Вот, что значит любовь

Через несколько недель Даня и Алина случайно встречаются в подъезде. Она выглядит спокойной, собранной, но в её глазах больше нет прежней искры. Он пытается заговорить с ней, но чувствует, что она стала другой — более отдалённой, более закрытой. — Как нога? — спрашивает он, неловко. — В порядке, — коротко отвечает она. — Прости, мне пора, ученики ждут. Хорошего вечера! — И тебе… В этот вечер ДК, как обычно, запустил стрим. Чат разрывался от вопросов и комментариев: — «Дань, глянь новый видос Моргена !» — «Чё думаешь, у него реально крыша поехала или просто хайпится?» Даня со смехом открыл ролик, и в течение следующих полутора часов они вместе с аудиторией разбирали каждый кадр, обсуждая теории, мотивы и, конечно, ходы на хайп. — «Ну чё, ребят, как думаете? Это опять его шумерские приколы или он реально...» — Даня задумался, проведя рукой по лицу. — «Ну я вам давно говорил, что этим и закончится. Я видел Алишера насквозь еще, когда он на шоу Данилки Кашина приходил» Чат забился смешками и мемами, а Даня, привычно подхватив их волну, продолжил разгон. Спустя шесть часов стрим всё-таки подошёл к концу. Даня потянулся и выключил веб-камеру, оглядываясь по комнате. — Ну и хуета, — выдохнул он сам себе, вставая со стула. Он вышел на лестничную площадку покурить и обнаружил, что в пачке не осталось сигарет. —Бляяяять, — пробормотал он, глядя на пустую пачку. Он направился к мусорному ведру, чтобы выбросить её, но вдруг заметил на краю полки в прихожей знакомую пачку. Это были те самые сигареты с гвоздикой, которые она дала ему в первый вечер. Даня долго вертел её в руках, будто в ней хранилось какое-то особенное воспоминание. Его мысли вернулись к тому дню, к её смеху, к тому, как они вышли на первый снег. Он медленно опустился на пол, всё ещё сжимая пачку. — Мне её не хватает, — наконец выдохнул он вслух. Даня поонял, что не может больше оставаться один с этим всем. Он достал телефон и набрал номер своего старого друга Ильи, человека, который знал его как облупленного. — Алло? — голос Ильи прозвучал слегка сонно. — Приезжай, нужно поговорить. — Голос Дани был низким и усталым. — Ты что, умереть собрался? Уже второй раз за месяц звонишь. Ладно, жди. Через полчаса Илья уже сидел напротив него за столом с банкой пива в руках. — Так, выкладывай. Что на этот раз? — Илья внимательно смотрел на друга, явно пытаясь понять, насколько серьёзна ситуация. Даня провёл рукой по лицу, пытаясь собрать мысли: — Алинка... я облажался. Илья ухмыльнулся: — Ты? Облажался? Ничего нового. Давай, подробности. — Она пыталась помочь мне, Илюх. Видела всё это дерьмо. Даже когда я сам себя ненавижу, она... не уходит. И знаешь, что я сделал? Я наорал на неё, сказал, что она не знает меня, что не нужна мне её помощь. Илья посмотрел на него с явным недоверием: — Ты серьёзно? Даня молча кивнул. — Ты полный идиот, Кашин. Ты хоть понимаешь, какие девушки в принципе в твоей жизни появляются? Силикон, хайп и полное отсутствие мозгов. А эта... Она что, побежала выкладывать ваши перепалки в сеть? Нет. Она рядом. Даже с твоей хренью. Даня закурил, избегая смотреть на друга. — Думаешь, я этого не понимаю? Но... я сломан, Илюх. Не хочу тянуть её в это дерьмо. — А ты уверен, что это не она тебя тянет наверх? Может, ты не настолько сломан, как себе придумал? Даня впервые за долгое время замолчал, обдумывая эти слова. Проводив Илью, Даня вернулся в квартиру и долго сидел, глядя в пустоту. Его мысли были громче любой музыки, которую он пытался включить, чтобы отвлечься. — Ладно... — выдохнул он, поднимаясь. Он достал из шкафа куртку и отправился в ближайший цветочный магазин. В магазине он долго выбирал цветы. В конце концов, взгляд упал на гипсофилу — невесомые, лёгкие, как сама Алина. Когда он вернулся домой, он аккуратно положил букет перед её дверью. В записке он написал: "Завтра, 20:00. Кофейня на углу. Просто приди. Я хочу начать всё сначала. — ДК» Он задержался у двери ещё на мгновение, затем развернулся и ушёл.