Золотая лира

И вот, начиная с тех самых пор мы, по возможности, старались встречаться регулярно — в час ночи, когда вся моя семья начинала видеть десятый сон, я сбегала из дома. Полчаса спустя, я тихонько подходя к её дому, звонила в дверь. Коко, зная что это я, открывала дверь и только увидив мою улыбку, срывалась с цепи — не прекращая целовать мои губы и поднимаясь в её комнату, мы запираясь на все замки, до дрожи в теле занимались любовью и только настанет утро, целуя коко в губки, я уходила домой. Но вот однажды, моя отлаженная система дала сбой и одна из вылазок окончилась провалом — родители, заметив, что их дочь постоянно пропадает по ночам неизвестно где, решили проследить за мной. В одну ночь, мой папа услышав, что входная дверь открылась, одевая куртку и терпеливо выжидая, пока я покину дома, вышел за мной следом. Проследив за мной, он заметил, как я захожу в дом подружки. И вот, подойдя к окну, у моего отца зашевилились волосы на голове — он думая, что его дочь пример невинности, воочию наблюдал, как я, развлекаясь с одноклассницей, придаюсь комбинированному греху. Вернувшись домой, папа, меряя в раздумьях прихожую длиными шагами, ждал моего возвращения. Мама, спускаясь из спальни и увидив злого мужа, спросила его: «Милый, а ты почему не спишь?» Мой отец, сцепив руки в замок, решил начать издалека и присаживаясь за стол, задал моей маме вопрос: «Дорогая, а ты вкурсе, что наша дочь сбегает из дома по ночам?» Мама, присаживаясь к нему за стол, поинтересовалась: «И зачем она это делает?» Папа ответил: «Хорошо, что ты села на стул, милая — наша дочь лесбиянка. Она развлекаеться со своей одноклассницей у неё дома.» В это время открылась дверь и я, думая что родители спят, уже хотела подняться в свою комнату, вздрогнула, услышав голос отца: «Химэ маруяма, нам нужно серьёзно поговорить.» Родители, садясь за стол и смотря мне прямо в глаза, задали вопрос: «Химэ, зачем ты уходишь из дома по ночам?» Я же, думая, что они не вкурсе, с улыбкой соврала: «Я гуляю и смотрю на звёзды.» Отец же, поднявшись и хлопнув ладонями по столу, прорычал: «Не ври мне — я знаю, что ты ходишь к однокласснице и трахаешься с ней.» Я пряча глаза и начиная рыдать, прошептала: «Я люблю её.» Отец начиная терять тепение и закипая, уже хотел поднять на меня руку, как внезапно мама остановив его, сказала: «Дорогой, а ты помнишь, как мы ходили на свидания — мои родители тоже были не согласны с моим выбором но я всё равно тайком от них встречалась с тобой и в конце концов мы сыграли свадьбу. И вот, вскоре у нас появилась Химэ. Я до сих пор помню, как ты любил играться с ней, пока она была младенцем — кормил её из бутылочки; менял подгузники; качал на руках, когда она плакала. Я же только изредка брала её к себе во время сна.» Остыв от приятных любому родителю воспоминаний и опустив руки, отец велел идти мне в свою комнату. Я же, выдохнув и поднимаясь на второй этаж, открывая дверь своей комнаты, вся в слезах падаю на кровать, горюя лишь об одном — я больше не смогу увидиться со своей принцессой.