Intrusion │ Вторжение

Пусть Элайджа готов был всем всё запретить и отменить бал, но он всё же остался на той дате, на которую его изначально определили. Конечно, в порывах моего жениха крылся исключительно здравый смысл, никто не спорит: всё-таки десять вооруженных до зубов, вышколенных охотников – плохой звоночек, мягко говоря. Сколько их в целом – пока неясно, так что резонно предполагать, что следом за одним десятком объявятся два, а то и все три. Причем так же логично опасаться, что они могут решить устроить облаву прямо на массовом мероприятии, чтобы накрыть всех обитающих в городе кровососов сразу, воспользовавшись суматохой и давкой, которые однозначно возникнут, стоит появиться хотя бы призраку угрозы. С другой стороны, имеются и контраргументы. В первую очередь, конечно, мы не знаем, сколько этих охотников всего… Да, аргумент и контраргумент абсолютно одинаковые, можно просто крутить этот факт как хочешь. И даже если где-то в запасе есть ещё хотя бы столько же мордоворотов, подготовить и спланировать нападение на защищённый особняк за неделю они не смогут при всём желании. К тому же, как раз напасть на особняк у них нет никаких шансов. Приглашения мы готовили не просто так: они – буквально пропуск на конкретного человека на ограниченное время. Просочиться без приглашения не выйдет: я на паранойе проверяла за Колом все чары. Конечно, в некоторых экземплярах есть опция “плюс один”, но такие мы выдавали только тем, чьего спутника могли заранее предположить. Ну и фейсконтроль на входе в любом случае будет, куда же без этого. Во-вторых, не очень понятно, сколько этим охотникам известно. Может, они выслеживали только Бекс и о реальном количестве первородных в городе не в курсе. Единственное, в чём можно с натяжкой быть уверенным – они всё же знали, что Ребекка именно первородная вампирша: слишком уж мощная группа для обычного кровососа. Вся мужская часть Майклсонов, скрипя зубами, но признала, что в одиночку, будучи застигнутыми врасплох, шанс положить десятерых таких охотников и у них – пятьдесят на пятьдесят, что уж говорить о Бекс. Резонно, ведь вопреки тому, что Элайджа неуязвим к вербене, Ник способен обратиться в зверя, а Кол владеет магией, точный выстрел из арбалета – прямо в лоб, к примеру – отправил бы любого из них в пусть недолгий, но нокаут. Но это лирика, конечно. В любом случае, сейчас у нас на этих загадочных охотников ничего нет. Они не из тех самых, которые прокачаны магией, но на этом всё. А потому наводить панику и всё срочно отменять пока нет причин. К тому же, если за первородными и вправду следят, то лишние телодвижения могут спугнуть недоброжелателей. Улыбаемся и машем, короче, пока подчиненные на заднем плане максимально незаметно для окружающих роют носом землю. Ну а лично для меня бал просто является обязательным пунктом перед тем, как наконец-то уехать в отпуск. Я настолько себя накрутила, что он обязательно будет, что, если его не случится, у меня просто вскипит мозг из-за моральной неудовлетворённости и незавершённости. В общем это обязательный рубеж на пути к поездке, иначе никак. Элайджа, кстати, как ему это не в первый раз удавалось, молчал по поводу конкретного места. Но так даже лучше, меня саму никакая дополнительная информация не грузит, и лишние соображения и планы не кипятят голову. – Это что, речь? – уточнила я у сидящего напротив меня в нашем магическом кабинете Кола за несколько дней до этого самого рождественского бала. – Нуу… и да, и нет, дорогуша, – протянул ведьмак, не отвлекаясь от записывания чего-то на небольшом листочке, – Я не собираюсь говорить речь… всю, я имею в виду. Ребекку он клятвенно заверил, что в его вступительных словах всё будет исключительно прилично… и кстати, он подозрительно легко в итоге согласился, хотя до этого чуть ли не насмерть спорил с Ником, что не станет брать конкретно эту обязанность на себя. Теперь понятно почему… ну, я изначально предполагала, что он задумал какую-то пакость. – И кого собираешься подставить? – уточнила я, перевернув страницу гримуара по искусственным измерениям. Хоть колдовать полноценно я сейчас не могу, но теорию можно познавать и без сиюминутной практики. Кол насмешливо фыркнул и наконец оставил исписанный листик, откинувшись на спинку дивана. – Вообще-то собирался Ребекку, но она и так уже хорошо наказана, так что Ника. Да и он легко перехватит внезапно свалившуюся инициативу. А малышка Бекс может запсиховать. Да, ожидаемо, выходить из дома ни мне, ни, в первую очередь, конечно, Ребекке нельзя. Ладно, мне на самом деле можно, но я не то чтобы хочу. А вот Бекс однозначно была первоначальной целью охотников – я-то просто случайно рядом оказалась – а значит, за ней всё ещё могут следить или, потерпев такое фиаско и не зная подробностей, желать расквитаться за потерю десятерых бойцов. Это, кстати – касательно Бекс, я имею в виду – было даже не решением Элайджи. Сестру под строгий домашний арест посадил Ник, хотя не без поддержки остальных домочадцев. На этом фоне, кстати, Финн, Сейдж и Хенрик от греха подальше вернулись в особняк, хотя мальчик, кажется, всё ещё намеренно избегает гибрида. Ну а за мной дорогой жених в любом случае бдит коршуном, нападение особо ничего не изменило в этом плане, хотя выходить “в свет” в подходящем сопровождении мне, конечно, в отличие от блондиночки, можно. – Она и так психует, – хмыкнула я, – Принцессу запер в башне злой вурдалак, помнишь? Кол прыснул, а затем вовсе сложился на пару минут пополам от сдерживаемого хохота. – Не то что у неё совсем нет путей, чтобы ненадолго обмануть его острый нюх и зоркий глаз, – отсмеявшись, отметил ведьмак, – Она просто не согласилась платить за подобную услугу слишком часто… Это было ожидаемо. Я уже давно заметила, что Кол, в меру возможностей, немного докручивает кое-что в защите особняка, исключительно в положительную сторону, разумеется. Судя по всему, именно его вмешательство изначально и избавило нас от внезапных визитов призраков, я просто сразу не сообразила, что это может быть взаимосвязано. Да и сам Кол, как выяснилось уже позднее, не знал, что его экспериментальные чары так сработают. Ну а ненадолго оставить что-то вроде фантома, неотличимого от живого человека, который некоторое время может поддерживать иллюзию реального присутствия, и я, даже в текущем состоянии, в теории могу. Пришлось бы долго пыхтеть ради очень кратковременного результата, но всё же. Короче, не то чтобы для колдуна уровня Кола это было чем-то сложным. А этой “платой” он явно отыгрывается за недавнюю обиду. В принципе, наверное, это самый безболезненный путь разрешения той неприятной ситуёвины. Кстати, о птичках… портрет Кол упёр себе в комнату и… ну, похоже, всё ещё не догадался, кто художник. По крайней мере, Джер не уловил никаких изменений в поведении, чем страшно уязвился, так что вроде как сейчас находится в процессе рисования нового нетленного шедевра. За этим и вправду в тысячу раз веселее наблюдать, чем за вялотекущим флиртом Кэр и Ника. Чем ближе был бал, тем сильнее у меня болела голова. Скорее в переносном смысле, конечно, но иногда и буквально. В основном проблемы и накладки возникали из-за будущих гостей, количество которых то убывало, то прибывало. Ребекка сначала частично, а затем вовсе полностью перевесила этот вопрос на меня, так что приходилось немного страдать. Например, внезапно выяснилось, что Дженна возвращается в Мистик Фоллс и, кто бы сомневался, хочет тоже попасть на наш бал. Вот кого я надеялась вообще никогда больше не увидеть в этом городе, так это её. У неё просто перерыв в исследовании до весны, ничего неожиданного, но изначально во мне тлела слабая надежда, что она предпочтёт провести свободное время в Европе. Разумеется, глупо рассчитывать, что кто-то будет упрощать мне жизнь. Но тетушка хотя бы весной снова уедет. Мысленно пообещала не переживать о Соммерс больше необходимого: убить её не убьют, а что касается Зальцмана… едва ли он высунется в ближайшее время. Но на всякий случай на неё отдельного приглашения мы делать не стали, а просто договорились с Джером, что он возьмёт её в качестве “плюс один”. Гостями я, разумеется, занималась всё же не одна, а как раз таки совместно с Колом. Зачаровывать приглашения сама должным образом пока не могу, так что конкретно эта обязанность перепала ему. Благо, удалось установить дедлайн по изменению списка приглашённых, так что на данный момент у нас наконец-то последняя итерация на руках. И со всеми правками закончили мы быстро. Я уже понадеялась, что на этом все мои мучения относительно бала завершены, но… вечером после ужина на экране мобильного высветился контакт Кэролайн. Спать мы, конечно, ещё не легли, но и лишних телодвижений и волнений уже совершать не собирались… Мысленно досчитала до десяти, но звонок не сбросился сам собой, так что пришлось ответить. – Добрый вечер, золотко, – устало выдохнула я в трубку, про себя взмолившись, чтобы этот разговор завершился быстро. И не подразумевал никаких корректировок в списке приглашённых. – Ник прислал мне платье, и браслет, и приглашение пойти с ним, и мой портрет!.. – скороговоркой выпалила Форбс первую часть и, прервавшись лишь на один вздох, приступила ко второй, – Оно ужасно красивое и безумно дорогое! И браслет тоже! Он с настоящими бриллиантами, Елена! Боже… вялотекущая Санта-Барбара наконец-то куда-то продвинулась. Элайджа на другой стороне кровати зажал пальцем строчку в книге, на которой остановился, и скосил взгляд в мою сторону, даже не пытаясь сделать вид, что не подслушивает. Блин, может, вообще на громкую связь включить и заглушку с комнаты опустить?.. Ник, вроде, у себя, так что должен будет услышать… Хотя нет, мне лень, и я не собиралась изначально делать никаких лишних телодвижений. – Поздравляю, Золушка, – надеюсь, мой душераздирающий зевок не был слышен на той стороне, – А о подходящих туфлях прекрасный принц не позаботился? Или эта работа осталась для загадочной феи-крёстной? На самом деле я в курсе как выглядит это самое платье и то, что где-то в той же коробке туфли обязательно должны быть, потому что Ребекка чуть не закатила грандиозный скандал, когда Ник всё же решил спросить мнение у сестры по поводу подарка своей пассии, и выяснилось, что обувь он не предусмотрел в комплекте. А вот про браслет с брюликами белобрысый засранец умолчал. Ну да ладно, его право, я вообще удивлена, честно говоря, что у них всё плюс-минус складывается во что-то даже очень очаровательное. Всё-таки это совсем не тот Ник и совершенно не та Кэролайн, что были в сериале… а может, как раз потому всё и складывается, в отличие от оригинального развития событий. На той стороне связи раздался шорох, а потом мне пришлось оторвать телефон от уха, потому что Форбс запищала, кажется, на ультразвуке. У Элайджи даже щека немного дёрнулась от этого. Хорошо, что у меня нет сверхъестественного слуха, ей богу. – Тут есть! Тут есть туфли! Они восхитительные! Развлечения и увеселения для, представила, как Форбс скачет вокруг подарка, как ужаленная в жопу кенгуру. И ведь это вполне правдоподобная картина… – Надеюсь, это значит, что твои метания относительно “идти или нет” наконец окончены, – проворчала я, когда блондинка немного угомонилась. – Да-да! – она каким-то образом продолжала говорить необъяснимо высоким и воодушевленным тоном, но затем он вдруг упал до какого-то тихого и неуверенно-задумчивого, – Знаешь… я поняла сейчас, что ничего про него особо не знаю, даже у тебя и Ребекки не спрашивала, хотя вы же с ним хорошо знакомы, да?.. – Не волнуйся, золотко, после бала обязательно тебе всё, что знаем, расскажем… а может, он и сам поделится, – пробормотала я, а затем, смазано попрощавшись, наконец завершила звонок. Сразу после бала я вообще-то уеду с женихом в отпуск, но какая разница? Все эти романтические сериалы забавные, конечно, но в дозированном объёме. К тому же, скоро конкретно в истории Кэр и Ника предвидится крутой поворот с открытием для всех факта, что, собственно, Ник = Клаус. На балу это в любом случае произойдёт, так что даже не знаю, нужны ли будут какие-то ещё пояснения. – Про браслет я впервые слышу, – со смешком заметил Элайджа, вернув взгляд на книгу, но затем, спустя пару секунд гипнотизирования страниц, просто закрыл её и отложил на тумбу. – Я тоже. Туфли точно выбирала Ребекка. – Значит, она – фея-крёстная? – фыркнул мужчина и сполз ко мне на подушку, потушив ночник. – Ну, нет, вряд ли. Только если намекнуть ей, что Золушке ещё нужно где-то раздобыть кучера и карету. Я, увы, пока не в форме для таких чудес – даже если попытаюсь, мои чары до двенадцати не продержатся. – Ты весьма благосклонно относишься к девушке, которая записана у тебя в телефоне как “Блондинка №3”, – заметил первородный, впрочем, явно больше позабавленно, чем удивлённо. – Можешь попробовать угадать, кто номер один. Но у тебя только одна попытка, – протянула я, с удовольствием пристроив голову на чужом тёплом плече. – Моя сестра, полагаю? – Не угадал, – фыркнула я, не удержав ухмылку, – Она, увы и ах, лишь номер два. Хотя рано или поздно наверняка продвинется вперёд, когда моё восприятие некоторых личностей окончательно изменится. Элайджа ответил смешком. – Никлаус, значит. – Да, но чувствую, он скоро упадёт в рейтинге. Однако пока что так. – Не боишься запутаться? – Я тебя умоляю! Ни одному из них я никогда не звоню сама, они – всегда инициаторы! Какая вообще разница в таком случае? Мужчина хмыкнул. Стоит ли мне сказать ему, что его контакт у меня обозначен всего одной буквой? Наверное, нет. Хотя вряд ли он будет возмущаться. В конце концов, независимо от других изменений в телефонной книге, контакт “А” – всегда первый в списке и набирается с одного нажатия, без необходимости куда-то листать и что-то специально искать. Никакой романтики, да, только сухая прагматичность. В день Х я умудрилась проспать. Ну, вернее, меня просто никто не разбудил, так что я продрыхла в своё удовольствие практически до половины девятого. Непозволительно долго для человека, который старается жить в режиме. В целом я ожидала от Майклсонов некоторой циничности по отношению друг к другу, но всё же была очень удивлена, обнаружив почти весь состав в большой гостиной, которую сейчас освободили от мебели, превратив таким образом в бальный зал, с бокалами шампанского в руках и совершенно безмятежными выражениями лиц. Не хватало только Ребекки и Хенрика. – Храни вас господь, весёлые господа! – фыркнула я вместо приветствия. Мне воодушевлённо отсалютовали бокалами, а когда я спустилась с лестницы, мгновенно всучили один. – Есть какая-то конкретная причина, почему ещё нет десяти утра, а вы навеселе? – уточнила, тем не менее от алкоголя не отказавшись. Сегодня можно. – Ребекка обнаружила среди десятков бутылок две “совершенно не те, что я заказывала!”, так что мы срочно избавляемся от этого вопиющего ужаса, который непременно абсолютно испортит идеальный бал нашей малышки Бекс, – пояснил Кол. Я с удовольствием прижалась к боку Элайджи, прислонившись виском к его плечу. Что может быть лучше, чем начать расслабляться с самого утра? Мужчина мягко приобнял меня в ответ, пробежав теплыми пальцами по плечу в нехитрой ласке. – А она сама где? – догадываюсь, что где-то страшно занята доведением всего до того самого “идеала”, но мало ли. – Везде, – фыркнула Сейдж, пригубив свой бокал, – А Хенрик, наивная душа, вызвался ей помогать. Ну, пусть, один раз лучше самому получить граблями по лбу, чем тысячу раз услышать, как это неприятно. – А вдруг ему понравится, и мы получим ещё одного неуёмного организатора? – с театральным беспокойством спросил Кол. – Возможно, тогда их энтузиазм замкнётся друг на друге, и мы все будем жить свободно и счастливо, – предположила я, отхлебнув наконец-то из бокала. И чем Ребекке не понравилось розовое?.. – Или мы получим неостановимый бульдозер с двойной тягой и никогда больше не будем знать покоя, – задумчиво протянула Сейдж. Резонно. В общем, допив шампанское, мы все лениво расползлись готовиться к вечеру, пока взмыленная Бекс металась по всему дому, таская за собой едва поспевающего Хенрика. Впрочем, мальчик буквально через пару часов сдался и сошёл с дистанции. Ещё одного энтузиаста, к счастью, не родилось. А пока мы лениво собирались, бессовестно подслушивая генеральские крики Ребекки, раздающиеся в самых разных уголках дома, Элайджа любезно напомнил, почему ни у одного мужчины в мире нет и шанса назваться его конкурентом. – Ты серьёзно? – это всё, на что меня хватило, когда на мою шею легло золотое колье. Роскошное. И это ещё довольно скромный эпитет. Основа украшения из золота, но его почти не видно из-за сверкающих белых опалов разного размера. Но если бы только это… Главная изюминка – каскадные подвески, свисающие с основной части. В общем украшение словно бы состояло из трёх уровней: верхний – плотно собранные белые опалы, образующие непрерывную линию; средний – изящные дуги из мелких опалов, соединяющие основную часть с длинными подвесками; и, собственно, нижний уровень – подвески – каплевидные жемчужины на длинных цепочках из мелких всё тех же драгоценных камней. – Я думаю, оно чудесно подходит твоим глазам, – невозмутимо сообщил Элайджа, всё же защелкнув замок украшения, но на этом не остановился, вновь потянувшись к шкатулке, откуда достал колье, – И не только оно. – Ты серьёзно, – пробормотала я, усилием воли заставив себя удержать взгляд на зеркале, а не потупить его смущённо куда-нибудь в пол. Сережки тоже с белыми опалами и жемчугом на концах в комплект к ожерелью даже для моего внутреннего ненасытного жадины оказались немного… слишком. Не знаю, просто… есть какие-то пределы разумного в подарках… ну, пускай даже будущей жене, даже на Рождество. – Твоя сестра меня сожрёт… – едва слышно выдохнула я, осторожно касаясь пальцами каплевидных, идеально подобранных по размеру, неотличимых одна от другой жемчужин на колье. Это… безумно красиво, и я боюсь даже представить насколько дорого. Идеальные белые опалы ведь тоже, мягко говоря, недешёвое удовольствие. – Для её же блага ей лучше оставь своё недостаточно корректное мнение при себе, – легко отмахнулся мужчина, но с едва уловимыми твёрдыми нотками, намекая, что это утверждение, в случае чего, может стать предупреждением в адрес Ребекки, если не угрозой, – Тебе нравится? – Да, – на долю секунды пришлось прикрыть глаза, чтобы собраться с мыслями и вернуть себе способность к чёткому изъяснению, – Очень. Они великолепны, спасибо. Но мне всё же кажется – ты меня излишне балуешь. Элайджа не скрываясь довольно хмыкнул, а затем наклонился, касаясь губами моего открытого плеча, запуская тем самым волну мурашек. Черт, я же уже не собиралась снимать платье… – Я так не думаю, – только и ответил он, практически не отрываясь от моей кожи. Мысли под настойчивыми, тягучими ласками быстро стали скользкими и неважными. Надеюсь, мы хотя бы не опоздаем к началу… И мы всё же даже не опоздали в итоге. Потому что мы ответственные и умеем планировать время, да… мне, по крайней мере, нравится так думать. Ещё и успели выслушать контрольный инструктаж от Ребекки, которая была слишком взвинчена и сосредоточена на мероприятии, чтобы замечать что-то, кроме косяков в работе персонала и мелких неидеальностей в декоре. – Чудесное платье и украшения, дорогуша, – отсалютовал мне бокалом стоящий неподалёку у фуршетного столика Кол, когда блондинка поразительно ловко и быстро для такой высоты каблуков скрылась из виду, – Тебе повезло, что малышка Бекс слишком увлечена организацией, иначе она бы сожрала тебя заживо. Я только фыркнула и уцепилась пальцами за локоть Элайджи. – Это комплимент не совсем мне, но спасибо. – Аа, – Кол насмешливо сощурился, – Тогда забудь. Ты сегодня просто чуть более цветущая, чем обычно, а мой брат обойдётся без поглаживаний его эго. Элайджа хмыкнул и одарил ведьмака каким-то нечитаемым взглядом, но тот на это лишь улыбнулся шире. Как-то он больно воодушевлён грядущей гадостью… или просто действительно рад наступающему Рождеству. – А где остальные? – или мы всё-таки опоздали немного? Или, наоборот, слишком рано приползли? – Еще… – Кол задумчиво качнул бокал, – где-то. В любом случае, гости начнут появляться только ориентировочно через полчаса. Он в итоге немного просчитался, потому что первую группу гостей пустили уже через двадцать минут, и отдуваться с приветствием пришлось только мне и Элайдже. К счастью, в скором времени подоспела и Ребекка, да и остальные Майклсоны подтянулись. В какой-то момент Элайджа ненавязчиво попытался меня утащить из зала, но не успел, потому что гостей действительно набралось прилично. Платья и украшения блестели повсюду. Так что нас настиг Ричард Локвуд, вернее, настиг он первородного – до меня ему никакого дела не было, и вообще он прозрачно намекнул, что было бы кстати, если бы я оставила их наедине на пять минут. Моему жениху это явно совершенно не понравилось, но около дверей зала очень кстати околачивался Ник, с которым я хотела переговорить до фактического начала мероприятия, поэтому первородный остался терпеть мэра в одиночестве. – Ты так восхитительно делаешь вид, что совершенно точно никого не ждёшь, что с тобой даже стараются не здороваться лишний раз, чтобы не отвлекать, – заметила я, легко зацепив гибрида за локоть. Он только фыркнул и глаза закатил, исключительно театрально, конечно. – Уже жалею, что послушал Ребекку. Надо было всё-таки прислать свою машину. – Это действительно лишнее. И немного некорректно, знаешь ли, – Ник выгнул бровь, явно не разделив уверенность в подобном утверждении, – Понимаешь, если она приехала сама, она и уехать может сама, когда и как захочет, а вот если её привез кто-то… – Женщины любят докручивать какие-то лишние смыслы и обязательства там, где в этом нет необходимости, – недовольно цокнул он в ответ, – Это несколько старомодный взгляд на вещи. Современность даёт вам право поступать исключительно как вам хочется. Какие мы прогрессивные… – Ты рушишь романтику бала и эту таинственную окраску встречи… – протянула я, – Кстати о таинственности, одна птичка нашептала мне, что Кол планирует говорить лишь половину вступительной речи. Гибрид поморщился и тяжело вздохнул, но удивленным вообще не выглядел. Почему мне кажется, что ведьмак проворачивает такое свинство далеко не в первый раз? – “Одна птичка” – это сам Кол, можешь не усложнять. Но спасибо, что предупредила, хотя это ожидаемо. В таких вещах он редко бывает оригинальным. – Не за что, – я усмехнулась, вспомнив ещё одну важную вещь, – Полагаю, сегодня образ “просто Ника” безвозвратно рухнет для этого города. Мужчина хмыкнул, но едва ли раздосадованно. – Эта маленькая интрига и без того несколько затянулась, не так ли? Возможно, пакость Кола даже будет весьма удачным элементом для шоу со сбрасыванием масок… впрочем, я всё ещё слабо понимаю, для кого этот перформанс был. – В первую очередь для Кэр, – да, в общем-то и всё, – Ну и ещё для пары олухов, но их можно не считать. Мне хотелось бы верить, что Энцо срать с высокой колокольни на разборки первородных. А насчёт Деймона… не знаю, он, конечно, идиот, который не осознаёт, что такое это ваше самосохранение, но не настолько же у него нет мозгов, чтобы бесить… вот вообще всех первых вампиров вместе взятых. В последнее время он ни к кому, вроде, не лезет, но что-то мне подсказывает, что это не внезапно проклюнувшийся на второй сотне лет мозг, а просто затишье перед очередным приступом кретинизма. Никлаус вдруг потерял всякий интерес не только к нашему диалогу, но и ко всему, что его окружает в целом, полностью сосредоточившись на одном направлении, вид у него был при этом одновременно и очень серьёзным, и мечтательно глуповатым. Я проследила за его взглядом и не удержала прорвавшуюся наружу паскудную улыбку. Разумеется, вот и наша Золушка, наконец-то. Голубое платье было практически таким же, как я помню из сериала, но всё же более пышным, что ли. И вышивка на топе другая, но глобально всё то же самое. Я махнула Форбс рукой, но не стала задерживаться, чтобы поприветствовать её, и похлопала всё ещё находящегося в своих грёзах гибрида по плечу. – Не растеряйся только в самый ответственный момент, пожалуйста. Это было не про Кэролайн, конечно, но не уверена, что он меня правильно понял. Ну да ладно. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не буянило. Элайджа поймал меня буквально метра через три, как я отошла от Ника. Вид у него был немного недовольный, но торжествующий. – Ты успешно надолго отделался от Локвуда, полагаю? – я медленно провела пальцами по его гладкому галстуку и подняла глаза, чтобы встретиться взглядом. – Лучше, – он хмыкнул и мягко обхватил мои ладони своими, – Скинул все разговоры с мэром на Финна. – Какое бессовестное коварство, – впрочем, это было ожидаемо, Элайджа же уже практически полностью смог дистанцироваться от Совета, – Твой брат, вероятно, не будет разговаривать с тобой целую неделю. – Я рассчитываю на все две, – не поведя бровью сообщил он. Ах, да, мы как раз настолько, вроде, уезжаем. Надеюсь, ради безмятежного отпуска он не собирается сраться вообще со всеми своими родственниками… В скором времени рядом с нами нарисовался один из подчинённых Элайджи. Хоть изначально они и были незадействованы в мероприятии, но в связи с возникновением новых угроз первородный всё же привлёк их, однако лишь к обеспечению безопасности. Паренёк уведомил, что практически все приглашённые явились, так что пора бы и начинать. Мы медленно двинулись в сторону лестницы. Она была двусторонней и с центральной площадкой, в обычное время на неё даже внимания лишний раз не обращаешь, потому что свет на ней почти не включается и, погруженная в тень, она не притягивает взгляд, просто растворяясь в пространстве гостиной. Однако сейчас Ребекка её украсила и включила всё освещение: получился отличный пьедестал для хозяйских выступлений. Остальные Майклсоны тоже постепенно потянулись к лестнице. У её подножья, конечно, охрана. Как и у всех дверей, куда гостям вход запрещён, хотя мы с Колом в любом случае заблокировали всё магией. Но с мрачными стражами всегда доходчивее получается, тут не поспоришь. Не удержала усмешку, вспомнив, как мы репетировали расстановку. Ей Богу, это было то ещё шоу, учитывая меняющееся раз в пять минут мнение Ребекки, но в итоге, конечно, получилось собраться в какую-то симпатичную композицию. На площадке лестницы – Бекс, Кол, Ник, и Хенрик, справа для зрителей на ступеньках – Финн и Сейдж, и слева – я и Элайджа. В общем даже эстетично, мне, например, в сериале не нравилось, как они постоянно стояли на мероприятиях, а тут очень даже ничего. Пока все собирались и разбирали бокалы с шампанским, я оглядела гостей. В самом дальнем конце зала обнаружились Дженна и Джер: они немного припозднились; Кэролайн замерла практически в центре зала, рассеянно и неуверенно поглядывая по сторонам, очевидно, потеряв Ника, который в свою очередь замер в глубине площадки, таким образом оказавшись невидимым пока для гостей; Локвуды – к сожалению, без Мэйсона, он не приехал, решив отметить со стаей – разместились совсем близко к лестнице; с моей точки зрения, с левой стороны у стены и, соответственно, фуршетных столов обнаружился Сальваторе, я вообще была против его кандидатуры среди приглашённых, но он всё-таки член Совета Основателей, так что пришлось, скрипя зубами, принять факт его присутствия; а вот с другой стороны, справа, обнаружился Энцо и… – Уважаемые гости, прошу минутку вашего драгоценного внимания! – начал Кол, и пришлось натянуть на лицо безмятежную улыбку, однако на автомате я всё равно сильно сжала локоть Элайджи. Первородный немного повернул голову в мою сторону, вопросительно вскинув брови. Я только указала взглядом в нужную точку. – Сент-Джонс прошёл по “плюс один” с Сальваторе, а на неё приглашения вообще не предусматривалось, – практически одними губами пояснила я. Бонни Беннет вообще не должно быть в городе, откровенно говоря. – Форбс привела? – едва слышно предположил первородный. Благо, гости не особо торопились с концентрацией внимания на хозяевах. – У обеих одиночные приглашения, – возразила я, снова нервно стиснув локоть мужчины. Чёрт. Какого хрена? Люси клялась мне, что ноги их больше не будет в Мистик Фоллс и Бонни они тоже сюда не пустят. Вампир на долю секунды поджал губы и недовольно сощурился, а затем взглядом нашёл кого-то в толпе гостей, долго тяжело задержав глаза на месте. Полагаю, кого-то из подчинённых напряг заняться вопросом. – Благодарю, что посетили нас сегодня! Это большая радость видеть вас всех! – Кол наконец продолжил, когда всё внимание наконец обратилось к нам, – Прежде всего мне хотелось бы отметить, что в этом зале собралось столько достоинства, красоты и блеска, что, кажется, все освещение можно тушить – мы осветим эту ночь сами. Посмотрите друг на друга, дорогие друзья! Мы все здесь такие разные, но всех нас привел сюда один повод – желание быть не одному в самую волшебную ночь. Знаете, Рождество – это удивительное время. Время, когда мы наряжаем ёлку, вешаем омелу... и целый год копим истории, чтобы сегодня вечером обсудить их за ужином. Так что прошу, поднимем бокалы сегодня в первый раз. За Рождество! За то, чтобы в новом году у нас было поменьше поводов для сплетен, но побольше – для настоящих, искренних улыбок! Гости воодушевлённо, торопливо пригубили шампанское, да и мы тоже. Я даже позволила себе ненадолго забыть про внезапно нарисовавшуюся Беннет, потому что мне на самом деле стало интересно, как Кол вывернет свою речь, чтобы уступить её продолжение Никлаусу. – Обычно в этот вечер все говорят про успех, деньги и планы на будущее. А я хочу сказать про то, что намного ценнее этого всего вместе взятого, – продолжил ведьмак, стоило гомону и тихим позвякиваниям стихнуть, – Семья. Это не только про кровь. Семья – это те, кто готов терпеть твою дерзкую физиономию из года в год. Это те люди, которые помнят наши самые позорные провалы, самые нежданные победы, все наши неудачные прически в разные эпохи жизни и те моменты, когда мы теряли своё достоинство, или, наоборот, забирались на самый верх пьедестала благородства и триумфа. Но они всё ещё здесь, с нами, вопреки всем этим кошмарным воспоминаниям. Знаете почему? Потому что шантажировать их бесполезно – им уже всё про нас известно, но вопреки этому они остаются рядом. Это и есть семья. Поэтому я предлагаю второй тост. За близость! За то, чтобы мы могли быть собой – дерзкими, громкими, неудобными – но при этом всегда могли вернуться домой к кому-то! Вновь раздался перезвон бокалов, мы тоже пригубили свои, но тут Кол решил не делать долгой паузы: – И кстати, о семье… Я, безусловно, разболтался, а слово по праву принадлежит не мне, а тому, кто старше, злее и… может, даже немного наглее. Думаю, мой дорогой старший брат Никлаус не будет против закончить мою затянувшуюся речь! Ник выглядел даже польщенно. Он усмехнулся и наконец вышел к краю площадки, на место, с которого чуть в сторону отступил Кол, теперь став практически центром этой композиции. – Как внезапно и любезно с твоей стороны, – фыркнул он, тем не менее явно заранее полностью готовый подхватить монолог практически с любой точки, – Ты, как всегда, сумел сказать всё самое важное раньше остальных – немного дерзко, но до того момента, когда наша сестра начнёт краснеть и захочет спустить тебя с этой самой лестницы. Никлаус на долю секунды замолк, давая гостям время похихикать. Пока это происходило, он успел цепко оглядеть зал. Впрочем, не только он, я тоже внимательно посмотрела на некоторых гостей. Глаза Кэролайн широко распахнулись, выглядела она действительно поражённо. Что ж, да, Ник + Клаус = Никлаус. Забавно, что этой интриге удалось продержаться аж практически до конца декабря. Деймон же у стены сощурил глаза и чуть покривил губы, но быстро спрятал это выражение за натянутой ухмылкой. Энцо же и Бонни рядом с ним в общем-то никак не отреагировали. Ведьма даже легко усмехнулась с шутки. – Говоря честно, мне и добавить-то практически нечего. Да и я хотел бы быть краток, потому что впереди танцы, а я ещё не пригласил одну очаровательную особу разделить со мной хотя бы один. И всё же, есть то, о чём мой дорогой младший брат сказать позабыл. Этот год был определённым испытанием для нас всех, в той или иной мере. Но мы стойко прошли их все, кто-то – просто выучив ценные уроки, а кто-то – даже выцарапав себе ценные награды. Думаю, многие уже слышали, что грядущий год ознаменуется для нашей семьи сразу двумя свадьбами. Двое моих бессовестно счастливых старших братьев решили, что с них хватит холостяцкой жизни, – Ник усмехнулся и отсалютовал бокалом сначала в нашу сторону, а затем в сторону Финна и Сейдж, – Семья растёт. Узы крепнут. Поэтому я хочу поднять тост за будущее. За то, чтобы каждый из нас становился сильнее. Не той дубовой силой, которая гнёт своё, а силой быть честным – с собой и друг с другом. Чтобы мы были храбрее. Храбрее в своих мечтах. Храбрее в своих ошибках. Чтобы у каждого из нас хватило смелости идти за своей мечтой. Мечтой, которая заставляет сердце биться чаще. И, как уже отметил мой брат, чтобы никто из нас никогда не забывал: как бы высоко мы ни взлетели, как бы далеко ни ушли, всегда есть люди, которые поймают нас, если мы упадём. И которые напомнят нам, кто мы есть, если вдруг забудем об этом сами, вернут домой, если мы заплутаем в пути. Это и есть семья. Это наша сила. За нас. За тех, кто рядом. И за тех, кто скоро станет к нам ещё ближе. С Рождеством! Бокалы наконец-то зазвенели громко и чётко, а зал в мгновение наполнился гомоном: гости принялись поздравлять друг друга, делиться мнениями и шутить. Совместная речь, безусловно, удалась. Мы все тоже наконец-то полностью поднялись наверх, чтобы побренчать своими бокалами. Ребекка одновременно заливалась восторженным соловьём и пыталась утереть растроганные слёзы, не испортив макияж. – Танец! – воскликнула она, справившись с собой, – Кол, куда ты намылился?! – Разве я уже не выполнил свой братский долг на все сто двадцать процентов, дорогуша? – деланно возмущённо фыркнул ведьмак. – Первый открывающий танец танцуют все, а потом занимайтесь, чем хотите, – распорядилась Бекс, схватив брата за локоть. Я заметила, что на площадку лестницы, оказывается, уже какое-то время назад бесшумно пробрался один из подчинённых Элайджи и что-то тому тихо быстро говорил. Первородный кивнул и жестом отпустил парня. – Кол, после танца ты мне будешь нужен на минуту, – сказал он, когда Ребекка закончила с распоряжениями и уже погнала всех вниз. Ведьмак немного нахмурился, но кивнул. Я же с любопытством взглянула на жениха. Неужели всё-таки подделка приглашения? – Не стоит беспокойства, – спокойно ответил на мой взгляд мужчина, но меня это совсем не устроило. – Я буду беспокоиться, если не узнаю, – пояснила я, бездумно проведя пальцами по лацкану его пиджака. Элайджа вздохнул и на мгновение поджал губы, но всё же пояснил: – Приглашение есть, по нему девушка и прошла в дом. В общем списке оно тоже имеется, но, скорее всего, оно поддельное или… искажённое. Интересно. О втором варианте я как-то не подумала, но, вероятно, именно он – верный, потому что внести в общий список подделку вряд ли получилось бы, а вот исказить уже имеющееся приглашение и пункт… в теории не слишком сложно. В любом случае, сначала танец, а затем разборки. С удовольствием отметила, что Кэр всё же встала в пару с Ником, хоть и заметно прятала от него глаза. Что ж, и вправду надеюсь, в следующем году мы все станем храбрее в своих мечтах… То ли Ребекка изначально намеренно урезала композицию, то ли время сегодня текло поразительно быстро, но в итоге танец кончился как-то слишком скоро. Я даже насладиться им не успела, хотя и торопиться на следующий не хотелось. Воспользовавшись паузой и тем, что народ с большим интересом налег на столы с едой, мы, прихватив Кола, вышли в библиотеку. Тот самый подчинённый уже выложил на кофейный столик приглашение и общий список. – Это было приглашение на Мередит Фелл, – тут же определила я, но не по магии, а просто по номеру в списке, в конце концов, именно я его и составляла, – Она сама не явилась? – Нет, – отчитался парень. – Из Феллов вообще никто не пришёл, – отметил Элайджа, за один взгляд оценив явочные листы. Кол задумчиво замычал, крутя в руках изменённое приглашение. – Это случайно не с ними Финн сначала чуть ли не в дёсна целовался, а потом они разосрались в пух и прах из-за бюджета на следующий год? – Да, они, – первородный хмыкнул, – Потому и не пришли, полагаю. Мередит, кажется, работает в больнице, откуда бесконечно чудесным образом пропадает кровь – и никому нет дела… – Думаешь, Сальваторе решил подсобить приятелям?.. - проворчал Кол и наконец передал приглашение мне, – Девочка не особо старалась, откатить обратно не сложно. Да на самом деле всё само скоро вернётся, как было. – Вот кто настоящая Золушка сегодня, – отметила я, осматривая приглашение расфокусированным взглядом. В самом деле ничего такого, она как бы просто пережала чары Кола кое-где и набросила чуть-чуть своих, вероятно, ей потребовалась пара хитрых, но не особо затратных заклинаний. Однако долго это всё не продержится, и карета превратится в тыкву под бой часов… вернее, Беннет вылетит из дома, как пробка из шампанского, потому что защита её просто выкинет буквально через пару часов. – Забавно, что у неё получилось даже изменить запись в основном списке, – Кол задумчиво постучал по листам указательным пальцем, – Хотя мы тут сами виноваты: не надо было их связывать магией. – Это была твоя идея, – сварливо напомнила я, но затем махнула рукой, – Ладно, в любом случае, эта принцесса будет вынуждена скоропостижно покинуть бал даже раньше двенадцати и без нашего вмешательства. Кол согласно промычал, а потом как-то мечтательно усмехнулся, явно что-то придумав. – Мне даже хочется на это посмотреть… Элайджа лукаво взглянул на воодушевившегося брата, но все комментарии оставил при себе. Ладно, с этим разобрались, но вечер сегодня длинный… и надеюсь, ничего больше из ряда вон выходящего за него не произойдёт.