Intrusion │ Вторжение

Сама мысль о воскрешении Хенрика казалась мне странной. Но вот это произошло. Ребёнок дышал, его сердце билось, мозг работал. Он, правда, пока дрых без задних ног, но это нормально. Для него это тоже было довольно тяжёлым и энергозатратным испытанием. Две недели до дня икс пролетели как-то совершенно незаметно, и я даже не могла с уверенностью сказать, чем занималась до этого. Училась?.. Практиковалась как минимум, но никаких значимых событий в памяти не отложилось. Ритуал выжал меня досуха. Не могу сказать, насколько тяжело или легко он дался Сайласу и Амаре, но лично мне хотелось прилечь рядом с Хенриком и так же сладко засопеть. Собрались мы в пустом складе недалеко от дома. Помещение, стараниями Сайласа, было полностью экранировано от внешнего мира: что от магии, что от всего остального, так что в процесс не могло выпутаться ничего лишнего. Ритуал вела Амара, а мы с Сайласом подтягивали нити, причём я больше подчинялась командам, чем понимала что-то сама. Всё-таки манипуляции над душами и телами – это пока выше моего уровня. В конце концов, перепривязывая Хенрика с поляны к кольцу, я использовала уже созданные Эстер нити. Но эпопея с воскрешением Хенрика, чёрт возьми, закончилась! С моих плеч словно бы упала гора размером с Эверест, не меньше. Рухнула спать я абсолютно счастливой. Хоть часть запутанной многовековой драмы Майклсонов разрешилась. Ну, или около того. Утро следующего после ритуала дня началось с фонтана восторга. Мысленно я даже порадовалась, что Сайлас и Амара на добровольной основе взяли на себя роль нянек для этого генератора чистой незамутненной радости. Но до обеда катастрофически жизнерадостного ребенка предстояло терпеть мне, Элайдже, ну, и Сейдж ещё, которая проявила небывалую широту души и не стала бросать нас одних в трудной ситуации. Пока что Хенрик висел на старшем брате, а я только поддакивала вовремя на его восторги, вампирша просто, довольно ухмыляясь, попивала кофе. Со всеми вампирами, похоже, что-то не так, раз они могут хлебать эту дьявольскую жижу чистоганом. – Мы съездим на ещё какой-нибудь фестиваль? – глаза Хенрика блестели, пока он радостно изничтожал все тосты с вареньем. Будучи пусть даже и навороченным призраком, есть он не мог, вернее пищу употребить был способен, но ни вкуса, ни запаха не чувствовал, да и насыщения не получал, а теперь, очевидно, собрался наверстать упущенное. – Обязательно, – пообещала Сейдж, сладко потянувшись, – Вот-вот начнётся лето, так что их будет много. Я уронила голову Элайдже на плечо и закрыла глаза. Господи. Лето только начинается. Впереди ещё три месяца без долбаной школы, я же самый счастливый человек на планете! – Послезавтра здесь, в Бергене, будет ярмарка. Если Сайлас и Амара подтвердят, что тебе можно – сходим, – меж тем задумчиво потянула женщина, загибая пальцы, – Потом в Осло точно где-то в середине июня фестиваль фейерверков. Ближе к концу июня тоже в Осло обещали световое шоу… – Ты мониторишь вообще все мероприятия в округе? – уточнила я, впрочем, не поднимая головы с мужского плеча и не открыв глаз. – Ммм… да, наверное, и не только в округе. Крупные мероприятия – это всегда интересно: новые знакомства, истории, случайные встречи со старыми приятелями, – она хмыкнула, – О, не волнуйся, дорогая! Угрюмым любителям закрытых лож в театрах и великосветских раутов с бокалами шампанского по цене квартиры в центре Дубая я такое даже не предлагаю! Я приоткрыла глаза и ухмыльнулась ей в ответ. – Слава богу. А то мне уже показалось, что ты нам угрожаешь. Вампирша прыснула, а затем и вовсе рассмеялась в голос. Неожиданно почувствовала, как Элайджа медленно выдыхает, словно бы до этого готовился к удару: его плечо ощутимо расслабилось. Судя по всему, у него с Сейдж затяжная конфронтация по поводу образа жизни и социализации. Ну, ничего не поделаешь – всем мил не будешь. Я скользнула своей рукой вдоль его, лежащей на столе, и провела своими пальцами по тыльной стороне мужской ладони, по заметным узорам вен. Он развернул кисть ладонью вверх и, когда я прошлась касаниями по её центру и перешла к пальцам, неожиданно сжал, поймав мою руку в ловушку. Я расслабила свою ладонь в мягкой, но сильной хватке, и с небольшой заминкой наши руки сцепились в замок. Я снова прикрыла глаза. Впереди предотвращение воскрешения Эстер, вызволение остальных Майклсонов из лап Никлауса и наверняка ещё разборки с Фреей и Далией, но это уже не кажется таким уж невыполнимым и безнадёжным. По крайней мере, сейчас, в моменте эйфории. К сожалению, Сейдж всё-таки угрожала. На ярмарку мастеров в Бергене мы поперлись в итоге вообще все, но скорее из-за Хенрика, который подбил на это в том числе Амару и Сайласа. Дженна и так собиралась купить какие-то сувениры, Джереми тоже вроде изначально хотел поглазеть на прилавки, ну а мне с Элайджей не осталось ничего другого, кроме как тащиться за компанию. Не слишком люблю крупные мероприятия: шумно, людно и они всегда требуют много энергии, но выбора как-то не было. Благо, все наши родственники-приятели быстро разбежались в разные стороны, как тараканы, и оставили нас в покое. В Бергене даже в конце мая температура не поднималась выше пятнадцати по Цельсию, так что я прижалась к боку первородного, запустив руки в карманы пальто. Мужчина обвил рукой мою талию, не допуская даже возможности отодвинуться от него. Впрочем, нам всё же пришлось ненадолго разделиться, так как Элайджу отвлёк звонок, а я как раз заприметила маленький деревянный стилизованный вагончик с какой-то ювелиркой. Надо разжиться каким-нибудь сувениром для Кэролайн, пока помню, да и, может, себе что-нибудь присмотрю. Оставив вампира сдержанно переругиваться с кем-то по телефону, я отправилась кошмарить продавца. Хмурый старичок без лишних отступлений просто выложил на прилавок заинтересовавшие меня экземпляры: симпатичные серебряные часики с цветочным мотивом – для блондиночки, и широкие серьги-кольца – для себя любимой. – А почему не золото? – неожиданно полюбопытствовал мужчина, стоящий у другой витрины и рассматривающий мужские кольца, – Такая очаровательная девушка достойна большего. – Спасибо, конечно, но я предпочитаю серебро, – отмахнулась, не поворачиваясь к посетителю, надеюсь, он не начнёт ко мне клеиться, – Оно намного универсальнее. Мужчина рассмеялся. – Может, вам просто никто не дарил столь ценные подарки? Возможно, мне стоит это исправить? Мужчина подошёл ближе и опёрся локтем о витрину. Я заметила на его кисти замысловатую абстрактную татуировку, подразумевающую то ли языки пламени, то ли волны на воде. Продавец окинул его неодобрительным и вместе с тем насмешливым взглядом. Блять, а не пошел бы ты нахуй, мужик? Я всё же повернулась и внимательно осмотрела этого придурка. Не скажу, что он прямо совсем не в моём вкусе, но по сравнению с Элайджей просто пыль. Да, высокий, весьма крепкий, с довольно мужественными чертами лица, темноволосый, с ровным бронзовым загаром. Наверное, чуть старше двадцати пяти. Он широко легкомысленно улыбался, демонстрируя ровные белые зубы. Я на секунду внимательно посмотрела в его грязно-голубые глаза и скользнула взглядом по почти незаметному шраму, судя по всему от ожога, на широкой челюсти. Ничего, что могло бы меня действительно сильно зацепить, даже не будь я знакома с первородным. – Обойдусь. У меня уже есть мужчина, и мы с ним обречены, – ну, реально же: тысячу лет назад Татья, теперь вот я, а по факту одна и та же баба. И вообще, всегда мечтала сказать что-нибудь такое, – И он в состоянии купить мне всё, что я пожелаю. И конкретно сейчас я желаю серебряные часы и сережки, – я отвернулась к продавцу, – Упакуйте, пожалуйста. Старик кивнул и одобрительно что-то прохрипел, скосив насмешливый взгляд на мужчину. Незадачливый Дон Жуан растерянно фыркнул, я боялась, что он продолжит, но мужчина отступил, и на его лице отразилась неясная задумчивость. – Вот как… – только и сказал он. Продавец пододвинул мне терминал, и я с удовольствием приложила карточку, мысленно порадовавшись, что этот неприятный инцидент исчерпан. Мультивалютная карточка, кстати, принадлежит Элайдже, но он как-то отдал её мне и отказался забирать. На удивление он умел быть катастрофически упёртым, так что мне не осталось ничего, кроме как принять её и пользоваться в своё удовольствие. Пересядь с иглы общественного одобрения на бездонный кошелёк Элайджи, как-то так, видимо. Вообще, на месте этого мужика я бы лучше слиняла из Бергена побыстрее, а то в последнее время Майклсон какой-то нервный, когда дело доходит до моего общения с незнакомцами. Ну да ладно. Когда я выходила, мужчина провожал меня всё тем же задумчивым и даже тяжёлым взглядом. О, чёрт. А если это какой-нибудь старый знакомый Катерины? Да нет, наверное, тогда он бы не стал долго расшаркиваться. И даже если так, то в любом случае быстро должен был понять, что я – не она. С удовольствием снова вцепилась в ожидающего на улице Элайджу. Кто бы ни донимал его по телефону, он уже отстал. – Всё хорошо? – первородный легко потянул меня ближе к себе. Он ведь, наверное, слышал мою недолгую беседу с неудачливым Ромео. Но это в принципе уже не мои проблемы, если где-нибудь на окраине города найдут темноволосый труп, верно? – Да, отлично, – я прижалась к его плечу виском, выкинув посетителя ювелирки из головы, – Пойдем поищем что-нибудь похожее на розлив глинтвейна или хотя бы просто горячих напитков. Мужчина хмыкнул и действительно утащил меня к маленькому прилавку неподалёку. Все бы были такими расторопными и исполнительными, честное слово. Пока я грела замёрзшие пальцы о вполне алкогольный глинтвейн, а всё остальное о прижимающего меня к себе Элайджу, взгляд на мгновение зацепился за фигуру Хенрика с огромным облаком розовой сладкой ваты, а затем за рыжую макушку Сейдж, но они оба быстро растворились в толпе. С благословения Сайласа и Амары, которые подтвердили, что из-за этого ничего из ряда вон выходящее не случится, я оформила на мальчика чары бессмертия. Напрямую, без побрякушек, то есть примерно как у наших дорогих реликтов. А заодно и свои перевела с кольца, впрочем, тут же зачаровав его снова, но немного иначе, чтобы оно срабатывало в случае, если с основными чарами случится осечка. Да, у меня паранойя, и что? Элайджа был немного растерян, после того как я его уведомила постфактум, но не стал ни спорить, ни пытаться тут же осыпать меня благами мирскими. И слава Богу, это были целиком и полностью ничем меркантильным не продиктованная щедрость и инициатива, не требующие ничего в ответ. В конце концов, мне просто нужна хоть такая гарантия, что Хенрика мы воскресили надолго и не зря. Желательно вообще навечно, но это решение уже не в моей власти. В голове было немного пусто. С одной стороны, осуществленный шаг к объединению Майклсонов меня воодушевил. С другой, рассказывать Элайдже узнанное недавно про ребёнка Фреи не хотелось, это вернёт нас на путь противостояния с Эстер, что определённо будет муторно и тяжело, а мне всё же хотелось немного… отдохнуть от этой драмы. Но проблема в том, что, отложив этот вопрос, я ничего не добьюсь, может, даже сведу все уже приложенные усилия на нет. Если превентивно не оборвать связи с жертвами, Эстер может воскреснуть. Вопрос моей неуверенности разрешился сам по себе тем же вечером. Мы уже собирались ложиться спать, когда Элайджа обратил внимание на кочующую с тумбы на тумбу карту Норвегии и сам поднял тему с Эстер, поэтому молчать в тряпочку не имело смысла. Впрочем, приняв новости о душе младенца, вампир тоже не торопился с планами, а переключился на другую тему: – Договор, заключенный с помощью магии… – он нахмурился и откинулся на подушки к изголовью кровати, – И что должно быть его предметом?... Я улеглась на живот и подобрала под себя подушку. Вообще с этой сделкой между Далией и Эстер получалась какая-то ерунда. В отличие от бессмертной клятвы, вроде той, что связывает меня и Хенрика, договор имеет срок или хотя бы финальную точку, после которой он должен прекратить действие. По идее, таковой должна быть смерть Эстер – возвращённое ей плодородие истекает, а значит, и требовать взамен что-то Далия больше не может, но… всё упирается в реальный текст соглашения, который мне неизвестен. Из сериала мне примерно помнится условие: “плодородие в обмен на каждого первенца”, но как дела обстоят здесь? Договоры – слишком сложная и муторная отрасль магии, так что даже две недели полоскания старших колдунов по этому вопросу не сильно прояснили для меня что-то. Тема как была мутной, многослойной и во многом невнятной, так и осталась. – Это может быть что угодно, – я вздохнула в подушку, – Предмет, услуга, знание, заклинание, существо. И платой за это тоже может быть что угодно. Все эти “звуки кошачьих шагов”, “рыбьи голоса” из легенд не на пустом месте взялись. В такой договор действительно можно включить как нечто физическое, реальное, так и абстрактные материи. Хотя, как правило, его используют в случаях “услуга за услугу”. Элайджа задумчиво сощурился и сполз ниже по подушкам, я переползла ему под бок. Вообще мы как-то резво перескочили сюжетные арки: “Гибриды”, ”Папа-первородный”, “Майклсоны в гробах”, “Чудо-ребенок” и другие, сразу принявшись за “Чокнутая тётя Далия”. Новое утро началось… это было не утро. В четыре часа ночи меня разбудил аркан, и я уже готова была обложить всеми известными мне ругательствами Джера, но это был аркан… Никлауса. И он даже не сдох, как я сначала на радостях подумала, а всего лишь оказался вблизи другого Майклсона. Сказать какого именно я не могла, конечно, но… в моей сонной голове родилась идея. Смогу ли я создать аркан дистанционно? Теоретически, без проблем. Я могу генерировать новую магию через готовый аркан, правда, как сделать так, чтобы он стал отдельным, а не придатком к изначальному, пока не знаю. Сплела основание для нового аркана и отправила это в добрый путь через связь с Никлаусом. Может, ничего и не выйдет, и магия доберется через океан к тому времени, как гибрид покинет своего пленного родственника. В любом случае, я с чистой совестью забыла о произошедшем до первых чисел июня. Всё время до счастливого формирования аркана на неизвестном первородном мы были заняты попыткой вытащить формулировку договора Далии и Эстер. Увы, это оказалось в разы сложнее, чем я надеялась. Он не был завязан на крови в том смысле, что его заключение, очевидно, обошлось без кровной магии. Соответственно, нужно искать магические нити, что включали первородных в договор, но это проще сказать, чем сделать. На обычных людях вроде Дженны нитей свойств и даже магии миллионы, а что уж говорить о тысячелетнем вампире. Не сказать, что я опустила руки, но идеи кончились. Перебирать каждую нить по отдельности всё равно что воду ситом переливать, а способа, как найти искомое быстро, не нашлось. Впрочем, сформировавшийся аркан отвлёк меня от переживаний. Пока пыхтела над договором, придумала, как создать новую связь и отделить два аркана друг от друга, так что этим и занялась. Если честно, меня страшно удивило то, с какой скоростью сформировались чары. Словно бы их что-то дополнительно подпитывало. Косвенно мои мысли подтвердило и быстрое формирование новой связи, это не заняло и суток. В любом случае, пока я могла лишь сказать, что новый Майклсон однозначно заколот, так что, вероятно, это Ребекка, ведь в сериале Никлаус предпочитал именно её. – Твои люди всё ещё следят за Никлаусом? – уточнила я у первородного. – Да, но пока я бы не стал подбираться к нему ближе, – заметил мужчина, – Он сейчас в Атланте. Нет, стоп. Ребекка же стопроцентно должна быть на складе в Чикаго, это я помню. А остальные... Вроде бы должны быть там же. Этого уже не помню. Видимо, моё лицо приобрело очень сложное выражение, потому что Элайджа нахмурился и уточнил: – Что-то не так? – Следящие чары уловили рядом с ним другого первородного. Заколотого. Значит, он раскидал их по разным штатам. Что ж, наверное, это имеет какой-то смысл. Они ведь не смогут освободить друг друга при форс-мажоре, если будут находиться в разных концах страны. Моя паранойя подсказывала что-то такое, по крайней мере. Тело Эстер ведь тоже должно быть у него, если правильно помню... Если не Ребекка, то это должен быть Кол или Финн. С моей точки зрения особой разницы нет, но вот Элайджа, кажется, плотно задумался, да так и ушёл в себя, видимо, не определившись, что думает по поводу полученной информации. Идея-фикс всё-таки попытаться связаться с заколотым Майклсоном вернулась ко мне, даже учитывая, что Элайджа уже обломал меня недавно. Строго говоря, это не имело и капли смысла – если и получится наладить связь, никакого толка от этого не будет, а с Финном мы вообще, скорее всего, друг друга не поймём. Но… да. Мне просто хотелось попытаться. Сайлас выдал мне общие инструкции по этому вопросу некоторое время назад, так что я занялась настройкой связи уже через пару дней. Диван в нашей гостиной оказался в самый раз для таких случаев. Элайджа был занят делами, Сайлас и Амара поехали гулять в город, Сейдж с их благословения повезла Хенрика в Осло, Дженна была в университете, а Джер кошмарил живность в окрестностях. Так что помешать мне никто не должен. Медитация не моя сильная сторона, я вечно о чем-нибудь думаю, так что подготовительная часть заняла довольно много времени, но зато, когда тело всё же налилось свинцом, как и положено, я получила двойную порцию удовольствия от того, что всё получилось. Ну, хотя бы связь наладить удалось. Никаких образов или видений, только темнота. Чужое скованное тело ощущалось приглушённо, но очень неприятно. Это даже хуже, чем паралич. Особенно отвратительно чувствовался кинжал в сердце. Это, чёрт возьми, больно! Оружие постоянно жгло, видимо, нивелируя регенерацию. В принципе, на месте первородных, я бы при первой же возможности накрутила внутренности Никлауса на ближайшую люстру. – Татья?! – мужской чистый, звонкий и достаточно мелодичный голос прокатился по темноте, из-за чего я едва не потеряла концентрацию. Меня обдало волной чистого шока. – Почти. Елена теперь, – я попыталась сосредоточиться сильнее, но всё, чего добилась – лишь смазанных цветных пятен. Про себя я определила неизвестного как младшего из братьев-вампиров, – Кол? Ты меня слышишь? – Чёрт возьми! Таких галлюцинаций у меня даже от токсичных укусов Никки не было! – вопреки неверящему восклицанию меня захлестнуло радостью. Это однозначно Кол. – Это не галлюцинация, Кол. Я действительно попыталась с тобой связаться. Следящие чары на Никлаусе зацепили тебя. – Потрясающе! И давно ты можешь пользоваться магией?! – его голос прозвучал одновременно взволнованно и заинтригованно. – Не слишком. Такое случается, если возродиться спустя тысячу лет после смерти. – Потрясающе! – повторил он, – Умоляю, скажи, что Элли не лежит где-нибудь недалеко от меня в столь же отвратительном положении! И что малышка Бекс плачет обо мне каждый день! – С Элайджей всё в порядке, – я вздохнула, – А вот Ребекка тоже заколота. Изначально я думала, что чары зацепили именно её. – Они что, снова не поделили симпатичного мальчика? – ядовито полюбопытствовал Кол, – Или малышка Бекс оттаяла к Марселлусу, и Никки опять страшно приревновал? Хотя это одно и то же. – Что-то такое около восьмидесяти лет назад, да. – Вау! А я сколько здесь лежу тогда?! – меня обдало возмущением и обидой. – Немногим больше. Элайджа не разделил судьбу с вами только потому, что вовремя слинял от Клауса в Европу. – То есть ему окончательно сорвало крышу, да? Он сказал, что снял проклятие. Клянусь, лежать здесь было не так уж и плохо, пока он не решил навещать меня и постоянно пиздеть! – по связи прокатился мощный поток раздражения и ярости. Неожиданно в темноту вклинился ещё один мужской голос, но звучал он приглушённо и невнятно, слов разобрать не выходило. – Вот! Он опять! – плаксиво пожаловался Кол, – Он всё время ноет, клянусь тебе! – Он действительно снял проклятие. Недавно. Около двух месяцев назад. Он не говорил, что планирует сейчас? Бубнеж Никлауса продолжал создавать фоновый шум, но я постаралась сосредоточится исключительно на Коле. – Ищет оборотней, чтобы превратить их в гибридов, дорогуша, – мрачно поделился первородный, а затем осёкся и словно бы прислушался. По темноте пробежала волна довольного злорадства, – Но, судя по всему, безуспешно. Вместе с тем как мы болтали, я пыталась лучше почувствовать чужое тело. Кол владел магией до обращения и аркан сформировался быстрее, чем ожидалось, а значит… возможно, я могла бы воспользоваться его магическим резервом. Только надо его нащупать. Теоретически, спровоцировать хотя бы выброс магии, который… – Я могу вытолкнуть из тебя кинжал, – пораженно ляпнула я, найдя нужные нити. У Кола была магия. Невероятно. И это мягко говоря. Мне такие объемы силы в ближайшие лет двести могут только сниться. Но Кол определённо не мог ею пользоваться, это похоже на замкнутый сосуд, из которого нельзя ничего взять, если только… не сделать искусственные каналы. Ими вполне могло выступить плетение аркана. – В смысле?! Серьёзно?! – я едва не потеряла концентрацию от захлестнувших меня предвкушения и надежды. – Да, я могу перенастроить следящие чары так, чтобы они спровоцировали искусственный “выброс” магии из твоего тела, и она, гипотетически, может вытолкнуть из тебя кинжал. – Это потрясающая, но абсолютно дурацкая затея, дорогуша, – неожиданно сдулся Кол, – Даже если получится, Ник быстро заметит пропажу и кинется в погоню, да и я понятия не имею, куда идти. Сотня лет в гробу – это всегда отстой. – Я могла бы попробовать проклясть его нормально через тебя… – снова неосознанно озвучила я. – О, “нормально”?! Так вот почему он постоянно ноет! А я думал, ты его любила… Ну, там, не так беззаветно, как Элли, конечно, но и не обламывала совсем. – Определённо, это было до того, как он меня грохнул, чтобы разрушить своё долбаное проклятие. Хорошо, что у меня был артефакт на такой случай. И в целом до того, как у него начала свистеть фляга, – пробормотала я, попытавшись потянуть чары, которых даже не вижу. На удивление, это почти получилось. Магия чувствовалась тонко и понятно, как если бы я видела её… О боже. Это чувства Кола. Это его ощущение магии. Невероятно. Он точно не видит магию, как это делаю я, но чувствует её с той же невероятной точностью. Вряд ли мог достаточно тонко взаимодействовать с ней, не на уровне двойника, по крайней мере, но всё же много точнее, чем ведьмы, не обладающие подобным врождённым чутьём. Он должен был быть настоящим вундеркиндом с точки зрения других колдунов, когда имел возможность использовать магию. Да и если до сих пор продолжает чувствовать её, то может в какой-то мере руководить процессом колдовства и наставлять других ведьм... Кажется, Далия забрала совсем не того племянника... – О! У меня есть идея, дорогуша! – снова вспыхнул энтузиазмом первородный, – Я определённо не смогу сбежать от Никки, особенно если он выпустит свои ядовитые зубки, но как я, чёрт возьми, хочу испортить ему настроение и накрутить паранойю! – То есть, мне вытолкнуть из тебя кинжал? – уточнила я. В ответ меня обдало каким-то совсем безумным весельем. – Да-да! – Кол внезапно осёкся и взял себя в руки, – Но лучше бы не сейчас: Ник ещё долго не заткнётся, – кисло заметил он, – Ты сможешь провернуть такой фокус снова? – Да, смогу, – я уже собиралась сворачиваться, когда вспомнила кое-что. Кол ведь вроде интересовался магией, – О, ты случайно не знаешь способа вытащить условия магического договора из приемников обязательств, не участвовавших в его заключении? Магия крови не вариант, я уже пробовала. Темнота заполнилась озадаченностью. – Если знать предмет договора… – задумчиво протянул он, – А зачем тебе? – Мы тут составляли родственное древо и выяснили, что вы все связаны неким договором, который заключили ваша чокнутая матушка и её неизвестная никому сестра, то есть ваша тётка. Кол подвис, а бубнёж Никлауса стал слышаться лучше, правда, слова всё равно смазывались. – Попробуй вычленить сначала обязательство, а не условия, – наконец посоветовал он, – Как с клятвой должно быть, если мы исполнители, а не получатели обязательств. Если получатели… тогда не знаю, дорогуша. – Спасибо, Кол. И думаю, я скоро вернусь. – Супер! Я буду ждать! Мне уже кажется, я близок к тому, чтобы на чистом желании заткнуть Никки избавиться от этого долбанного кинжала. Я фыркнула, и тьма расступилась. Ощущение моего собственного, а не чужого тела вернулось. Я открыла глаза и задумчиво уставилась в потолок. Кол вообще-то дал мне весьма дельный совет, даже не подумала, что надо искать именно обязательство, без привязки к полному тексту договора. Осталось только попробовать это осуществить. Но для начала… у меня получилось! Я смогла связаться хотя бы с Колом! Судя по всему, не в последнюю очередь из-за того, что у него есть пусть и заблокированная, но пробужденная магия. И я могу вытолкнуть из него кинжал! Он, конечно, прав, и улизнуть от Никлауса вряд ли выйдет, но всё же. К тому же можно будет сделать это, когда гибрид покинет Атланту, а я уверена, что он там всё же не задержится прямо надолго. Из кухни неожиданно раздался тихий звон посуды. Видимо, пока я пользовала новые магические практики, кто-то вернулся домой. Тело неохотно приняло вертикальное положение. Все эти околоспиритические сеансы меня порядком утомили, если честно, уж очень много психологических сил они расходуют, но всё равно круто. На кухне обнаружился Джер. Сначала он что-то невнятно промычал, а потом всё же вытащил тост изо рта и изъяснился внятно: – Привет. Я тебя разбудил, да? Прости. Чаю? – он взмахнул чайником и сунул тост обратно в рот. – Я не спала. Спасибо, не откажусь, надеюсь, у нас остался зелёный. Он согласно промычал в ответ и достал вторую кружку. Я рухнула за стол и потёрла виски. В голове немного каша, и объективно мне нужно потратить пару дней на то, чтобы разложить по полочкам всю имеющуюся информацию, перед тем как двигаться дальше. Откровенно говоря, этим нужно было заняться давно, но и останавливаться, пока топливо есть, не очень хотелось. – Как у тебя дела? – я откинула все лишние размышления и уставилась на брата, пристроившегося напротив. – Нормально, наверное, – он нахмурился и опустил взгляд в свою чашку, – Не уверен. – Ты можешь рассказать, Джер. Ты же знаешь, что я помогу, если что-то не так. Или найду того, кто сможет помочь, – его меланхоличный настрой мне совсем не понравился. Брат вздохнул и растёкся по столешнице, положив подбородок на сложенные руки. – Я знаю. И я чертовски рад этому, честно. Но, типа, я и сам могу справится?.. Хочу вернее. Это охренеть как глупо и жалко постоянно обращаться к кому-то, чтобы он разрешил все твои вопросы. – Это звучит так, будто у тебя проблемы, но ты не хочешь мне о них рассказывать. – Не проблемы, – спокойно заверил меня он, – И я действительно не хочу рассказывать. Я лучше сам поговорю с Сайласом или Амарой, чтобы не играть в испорченный телефон и не дёргать тебя. Тебе как будто кроме этого заняться нечем и голову грузить. С этими ограничителями всё равно Сайлас будет разбираться. – Я всё-таки предпочту знать, что с тобой что-то не так, – осторожно заметила я, понимая, что и так порой перебираю с уровнем гиперопеки, – Хотя твоё право, конечно, оставить всё при себе. Джереми вздохнул, взъерошив себе волосы, а затем всё же кивнул. – Если коротко, то у меня ощущение, что ограничители не работают. Вернее, может, и работают, но не так как надо. У меня реально не отключается мозг, это хорошо, но я всё равно испытываю… не знаю, как сказать. Животные инстинкты? Что-то около того. Теперь я не впадаю в ярость, но всё равно хочу перегрызть раздражающему фактору горло, только осознанно. Я поджала губы, но внутренний реалист вероломно напомнил, что брат, в общем-то, прав – с ограничителями я не помощник. Вообще всё ещё слабо понимаю, как именно они действуют, как вычленить из общего узора нити, которые они должны пережимать, и как сделать так, чтобы они не цепляли ничего лишнего. – Ты прав, с этим может помочь только Сайлас. Но всё же держи меня в курсе, если что-то пойдёт не так или если не получится это решить. Я хотя бы буду знать, что нужно быть готовой избавляться от внезапных трупов. Джер фыркнул и слабо улыбнулся. Я протянула руку и сама потрепала его по голове. Отлично, вот только брата с повадками вампира-потрошителя мне не хватало для полного счастья. – Кстати! Что ты хочешь на день рождения? – внезапно оживился Джер. – А? – У тебя день рождение чуть меньше, чем через три недели, Лена, – брат закатил глаза, – Что тебе подарить? Господи. Я что, уже год как Елена Гилберт? Какой кошмар. – Мировое господство, Шевроле Импалу 67 года и миллион долларов? – и пушистую шкурку Никлауса, но Элайджа такой запрос, наверное, не оценит. Хотя… – Ммм… первое тебе нафиг не сдалось, второе… зачем тебе эта рухлядь? А если пересчитать наше состояние плюс всё, что в оборотных активах, то миллион у тебя уже есть. Придумай что-нибудь получше. Я фыркнула, даже почти обиженно. – Ты только что разбил все мои розовые мечты, Джер. Не знаю. Удиви меня? Господи. Я действительно уже год как Елена Гилберт. И как дальше с этим жить?