До последней капли.

(Приятного прочтения) Танджиро Камадо — паренёк с серьгами Хинафуда — шагал по лесной тропе, храня в себе спокойствие. Они с друзьями направлялись на новое задание, и, как всегда, рядом выл Зеницу. — Танджирооо! Мне страшно! Опять этот демон, опять смерть!.. — заламывал руки блондин, вцепившись в его хаори. Танджиро обернулся, глаза у него были тёплые, голос — спокойный, хотя в груди уже что-то начинало сжиматься: — Зеницу… всё будет хорошо. Нас трое. Я, ты и Иноске. Мы справимся. Если что — я тебя защищу. Он улыбнулся, стараясь подбодрить друга, и шагнул вперёд. Спереди уже гремел голосом Иноске — его было слышно даже через деревья: — Да где же этот грёбаный демон?! Я ХОЧУ СРАЖАТЬСЯ!! СРАЖАТЬСЯ!!! Он махал катанами, будто вызвал бурю. Танджиро дёрнулся от очередного вопля, не выдержал: — Хватит орать, Иноске! Скоро найдём, не волнуйся! Тишина повисла странная. Зеницу перестал ныть и посмотрел на него исподлобья — в его взгляде было что-то... колкое. А Иноске лишь ухмыльнулся. — Ого! Да ты взбесился, Кампачиро! Наконец-то! — гордо рассмеялся он, будто это была его победа. Танджиро помолчал, вздохнул и мягко произнёс: — Нет, Иноске. Я просто крикнул, чтобы ты услышал. — Врёшь! Ты сорвался! Видишь? Не такой уж ты и добрый! — закричал тот, будто обличая его. Танджиро на секунду замер, глаза его слегка расширились. "Он так думает?.. Что я… не добрый?.. Или просто не верит..." Зеницу потянул его за рукав: — Эй… ты в порядке?.. Но Танджиро уже уловил этот запах — гниль, кровь, страх. Он вдохнул глубже. Да, это был демон. И совсем рядом. — Нам туда! — резко сказал он и побежал вперёд, туда, где за камнями скрывалась узкая расщелина. — ПОДОЖДИТЕЕЕ!! Танджироооо!!! — вскрикнул Зеницу, дрожа всем телом. Они оказались у пещеры. Снаружи — ничего особенного. Но внутри… Грибы. Много грибов. Они мягко светились, и при каждом шаге издавали нежные звуки — будто кто-то касался клавиш пианино. Мох свисал со стен, воздух был сырой, как после дождя. Всё здесь казалось… чужим. Танджиро медленно повёл взглядом по пещере — и заметил череп в кустах. И тогда — звонкий смех. Пронзительный, как стекло. Из глубины вышла она. Демон. Волосы — цвета свернувшейся крови, руки до локтей — чёрные, когти блестели, как лезвия. От её вида пробежали мурашки. Она усмехнулась, будто устала, но всё же шла вперёд: — Малыши... вы мешаете мне развлекаться. Может, я вами перекушу? Хотя… какая разница. — Меня зовут Камадо Танджиро! — резко перебил её Танджиро, сжав рукоять катаны. Лицо демоницы исказилось. Вены на лбу вздулись. — НИЧТОЖЕСТВО! Не смей меня перебивать!! Я — Янсуки! Запомни. Имя своей смерти! Но в этот момент, как вихрь, сзади налетел Иноске: — ВЫЛЕЗАЙ НА БОЙ, СТРАШИЛИЩЕ!!! — и со всей силы ударил по ней катанами, оставляя кровавые порезы. — АААААА!! Тварь!! — взвизгнула она, попыталась пнуть его ногой, но Иноске, смеясь, отскочил в сторону. — Да насрать! Думаешь, победишь великого Иноске?! — в голос орал он, уже готовя следующий выпад. — НЕ ГОВОРИ НЕЦЕНЗУРНЫХ СЛОВ! — выкрикнул Танджиро, но в этот момент они оба атаковали. Один удар — и её голова отлетела в сторону. — Что?.. Нет… НЕТ!! Я не чувствую тело!! — закричала она, глядя в пустоту. Танджиро сел рядом, тяжело дыша. Смотрел прямо в глаза демону, что медленно превращался в пепел. — За все убийства и страдания… тебя не простят. И я не смогу простить. Но… мне жаль тебя. — НЕ СМЕЙ МЕНЯ ЖАЛЕТЬ!! — закричала она, рыдая. — Почему?.. Почему ты жалеешь?!.. — Я не знаю, — честно ответил он. — Но ты ведь не виновата... Она всхлипывала, и голос её дрожал: — Ты добрый… Но тебя никто не пожалеет. И никто не поможет… И исчезла. Пепел рассыпался по камням. Танджиро замер, смотрел в пустоту. “Никто не поможет?.. Никто не жалеет?..” Он почувствовал, как что-то горячее стекает по подбородку. Кровь. Кашель. Потом снова кровь. — Зеницу… Иноске… — хрипло произнёс он. — Э?! — Зеницу подскочил. — Танджиро?! У тебя кровь!! — Всё в порядке... — выдохнул Танджиро и рухнул на колени.

***

Позже. Поместье Бабочки. — Танджиро. Как ты себя чувствуешь? — Шинобу подошла ближе, посмотрела внимательно. — Всё хорошо, Шинобу-чан, — выдавил он сквозь кашель. — Правда... “Что значило: никто не жалеет?.. Иноске, Зеницу, Незуко... они же рядом...” Шинобу прищурилась: — Ты странный сегодня, Танджиро. Тебя что-то беспокоит? Он опустил взгляд: — Ну… почти всё нормально... — Ладно, я пойду. Отдохни, — сказала она, мягко улыбнувшись и вышла. Танджиро встал. Выйти в коридор, просто пройтись. Может, станет легче... Но он услышал голоса. — Зеницу, как ты себя чувствуешь? — спросила Аой. — Нормально, дорогая Аой~ — протянул он с дурашливой улыбкой. — А Танджиро?.. — голос Аой стал тише. — Э… если честно… мне всё равно. Я не проверял... — Понятно. Просто я не хочу к нему идти… …Тишина. Танджиро застыл. В груди как будто пусто. “Мне всё равно?.. Не хочу идти?..” Он отвернулся, пошёл в другую сторону. Мысли путались. “Может… я всем надоел?.. Или мной просто пользуются?..” Он покачал головой: — Нет… Я просто себя накручиваю... Но почему тогда так больно? Он вышел на улицу. Шёл дождь. Он был босиком, в пижаме — и ему было всё равно. Капли лились на лицо, прятали слёзы, которых он не хотел признавать. — Камадо! — раздался знакомый голос. — Мальчик мой, ты что творишь? Заболеешь же! Танджиро обернулся. Ренгоку. Словно солнце, пробившееся сквозь тучи. Он подошёл, мягко взял за плечо: — Понимаю, свежий воздух полезен… Но босиком и в дождь? Если Кочо узнает — тебе не сдобровать. Танджиро чуть улыбнулся, слабо: — Прости, Ренгоку-сан... Я просто... не думал... Ренгоку смотрел внимательно. От него пахло жаром и чем-то… надёжным. — Камадо. Ты должен переживать не только за других… но и за себя тоже. Слышишь? Танджиро молча кивнул. — Хорошо, — сказал Ренгоку. — А теперь марш в комнату! — До свидания, Ренгоку-сан… — прошептал Танджиро, уходя в дом. Но даже сейчас… он не знал, почему сердце так болело.