Забери моё одинокое сердце

Того, как футболка липла к задней стороне шеи, почти хватало, чтобы отвлечь Эндрю от боли в позвоночнике, вызванной сидением на трибунах в течение последних двух часов. Он уже раза четыре вставал, чтобы пройтись и размяться: один раз в туалет, второй раз, чтобы сбежать от Кевина, и дважды, чтобы поговорить с Нилом. Наблюдать за тем, как тот кувыркается всеми возможными способами, стало не так пугающе, как только Эндрю осознал, что сломанное ребро и ранение от пули полностью зажили и Нил готов к тренировкам. Тем не менее, у него всё внутри напрягалось от осознания того, что Нил не такой крепкий, каким когда-то казался. Кевин недовольно застонал рядом. От этого звука Эндрю инстинктивно захотелось встать и уйти, но вместо этого он сделал медленный вдох и задержал дыхание на несколько секунд, чтобы не выдать ненужный комментарий. Работа над дыханием — это всё влияние Бетси. Он сомневался, что это на самом деле будет работать, но лучше так, чем никак. — Он не может тратить на это всё свое время до начала сезона! А если он что-нибудь сломает?! — воскликнул Кевин, указывая в сторону поля. Эндрю сразу нашел глазами раскрасневшегося и решительно настроенного Нила, который стоял на руках вверх ногами, пока его товарищи по команде соревновались между собой. Потребовалась ещё секунда, чтобы заметить, что Кейтлин тоже делает стойку на руках в нескольких шагах от него, хотя её движения казались более неуверенными. Эндрю не до конца понимал, почему эти двое разговаривали в школе и на тренировках по легкой атлетике, продолжая игнорировать друг друга во всех других местах, но он чуть ли не сразу расхотел в этом копаться. Жан заканчивал старшую школу в Калифорнии, и Нил был единственным из всей группы, кто остался в старшей школе Пальметто. Этого было достаточно, чтобы не критиковать его взаимодействия с Кейтлин. Кроме того, она так удивилась, что Эндрю не знал, что она на год младше их с Аароном, что этот факт оказался последним, который он хотел о ней знать. Нил грациозно опустил ноги, вытер ладони о шорты и убрал волосы назад с помощью своей отвратительно завязанной банданы. Локоны торчали по бокам, а один из них падал ему на глаза, подпрыгивая, когда он кивал в ответ на чьи-то слова. Его шрам на ухе из-за всего этого также стал более заметным, подчеркивая плавный изгиб шеи, и, когда Эндрю подходил достаточно близко, он мог разглядеть засос, оставленный прямо за ухом. Эндрю подавил ухмылку. — Он переживет. Кевин нахмурился и скрестил руки на груди, стреляя в него яростным взглядом. — Ему необходимо сохранить стипендию, Эндрю. Ты, как никто другой, должен хотеть, чтобы она у него была. И Эндрю был уверен, что Нил её не лишится. Несколько ранок никак не повлияют на его способность опережать остальных учеников школы и обгонять любого в команде. В конце концов, он научился бегать, как только встал на ноги. Нил почувствовал его взгляд издалека, что было понятно по легкой загадочной улыбке, которая появилась на губах, которые он сосредоточенно кусал, наблюдая за оживленно болтающей и размахивающей руками Кейтлин. Она остановилась, поняв, что потеряла его внимание, и повернулась, чтобы посмотреть, на кого или что он смотрит. Губы Нила растянулись в широкой лисьей улыбке. Эндрю услышал, как тренер окликнул его по имени. Нил мгновение того игнорировал, пока подносил два пальца к виску в насмешливом приветствии, адресованном трибунам, после чего откинул ещё несколько прядей с лица... Эндрю больше всего любил трогать эти волосы. Он покрепче сжал пальцами край сиденья между колен. Как же он ненавидел эту бандану.

***

Когда Рене высадила Нила возле дома Эндрю, Кевин хорошенько его отчитал, напомнив, как сильно ему нужна стипендия по легкой атлетике, если он хочет поступить в колледж осенью. Это была ведущая ни к чему тема, из-за которой они с Кевином уже спорили в тот раз, когда Нил хвастался новым акробатическим трюком на заднем дворе Эндрю на следующий день после того, как записался в команду Пальметто. Учиться в том же колледже, что он, Аарон, Кевин, Мэтт и Дэн, казалось нелепым. Остальные старшеклассники сбежали из Пальметто при первой же возможности — а Эндрю едва имел желание менять местную школу на колледж, что находился в тридцати минутах езды. Для Нила, однако, это не было трудным решением. Оставаться достаточно близко к дому, но в то же время иметь возможность самостоятельно выбирать свой путь было захватывающей возможностью. И хорошо, ведь Эндрю отвесил бы ему подзатыльник, если бы Нил решил просто повторять за ним. Сегодня Нил не обращал внимания на упреки Кевина. Было не до конца ясно, потому ли, что тот говорил в его глухое ухо, или потому, что Нил смотрел только на Эндрю... Кажется, Нил вообще ни разу не пользовался слуховым аппаратом за последние две недели. Когда он закрыл дверцу машины, стало заметно, что футболка прилипла к его спине — которая, судя по всему, была ещё мокрой после душа, потому что он, вероятно, едва вытерся полотенцем. Влажные волосы образовали маленькие колечки около ушей и лба, а в остальных местах взъерошились от майской влажности. Эндрю ждал, сидя на крыльце и крутя на пальце кольцо — украшение, предназначенное для того, чтобы теребить его, когда хочется закурить, а также подарок Бетси в обмен на фарфоровую фигурку пчелки, которую он нашел в магазине, где всё по доллару. Если бы прошлым летом Нил не вздрогнул, когда Эндрю закурил сигарету, он, вероятно, сидел бы на крыше дома и курил. Мэтт привлек внимание Кевина, попав ему футбольным мячом в живот. Нил остановился перед Эндрю и опустил взгляд на его кольцо. Он никак не прокомментировал появление этого украшения, он никогда не комментировал такие вещи, с помощью всех маленьких деталей узнав, почему оно появилось у Эндрю. Вместо этого он сел рядом с ним, плечом к плечу, и достал из кармана бумажник. Сочетание повязок на предплечьях — старых повязок Эндрю — и футболки придавали его коже более загорелый вид. Он знал, что совсем скоро обнаружит на коже Нила следы от его спортивной формы, по линиям которой он загорел. Он сделал мысленную пометку высмеять Нила за это позже. — Угадай, что мне пришло сегодня? — спросил Нил. Эндрю вскинул бровь и протянул руку в ожидании. — Паспорт. Смешок Нила выдал его с головой. Он с гордостью передал документ, глядя на него с восхищением. «Нил Абрам Джостен». Фотография выглядела как снимок из какой-то криминальной сводки — во всем виноват ледяной взгляд и спокойное лицо Нила. Яркие глаза обрамленные темными ресницами, выгоревшие веснушки, шрам, пересекающий переносицу, и розовое пятно от ожога на скуле. Если честно, Эндрю хотел сделать копию этого снимка, чтобы носить в своем бумажнике. Было бы глупо говорить, что Нил выглядит круто на этом фото, поэтому он остановился на том, что он выглядит горячо. В конце концов, у него было право так думать: Нил был его парнем. — Я думал, ты не захочешь оставлять себе эти имя и фамилию, — заметил Эндрю. Нил пожал плечами. — Не то чтобы у меня был выбор, — сказал он, затем загорелся новой мыслью и спросил: — А почему тебе не пришлось менять фамилию? Эндрю бросил на него быстрый взгляд и вернул удостоверение. То, что Эбби и Ваймак усыновили его в прошлом месяце, было больше связано с тем, что так ему будет легче решать финансовые вопросы в колледже (потому что он будет не сам по себе), чем с его желанием подтвердить самому себе, что он наконец стал чьим-то законным сыном. Ему предложили стипендию, близкую к полноценной, благодаря его результатам выпускных экзаменов, среднему баллу и другим грантам от школы — этих достижений оказалось явно больше, чем у Аарона, — но колледж стоил дорого. «Близкой к полноценной» было всё равно недостаточно, когда Эндрю должен будет пять тысяч за семестр. Он не был настолько упрям, чтобы игнорировать тот факт, что нуждается в помощи Эбби и Ваймака. Это не сделало их всех менее эмоциональными, когда Эндрю впервые поднял эту тему. Несмотря на его твердую решимость, подписанные бумаги и выход из здания суда (в этот раз по хорошей причине), наконец-то разрешение, которое он дал Эбби, на то, чтобы сделать семейное фото вне дома без его ворчания, — но с ощущением руки Аарона, обнимающей его за плечи, и с взглядом на гордую улыбку Ваймака, — сняло с его плеч такой тяжелый груз, что он чувствовал, как слегка дрожали его пальцы, когда он переписывался с Нилом той ночью. Эндрю сделал правильный выбор, но даже в этом случае о смене фамилии без Аарона не могло быть и речи. Нил это знал, Эндрю не сомневался. Если он хотел получить подробности, всё, что ему нужно было сделать, это спросить. — Потому что я совершеннолетний, — таким стал его ответ. — Теперь я тоже совершеннолетний. Эндрю прищурился. — Твой отец возглавлял ОПГ, и ты вышел из Программы Защиты Свидетелей. Нил снова пожал плечами, на этот раз небрежно, и позволил легкой улыбке появиться на лице, показывая, что все его расспросы были не то чтобы серьезными. — А ты просто любишь своего уродливого близнеца. Эндрю яростно боролся с желанием выдохнуть пару рвущихся наружу смешков и оттолкнул лицо Нила, когда всё-таки проиграл битву, выдав широкую ухмылку. Но Нил, будучи Нилом, сразу же вернулся в его личное пространство. Он склонил голову к Эндрю, оставляя нежный поцелуй на его плече. Голубые глаза блестели, когда он снова их поднял, скрестил руки на коленях и уложил на них голову. Его щека, как всегда, мило приплющилась, вжимаясь в руку. Эндрю склонился ближе, скользнул рукой вверх по спине Нила и провел по мягким завиткам у затылка. Когда он нежно скользнул пальцами глубже, эти волосы, мягкие и блестящего медного оттенка из-за лучей солнца, скользнули между ними. Нил беззастенчиво улыбнулся в ответ, теплый и раскрасневшийся, он нежился под прикосновениями Эндрю, как кот, принимающий солнечные ванны. — Что-то не так? — прошептал Нил. И, что ж, всегда можно было придумать что-то, что было не так: кошмары, которые частенько к нему подкрадывались; то, как он боялся курсов криминалистики, на которые записался осенью; дождь, который, предположительно, будет лить всю грядущую неделю. Но ветерок позднего весеннего дня что-то шептал в кронах деревьев и между покосившимися домами по соседству, унося с собой все ненужные заботы и расслабляя Эндрю. После многих лет мучительной пустоты и саморазрушения он хорошо узнал, что такое накапливающийся жар в животе и что происходит, когда он распространяется вверх по груди, словно маленькие искры от костра, подхваченные ветром. Так что, на этот раз, всё было так. Не было необходимости бежать или драться. Под кроватью не было никаких монстров, кроме тех, которые растворялись, как только он открывал глаза и слышал тихий голос и мерцающие глаза. Только ровный ритм сердцебиения, учащающийся из-за Нила, тепло заходящего солнца на его коже и осознание того, что его семья, по крови или выбранная им самим, в безопасности. Факт того, что о них всех заботятся. И о нем самом тоже. Эндрю заметил, что Нил собирается пошевелиться — высвободить руку и показать жестами то, что они предпочитали не говорить. Он резко прервал желание Нила двинуться, потому что просто не смог удержаться и наклонился вперед, целуя его в уголок губ, задержавшись там на мгновение, прежде чем выпрямиться и мягко дернуть его за волосы. — Тебе нужно подстричься.