Too All The Girls I’ve Loved Before

Начало 2018 – Я всегда хотела спросить, но всё время забывала: как давно ты встречаешься с Джендыки? Свободная вафельная толстовка от Хенли внезапно стала очень тесной на шее Лисы.  Эта вещь всегда была её самой любимой. Лиса не была уверена, из какой хлопчатобумажной смеси сделана эта коричневая толстовка оверсайз, но она всегда дольше всего сохраняла запах Джен.  Когда Джен прижалась к ней рано утром перед уходом и попросила встретиться с Джису и Чеён в Nuss около 9 утра, пока она встречается со своим профессором в 8, тайка только хмыкнула, вытащила из-под подушек Дженни эту коричневую толстовку и натянула её, прежде чем завернуться в простыни. Зимы в Нью-Йорке могли быть по-настоящему суровыми, и порой ей хотелось никогда не вставать с постели, где это становилось терпимым только потому, что она была окутана Дженни или её запахом.  Только по этой причине она с трудом нашла в себе силы вернуться в свою собственную квартиру, зная, что там, в первую очередь, нет Джен. В 8:15, приняв душ, она снова надела коричневую толстовку, а затем надела более плотное зимнее пальто. В кофейне Wu + Nussbaum, или Nuss, как её называли студенты, обычно было тепло и приятно пахло выпечкой, и теперь, когда её организм требовал чашечки приличного кофе, она была не прочь прогуляться 10 минут, чтобы познакомиться с компанией.  Группа, или "колумбийцы", как Лиса с любовью называла их, - это Джен и её однокурсницы из Колумбийского университета. Джен всегда указывала на то, что использование этого термина неполиткорректно и может оскорбить настоящих колумбийцев, которые его услышат, но название было придумано не только потому, что они окончили Колумбийский университет, но и потому, что эта троица напоминала Лисе лидеров мафии. Этакий Пабло Эскобар, только в более коротких, женственных формах, если хотите.  Без наркотиков и убийств, конечно.  И да, она немного боялась этих троих. Джису, старшая, являлась младшим ребёнком в семье чеболей в Южной Корее. И хотя Лиса слышала истории о том, как семьи чеболей могут доводить своих сыновей до крайности, Джису, как дочь чеболей, не так уж далека от истины и порой может быть довольно напряжённой и безэмоциональной. Чеён, младшая из троих, родилась в Новой Зеландии в азиатской семье юристов и создала неплохие связи в Мельбурне, куда переехала их семья. Развивая в себе ту же прямолинейность, Чеён очень хорошо училась, до утра засиживалась за учёбой и по-прежнему находила время петь в местном церковном хоре по выходным. А Джен... просто стала более энергичной Джен.  Лисе нравилось описывать их именно так, потому что, несмотря на то, что она видела в них целеустремлённость, работала с ними и мотивировала себя работать в их темпе, трое студенток Колумбийского университета приняли её как близкого друга и заботились о ней так, за что она никогда не смогла бы их отблагодарить. Она знала, что Чеён и Джису были первыми детьми Джен, но вскоре она почувствовала, что они тоже принадлежали ей, и это согревало её. Но это не значит, что она всё ещё не боялась их.  Особенно Джису, когда она начинала задавать подобные вопросы.  Лиса снова осторожно потянула за воротник толстовки и попыталась заглянуть Джису в глаза. Большая ошибка. Казалось, кореянка просто пыталась заглянуть ей в душу.  – О чём ты говоришь? Она моя лучшая подруга. Если Джису и услышала, что её голос стал практически на 3 октавы выше, то по лицу кореянки это никак не отразилось. Её лицо едва заметно дрогнуло, на нём появилась лёгкая ухмылка.  – Ты можешь встречаться со своей лучшей подругой, что в этом плохого? – Мы просто друзья. – В самом деле? Потому что я могу поклясться, что на данный момент вы практически любовники. Ты чаще ночуешь у неё, чем у себя. Ты даже носишь её одежду.  – Что плохого в том, чтобы одалживать одежду? – Раздражённо спросила блондинка. У неё отвисла челюсть, а глаза молили Чеён о помощи.  Киви пожала плечами и отправила в рот один из рогаликов, купленных Лисой ранее. – Я не собираюсь тебе помогать, подруга. Ты здесь сама по себе, извини. – Тогда перестань есть мои рогалики, если собираешься быть злой.  – Эй, никаких поблажек, – мило надула губы Чэ, прежде чем повернуться к Лисе. – И мы вовсе не злые. Мы просто задаём тебе вопрос.  – Мы просто друзья. Я не понимаю, к чему ты клонишь! Чеён заговорщицки наклонилась к Джису. – Обрати внимание, что она просто продолжает настаивать на карточке друга, хотя вполне могла бы заявить о себе более убедительно, сказав:…Я не уверена, что она натуралка? Джису позволила себе усмехнуться. – Это потому, что она не натуралка. – Ой, кто сказал, что я не натуралка? Я встречалась с парнями. – Ты также можешь попробовать васаби несколько раз, прежде чем сможешь подтвердить, что он тебе не нравится, но это не аргумент. – заметила Чеён, и на её щеках отчётливо проступили кусочки рогалика.  – Лиса, – тихо, но строго позвала Джису. –  Мы все здесь друзья. Я знаю, что мы не придумывали правила для лучших друзей, но нам просто любопытно, потому что вы с Джен относитесь друг к другу по-разному. Вы практически похожи на пожилую пару, которые зависят друг от друга, за исключением того, что каждый раз, когда вы вместе, у вас такие сердечный глаза… – О, да, глаза-сердечки. Я тоже это вижу. – прервала её Чеён. – Видишь, даже Чэ это видит. И если добавить к этому тот факт, что Джен перестала встречаться с парнями, когда ты приехала... – Джен говорит, что в последнее время у ц много работы, – возразила Лиса.  –…и она просто не удосужилась ни с кем познакомиться. И Джен ВСЕГДА была занята, даже до твоего приезда. Такое ощущение, что вы обе пытаетесь встречаться друг с другом, не говоря об этом вслух. Лиса сделала глоток кофе, чтобы выиграть время. Они сели за стол напротив неё, Чэ сосредоточилась на намазывании сливочного сыра на рогалик, а Джису просто медленно крутила свою кружку, ожидая ответа.  Лиса глубоко вздохнула. – Просто... я не думаю, что я лесбиянка. Я не влюблена в других женщин. – Лис, тебе не обязательно быть лесбиянкой. Тебе не обязательно влюбляться в других женщин, – мягко объяснила Джису. – Мы просто хотим сказать тебе, что, с нашей точки зрения, совершенно очевидно, что ты влюблена в Джен. И Джен влюблена в тебя. Лиса мрачно посмотрела на двух девушек. Она никогда бы не сказала им, что это не первый раз, когда ей это приходит в голову, но, вполне возможно, это был первый раз, когда она услышала, как это было сказано не у неё в голове. Много раз она задавала себе вопрос, можно ли считать то, что она чувствует к кореянке, и то, как они относятся друг к другу, дружескими отношениями.  Но их никогда не заставляли давать определение тому, что у них есть. И Лисе этого было достаточно, потому что она знала, что то, что они испытывали друг к другу, - это просто волшебство.  Правда, однако, заключалась в том, что она никогда не пыталась дать этому определение. Она боялась взглянуть правде в глаза. – Привет, извините за опоздание, - слегка растрёпанная Джен подошла к их столику, стряхивая снег с пальто, прежде чем снять его и сесть рядом с Лисой. – Мистер Фишер потратил немного больше времени, пытаясь помочь мне разобраться с бумагами. Она с жадностью уставилась на рогалики, лежавшие в центре стола. – Чьи это рогалики? Можно мне попробовать, прежде чем заказывать? Я умираю с голоду! – Это твои, я принесла их для тебя. Они только что испекли те самые с корицей и изюмом, которые ты любишь, – Лиса слегка поморщилась, вспомнив слова Джису: "Вы почти как пожилая пара". Она жестом подозвала официанта. – Давай я закажу тебе кофе. – О боже, я люблю тебя, спасибо. – Слова Джен были заглушены рогаликом, который она держала во рту. По телу блондинки прокатилась тёплая волна, когда Джен с аппетитным и довольным урчанием принялась за еду, слегка пританцовывая на своём месте.  – О чём вы, ребята, говорили? – Джен запила рогалик кофе из чашки Лисы, с нетерпением ожидая, когда принесут её собственный. – О, ничего особенного, Джендыки, – Лиса услышала игривое ударение на ласкательном имени Джису, когда старшая кореянка понимающе улыбнулась, изучая двух девушек. – Мы просто говорили о том, как выглядят сердечные глаза.  Лиса почувствовала, как вспыхнули её щёки.  – О? И на что это похоже?– Рассеянно спросила Джен, рассматривая толстовку на Лисе, не обращая внимания на насмешки Джису. Она тихо прошептала блондинке: – Зачем ты это надела? Я надевала это прошлой ночью, возможно, оно всё ещё пахнет моим потом. – Она начала обнюхивать плечи Лисы, затем добралась до шеи и зарылась в неё, прежде чем удовлетворённо выдохнуть: – А вот мой джемпер на тебе приятно пахнет. Джису и Чеён обменялись понимающими взглядами, прежде чем ухмыльнуться Лисе, чьё лицо теперь выглядело так, будто она застряла между конфликтом и вынужденной уступкой. – Я не знаю, - хихикнула Джису в свою чашку. – Ты мне скажи.