иди за ними. — Но… — она не успела договорить. Я уже развернулась и побежала по коридору. Я закрыла глаза на бегу, сконцентрировалась. Я знала, как ощущается его чакра — спокойная, лениво струящаяся, словно ветер в полуденный день. Где-то… рядом. Через несколько минут я нашла его. Он стоял на краю крыши административного здания, будто что-то почувствовал и ждал. — Какаши-сенсей! — позвала я, подбегая. Он медленно обернулся. — Мия? Что-то случилось? — Саске вызвал Наруто на поединок. В больнице. Это… это может быть не просто дружеский бой. Какаши сразу стал серьёзным. Он молча кивнул и тут же исчез в вихре ветра. А я пошла обратно в больницу. Сердце бешено колотилось. Пожалуйста… пусть они не дойду и до точки, откуда нет возврата...

Саске и Наруто устроили настоящий бой на крыше больницы. Если бы не Какаши-сенсей, они могли бы убить друг друга: Наруто — своим Расенганом, Саске — Чидори. После этого боя Саске ушёл. Я бродила по вечерним улицам Конохи, размышляя о сегодняшнем дне. Тьма и месть уже полностью поглотили Саске. Он дошёл до того, что был готов убить Наруто… своего друга. Я всё шла и шла, утопая в своих мыслях, когда вдруг почувствовала чужую чакру. Несколько очагов… Незнакомая, тяжёлая, настораживающая. Когда я подошла ближе, то увидела несколько фигур. И одного из них знала слишком хорошо — Саске. Я услышала только фразу: — Если будешь согласен, завтра ночью приходи сюда же. Эта никчёмная деревушка не даст тебе силы, — сказал один из них. Через секунду они исчезли. А Саске остался. Я подошла ближе. — Решил согласиться? — спросила я. Он вздрогнул, но не обернулся. — Почему подслушиваешь? — бросил он. Серьёзно? Только это его волнует сейчас? Я едва сдержалась, чтобы не закричать. — Ты не ответил на мой вопрос, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Это тебя не касается, — отрезал он. — Ты думаешь, месть даст тебе что-то? — спросила я, заранее зная, какой ответ услышу. Я не знала, почему Итачи вырезал клан. Но была уверена: он сделал это не по своей воле. Говоря о мести, я сама задумалась — а что она даст мне? Мои мысли прервал Саске. — Да что ты вообще знаешь о мести?! — резко бросил он. — О нет, Саске, я знаю о мести гораздо больше, чем ты, — сказала я спокойно, но сдержанно. — Ты хотя бы знаешь, кого хочешь убить. Ты знаешь, кому мстишь. А я... я бы отдала всё, чтобы хотя бы узнать имя того, кто забрал у меня всё. Всё, что у меня было, — Я замолчала на секунду, а потом добавила: — И, поверь, в отличие от тебя, я после его смерти ни на секунду не буду сожалеть. Он резко обернулся, и в его взгляде полыхала злость. — С чего ты взяла, что я буду сожалеть?! — процедил он сквозь зубы. — Я знаю, что говорю! — сказала я, уже начиная злится. — Да что ты вообще знаешь?! У тебя нет ни семьи, ни родных! Ты никогда не сможешь понять меня! — с ненавистью бросил он. — С чего ты это взял?! — ярость вспыхнула во мне. — Ты ничего обо мне не знаешь! Так что не смей даже заикаться о моей семье и родных! — Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и уже тише добавила: — Ты хочешь разорвать все узы, но не понимаешь, что именно они делают нас сильнее... — Нет, ты ошибаешься, — перебил он, и в его голосе звучало презрение. — Именно эти узы и делают нас слабыми. А мне, в отличие от тебя, слабости не нужны. Он зловеще усмехнулся, глядя мне прямо в глаза. — Когда-то я тоже так думала… Пока не поняла, что есть люди, которые действительно дорожат мной. И я тоже дорожу ими. И буду делать всё, чтобы защитить их. Именно они делают меня сильнее. Именно они дают мне шанс… шанс жить по-настоящему, — Я помолчала, всматриваясь в его лицо. Он всё так же молчал, но я знала — он слушает. — Что ты сделаешь после мести, Саске? — тихо спросила я. — Станешь всё сильнее и сильнее… но что потом? Хоть кто-нибудь будет рядом с тобой? Нет. Ты останешься один. А всё, чего ты добился, окажется просто... пустотой. Я подняла голову к небу. Звёзды были особенно яркими этой ночью — холодные, далёкие, будто тоже смотрели на нас сверху. — Знаешь, — прервал тишину Саске. — Слушать об этом от убийцы, не так уж убедительно, — усмехнулся он. Значит, решил ранить меня, чтобы я оборвала с тобой свои узы? Умно, но слишком наивно. — Ты серьёзно думаешь, что слово "убийца" может меня задеть? Ошибаешься, — теперь уже я усмехнулась и подошла ближе. — Меня многие так называли. Что сказать — такова моя суть. Но я не боюсь и не стыжусь своей тёмной стороны. Я довольна тем, кем являюсь, — Я наклонилась к его уху и тихо прошептала: — И то, что всего лишь одно моё имя вселяет ужас... знаешь ли, это мне даже нравится. — Я улыбнулась и помахала рукой, — Спокойной ночи, Саске. Не сказав больше ни слова, я развернулась и ушла домой. Я знала. Он точно уйдёт.

***

На следующий день я провела всё время с Хинатой. Я пыталась отвлечь себя от мыслей о Саске. Хината предложила остаться у них в поместье, и я с радостью согласилась. Мы гуляли по деревне, купили себе еды, и в тот момент я действительно почувствовала себя обычной девушкой. Без миссий, без опасностей, без боли. Просто девушка, у которой не было проблем. Когда мы вернулись в поместье, Хината неожиданно попросила: — Мия, пожалуйста, потренируйся со мной. В её глазах я увидела решимость, ту самую — тихую, но крепкую. — Не нужно просить, — ответила я, мягко улыбаясь. — Ты же знаешь, я всегда помогу. Но… почему не попросила Неджи? Уверена, он бы не отказал. — Я не хочу его беспокоить, — тихо сказала она. Как всегда. Она всё ещё думает о других больше, чем о себе. Несмотря на то, что только недавно поправилась, каждый день тренируется — с командой, с Неджи, теперь вот со мной. — Ладно, пошли, — кивнула я. Мы вышли во внутренний двор поместья. Когда начали сражаться, я невольно вспомнила, как впервые была здесь. Тогда я только начинала узнавать Хинату — её стиль боя, мягкий кулак, нежность, скрытую за решимостью. И вот, сейчас, смотря на неё, я снова почувствовала то же, что и тогда: насколько она сильна духом, волей… и сердцем. В разгар тренировки я вдруг почувствовала знакомую чакру. Пронзительный взгляд. Я сразу поняла — он здесь. Неджи. Но я не подала виду. Когда мы закончили, Хината улыбнулась и сказала, что пойдёт принести воды. Её шаги затихли за дверью, и я опустилась на ступеньку у входа. Внутри меня всё кипело от мыслей. — И когда ты выйдешь? — произнесла я вслух, не оборачиваясь. Тишина. Потом лёгкий шорох — кто-то сел рядом. Я чувствовала его присутствие слишком отчётливо. — Помнишь, когда мы впервые встретились? — прозвучал спокойный голос Неджи. Мир чуть пошатнулся подо мной. Он… помнит? Или, вернее — узнал? Как? Когда? — Наша первая встреча? — переспросила я, с надеждой, что услышу что-то другое. Но, кажется, удача сегодня была не на моей стороне. — Да, — кивнул он. — Тогда ты тренировалась с Хинатой. И я спросил её, зачем она привела чужака для тренировок. Я не сразу понял, но чувствовал, что ты не та, за кого себя выдаёшь. Я замерла. Он знал. Когда мы встретились на экзамене — он уже тогда знал. — Значит… ты знал, — почти прошептала я, не отводя взгляда. Во время экзаменов? — Да, — просто сказал он. — Но почему не сказал? — задала я вопрос, который не давал мне покоя. Он чуть усмехнулся. — Не было нужды. Если ты сумела обмануть других…своих друзей… — он сделал паузу, — то меня — нет. Хината-сама узнала тебя в первый же день. Верно? — Я кивнула. — Она знает тебя. Настоящую. А я — узнал по чакре. По тому, как ты двигаешься. По тому, как сражалась с Хинатой… и с Кабуто. Не забывай, я владею бьякуганом, — и промолчал. — А Саске знает? — неожиданно спросил Неджи. — Нет. И не должен знать. Так будет для него лучше и безопаснее, — продолжила я в своих мыслях, но вслух этого не сказала. — Тебя считают пропавшей, потому что твоё тело не было найдено среди других. Но все уже закрыли это дело и уверены, что Мияко умерла, — Он впервые произнёс моё полное и настоящее имя — как будто пробовал его на вкус. — Теперь ты — Мия Сенджу. Но у меня есть вопрос, — Я вопросительно посмотрела на него, давая знак, чтобы он продолжал. — Почему ты вернулась, Мияко Учиха? Услышав "Учиха", в сердце что-то кольнуло, и перед глазами промелькнули образы того времени, когда я действительно была ею. Когда я была Мияко. Когда была Учихой. — Пришло время, — глухо сказала я, сама не узнав свой голос. — Я пришла… отомстить. Отомстить тому, кто отобрал у меня всё. Внутри снова закипели боль, злость и ненависть. — Ты исчезла до того, как клан был уничтожен. Неужели вы с Саске не хотите отомстить одному и тому же человеку? — спросил Неджи. Он действительно гений. В такие моменты он так напоминает Итачи. — Нет. У нас одна цель, но разные люди. Моя цель — тот, кто стоит за всем этим. Но самое плохое — я не знаю его имени. И только один человек может его назвать. Но лишь тогда, когда я буду готова встретиться с ним. Неджи не успел ничего сказать — в этот момент вернулась Хината. — Брат? Ты тоже тут? — удивлённо спросила она. — Я уже ухожу, — ответил Неджи и встал, собираясь уходить. Но я поймала его за руку. — Останься. Потренируйся с нами, — У Неджи не осталось выбора, кроме, как согласиться. Так я и провела остаток дня — не думая о ночи. Ночью я никак не могла уснуть. Внутри всё сжималось — я знала, что Саске уйдёт. И не могла просто так его отпустить. Тихо, стараясь никого не разбудить, я вышла из своей комнаты, затем покинула поместье и направилась к главным воротам деревни. Когда подошла, в темноте заметила знакомую фигуру. Сакура лежала на скамейке, без сознания. А чуть дальше — он. Саске. Уже собирался уходить. — Уходишь даже не попрощавшись? — с издёвкой бросила я, приближаясь. Он даже не обернулся: — Что ты тут делаешь? — холодно спросил Саске. — Просто хотела проводить... и предупредить, — ответила я, замолчала на мгновение, а потом сдержанным, но ледяным голосом добавила: — Если хочешь уйти — уходи. Но помни: покинув деревню, при нашей следующей встрече ты станешь моим врагом. И мой меч будет направлен на тебя. Он резко повернулся и посмотрел мне в глаза. И в тот же миг его взгляд загорелся алым пламенем — шаринган. Я лишь усмехнулась: — Даже не пытайся. Это на меня не действует. Что бы ты ни делал, — Я шагнула вперёд и, не отводя взгляда, продолжила: — Но как бывший сокомандник дам тебе совет. Научись обращаться с мечом. Тогда мы встретимся на равных. На поединке. На мечах, — Он ничего не ответил. Просто убрал шаринган и отвернулся. Сделал шаг — собираясь уйти. — Подожди, — произнесла я. — Как ни странно, но он остановился. — Лучше иди на запад, — спокойно сказала я. — Западный выход используют для доставки грузов и сопровождения караванов. Там ты никого не встретишь. Он повернул голову: — С чего ты взяла, что я пойду именно оттуда? — Потому что если пойдёшь по обычному, сразу наткнёшься на сенсея, — ответила я. — А на моём — тишина. Решай сам. Он полностью развернулся ко мне и медленно подошёл ближе. Я усмехнулась: — Что ж… До встречи, Саске Учиха. Протянула руку. Он на секунду задумался, потом — тоже протянул свою. — До встречи, Мия Сенджу, — сказал он, и тоже слабо усмехнулся. При нашей следующей встрече… мы оба будем другими. Я знала это. И не все будут, как прежде. Он развернулся и ушёл. А я, впервые за долгое время, смогла спокойно уснуть. Не думая о завтрашнем дне.