В оковах

Нет. Мия поспешно открыла глаза, вырываясь, насильно, из этой дремы. Нельзя. Никакого сна. Боже, сколько оставалось времени… Она быстро приподнялась на локте, несмело посмотрев в сторону часов… Еще было время. Пусть даже немного. Мия тихо выдохнула и, помедлив, переключилась на Джереми. На свое сонное создание… Это ведь из-за него они заснули. Джереми так ласково поглаживал ее по голове, что в какой-то момент не удалось сдержаться. Хотя, даже если и так, она не могла винить его. Мия разглядывала его лицо еще пару минут и неторопливо прижалась обратно щекой к его груди, чувствуя покой, возвращаясь к нему… — Мия, — прошептал Джереми, и она приподняла голову, поглядев в любимые глаза и немного улыбнувшись. Он шмыгнул носом и потер глаз. — Мы уснули… — Как видишь, — безрадостно отозвалась Мия. Подходящая фраза, в каком-то смысле. Им не стоило делать это, ведь Мия хотела видеть, чувствовать Джереми всю их встречу, не тратя время на сон. Глядя в глаза, она поняла, что Джереми знал, о чем ее мысли. Он вздохнул и не нашел ничего другого, кроме как сказать: — Это не было лишним. Мы отдохнули. — Вечная работа не могла не забирать силы, и это был просто факт. Он переживал о Мие в первую очередь. Она только слабо улыбнулась и опустила взгляд. — Я отдыхаю с тобой. Ее вид был не лучшим, а тихий голос, как в основном, добивал окончательно. Джереми молча наблюдал за тем, как она, внезапно присмотревшись к нему, приподнялась и поцеловала между бровями. — Пожалуйста, не хмурься, — там, где у него образовывалась складка при этом деле. Он перестал, но это не изменило настроения. Увы, нет. Джереми, так же, как Мия, потерся об ее лоб своим, подумав о времени… Он посмотрел на нее. — Скоро. — Ему даже не хотелось проверять. Он знал наверняка, так что не стоило. Мия не отозвалась, встречаясь с ним глазами. Ее были наполнены практически всей грустью мира, несмотря на то, что она привычно немного улыбалась… — Мия, послушай, — Джереми взял ее за локоть прежде, чем она смогла бы отстраниться, догадываясь, о чем пойдет речь, и удерживал, чтобы она осталась с ним. Мия не хотела. Она не хотела обсуждать это. Ни к чему. Это было уже выяснено, время назад. К этой теме не стоило возвращаться. — Не надо, — так и сказала она. Мия читала по его взгляду, что лишь об этом он и хотел поговорить. Вновь разрывать ей сердце, пусть даже он не хотел этого. Но иначе она воспринимать это не могла. Она все-таки мягко освободилась, в темпе пытаясь найти другую тему для разговора, но Джереми любяще приложил к ее щеке руку, и ей потребовалось много сил, чтобы не расклеиться. — Надо, — тихо ответил он. — Нам надо. Только так все закончится. Изменится. — Нет, — резко сказала Мия. Более резко, чем ожидала от себя… С другой стороны, учитывая ее постоянные переживания, удивляться не стоило. — Нет. Не надо, и точка. Жирная точка. Поставленная, опять-таки, еще до этого. Джеру просто следовало это принять и перестать упоминать об этом. Все было так, как было, и все было хорошо… — Я не хочу, чтобы ты возвращалась к нему. Понимаешь? — все равно заладил он, и Мия быстро закрыла глаза, пытаясь держаться. Было очень тяжело, но стоило держаться. — Ты возвращаешься… Мы сколько-то времени вместе, а потом ты возвращаешься к нему. От слышимой боли в любимом голосе делалось только хуже. Мия не отвечала, по сути и не находя, что отвечать на это, но потом взглянула на Джереми и, чувствуя, как наполняются слезами глаза, сказала: — Ты пострадаешь. Я не хочу этого. А я не хочу этого. Ты понимаешь? — У нее сломался голос на последней фразе, но было все равно. Она начала подниматься, не зная, что собиралась сделать, но точно зная, что сейчас разревется. — Какой смысл в моей жизни без тебя? Джереми поднялся и прижал Мию, принявшую было вырываться, к себе. Он заключил ее в объятия, уткнувшись носом ей в плечо… Она отодвинулась, но уткнулась в его грудь, продолжая плакать. Ему хотелось присоединиться. Порой на него тоже, лишь порой, так же накатывало это бессилие, а слезы, как известно, если не помогают избавить от проблем, избавляют в какой-то степени от душевного груза. Он передумал. Не сейчас. Не с Мией. Ей и так было тяжело, и не хотелось обострять. Он прождал, когда она успокоится, весьма быстро, и оперся лбом на ее лоб. Мия тихо всхлипнула еще несколько раз и улыбнулась. Снова. Тогда он осторожно поцеловал ее. И она таким же образом ответила, обхватывая руками его лицо. — Прошу… — сказала Мия через паузу, при которой они просто сидели почти вплотную. — Давай не будем тратить время на это. Потратим его не напрасно. Джереми по-прежнему не считал, что обсуждение подобного — напрасное дело, но… отступил. Мог бы начать давить, чтобы они углубились в их главную ситуацию для ее решения, но отложил на другой раз. Скорее глупый поступок, он не спорил, но ему было тяжело смотреть на страдания Мии. Он все-таки посмотрел на часы. — Давай, — согласился он, перестал поглаживать ее по затылку и вгляделся в нее. — Чего ты хочешь? — Я… даже не знаю, — Мия отстранилась, покопалась в сумочке на шкафчике и, вынув платок, высморкалась и широко улыбнулась от этой нелепости… в этот раз совершенно искренне. Она прильнула обратно к слабо улыбающемуся Джереми, положила голову ему на плечо и очень нехотя проверила время. Оно так жестоко утекало. — Тебя, — прошептала Мия и повернулась. — Я хочу тебя… Как всегда. Существовало единственное, и это то, как она нуждалась в нем. Мия блаженно закрыла глаза при очередном поцелуе, убрала руки назад от прикосновения рук к талии, отдаваясь… Поцелуи Джереми последовали дальше, к щеке и виску. Такие же легкие и успокаивающие. Мия чувствовала, как расслабляется все сильнее. Она нисколько не противилась, когда он уложил ее на спину, провела по его руке от тыльной стороны ладони до локтя… Джереми коснулся пряди ее волос, но не убирая. Улыбнулся уголками губ. Мия знала, что ему нравилась ее взъерошенность. Она нарочно, пользуясь случаем, поводила головой по подушке, растрепывая волосы еще сильнее. — Эй! — Джереми выдал смешок, и Мия ответила тем же. — Прекрати. — Не хочу, — произнесла она, но все-таки перестала от более глубокого поцелуя в губы… Джереми чмокнул их вновь, и она стала проделывать это с его губами, пока он поглаживал ее плечи. Практически от каждого его прикосновения, ласкового, не грубого, у нее шли мурашки. Ей хотелось и наблюдать за его руками, и смотреть ему в глаза, и главным образом она предпочитала все же второе. Мия коснулась его груди, прямо в центре, а пальцы второй руки запустила ему в волосы, наслаждаясь их мягкостью. Она прекрасно помнила, как попробовала их на ощупь в первый раз… Это было одним из приятных для нее воспоминаний. Джереми склонился и поцеловал ее в участок тела повыше груди… И, бесспорно, заметил, как Мия выдохнула от этого. Он пару раз чмокнул ее шею, приподнимая и обвивая руками. Она была здесь. С ним. Еще на недолго. Джереми пытался запечатлеть эти мгновения у себя в голове как только мог… Бывало, они делали совместные фотографии, для усиления эффекта, но сейчас можно было обойтись без них. Сейчас он просто хотел ощущать ее. Тепло ее кожи, ее дыхание, ее мурашки. Все это было обыденным, но на деле имело немаловажное значение. Он склонился к ее лицу и слегка поцеловал в губы, надеясь, что она почувствует себя в большей безопасности, что ей не грозит ничего. Только ему хотелось закрыть ее так собой насовсем, чтобы это чувство не покидало ее никогда. Мия слабо улыбнулась, смотря ему в глаза, и, кажется, поняла, о чем его мысли. Джереми погладил ее по нежной щеке… приподнялся на руках и начал спускаться ниже. Она была перед ним обнаженной, но не только в буквальном смысле. Он знал о ней все. Все ее недостатки, достоинства, мечты. Каждую крошечную деталь. Он разгадал ее… И это никогда бы не удалось сделать тому, с кем она жила. Все, что он мог, это привносить в ее жизнь страдания. Джереми перестал поглаживать область ключиц и оставил поцелуй выше левой груди, и еще один и еще один, пока не перешел к соску. Мия вздрогнула, как и обычно это бывало. Он ласкал твердый сосок, чувствуя, как она поглаживала его по голове. Руками в то же время он медленно касался ее боков… Ему опять захотелось сказать одно короткое слово. «Останься». Вот только в предпоследний раз, когда это произошло, из этого ничего хорошего, мягко говоря, не вышло. В последний раз — удалось, но раз на раз не приходится. Риск был высок. Так что Джереми оставалось смириться с этим и пока довольствоваться чем есть. Он задержался в месте теперь пониже груди, с левой стороны, и положил на пару секунд голову. Мия не сводила взгляда. Она перебирала его волосы, второй рукой водила по плечам… По части спины, до которой дотягивалась. Она могла делать это часами, и ей не надоедало. Совсем нет. Сейчас она наслаждалась тем, что делала, а потом, уже в одиночестве, без него, вновь придется, уединившись в тесной ванной или отвернувшись будучи в кровати от… нелюбимого человека, только уже слыша его равномерное дыхание, немного выставив вперед руку, представлять эти прикосновения к дорогому телу. Мия покосилась на часы, быстро отводя глаза и дотронувшись до уха Джереми. Она немного улыбнулась, когда улыбнулся он. — Тебе нравится? — Временами она касалась так и догадывалась об ответе. Вопрос был даже скорее риторическим. Джереми поднял лицо, смотря на нее этим взглядом… От него одного у нее все трепетало внутри. В такие моменты она особенно остро чувствовала, как радостно подпрыгивало сердце, а сама она, растворяясь в этом облаке, утопая в нем, могла дышать, жить. Ничего не могло быть прекраснее этого чувства. — Да… — отозвался Джереми, и Мия наблюдала, как он спускается ниже, вскоре оказываясь между ее ног. Она слегка завозилась от поцелуев в бедро, потом в другое, и несмотря на то, какие они были… практически невесомые, они вызывали такую реакцию. Похожее испытывал и Джереми, она знала это. У нее закрылись глаза сами собой, от губ, перешедших… Мия тронула простынь, дотянулась до теплой руки, сжав пальцы. Опустила взгляд, смотря за тем, как начала гладить костяшки. Чаще забилось сердце. Мия подняла ногу, носком ласково касаясь спины Джереми. Она не переставала немного ерзать… Все ее тело было полностью расслаблено. Джереми чувствовал это. Он взялся обеими руками за бедра, водя пальцами, и заработал языком активнее, в скором времени услышав стон. Тогда он делал это еще немного, прежде чем несколько раз поцеловать лобок и подуть на то, что ниже… Он поводил и по животу, думая о своем. Мия погладила его по щеке, и когда он понял, что она хотела, чтобы он вернулся, он вернулся, нависнув над ней. Джереми касался ее щек, скул, нежного подбородка, шеи. Он прервал зрительный контакт, посмотрел на губы и мягко поцеловал их. Еще одно прекрасное мгновение. Далее он поводил по ее плечам, сильнее расслабляя и эту часть тела, и приподнял Мию, бережно прижимая к себе. Она обхватила его за спину, оперлась щекой, и они просто посидели в этой позе, наслаждаясь друг другом. Джереми, улыбнувшись, потерся носом об ее висок, отчего Мия посмеялась, задрала голову и поцеловала его. Тогда он ответил, беря ее за затылок и укладывая назад. Она взяла его за руку, и он, долго не думая, переплел их пальцы. Прямо сейчас, как и обычно при их встречах, на ее пальце не было кольца. Джереми все-таки вздохнул, не выдержал, и поднес руку Мии к губам, посмотрев на нее. Как и все остальное, они обсуждали и эту тему, и она знала все и так. Поэтому он только прижался губами к ладони, ощущая ее тепло… Кончики ее пальцев стали щекотать ему щеку, и Джереми улыбнулся, отвлекаясь от мыслей. — Иди сюда, — он склонился к Мие и быстро поцеловал губы, растянутые в улыбке. — Негодница… Нет? — переспросил он, потому что она издала горловой звук, отрицающий это. — Нет, — сказала Мия, и она все еще была несерьезной… Ему хотелось видеть ее такой как можно чаще. Вещь, что можно осуществить так легко. И в то же время нет. Джереми понимал, что этот шаг, через который придется пройти, будет непростым. Он трогал ее лицо, разглядывал малочисленные любимые родинки, поцеловал кончик носа, в то время как вошел в нее. Мия слегка напряглась, но вот уже расслабилась, прикрыв ненадолго глаза, запрокинув голову. Джереми воспользовался этим и уделил внимание ее подбородку. Он вслушивался в ее дыхание, ставшее более прерывистым, и медленно двигался, хотя прекрасно помнил о времени. Все равно. В эти минуты они были вместе. Остальное можно опустить. — Иди ко мне, — пробормотала Мия в свою очередь и, чуть приподнявшись, крепко обняла его за шею. От ее тела сразу же будто стал исходить жар… Когда они оказались в лежачем положении, Джереми зарылся носом куда-то ей за ухом. «Я могу не отпустить тебя», — всплыло в голове, и он с трудом пересилил себя, чтобы не сказать вслух. Чтобы не портить этот момент. Он знал, что тогда тот был бы испорчен. Мия, все так же обнимая, начала целовать его в висок, пока они двигались в одном плавном ритме. Это их регулярное занятие… даже не былом сексом. Истинное занятие любовью, в ее понимании. Она обхватила Джереми и ногами за поясницу, полностью растворяясь, находясь здесь и сейчас, очень пытаясь не думать. Если и думать, то лишь о чем-то приятном. В конце концов, у них было столько веселых и светлых моментов вместе. Те поездки по городу без дела. Их времяпровождение за просмотром фильма, когда она кладет голову Джереми на колени. Как они дурачились и пускали мыльные пузыри. Безуспешно. Как Джереми смеялся над чем-нибудь, забавно похлопывая себя по коленям, и от этого невозможно было отвести внимание. То платье, что они выбрали вместе, она согласилась носить его при их встречах… Она неудачно спрятала его, и ей досталось. Как она, пусть даже когда они стояли в очереди в продуктовом, в лишний раз прижималась щекой к любимой груди и чувствовала себя лучше. Ее игра на его стареньком пианино, когда он всегда сидит сзади и щекочет, а ей приходится с трудом дотягиваться до клавиш… Их поездка на природу, где они преимущественно смотрели в небо и наблюдали за полетом птиц, что были свободны. Улыбка Джереми… Пожалуй, последнее все равно относилось к одним из более ценных воспоминаний. Она и сейчас, чтобы это случилось, потискала его за бока, и он не устоял. Ей самой на душе стало лучше… Мия обхватила его лицо и прижалась к его лбу своим, очень ценя время и сильнее всего не желая, чтобы оно истекало. Когда-то она с волнением следила на выходных, сколько еще можно развлекаться перед началом очередной школьной недели, а теперь все, конечно же, было серьезнее. Теперь все было сложнее. — Джереми, — прошептала Мия, когда он задвигался быстрее. Он поднял голову, и она только поддалась, закрывая глаза и чувствуя его поцелуй в лоб. Она нахмурилась, как бывало при особой остроте ощущений, и взяла Джереми за волосы, слабо стиснув в кулаке. У нее учащалось дыхание, все сильнее. Джереми все же заправил пряди Мие за уши, а после приложил к ее сердцу руку, ощущая сердцебиение… Сейчас оно билось неравномерно, от очевидного, но он также помнил, как оно колотилось, от страха. Он мотнул головой, чтобы отбросить это, и посмотрел Мие в глаза, которая не была бы против. Он сделал бы это без сомнений. Его счастью было хорошо, но можно было сделать еще лучше. Потому Джереми ускорил темп, переводя руку вниз и лаская клитор. Мия тут же дернулась, и он не прекратил, только подводя к этому краю. Она открыла рот, дыша через него, немного запрокинула голову, но все равно смотрела. Он почувствовал пальцы на спине. — Кончаю, — торопливо сказала она и с глухим стоном выгнулась под ним… Джереми обхватил ее груди, поддавшись порыву, и поцеловал между. Поднял голову и переключился на губы, мгновенно получая ответ, ее тяжелое дыхание. — Все хорошо, — всего лишь прошептал он, разглядывая эти глаза, в которых читался весь спектр эмоций. — Дай мне свою руку… — Он сам дотянулся до руки и вплотную прижался губами к ладони, такой нежной, потерся об нее носом. Здесь нечего было думать. Выход из этого положения был очевиден. Уже давно. Это решение следовало, несмотря на сопротивления Мии, приводить в действие. Джереми посмотрел на нее, немного улыбающуюся, еще более расслабленную после оргазма… Он сомневался, что смог бы дальше выносить эти прятки. Так и думая об этом, он наклонился и поцеловал ее, весьма сдержанно, отдавая себе отчет, потому что иначе было ни к чему. Пока что. Правда задвигался уже быстрее. Время. Он сам мог бы обойтись без окончания, как уже случалось, не это было важно, но Мия постоянно хотела, чтобы он так же доходил до этой кульминации. Так и сейчас она взялась за его спину, определенно давая намек. Джереми провел по ее приоткрытым губам и ускорился. — Давай… — тихо произнесла Мия, дотягиваясь до его лица. Она чувствовала, как он подходил ближе, и ждала этого. Чтобы усилить его экстаз, она положила его руки себе на грудь и сама не сдержала стон. Джереми обхватил эту чувствительную область, начиная массировать. — Давай… — Не могу… — начал он, и Мия знала, о чем шла речь. Он почти уже не мог держаться… Вдруг Джереми впился ей в губы, и она тут же ответила, вместе с тем осознавая, какие его толчки резкие. Он замер и простонал ей в рот, а она быстро обхватила его руками, как будто спасая от чего-то… Мия приподнялась первой через несколько минут, все еще обнимая, и посмотрела на часы. Все. Их время вышло. Никаких опозданий… Она знала, что в ином случае ей не поздоровится. Так что она повернулась к Джереми, чтобы сказать — сделать самую сложную часть. — Мне пора… Такая большая разница между двумя фразами: «Я здесь», в начале, и «Мне пора» — в конце. Как она ненавидела последнее. Джереми мотнул головой, но она уже слабо отстранила его, дотянулась до джинс и начала вяло натягивать их. Начиная с этого момента она старалась избегать зрительного контакта, потому что обратное было очень тяжелым. А также старалась не обращать внимание на объятия Джереми сзади, какой трюк он порой проделывал… Весьма часто. — Не надо, Джереми, — пробормотала она, но он обнимал так нежно, что она не устояла, чтобы не прижаться в ответ, на какое-то мгновение, прежде чем отстраниться вновь. — Все… все, хватит. Мне пора. Она вовсе слезла с кровати, торопливо подошла к зеркалу, чтобы причесаться. Ей прекрасно было известно, что Джереми следил за этим, но она не могла подойти и шутливо закрыть ему руками глаза. Уже нет. — Я провожу тебя, — сказал Джереми каким-то далеким голосом. Мия глянула на него, подняла кофту и натянула на себя, подумав мельком об его запахе, что сохранится на некоторое время, прежде чем, конечно же, по прибытии домой, придется избавиться от него, приняв душ. — Нет. Ты знаешь, что я не люблю это. Ей нравилось. Ей нравилось, когда Джереми ухаживал за ней, но не когда он хотел провожать ее, где они расстанутся. Это было всего лишь очередной травмой. Мия старалась не думать об этом. Она натянула куртку и медленно отвернулась от зеркала. Джереми лежал в кровати и с тоской смотрел на нее. — Хотя бы поцелуешь? На прощание. Часы показывали проклятое время. Они с Джереми оттягивали этот момент, когда ей нужно будет собираться, как можно дольше, и теперь на то, чтобы покинуть его квартиру, оставалось не больше трех минут, прежде чем мчаться домой… Мия все равно кинулась к нему, быстро оказавшись у кровати и пылко поцеловав. С глубокой печалью ощущая, как Джереми тянется навстречу, целуя еще более жадно, чтобы очевидно продолжить… Она отпрянула, постояла очень недолго в полусогнутой позе, обхватывая его лицо руками, потрогав его легкую щетину, и в конечном счете поцеловала его в лоб, задержавшись еще на секунду. — Я пошла, — сказала она, но и не пыталась скрыть, что это больно. — Нет… — Люблю, — прошептала Мия быстрее, чем успело бы что-нибудь произойти, и отстранилась, после этого начиная отступать вовсе. Так она добрела до двери комнаты, еще смотря на грустного Джереми, послала ему воздушный поцелуй напоследок и оставила его, а после и его квартиру… Пока шли эти ступеньки, ведущие вниз, дальше от него, она чувствовала знакомую пустоту. Все было нормально. Лучше так, чем по-другому, где исход… может быть намного более печальным. Ни за что. Нет, ни за что. На улице стоял свежий вечерний воздух, но несмотря на это, Мие он показался спертым.