Вспомни меня, Вэй Ин

В Облачные Глубины они прибыли уже под вечер. Цзян Чэну хотелось бы на это посмотреть, но беспокойство за племянника было сильнее. Поэтому он покинул их раньше, забрав своих донельзя утомлённых адептов, и направился в Ланьлин. Лань Ванцзи, Вэй Ин и Не Хуайсан немного подзадержались в Цайи. Вэй Ин пришел в восторг от обилия товаров на прилавках, бегая от одного к другому, а Лань Ванцзи скупал все подряд — новые ханьфу, фонарик с кроликом, корзину локв, копчёных уток, сладости, пряности. Он был уверен, что гусуланьское питание придется не по вкусу Вэй Ину. Причуды памяти заставили того забыть, что он боится собак, но вряд ли смогут заставить полюбить горький травяной отвар. Покупок было так много, что не все они влезли в цянькунь Лань Ванцзи, тем более там уже обретались его гуцинь и пожитки Вэй Ина, включая лук со стрелами. То, что не поместилось, навьючили на недовольного осла. Чтобы его утешить, купили побольше яблок. Вэй Ин попытался одно из них съесть, но осел был начеку и ловко вырвал фрукт из его руки. Милашка в новом ошейнике с нефритовыми висюльками — да, Вэй Ин и про него не забыл — лизнула хозяина и что-то сказала ушастому скакуну. Никто не понял, что именно, но следующее яблоко Вэй Ин грыз уже спокойно. Лань Ванцзи не сводил с него глаз. Любовался и в то же время надеялся застать момент узнавания. Но Вэй Ин только радостно скакал вокруг него, восхищаясь красотой пейзажа и сетуя на крутость тропы, ведущей в Облачные Глубины. Место на спине осла, свободное от поклажи, он уступил Не Хуайсану, вынужденному оставить лошадей и повозку под горой. Ближе к вершине Вэй Ин посерьезнел и робко спросил, держась ближе к Лань Чжаню. — Твое решение… ну про нас с тобой, тебе не навредит? Может, пока лучше об этом не говорить? — Нет, — Лань Ванцзи ответил, не задумываясь, — брату я скажу сразу. Дяде тоже. — Восхищаюсь вашей смелостью, молодой господин Лань, — хмыкнул Не Хуайсан, волей-неволей слышавший их разговор, — раньше вы не были так решительны. — И все потерял из-за этого, — глухо отозвался Лань Ванцзи. — Ты о ком? О друге, которого не смог найти? — в глазах Вэй Ина светилось сочувствие. «О тебе», — хотелось ответить Ванцзи, но он сдержался. Время и место были неподходящими и ему хотелось, чтобы Вэй Ин вспомнил его сам. Но позже, когда оценит всю силу чувств и искреннюю заботу. Лань Ванцзи так и не успел придумать подходящий ответ. Из поредевшего тумана возникли высокие каменные ворота, охраняемые адептами в белых одеждах. Они встрепенулись, узнав второго Нефрита и на их симпатичных лицах отразилось сдержанное любопытство. Не каждый день второй молодой господин возвращается в такой интересной компании. Глава клана Не, понятно, он часто обращается за помощью ко всем подряд, а вот изящный юноша довольно странного вида — и подумать только, с собачкой на руках, это что-то новенькое. Изголодавшихся по впечатлениям молодых адептов заинтересовал и осел, на котором восседал Не Хуайсан. Тем более животное тут же нарушило правила, громко заорав. Охранники переглянулись, нюхом чуя в чистом горном воздухе завлекательный аромат скандала. И чутье их не подвело. Навстречу прибывшим быстрым шагом шли глава клана Лань Сичэнь и достопочтенный учитель Лань. Лань Ванцзи, Не Хуайсан, не без труда сползший со спины Яблочка, и оробевший Вэй Ин поклонились им. Те кивнули в ответ и пригласили гостей последовать за ними. Не Хуайсану очень хотелось отдаться на попечение слуг и как следует отдохнуть, но любопытство пересилило. Лань Сичэнь ласково улыбнулся младшему брату и его спутникам. Он без всяких слов понял, что Ванцзи и счастлив и встревожен одновременно. И вряд ли это связано с главой клана Не. Сичэнь присмотрелся к юноше с собачкой на руках. В нем явно было что-то знакомое. Лань Ванцзи поспешил его представить. — Дядя, брат, это молодой господин Мо. Он будет жить в моем цзинши. Лань Цижэнь резко остановился. Он не обратил особого внимания на юношу, сочтя его слугой Не Хуайсана. Изнеженная пуховка в претенциозном ошейнике отлично вписывалась в его не слишком высокое мнение о бывшем нерадивом ученике, ставшем хозяином Нечистой Юдоли. В глубине души он не раз удивлялся, как этому двоечнику удалось удержать власть и не дать клану кануть в нищету и забвение. Наверно, подсуетился и стал разводить породистых собак для императорского двора. Вон как эта, что поглядывает на всех свысока — ни дать, ни взять министр второго ранга, прибывший с инспекцией. Неожиданное заявление младшего племянника вызвало у Лань Цижэня неприятное изумление. Он не стал его скрывать. — Если тебе нужен слуга, или помощник, можешь взять любого из здешних. И незачем будет делить с ним цзинши… — Мо Сюаньюй не слуга, дядя, — перебил его Лань Ванцзи, — он мой спутник на тропе самосовершенствования. — Что?! — Лань Цижэнь схватился за грудь. — Мой спутник… — терпеливо повторил Лань Ванцзи. — Я слышал, — проскрежетал Лань Цижэнь. — Не хотите ли присесть? — подсуетился Не Хуайсан, — вот хотя бы на ослика… Он смирный. Лань Цижэнь горестно посмотрел на него, игнорируя любезное предложение. Какой позор! Ещё и при посторонних. Не Хуайсан невинно захлопал глазками. Он в курсе, понял Лань Цижэнь, и видимо уже давно. Неужели весь мир заклинателей об этом знает? — Кто ещё …? — он не договорил, но Лань Ванцзи понял. — Глава клана Цзян. — Святые небеса, он с какой стати? — Он тоже скоро будет здесь, вместе с племянником, — сообщил Ванцзи, — хочет, чтобы вы позаботились об образовании Цзинь Лина. Лань Сичэнь посерьезнел. — Что-то произошло, о чем я не знаю? — Многое, — печально ответил Не Хуайсан. — Не заговаривайте мне зубы, — вскипел Лань Цижэнь, — изволь объяснить свой бред про женитьбу… то есть, тропу. Вэй Ин, слушая семейную беседу, втянул голову в плечи и постарался слиться со стеблем бамбука рядом с дорожкой. Почти получилось. Но от орлиного взора дяди укрыться было невозможно. — Я видел тебя в Башне Золотого Карпа. Не хочу никого оскорбить, но моему племяннику ты не подходишь. Я слышал о твоих проблемах, наши лекари постараются вернуть тебе… эм, душевное здоровье. Ни о чем другом не может быть и речи. Вэй Ин открыл было рот чтобы поблагодарить за великодушие, но его опередил Лань Сичэнь. — Вы не вправе решать за Лань Ванцзи, дядя. Если он выбрал молодого господина Мо, мы должны принять это. Лань Цижэнь почувствовал, что ещё немного, и он схлопочет искажение ци. Как он мог воспитать двух бунтарей и даже не заметить этого! А младший, на которого он возлагал такие надежды, ещё и обрезанным рукавом стал! В этой ситуации могли помочь только как минимум десять чашек успокоительного отвара и долгие часы в затворе. — Ушел, — огорчённо констатировал Не Хуайсан, — не думал, что он так легко сдастся. — Вы плохо знаете нашего дядю, глава Не, — улыбнулся ему Лань Сичэнь, — это только начало. Заметив, что Вэй Ин совсем скуксился и спрятался за широкой спиной Лань Ванцзи, он обратился к нему. — Молодой господин Мо, не переживайте. Старшему поколению всегда требуется время, чтобы привыкнуть к чему-то неожиданному. Добро пожаловать в Облачные Глубины! Вэй Ин приободрился. — Спасибо, глава Лань. Он дёрнул Лань Ванцзи за рукав и зашептал. — У тебя такой классный брат, Лань Чжань… но ты всё равно лучше. Лань Ванцзи с любовью посмотрел на него. — Пойдем, я покажу тебе наш дом. Не Хуайсан подобрался поближе к Лань Сичэню.и доверительно сказал. — То, что вы видите — это хорошая новость. — А плохая? — озадачился Лань Сичэнь. Не Хуайсан понурился, теребя повод Яблочка. — В двух словах не расскажешь… Встретимся в библиотеке в час петуха. Вы тоже приходите, — крикнул он вслед удаляющейся паре, — ой, простите, забыл, что кричать запрещено. Яблочко тут же среагировал на эти слова рёвом. Он был свободолюбивый осел и слово «запрещено» ему не понравилось. Вэй Ин с любопытством вертел головой по сторонам. Аккуратные домики под сенью сосен и магнолий, прихотливо вьющиеся тропинки, величественные горы на заднем плане. Звенящая тишина, лишь изредка нарушаемая птичьим пением и плеском воды. Чувство, что все здесь ему знакомо, не покидало его с того момента, как они вошли в ворота. Он приписал это тому, что раньше много слышал и даже писал об этом месте. К тому же, это родной дом его Лань Чжаня. Он здесь родился, учился ходить, первый раз взял в руки меч. Вэй Ин представил себе маленького, серьезного, пухлощекого Лань Чжаня и умилился. Скорее бы дойти до цзинши и зацеловать его. В дороге они могли себе позволить только редкие поцелуи украдкой. Днём они все время были на виду, а по ночам… в гостиницах были слишком тонкие стены. Поэтому они просто спали в обнимку, наслаждаясь теплом друг друга. Теперь, в уединении, они могли позволить себе намного больше. Фантазии понеслись в голове Вэй Ина вскачь, заставляя его краснеть. Он и не подозревал в себе такого бесстыдства… Вэй Ин даже забеспокоился — вдруг он смутит этим целомудренного Лань Чжаня? Тот шел рядышком, и уши его медленно наливались алым. Вэй Ин по простоте душевной и не догадывался, что его праведного Ханьгуан-цзюня обуревают ещё более бесстыжие мысли и желания. Но их надеждам не суждено было сбыться. У дверей цзинши взволнованно топтался подросток лет пятнадцати на вид, в белых клановых одеждах. Его красивое личико не портил ни один прыщик, на высоком лбу была аккуратно повязана налобная лента с облаками, а на сапожках не было и следа пыли. Вот как они исхитряются не запачкать такую маркую одежду? Вэй Ин не был грязнулей, но до гусуланьской безукоризненности ему было далеко. Пока он разглядывал мальчика, тот заторопился им навстречу и поклонился. — Отец, тебя долго не было, я соскучился! Вэй Ин оторопел. Отец? Он, кроме мужа, получит ещё и ребенка? Справится ли с такой ответственностью? Ведь до этого, кроме щенков, ему не приходилось никого воспитывать. А где мама мальчика? Умерла? Выходит, его Лань Чжань вдовец с ребенком на руках? Или у кого-то хватило духу бросить таких замечательных людей? Так вот почему лицо мальчика показалось ему знакомым — у них с Лань Чжанем похожие носы… Все эти мысли галопом пронеслись в сознании Вэй Ина и оставили отчётливые следы своих копыт на его выразительном лице. Лань Ванцзи хватило одного взгляда, чтобы понять, о чем он думает. Он положил руку ему на плечо и сказал. — Это Лань Сычжуй, Лань Юань, наш… мой приемный сын. Вэй Ин заторможенно кивнул, переваривая информацию. Лань Ванцзи представил его мальчику. Тот подошёл поближе и ещё раз поклонился. Потом лицо его озарилось улыбкой. — Какая милая собачка! Вэй Ин и думать забыл о Милашке, смирно сидевшей за отворотом его накидки. Она тихо заскулила, напоминая о себе. Ребенок продолжал допытываться. — Как ее зовут? А погладить можно? Ой, наверно, она кушать хочет. Что она обычно ест? — Рыбу, — ляпнул Вэй Ин, — и сырую картошку, если не успеваю прогнать с грядки… Зовут Милашка. Погладить можно. Правда, иногда она кусается. Но не сильно. Он беспомощно скосил глаза на Лань Ванцзи. Тот едва заметно улыбнулся и кивнул. Выражение его лица было таким мягким в этот момент, что никто бы не узнал в нем знаменитого ледяного Нефрита клана Гусу Лань. Сычжуй протянул руки и взял Милашку. Прижал ее к груди. Она тут же лизнула его в нос. Он тихонько взвизгнул. — Щекотно… Милашка лизнула его ещё раз, спрыгнула на землю и принялась радостно носиться вокруг своего нового приятеля. — Детки подружились, — рассиропился Вэй Ин и смахнул слезу, чувствуя себя отцом семейства. Или матерью… Неважно. Неотъемлемой частью чего-то очень-очень дорогого сердцу. Лань Ванцзи смотрел на него с радостью и тайной надеждой. Наконец-то два его родных человека встретились. Хотя и не узнали друг друга. Но он на это и не рассчитывал. А-Юань был совсем маленьким, когда он нашел его, больного и ослабевшего, на горе Луаньцзан. Малыш болел долго и тяжело, а когда поправился, забыл почти все о своей предыдущей жизни с Вэй Ином. Лань Ванцзи едва заметно вздохнул. По странному капризу судьбы проблемы с памятью внезапно стали играть большую роль в его жизни. И Вэй Ин, и А-Юань, казалось, стали только счастливее, забыв прошлое. Особенно Вэй Ин. Он обрел прежнюю жизнерадостность, так что у Ванцзи временами появлялось ощущение, что они вернулись в беззаботное прошлое. Интересно, если бы сам Ванцзи потерял память, он бы забыл Вэй Ина? Он был уверен, что нет. Из задумчивости его вывел голосок Сычжуя, сообщивший, что вообще-то он пришел по делу. Принес еду. Вэй Ин сразу заинтересовался. — Чем кормят? Фу, травой… Ой, простите, полезной зеленью. Смотрю, и морковка есть. Лань Сычжуй смутился. — Морковь для кроликов, а для вас — суфле из шпината и травяной отвар. — Тоже подойдёт, — кивнул Вэй Ин, помня о запасах, сделанных в Цайи, — а как у вас обстоит с рыбой? Лань Сычжуй задумался. — В поместье есть горная речка… думаю, там кто-то водится. — Только думаешь, не знаешь? — удивился Вэй Ин, — ни разу не рыбачил? — Нет, — покраснел Сычжуй, — мне нравятся кролики… то есть, играть с ними, — поспешно добавил он, боясь, как бы новый знакомый не надумал чего лишнего. — Ещё бы, — кивнул Вэй Ин, — кролики такие милые. Покажешь мне потом своих любимцев? — Хоть сейчас, — обрадовался Сычжуй, — ох, нет, вам же надо отдохнуть с дороги. И кролики не совсем мои. Они принадлежат отцу. — Это правда, Лань Чжань? — обернулся Вэй Ин к Ванцзи, пряча улыбку. — Мгм. — Ах, сколько я о тебе ещё не знаю. Лань Ванцзи попытался посмотреть на него с выражением «ну не при ребенке же», но Сычжуй опять отвлекся на Милашку, которая заинтересовалась морковью. Поэтому строгий взгляд сам собой превратился в очень нежный. Потом Лань Сычжуй с сожалением попрощался с ними, чтобы вернуться на тренировочное поле, а Лань Ванцзи и Вэй Ин стали располагаться в цзинши. Пока Ванцзи разгружал цянькунь и торбы, снятые с Яблочка, Вэй Ин с любопытством осматривался. — Красиво! И немножко пусто. Ты не думай, это тоже красиво, но как-то… Он замялся. Лань Ванцзи с грустью подумал, что Вэй Ин ни разу не был у него дома, пока учился в Облачных Глубинах. — Одиноко, — закончил он реплику Вэй Ина, — но теперь ты здесь, и все изменится.