Intrusion │ Вторжение

Подготовка к ритуалу по освобождению Хенрика заняла несколько дней. В качестве дня Х, вопреки всем канонам колдовства, было избрано новолуние. У этого есть вполне конкретная цель: ослабить магию Эстер. Для меня фаза луны не играет никакой роли, а вот для неё, как и для любой обычной ведьмы, особенно мёртвой, это практически ключевой момент. Хотя даже Татья не смогла мне внятно объяснить, в чём именно фишка участия конкретной фазы спутника в магических ритуалах. Вон, мой любимый лунный шифр работает, лишь бы лунный свет попадал, а на фазу вообще плевать. Чёртовы непонятные магические условности. Я расставила вольфрамовые колышки по периметру поляны, затем привязала к ним магические нити и осторожно продела их в некоторые узлы на тех, что связывали Хенрика и разлом. Пока не натянула: это сделаю, только когда начнётся ритуал. Благодаря резонансу нити постепенно будут становиться всё толще и жестче и в итоге должны разорвать узлы. Ну, теоретически, конечно, но расчёт должен оправдаться, примерно так Грета разрушила проклятие на Лунном Камне, хотя там нити ещё и двигались, но тут я пока бессильна: не знаю, как так сделать. А пока узлы будут разрушаться, я отвяжу Хенрика от поляны и привяжу к титановому кольцу с фуллеритом, которое раздобыл Элайджа. И, разумеется, отвяжу ребёнка от Эстер, но это самое простое – всего один узел распустить. Это будет сложно и энергозатратно, но зато даст мне реальный шанс заблаговременно избавиться от Эстер. Тягаться с древней ведьмой по-честному, один на один, я не смогу – это и ежу понятно, а поддержки в лице какого-нибудь ковена или хотя бы кучки неравнодушных колдунов у меня не предвидится. Рядом со мной с тихим отстуком опустилась чашка с ароматным чаем. Я помассировала висок, разгоняя смутное беспокойство. – Спасибо. – Ты не собираешься ложиться спать? – вампир опустился в кресло напротив. Я скосила взгляд на часы. Стрелки безжалостно ползли к часу ночи. Надо бы, конечно, поспать: силы сами себя не восстановят, но паранойя выла под черепушкой, вынуждая вновь и вновь пересматривать выведенные схемы, ища изъян или ошибку. Вся эта затея в целом – чистой воды авантюра. Я никогда такого не делала. Никогда не работала с резонансом, не использовала магию крови, не разрушала чужое заклинание. В случае с гробницей я распустила чары Эмили Беннет, это совсем не то же самое. Тут так просто не прокатит, потому что мне потенциально могут сопротивляться. Надеюсь, Эстер не сможет вмешаться, но это не более чем наивная хотелка. Я не знаю, как ей противостоять в случае, если она рискнёт сделать больше, чем безопасно позволяет её положение. – Насколько она отчаянная? – вопрос вырвался спонтанно. Вампир поднял на меня вопросительный взгляд, – Эстер. Станет ли она рисковать крохами оставшегося у неё могущества ради прямого пути назад в мир живых? Вряд ли разлом полностью удастся закрыть, но, по крайней мере, возвращение после разрыва связи с жертвенной душой будет стоить ей неизмеримо дорого. Я на это надеюсь. Если честно, никаких гарантий нет: у меня фактически отсутствуют опыт, насмотренность, практика, чтобы уверенно утверждать хоть что-то. У меня есть лишь теория, пусть и достаточно крепкая. Только вот это теория чистой магии, а в данном случае мы опасно близко к территории Странников и полулегендарных некромантов – души. Гипотетически, души и магия взаимосвязаны, но не совсем... В общем это очень своеобразная тема. Да, настоящих некромантов как представителей самобытного ответвления магии уже давно не существует, даже Татья могла рассказать о них очень приблизительно. Остались какие-то огрызки заклинаний, но полноценные знания или утеряны, или хорошо сокрыты. Их и при Эстер уже не было, как я поняла. Но вот мы здесь. Не на территории, но определённо где-то на границе невероятно табуированных ведьмовских практик. Я собираюсь уничтожить связь Эстер с Хенриком, одну единственную нить, а также порвать всё то, что удерживает разлом. Но остается ещё несколько нитей, которые ведут в неизвестном направлении. Не зная, где находятся противоположные от Эстер концы, я не могу их уничтожить: нить нельзя на самом деле порвать, только разрушить узел, который её удерживает. Думаю, одна из связей, что уходит за Грань, прямиком к Эстер, ведёт к телу, но тратить время на его поиски совсем не хочется. Тем более это может привести нас к Никлаусу. Или нет. Не помню, где сейчас нетленный трупешник. Элайджа откинулся в кресле и задумчиво возвёл глаза к потолку. – Мне жаль, но даже не могу представить, Елена. Раньше я бы сказал, что она достаточно смиренна, склонна к принятию неизбежного. Но теперь, зная, что она собиралась использовать душу Хенрика как расходный материал для своего воскрешения? Понятия не имею, на что способна эта женщина. Эта женщина. Вот это я понимаю – разочаровался в матери. – Ты думаешь, она может попытаться… вмешаться в процесс? – тихо уточнил он спустя несколько мгновений тишины. – Новолуние должно не дать ей влиять на мир живых. Это паршивое время для мертвецов. В идеале. Но всегда есть шанс, что она попытается, несмотря ни на что. Элайджа прикрыл глаза и пригубил кофе. Я ещё раз окинула схемы взглядом, но так и не нашла за что зацепиться. В глазах плыло от усталости, и в голову не шло ничего путного. Я могу выделываться своими экстраординарными способностями сколько угодно, но отсутствие практики всё равно ставит меня на несколько ступеней ниже любой, даже самой слабой, но опытной ведьмы. Приходится полагаться на фактор неожиданности и собственную изворотливость. Не сдержала широкого зевка. Мир – несправедливая штука: дать невероятные силы, чтобы противостоять сверхъестественному, но вместе с тем тело, которое всё ещё хочет кушать, спать и получать удовольствие как обычный человек. Жизнь – боль. – Пора спать, – безапелляционно объявил Элайджа и поднялся. Я заторможено собрала все разложенные листы в папку. Может, я что-то упустила? Если попробовать растянуть паутину перед разломом, это, возможно, помешает… Мебель в одно мгновение стала неожиданно далёкой. Папка с бумагами осталась где-то внизу на кофейном столике. Моё положение в пространстве стало мне не особо подвластно. – Спасибо, но я вполне в состоянии дойти до кровати самостоятельно, – я повернула голову в сторону удаляющегося кофейного столика и попыталась вытянуть шею, чтобы плечо вампира не мешало мне оглядывать гостиную на предмет забытых вещей. – Не сомневаюсь, но мне почему-то кажется, что ты попытаешься избежать этого. Возможно. Я устало вздохнула и прижалась лбом к шее мужчины. Голова немного гудела. Возможно, я действительно слишком сильно беспокоюсь. Но я правда не хочу ничего упустить. От этого зависит само существование Хенрика, а я дала ему слово, что он воссоединится с семьёй. И мне всё же хотелось сделать что-то большее, чем жалкая сериальная Елена, которая могла только вертеть пиздой, плакать, хлопать глазами, да открывать рот словно рыбёха в лучших традициях Беллы Свон. День Х начался смутно и лениво, как будто бы мы ничего и не планировали вовсе. За неторопливым поздним завтраком мы наконец известили Хенрика о предстоящем ритуале. Да, буквально за пару часов до него, но я просто опасалась, что связь с Эстер может сыграть какую-нибудь дурную шутку, если оповестить мальчика заранее. Элайджа согласился, что в данном случае лучше лишний раз перестраховаться. Едва ли он готов потерять младшего брата снова. На самом деле, время суток ритуала не играет никакой роли. Учитывая, что я избрала новолуние для этого - луны так и так не будет. К тому же небо над Мистик Фоллс заволокло плотной облачной пеленой. Очень кстати, так как это подстегнуло нас начать побыстрее, пока не собрался дождь. На поляну мы вышли где-то в час дня. Хенрик был взволнован, Элайджа напряжен, а я, хоть и старалась не подавать виду, внутренне страшно нервничала. – И что мне нужно будет делать? – мальчик крутил головой, рассматривая колышки и раскладной пластиковый уличный столик, на котором я готовила не шибко объёмный инструментарий. – Ничего. Смирно стоять и ждать, когда я скажу, что всё получилось. Я принялась проверять наличие всех нитей на нужных местах, а Элайджа ободряюще улыбнулся растерянному ребёнку. Серебряная чаша, наполненная холодной водой, встала на центр квадратного столика. Её я немного зачаровала, чтобы ускорить охлаждение попадающих внутрь предметов. Надеюсь, выше ста пятидесяти по Цельсию металл не нагреется, всё-таки у магии есть лимиты. Теоретически, конечно. На несколько секунд зависла, рассматривая мужское титановое кольцо с кристаллами фуллерита. Не знаю, как именно Элайджа смог их достать. Отдельный ему респект за материал кольца, так как я сама почему-то не подумала предупредить его о необходимости именно достаточно тугоплавкого металла. У титана, конечно, температура плавления вроде немного меньше, чем у платины, но всё равно выше, чем у того же серебра или золота. Закончив рассматривать ювелирку, надела её на лезвие стилета. Так проще, чем держать их по отдельности. Сосредоточившись, протянула несколько жёстких магических нитей, больше напоминающих леску или даже проволоку, от рукояти кинжала. Мне нужны обе мои руки, так что придётся ему повисеть в воздухе. Тренировалась в создании подходящих нитей я долго, ещё даже до возникновения плана по освобождению Хенрика. Магическая “проволока” зацепилась за края стола, и я осторожно убрала руки. Оружие осталось висеть в воздухе, как и должно. Приятно видеть, как мои магические изыскания и эксперименты приносят реальные плоды. Хенрик смотрел совершенно круглыми глазами на мои манипуляции. – Мама так не умела, – восхищённо поделился он. Элайджа хмыкнул, но я не поняла посыла, который он вложил в этот звук. – Хенрик, я готова начать. Пообещай, что будешь стоять смирно и не реагировать ни на что, даже если услышишь знакомые голоса или увидишь кого-то. Магия может играть с сознанием, пытаясь тебя одурачить. Не иди, если позовут, и не отвечай, если спросят. Вполне возможно, Эстер попытается помешать мне опосредованно. Магию она, скорее всего, использовать не сможет, но голосом повлиять из-за разлома на Хенрика – вполне. Не знаю, хватит ли ей сил, но лучше перестраховаться. – Обещаю, – он даже покивал несколько раз. – Повтори, что пообещал, – неожиданно строго приказал Элайджа. – Я буду смирно стоять и не буду реагировать на голоса и видения. Я не буду отвечать или идти на зов, даже если услышу кого-то знакомого, – покладисто проговорил Хенрик. – Хорошо, молодец. Я вдохнула и выдохнула. Шоу начинается. – Когда я опущу кольцо в чашу, ритуал завершится. Майклсоны нестройно кивнули, и я потянула за нити на колышках, запуская резонанс. Воздух над поляной немного задрожал, так как множество узлов в одно мгновение начали сопротивляться оказываемому давлению. Не стала долго рассматривать происходящее и обратилась к кинжалу. Немного перестаралась, когда опустила указательный палец на острие. Струйки крови потекли вниз по лезвию на кольцо. Это не часть ритуала, а просто сопутствующие расходы из-за моей криворукости. Боже, лишь бы всё получилось. Я медленно отняла руку от кинжала, от раны до острого серебряного кончика потянулась тонкая нить крови, смешанная с магией. Теперь нужно сплести соответствующий узор. Осторожно подтягивая нить другой рукой, я принялась за дело. Магия, смешанная с кровью, более тугая, менять её форму и изгибы намного сложнее, чем обычно, поэтому мне приходится взаимодействовать с ней едва ли не физически. Но без практики я никогда этому не научусь, так что жаловаться не на что. По воздуху стал разноситься тихий гул. Узлы ещё не лопались, но вскоре должны посыпаться первые нити. Кровавая линия мучительно медленно изгибалась, удлинялась и закручивалась. Думаю, теперь я понимаю, как именно были зачарованы кинжалы против первородных. Благодаря магии крови. Именно с её помощью, как выяснилось, можно “расщеплять” нити, а затем вновь объединять. Учитывая, что в моём распоряжении кровь двойника, можно сказать – я получила идеальный ингредиент для подобных ритуалов и заклинаний. Применять это особо активно пока не могу из-за отсутствия опыта, но когда-нибудь обязательно создам какой-нибудь мега-артефакт или заклинание, используя все доступные мне возможности. Когда-нибудь… Над поляной раздался глухой хлопок. Процесс пошёл, первый узел распался. Майклсоны вздрогнули и вопросительно глянули на меня, но я не стала никак реагировать. Отвлекаться пока не стоит, всё идёт своим чередом. Прозвучали ещё несколько хлопков. На самом деле это не узлы, а натянутые до предела нити, удерживающие разлом, теряли натяжение. Как если натянуть резинку до предела, а затем отпустить. Когда основная и самая важная часть причудливого кровавого плетения зависла в воздухе, я всё-таки обратила внимание на разрушающиеся чары. Как раз вовремя, чтобы понять, что без форс-мажоров обойтись всё же не получится. Разрыв каждого узла выбрасывал массу энергии. Вернее, нить, резко потерявшая натяжение, просто распадалась в ноль, теряла форму. Оставалась только чистая энергия. Этого я не знала заранее. В воздухе над поляной стали возникать сгустки магии, напоминающие цветные полупрозрачные облака. Это плохо. Очень плохо. Эстер может попытаться использовать освободившуюся энергию для противодействия. Пока лопнули лишь несколько узлов, но когда всё приблизится к финалу, эта бесконтрольная сила может навредить и нам. Когда распускаешь не натянутые до предела нити, такого не бывает, они просто растворяются без следа – магия тут же равномерно рассасывается, а разрушать вот такие нити мне ещё не приходилось, так что предусмотреть этот момент заранее я просто не могла. Увы, полный процесс разрушения заклятия на Лунном камне был мною пропущен. Не по своей воле, конечно, но всё же. Может, и там был выброс энергии, пусть, вероятно, и не такой мощный. И что с этим делать? Дикую магию не разгонишь и не обуздаешь, у неё даже формы нет. А скручивать её обратно в нити я сейчас не могу, это займёт слишком много времени, которого нет. Думай, голова, думай. Упаковать куда-нибудь? Словно зарядить батарейку, собрать всю энергию и запечатать. Но куда? Нужен энергоёмкий сосуд из прочного материала, способный выдержать мощное давление. Ещё несколько узлов лопнули в сопровождении громких хлопков разлетающихся в чистую энергию нитей. Воздух громко гудел от начинающегося резонанса между необузданной и контролируемой магией. Над поляной неожиданно раздался тихий, едва различимый шепот. Женский. Блядь. Всё-таки явилась. Надо что-то делать, срочно, пока она не попыталась взять освободившуюся энергию под контроль. Младший Майклсон закрутил головой, реагируя на вкрадчивый голос. – Мама? Сука! – Хенрик! – резко окликнул его Элайджа, – Не реагируй. Мальчик прикусил губу и нахмурился, но быстро покивал. Я мысленно расслабилась хотя бы по этому поводу. Нельзя нервничать. Не сейчас. Шепот стал чуть громче, но Эстер не хватало прикладываемых сил, чтобы обуздать магию. Хорошо, но только пока. И в любом случае, даже если у неё ничего не получится, это может навредить нам само по себе. Куда девать энергию? Куда девать… Я сосредоточенно уставилась на висящее прямо перед моими глазами кольцо с фуллеритом. Это соединение вполне способно выдержать роль и аккумулятора, и удерживающей структуры для Хенрика. Может, эти две функции даже помогут друг другу. Только перекачать туда магию просто так не получится, нужен канал, который способен пропускать и направлять магию, например… ведьма. Гипотетически, если делать всё быстро, меня не должно порвать на тысячу хомячков. Мне будет очень плохо после, но зато удастся убрать потенциально опасный элемент и лишить Эстер возможности вмешаться. Работать переходником мне ещё не приходилось, но я теоретически представляю, как это должно работать. Неприятно. Я не сифонер и не могу просто принять в себя чуждую магию, но как канал... В общем, вероятно, это будет больно. И мне ещё нужно закончить привязывающие чары для Хенрика. Я медленно потянула нити, что привязывали Майклсона к поляне, на себя. Осторожно перевязывая узлы один за другим. Нужно пока вспомнить заклинание, которое позволит мне перекачивать магию. Но сначала завершить привязку, разумеется. Кровавый узор отцепился от кончика кинжала и моего пальца и замкнулся, а затем стал опускаться вниз к кольцу. Вместе с тем я всё быстрее подтягивала удерживающие чары. Кольцо ожидаемо начало нагреваться, когда нити одна за одной крепились к камушкам. В моей голове всплыли нужные слова заклинания. Ненавижу многозадачность. – Da mihi omnia. Accipere omnia, – слова сорвались с губ легко. Стоило мне сказать последнее, как внутренности скрутило болезненным спазмом. Ощущение, что по всем органам разом прошлись наждачкой. Я втянула побольше воздуха и повторила: – Da mihi omnia. Accipere omnia. Облачка магии над поляной стали рассасываться, хлопки раздавались уже без пауз, а шепот Эстер из разлома стал настойчивее. – Da mihi omnia. Accipere omnia. Заклинание надо повторять, чтобы поток магии не снижал скорость и меня из-за перепадов не порвало. Воздух гудел и искажался вокруг раскаленного кольца. Шепот продолжал давить на уши, он стал тише, но резче. Должно быть, она кричит на той стороне, но разлом постепенно сужается и не даёт ей проникнуть в мир живых, так как уже практически все удерживающие нити распались. Последняя нить с поляны оказалась на кольце, и я окончательно закрепила всю эту конструкцию кровавым узором, а затем с небольшой заминкой распустила узел единственной нити, что связывала Хенрика напрямую с Эстер, его не утянет за грань: удерживающие нити теперь на кольце и подчинены моим силам. Это было самое простое. Больше использовать эту душу в качестве жертвы она не сможет. – Da mihi omnia. Accipere omnia, – я почувствовала, как по губам и подбородку течёт что-то. Видимо, придётся провести в постельном режиме пару деньков. – Елена, – предупреждающий тон Элайджи раздался где-то совсем недалеко, практически над ухом. – Почти всё, – отмахнулась я от него, неосознанно слизнув с губ собственную кровь. Во рту остался металлический привкус, – Da mihi omnia. Accipere omnia. О, он ведь понимает, что я говорю, да? Это просто латынь без всяких извращений, он не может её не знать. Надеюсь, мне потом не придётся объяснять, почему я повторяю: “Отдай мне всё. Забери всё”. Последняя нить, что соединяла Хенрика с разломом, наконец распалась. – Da mihi omnia. Accipere omnia, – в последний раз вымученно повторила я. В воздухе ещё витали какие-то остатки высвободившейся магии, но собирать их уже не было необходимости и желания. От разлома осталась лишь тонкая полоса, из которой всё ещё торчали несколько нитей, но с ними я сделать ничего не могу. Может, брешь сама закроется через какое-то время и отсечёт их, а может, и нет. Я ухватилась за рукоять кинжала и быстро перевернула его, вынуждая кольцо упасть в чашу с водой. Оттуда повалили густые клубы пара. Тут же отбросила стилет, но, похоже, ожог всё же останется. Надо было подумать о том, что нагреется не только кольцо, конечно. Ладно, к вечеру оклемаюсь и залечу. Может быть. Или завтра. Или всё же попробую на вкус вампирскую кровушку. – Всё, – объявила я на выдохе. Перед глазами немного плыло, – Всё получилось. Хенрик, до того задержавший дыхание, выдохнул. Иронично, что ему вообще-то нет необходимости дышать в принципе. Я почувствовала, как вампир осторожно прижимает меня к себе. Очень вовремя, так как вертикальное положение удерживать стало трудно. Как я устала, кто бы знал. Убирать весь оставшийся беспорядок буду завтра или как-нибудь потом. Сейчас просто хочу в душ и спать. Заставила себя встрепенуться и взглянуть на Хенрика. Расфокусировав взгляд, мне осталось лишь молча удивиться. Кажется, он больше не призрак. Вернее, не совсем призрак. Ладно, нет, он всё ещё призрак, разумеется, но теперь чуть круче, чем был. Форс-мажор с выбросом энергии в каком-то смысле пошёл на пользу дела. Элайджа осторожно выловил кольцо из чаши, при этом всё ещё прижимая меня к себе. Как бы до дома дойти и не заснуть по дороге. Надеюсь, меня снова отнесут на ручках. – Я больше не привязан к этой поляне? – недоверчиво уточнил мальчик, – И я смогу гулять с вами, если вы возьмёте с собой это кольцо? Я на секунду прикрыла глаза и заткнула верещащую эйфорию. Да-да, всё получилось. Это не повод писаться от счастья, по крайней мере, мне. – Да, Хенрик. А ещё всё пошло немножко не по плану, но… – я вымученно улыбнулась, а затем протянула немного трясущуюся руку вперед и потрепала его по почти реальным волосам: на ощупь они ничем не отличаются от настоящих. Глаза мальчика приблизились к форме идеальной окружности, – По-моему, это даже к лучшему. От счастливого вопля ребёнка у меня заложило уши так, что пришлось зажмуриться. Хенрик радостно накинулся на нас с обнимашками, в итоге повиснув у Элайджи на шее. – Спасибо-спасибо-спасибо! Я опустила немного кружащуюся голову первородному на плечо и почувствовала, как он касается губами моей макушки. – Спасибо.