Сквозь Бездну бездн

Дом был старый, бревенчатый, ещё пятидесятых годов. На фасаде до сих пор остались наличники с красными звёздами. Саша полным ходом осваивал новое место жительства, полноправно хозяйничая в этом доме. Он отодвигал кровати и столы, вынимал из шкафчиков и комодов старые вещи и сортировал их. Что-то он выбрасывал, а что-то оставлял. В доме доставшемся от деда было очень много разнообразных вещей, скопившихся за пятьдесят лет жизни. Вот, например, на чердаке был найден старый кинопроектор восьмидесятых годов. Была ещё запасная фара от москвича. Сам москвич взял один из родственников, поэтому эту фару некуда было применить, и он оставил её на чердаке, а в одном из шкафчиков нашёл пару бутылок выдержанного вина. Похоже, о них забыли, так как бутылки были завалены всякими банками и старыми газетами. Тут зазвонил Сашин телефон, он положил найденные бутылки на стол и поднял трубку. — Алло, привет, пап. — Саша, привет! Ну как там, осваиваешься? — Да вот, прибираюсь. Я тут старый кинопроектор нашёл. — Да? И как он? — Не знаю, я его только нашёл, не проверял его работоспособность пока, — Сашин взгляд упал на вино, и он взял одну из бутылок, разглядывая этикетки. — К слову, я тут две закупоренные бутылки вина нашёл, им лет эдак десять. Что с ними делать? — Да!? — воскликнул отец. — Ну… а что? — тут кто-то по ту сторону трубки перебил отца и он что-то пробубнил в ответ. — Хорошо… Так, мама говорит оставь их, может пригодятся. — Ну, хорошо. Мне потом надо ещё в хлеву убраться, чтоб машина встать могла. — Ну да, там, я помню, много всяких… всякого. Да и… — уго опять перебили. — Ой, меня уже тут зовут. Не забудь проверить счётчики. До завтра, сын! — Да, до завтра. Попрощавшись с отцом, Саша сбросил вызов и уставился на разложенные на полу вещи. Насколько же всё-таки много всякого барахла человек за жизнь может набрать. Не прошло и десять минут, как телефон вновь зазвонил. Александр перестал копаться в стопках журналов "Юный техник". Он поднялся и взял смартфон. Это был его друг по цеху. Сварщик пятого разряда. — Коллега, здравствуйте, — нарочито весело начал Саша. — Как Ваше возвращение с отпуска? — Ну, не знаю. Что на работе я варился, что в отпуске. Хотя, конечно, отдохнул. А как у тебя? — В доме убираюсь. Теперь место прописки будет тут. — Это очень хорошо. Я тут чего звоню-то? Можно ли к тебе с просьбой обратиться? — Конечно! Что за просьба? — У меня каркас будущей инсталляции дома разобранный лежит. Мне его девать некуда. Можно у тебя его куда-нибудь положить? — Да, можно. Саша глянул в окно во двор. Там за огородом стоял сарай, перед которым было достаточно большое пространство, способное по своей площади уместить хоть грузовик. — Я даже знаю, куда его пристроить. — Ох, большое тебе спасибо! Я смогу занести его послезавтра вечером, примерно в семь. Принять сможешь? — Я весь день буду дома, так что да. — Вот и хорошо. Спасибо, выручил. Тогда до скорого. — Да, до скорого, — попрощался Саша и повесил трубку.

***

Спустя день, утром Александр вышел из дома — встречать своего друга, который вот-вот должен приехать. К воротам подъехал пикап в багаже которого лежали арматуры и некий каркас в виде коробочки. Как понял Саша конструкция была разобрана, и, судя по всему, в финальном виде она должна быть огромной. Из машины вышел мужчина в джинсах и ветровке и подошёл поздороваться. — Здарова, Саш. — Привет, Игорь, как дела? — Да потихоньку. Вот, недавно мне один знакомый обещал, что возьмёт этот дредноут и сам покрасит. Мне главное — каркас сварить и гипсокартон приделать. — Дредноут? Корабль что-ль? — удивлённо уставился на него Александр, услышав знакомый футуристичный термин. Саша стал рассматривать эту конструкцию. Корабль она явно не изображала бы, даже будь она собрана. — Не, не тот. Это робот. Ну, в общем, потом расскажу, — посмеявшись, Игорь ушёл от ответа.

***

— Как хорошо, что до дождя успели, — устало прорычал Игорь. Два друга сидели за столом у старой кирпичной печи, заваленой пакетами с макулатурой, и потихоньку пили чай. За окном стоял в полный рост тот самый дредноут, у которого только одна клешня была полностью покрыта ДСП, а остальное было лишь каркасом. Но и без этого угадывался силуэт робота. — Это — своего рода вооружённый до зубов гроб на ножках, — объяснял Игорь наконец. — В него намертво впаян космодес. По сути, это танк, но который может ходить там, где не проходит гусеничная техника. Александр вообще не разбирался в увлечении своего друга. Игорь мог часами что-то рассказывать, но из такого обилия информации Саша мало что запоминал. Только в общих чертах. — Понятно. А кому планировал отдать-то? — поинтересовался Александр. — Знакомому отдам, когда каркас доделаю. Он его фанерой облепит, покрасит и чего-нибудь ещё приклеит. Планирует возле своего магазина поставить. — А магазин его где? — В электростали. Возле площади стоит. Там ещё подходящая площадка есть, — пытался разъяснить Игорь. Саша представил в голове место, задумался, будто пытался вспомнить такой магазин, а параллельно этому хлебнул чай. Наконец выйдя из транса, Александр задал вопрос: — А как на работе дела у тебя? — Ну как, ну как? — с усмешкой ответил Игорь. — Конвейер, как конвейер. Работать-то работаю, только вот задумался я вот о чём... Где свадьбу проводить? — Свадьба?! — Саша чуть не поперхнулся чаем. — Ты женишься?! — Да, на Юле. Помнишь её? — На Юле? — в памяти всплыл образ долговязой девушки с большими очками и рыжими волосами. — Да, ты знакомил её с нами. И что, вы не знаете, где провести свадьбу? — Да вот, пока думаем... Есть, конечно, идея — провести в ресторане... А можно на день помещение снять и там устроить застолье... — перебирал он варианты. — А у родственников нет своих участков? У тестя, например? Можно на участке всё это провести. Бюджетно, к тому же, будет. В конце концов, можно в ресторане Катана́. Там старший свадьбу отмечал. — Ну не зна… Хотя, это мысль. У свекрови ведь как-раз дача с верандой имеется. Можно и у неё всё это отметить! Игорь погостил у Александра ещё немного, после чего уехал на своём пикапе домой. Саша глядел вслед удаляющейся машины. В этот момент ему вспомнилось, как дедушка провожал его самого, стоя на этом же месте. Вроде бы совсем недавно были похороны, а у кого-то жизнь лишь набирает обороты.

***

Шло время, сменялись сезоны, и на дворе — уже сугробы. Зима выдалась холодной и снежной. За окном свистела вьюга, а газовый котёл в доме не переставал работать. Жаль, что в хлеву отопления не было. Из-за морозов в машине что-то приморозило, и она не заводилась. Как бы Саша не старался — машина отказывалась даже тарахтеть. На работу пришлось идти пешком через лес по протоптанным тропинкам. Надев шапку-ушанку, тёплую куртку и обмотав шею шарфом, Александр зашагал по сугробам, цитируя фразу из знаменитого кинофильма. — Будь проклят тот день, когда сел за баранку этого пылесоса! Шагать в полутьме в лесу во время снегопада — то ещё удовольствие. Благо, хотя бы массив леса защищал от сильного ветра. Саша путь себе освещал фонариком, и ориентировался по лыжне и звуку турбонаддува с завода. Наконец, он вышел к березовой роще, это означало, что до завода осталось полпути. Выйдя к засыпанной снегом дороге, он на секунду остановился. Над головой свисали ветви берёзы облепленные снегом, и такое зрелище провожало Александра на протяжении всей дороги. Это создавало впечатление, будто находишься под сводами лесного дворца. Саша не удержался и, переставляя ноги через глубокий снег, встал посередине дороги и осветил её светом фонарика. Свод представился во всей своей красе. Засверкала чистая, ровная гладь снега по всей длине дороги, а ветки сверкали как гирлянды. Это было волшебно. И ранняя темень утра придавала этому торжеству природы успокаивающий тон. Будто лес прощается с невольным посетителем. Ранее Саша такого не видел, здесь он бывал только летом и не мог такое лицезреть. Он даже подумал взять телефон и сфотографировать. Саша потянулся к карману, как вдруг услышал скрип снега позади. Он обернулся и посветил в сторону шума, где увидел дрогнувшего от неожиданности человека в длинном чёрном прикиде. В руках он держал что-то вроде чёрного мячика, ну или шара размером с футбольный мяч. — Здравствуйте... — как-то неуверенно поздоровался Александр. — Я как-то вас и не заметил. Вскоре он разглядел и то, во что был одет незнакомец. Это было что-то вроде туники. Точно не зимняя одежда. И Саша это подметил: — А вы, смотрю, как-то не не по погоде одеты... Закаляетесь? — заикаясь от удивления пошутил Александр в попытке успокоить себя. Тот человек на вид был длинным, тонкие ноги его впивались в снег, но что самое удивительное — он был в странной маске. Вернее, в продолговатом шлеме со зловещими горящими красным глазами. Саша опустил слегка свой фонарик, чтобы не ослеплять незнакомца, а когда это сделал, увидел, что следы на снегу вели от него к незнакомцу. Будто сначала он незаметно подкрался к Саше, но затем отошёл. Александру оставалось только успокаивать себя надеждой на то, что это чьи-то старые, ещё не засыпанные следы. — Вы замёрзли?... Нет?... Незнакомец молчал и, казалось, пристально смотрел из под шлема в лицо Саши. Будто хотел прожечь его глазами. Но Сашу волновало чуть другое. А конкретно — явно не зимний прикид незнакомца. У него не было ничего тёплого. И вообще, кажется, на том был какой-то пластиковый доспех, очень лёгкий на вид. — Язык приморозили? — пошутил Саша, надеясь вызвать хоть какую-то реакцию. Не получив ответа, он отважился подойти к незнакомцу и стал потихоньку приближаться. — Мне не холодно, — задрав подбородок, ответил незнакомец. — Да? А что за прикид такой? — радуясь даже такому холодному ответу, продолжал Александр. — Вроде, мода на готскую субкультуру давно прошла. Саша пригляделся к костюму незнакомца и разглядел меж его складок столь же чёрные пластины, походившие на панцирную броню со страниц детской энциклопедии про римские и средневековые доспехи. — В этом всем реально тепло? — Теплее, чем ты думаешь, — надменно ответить тот. — Правда? — удивился Саша. — Ну ладно... Раз уж я подошёл, то давайте знакомиться. Саша снял варежку с правой руки и протянул незнакомцу. — Я Александр, а Вы? Незнакомец не спешил руку пожимать. Тот словно оценивал Сашу, и прикидывал что-то в уме. Из-за шлема было не понятно, о чём тот думает, Александру оставалось лишь догадываться. — А ты похож, — начал незнакомец. — Не абсолютно, конечно, цвет кожи другой, лицо в целом другое, но скулами прям вышел, — произнёс он своё загадочное, даже бессмысленное для Александра, оценочное суждение. Незнакомец переместил в левую руку чёрный шар, а свободной рукой пожал протянутую ладонь. — Я твоя точка невозврата, мон-ке́й. Александр был недоволен таким угрожающим и высокомерным тоном незнакомца. Уж больно тот странный. Поэтому он неодобрительным тоном ответил: — Во-первых, правильней ма́нки, а, во-вторых, моё имя Саша. —Хм! Учту, — усмехнулся тот. Незнакомец чутка опустил голову будто улыбался или сдерживал смех под маской, он разжал пальцы левой руки и загадочный футуристичного дизайна шар упал в снег, после чего в нём что-то щёлкнуло. — Не думал, что предсказание будет столь точным. Саша уже жалел, что решил познакомиться с этим чудаком. Он хотел отвязаться от него, но незнакомец, нереально крепко сжал руку Саши, отчего кисть пронзила ужасная боль, будто от сжатия кости вот-вот сломаются. — Аргх-гха! Ты чего жмёшь-то так? В панике Александр попытался вырваться. Тем временем, шар вскрылся и из ямки в снегу, куда он упал, в небо ударил столб ослепительного белого света. Саша прикрыл глаза из-за раздражения сетчатки. Вокруг этого луча в небе закружились облака, мгновенно собираясь в спираль, образуя над их головами торнадо. Саша от пораженно уставился в небо, за тем перевёл болезненный взгляд на незнакомца. Тот всё ещё флегматично и пристально наблюдал за ним, не обращая внимания на то, что творится вокруг. Возле них закружился поднятый в воздух снег. Саша продолжал отчаянные попытки попытался вырваться, но хватка незнакомца была крепка, словно тиски. Торнадо же стремительно набирало обороты и не прошло пяти секунд, как в воздух стали подниматься оторванные ветки, а самого Сашу сбило с ног; именно в этот момент незнакомец отпустил руку. Тот, будто не замечая порывы ветра, стоял на месте, как гвоздь в бревне, пока Александра порывы ветра тащили по земле, а затем подняли в воздух. Он вертелся в воздушных потоках, как целлофановый пакет, отчего мир вокруг слился в одно тёмное марево, а крики ужаса не были слышны даже ему самому из-за оглушающего грохота воздуха. Чуть погодя во тьму добавились красные, фиолетовые и синие краски. И так продолжалось вплоть до того, пока кто-то крепко не схватил Сашу за горло, зафиксировав его на месте. Александр кряхтя от удушения схватился за руку того, кто держал его за шею. Это был всё тот же незнакомец. Будучи в центре торнадо, тот висел в воздухе, будто стоял на твёрдой земле, а окружающий грохот пропал — Саша смог улышать своё прерывистое дыхание. — Кто ты... Такой?... — отчаянно пытался кричать Александр. Его голос был не родным, а будто старческий. Затем он глянул на руку незнакомца и заметил, что Сашина кисть была как у деда, такая же иссохшая. — Я твоя точка невозврата! — грозно возгласил незнакомец, после чего с нечеловеческой силой швырнул Сашу обратно в потоки торнадо. Саша вновь стал падать в цветное марево, крича от ужаса. Во время его полёта у него складывалось впечатление будто он становился маленьким, затем большим, затем снова он уменьшается. Наконец, марево расступилось, и Саша увидел, как к нему приближается земля. Он прикрыл голову руками и плюхнулся на песок, издав страдальческий стон. Затем он, оперевшись на руки, поднял голову, и первое, что перед собой увидел — пляж и бушующее море, бьющиеся о берег волны; в некоторых местах сквозь грозовые тучи проступали лучи солнца. Как он тут оказался — было непонятно: могло ли торнадо выкинуть его сюда? Не сон ли это? Было очевидно, что в эпицентре торнадо человеку выжить просто невозможно. Саша от всего этого был в шоке и единственное, что он делал — пялился на штормующее море, разинув рот, с широко открытыми глазами. Из этого состояния его вывел какой-то звук из-за спины. Саша обернулся и увидел дома из туфа и глины, будто сошедшие с экранов исторических фильмов и иллюстраций из книг по истории древней Сирии или Ирана. Он осмотрелся по сторонам и увидел, что застройка была на протяжение всего видимого пляжа. — Где это я? — отчаянно оглядывался он. — Это что Багдад? Александр остолбенел. Его голос был другим. Он приложил руку к горлу и нащупал там синяк, явно оставленный тем долговязым. Затем стал ощупывать лицо и заметил, что щёки были гладкими и без щетины. Потом заметил, что штаны его просто упали, а курта была невероятно велика ему. Он судорожно стал себя осматривать, и понял, что уменьшился. Чтобы убедиться окончательно, Саша достал телефон, казавшийся в его руках большим и включил камеру. С дисплея на него уставился мальчик лет семи-восьми. Не веря в то, что видит, Саша, смотря в экран, ощупал свои щёки, нос и уши. Он помолодел лет на двадцать...